Наруто. Отравленный цветок

      Теперь Ханаками знала местоположение своего создателя, но пока не представляла как туда добраться. Ханаками все еще толком не поняла как именно устроен мир, не получила карты, а без нее она будет блуждать как мотылек, летящий на свет. И опять же, Ханаками не могла просто придти к этой Конохе и поздороваться со своим создателем. Он же под присмотром, а она на данный момент никто. Ее чакра неразвита, сражаться она не умеет. Выносливость, да, Ханаками увеличила, быстро бегать научилась, как и прыгать через препятствия. Но этого было мало. Девочка сжимала в руках кунаи, отданные «отцом», и пыталась бросать их в самодельную мишень. Получалось плохо.       - Где твой учитель? - спросил кто-то девочку, а за спиной у Ханаками послышались шаги.       Ханаками обернулась на голос и увидела синоби с нотой на повязке. Однако теперь нота была перечеркнута. «Если бы он захотел, - подумала Ханаками, - то его шагов я бы не услышала».       - У меня нет учителя, - ответила девочка с досадой и сжала кунай в ладони.       - Разве это не ты та самая Ханаками, мать которой погибла при ужасных и странных обстоятельствах? - спросил синоби и подошел к девочке поближе.       - Нет, Ханаками - это я, - сказала девочка.       - Ты разве не хочешь отомстить за свою маму? - допытывался синоби с перечеркнутой нотой.       - Хочу, но найти учителя в этой глуши не так просто, - сказала Ханаками. - А сбежать и бросить папу я не могу. Я как в ловушке. Родни у меня нет, особых друзей тоже. В поселении меня любят, поддерживают, но на этом все и заканчивается. Наши соседи ничего не умеют по части искусства ниндзя, поэтому я зашла в тупик. Если вы согласитесь меня обучать, я буду очень рада, - голос Ханаками предательски сорвался, девочка поклонилась синоби с перечеркнутой нотой.       - Не думаю, что это хорошая идея, - сказал синоби и отошел от девочки на пару шагов.       - Но почему? - занервничала Ханаками. - Вы моя последняя надежда научиться сражаться.       - Жители твоего поселения не примут меня как твоего учителя, - сказал синоби. - Учитывая мое происхождение... Да, я ушел от него, но я совершал кошмарные вещи, мне нет прощения и оправдания. И после всего этого я не могу, не имею морального права учить тебя. Хотя, - синоби задумался и молча спорил сам с собой, - это могло бы стать моим искуплением грехов. Если я обучу тебя, а ты ему отомстишь за Ханако...       - Вы знаете, что за чакру Оротимару пытался привить моей маме? - задала Ханаками прямой вопрос, мучивший ее долгие годы. - Почему ее тело не выдержало этой чакры и развалилось?       Синоби, услышав имя своего бывшего господина из уст этой храброй и безрассудной девочки, закашлялся.       - Это имя не должно звучать в таком милом месте, - предупредил он девочку. - Эти люди многое пережили. Пострадали их близкие. Дело не только в твоей матери, а во всех детях, женщинах... Ты не понимаешь масштабов угрозы, исходящей от него.       - Вы боитесь произносить его имя? - спросила Ханаками, а ее взгляд стал холодным.       - Ты бы тоже боялась, если бы познакомилась с ним лично, - отрезал синоби. - Само его имя приносит невинным людям несчастья.       - Зачем же вы служили ему? - спросила Ханаками и жестом показала на повязку с перечеркнутой нотой.       - Он обманул меня, шантажировал убить моих сестер, отправить их на опыты, - признался синоби. - Я спасся сам и спас сестер, когда Саске победил его. Мы сбежали, а я перечеркнул ненавистную ноту и теперь ношу этот знак с гордостью. Я все сделал правильно.       - Вы сами придумали эту легенду? - внезапно улыбнулась девочка. - Интересная история. Трогательная. Проверяете меня?       Синоби сначала опешил, изобразил удивление, а потом тоже улыбнулся. Мимо них прошло несколько жителей поселения, они заметили повязку синоби, заохали, прижали руку к сердцу.       - Все в порядке, - крикнула им Ханаками. - Он давно ушел от своего прежнего господина и все осознал. Все в порядке.       Прибежал Тэнси и набросился на синоби с кулаками.       - Папа, не позорь меня, - выпалила девочка, вступаясь за синоби и вставая между ним и своим отцом. - Я наконец-то нашла себе учителя. Он знает все слабости своего прежнего господина и поможет мне ему отомстить. Да отпусти же его!       Тэнси неохотно подчинился уговорам дочери.       - Ну, если так, - проворчал он. - Но я все равно ему не доверяю.       - Я еще не заслужил вашего доверия, - учтиво склонил голову синоби. - Я не трону вашу дочь, только обучу ее боевым искусствам.       Тэнси хмурился, Ханаками нервничала, жители поселения переглядывались в страхе. Все разошлись только через полчаса. От странного синоби ждали подвоха, нападения, но он вел себя смирно. Это усыпило бдительность жителей поселения.       - Как ты догадалась, что я солгал про сестер и остальное? - шепотом спросил синоби девочку, когда все посторонние ушли.       - История была слишком складной, - ответила девочка. - Вы говорили то, что я хотела бы услышать. Это было подозрительно.       - А если бы я тебя не проверял, а история была правдой, то ты убила бы меня своей чакрой, да, Ханаками? - лукаво спросил синоби с перечеркнутой нотой. - Ты прекрасно ее скрываешь... от обычных людей, но меня не проведешь. Ты не умеешь сражаться, но возможно ты бы задавила меня своей чакрой.       - Так что это за чакра? - в нетерпении спросила Ханаками. - Вам это известно? Про эксперимент, в котором я была создана? Что я такое?       - Ты так устала притворяться перед этими жителями поселения, да, Ханаками? - спросил синоби шепотом. - Устала подавлять свою чакру? За шесть лет у тебя накопилось очень много вопросов?       - Да, да и да, - кивнула девочка. - Я готова к любой правде о себе. Я догадалась, что создана как оружие, возможно, я даже не человек. Но это лишь догадки, а не точные знания. А мне нужны именно знания. Я и так потеряла слишком много времени.       - Не потеряла, - сказал синоби. - Пока в большом мире бушевала война, здесь ты была в безопасности. Секретность была соблюдена. Про твою истинную сущность известно очень ограниченному кругу лиц.       - Это хорошо, - невинно кивнула девочка.       - Нам ни к чему паника, - добавил синоби с улыбкой.       Повисла таинственная тишина. Вдалеке слышались звуки оживленного поселения и лай собак.       - У вас есть имя или мне самой его выбрать? - деловито спросила Ханаками.       - Выбери сама, - сказал синоби.       - Тогда я буду называть вас Мамору, - сказала девочка.       Синоби молча поклонился.       - К твоим услугам, госпожа Ханаками, - сказал синоби. - С чего ты хочешь начать свои тренировки?       - Не нужно этой «госпожи», - одернула его девочка. - Это шутка или я так важна... Вы меня путаете. Я же оружие, а не госпожа.       - Особенное оружие, - многозначительно сказал синоби. - Но ты права, лучше мне так к тебе не обращаться.       Они начали тренировки, а Тэнси был этому не рад. Синоби с перечеркнутой нотой поселился в заброшенном доме на окраине поселения, учил девочку и помогал жителям, но доверия ему все равно не было. Тэнси видел как его доченька ускользает от него. Когда обучение закончится, Тэнси это понимал, его малышка Ханаками уйдет от него, уйдет ото всех них. Уйдет искать объект своей мести. Не простит Ханаками Оротимару за гибель своей мамы. Тэнси и гордился дочерью, и не хотел отпускать ее в большой мир. Ханаками тренировалась, а Тэнси грустил. Ханаками становилась все более ловкой, научилась метать кунаи и сюрикены, а Тэнси грустил все сильнее. Шли дни, недели, месяцы и годы. Ханаками тренировалась, взрослела, а Тэнси старел и грустил. Тэнси все чаще вспоминал Ханако, сильнее скучал по ней, ощущал ее присутствие рядом с собой. Тэнси казалось, что Ханаками так увлеклась своими тренировками, что не уделяет должного внимания памяти о маме. Тэнси начал что-то подозревать, но Ханаками вовремя усыпляла его бдительность и отдавала дань памяти Ханако. Круговерть событий неумолимо приближалась к логическому завершению.       - Не уходи, - умолял Тэнси свою дочь, понимая, что она все равно поступит по-своему.       - Не могу, - отвечала Ханаками. - Я не могу остаться в этом поселении навсегда. Я хочу посмотреть мир и многого добиться. Я не могу бросить свою цель и мечту.       - Разве ты не мечтаешь о семейном счастье, Ханаками? - ласково спросил ее отец. - Я уже жалею о том, что взрастил в твоем сердце семя мести. Зря я тогда об этом заикнулся. Ты бы погрустила и успокоилась. Наше дело маленькое, мы люди маленькие. Не нам мстить таким как... он, - Тэнси передернулся и побоялся произнести имя Оротимару-сама.       - Я уже давно все решила, - немного раздраженно сказала Ханаками. - Зачем ты сейчас меня мучаешь? Мне и так тяжело уходить в непривычный и незнакомый мне большой мир. Но я должна это сделать, я это чувствую. Не делай наше прощание еще тяжелее, папа.       Тэнси подошел к Мамору и крепко пожал ему руку.       - Береги ее, - сказал Тэнси. - Все эти годы ты учил ее. Заслужил наше доверие и уважение. Теперь ты ее защитник и опора.       - Я не подведу вас... и ее, - ответил Мамору и поклонился отцу Ханаками.       Прощание затянулось. Ханаками уже собрала все необходимые вещи в дорогу. Тэнси умилило то, что Ханаками взяла с собой на память и любимую мягкую игрушку, подарок Ханако, частичку своего детства. Прощание затянулось, но вот Ханаками все же ушла. Тэнси провожал свою дочь и ее спутника тяжелым взглядом, а их фигуры становились все мельче. Наконец они скрылись за горизонтом. Жители поселения ощутили невосполнимую утрату. Без Ханаками их жизнь будет иной. Пустой, бессмысленной. Жители поселения так и остались в неведении относительно того, почему Ханако погибла и какую правду она узнала о создании своей дочери в лаборатории. Для жителей поселения Ханаками осталась милым и невинным ребенком, с мамой которого приключилась беда.