Жажда невозможного

Гермиона старалась держать себя в руках, слушая пьяную тираду Рона. Чтение нотаций у него и на трезвую голову выходило плохо, а сейчас, когда в нём плескалось не меньше полулитра огневиски, это и вовсе выводило из себя. Она скрестила руки на груди и театрально закатила глаза, раздувая ноздри от недовольства. — Ну неужели ты даже не хочешь попытаться сохранить то, что между нами есть? — Рональд, отношения нужно строить двоим, а не так, что один держит стену, а второй её рушит. Понимаешь, что я имею в виду? — То, что между нами стена. — Идиот, — Гермиона громко хлопнула ладонью по лбу. — Малфой для тебя важнее, чем я? Хорошенько подумай, прежде чем ответишь. — Я должна поставить его на ноги, — парировала Гермиона от прямого ответа, — по моей вине он в таком состоянии. — Да он же исчезнет сразу, как только сможет ходить, не оставив тебе ни кната за заботу. — Пусть так, зато сможет жить дальше, — снова закатила глаза она. — Какая же ты дура, раз веришь, что он изменился. — Какая я дура, что пыталась доказать ему, будто ты хороший человек! — А мне не нужно одобрение слизня! Он достаточно натворил дерьма, которое я прекрасно помню! — Зато он тебя не помнит! Ни тебя, ни меня, ни твою семью! У него никого нет, кроме... — Кроме тебя? Дура ты, Грейнджер, раз решила, что сможешь стать чем-то важным для Малфоя! Горбатого могила исправит. Стоит ему вспомнить, за что ты ненавидишь его, сразу выздоровеет и исчезнет нахрен! — Я его не ненавижу, тупая твоя голова, — Гермиона уже сжала кулаки, как вдруг дверь спальни отворилась и выехал Драко на своей инвалидной коляске. — Гермиона права, Рон. Я не помню тебя абсолютно, но зато в моей памяти остался один очень потрясающий способ преподать урок, и если ты ещё раз даже попытаешься её обозвать, клянусь… — Что ты мне сделаешь, сидя на коляске, а? Бесполезный кусок дерьма. — Для Круциатуса функционирующие ноги не нужны, — холодно ответил Драко, наставляя на него свою палочку, — считаю до трёх. Рону не пришлось повторять дважды. Во-первых, он был пьян. Во-вторых всегда побаивался Драко. Ну, а в-третьих, он не удосужился задуматься на пару минут, что в принципе сыграло Малфою на руку. Уизли ретировался так быстро, что чудом не упал на лестнице. Гермиона недобро зыркнула на Драко. — Насколько он был пьян? — Не важно, ты угрожал ему непростительным заклятием, мне приятно, что ты хотел меня защитить, но… — Много бы я ему боли причинил футляром от термометра? — Драко усмехнулся, демонстрируя, что у него в руке, — я не нашёл свою палочку. — Она же в шкафу, точно… — Небось, на верхней полке, в лучших традициях, — заулыбался он и подъехал к ней. — Солнышко, тебе спать нужно, — Гермиона поправила его волосы, что сбились от подушки. — Рыжий мне весь сон перебил, — Драко перехватил её запястье и еле остановил порыв поцеловать её руку. — Так, спать. Или хотя бы лежать в кровати, — возмутилась Гермиона и тут же встала позади него, начав катить кресло в сторону спальни, — сейчас начну рассказывать тебе занудные истории и ты быстро уснёшь. Оказалось, что перебраться с кровати на коляску было куда удобнее, чем наоборот, и Драко, не скрывая смущения, попросил Гермиону помочь ему. Он каждый раз извинялся, когда ей приходилось поднимать его. И сейчас тоже не сделал исключения. Грейнджер задёрнула шторы, чтобы утром Малфою не мешал солнечный свет и села на свободную сторону кровати, на самый край. — Забирайся и сядь нормально, — произнёс Драко, рассматривая при этом свои пальцы. — Я планировала пойти спать в скором времени. — Отлично, поговорим и пойдёшь, — улыбнулся он, наблюдая за тем, как она улеглась на подушку полусидя. — А о чём ты хочешь поговорить? — О чём угодно, — он повернулся на бок и уже привычно перекинул ногу, согнув её в колене при помощи рук. — Давай о твоём состоянии? — Ну, попробуем. — Ты ведёшь дневник, как я тебя просила? С ощущениями и воспоминаниями. — Ну... иногда, — Драко поджал губы, — это будет кто-то читать? — Нет, это для тебя же. — Тогда веду, честно, — признался он. — Расскажи сам, о чём готов поговорить, чтобы я не задела тебя, — она повернулась к нему лицом, тоже укладываясь на бок. — Что тебя держит с ним? — он протянул руку и спрятал за ухо выбившуюся прядь вьющихся волос. — Ты такая красивая, умная… А он. Идиот. — Ничего меня с ним больше не держит. — Тогда зачем каждый раз ты пускаешь его на порог? — Надеюсь, что он останется мне другом, — печально вздохнула она. — Враги могут стать друзьями, но не бывшие возлюбленные, понимаешь? — А как же ты и Пэнси? — А ты сама не видишь? Сколько раз она навестила меня за полгода? Между ними завязался разговор, который Гермиона бы тут же пресекла, будь напротив неё кто-то другой. Она отвечала на каждый вопрос почти не раздумывая, в основном наблюдая за тем, как Драко перебирает её волосы. Грейнджер не заметила тот момент, когда он стал гладить её по щеке кончиками пальцев, а когда уже осознала, то было поздно — сон её одолел. Слизеринеца сморило чуть позже, правда с улыбкой на лице. Он радовался как ребёнок тому, что она уснула вместе с ним. Гермиона открыла глаза утром и чуть было не вскрикнула — Драко обнимал её за талию со спины и мирно сопел, да только вот её зад был плотно прижат к его паху. Стоило ей попытаться выбраться, как Малфой тут же притянул её к себе обратно, ворча что-то невнятное, и зарылся носом ей в волосы, касаясь шеи. Его ладонь, которая покоилась на простыни перед Гермионой, вдруг скользнула ей на живот и гриффиндорка почувствовала, как одна часть Драко уже проснулась и прямо сейчас упиралась ей в ягодицу. Распахнув глаза она срочно откинула его руку и мигом подскочила с кровати. Малфой пошарил рукой впереди себя, не открывая глаз, и попытался проснуться. Появление медицинского эльфа в дверях свидетельствовало о том, что Гермиона убежала на работу. Драко лишь безразлично пожал плечами на её выходку, не понимая, что стало следствием такого поведения. Донни провозился с ним до самого вечера не оставляя в покое ни на минуту. Пришедшая домой Грейнджер стала для Драко глотком свежего воздуха. Перебравшись в кресло он выехал к ней с широкой улыбкой на лице. — Вызвали на работу, — начала оправдываться она. — А, я уже думал, что что-то натворил. — Ты уже ел? Я перекусила на работе… — Донни меня задолбал, — устало выдохнул Драко. — Как только ты сможешь со всем управляться сам, Донни перестанет сюда приходить. Вернусь через пятнадцать минут, — выдавив из себя улыбку она ушла в ванную. Драко решил вернуться в спальню, чтобы попытаться самостоятельно перелечь на кровать. Распсиховавшись на себя, он отколошматил подушку, потому что снова чуть было не упал. Гермиона быстро развернула его к себе лицом, наклонилась и обвила его руками свою шею. — Давай-ка походим немного, — улыбнулась она, поднимая Драко. — Свалился тебе на голову, как снег в июне. — С тобой веселее, — Гермиона сделала шаг назад, крепко держа его за бёдра. — Знаешь, что я сделаю первым делом, когда начну ходить сам? — Понятия не имею. — Приглашу тебя на медленный танец, — усмехнулся он, стараясь удержаться на ногах. — Обязательно соглашусь, делай шаг в сторону. Драко довольно быстро утомился и Гермиона помогла ему улечься на кровать. Он попросил её остаться с ним, но тут же пожалел, когда она вышла из спальни не сказав ни слова. Но уже через минуту она зашла со своей подушкой и кинула её на свободное место рядом с ним. — У меня дико болит шея от медицинских, — оправдалась она. — Как только начну засыпать, ты меня выпроводишь, договорились? — Разумеется, — слукавил он. Он лежал на спине, повернув к ней голову и внимательно слушал, почти не отвечая. Между ними завязался скорее монолог Гермионы, нежели чем диалог, и Драко опять начал перебирать каштановую прядь между пальцев. Если признаться честно, то Гермиона ненавидела, когда трогают её волосы, но слизеринец делал это так мягко и невесомо, что она словила себя на одной мысли — ей было приятно. Он медленно перевёл ладонь ей на затылок как раз в тот момент, когда Гермиона обратила внимание, что Драко смотрит на её губы. — Что ты делаешь? — Мне нравится наблюдать, когда ты говоришь, — его взгляд скользнул на её глаза. — Может, слушать? — Возможно, — Драко шумно сглотнул и почти замер. — Уже десять, тебе нужно соблюдать режим, — теперь она посмотрела на его губы и сглотнула, стараясь отогнать от себя ненужные мысли. — Ещё пять минуточек, мамочка, — усмехнулся он, очень медленно придвигая её лицо к себе. — Малфой, остановись, — Гермиона прикрыла глаза, уже мысленно ругая себя за это. — Ты правда хочешь, чтобы я остановился? — его губы были настолько близко, что горячее дыхание почти обжигало, и она кивнула. — Подумай хорошенько, Гермиона. Мне остановиться? — Нет, — выдохнула она и сама скользнула языком в приоткрытый рот Драко. Она приподнялась, нависая над ним, и рука, будто не слушаясь, пробежала от его груди к шее. Он так крепко сжимал пальцы на её затылке, будто ожидал, что Гермиона сейчас сбежит. Нетерпеливая ладонь аристократа добралась до её плеча и будто невзначай скользнула к груди. Тихий стон, вырвавшийся у неё, заставил Грейнджер резко отстраниться от Драко. — Извини, — севшим голосом произнёс он. — Нокс, — твёрдо произнесла она и свет в комнате мгновенно погас. Драко приподнялся на локтях, подтягивая тело выше, наблюдая за тем, как Грейнджер расстёгивает на нём пижамную рубашку. В комнате было темно, но её силуэт хорошо освещался уличным фонарём. Аккуратно, будто спрашивая, он подцепил подол её домашнего сарафана и повёл ладонью вверх. Гермиона подалась вперёд и Малфой моментально скинул с неё хлопковую ткань. К его удивлению гриффиндорка оказалась без белья под низом. Даже трусики отсутствовали. Он потянул её на себя, заставляя перекинуть одну ногу через него, и тут же приподнял голову, хватая губами её сосок. Выгнувшись, она завела руки за спину и приспустила его пижамные штаны. От его ласк она была настолько мокрой, что смазка капнула на его уже давно вставший член. Драко аккуратно приставил его ко входу одной рукой, а второй почти усадил Гермиону, крепко держа за бедро. Словно тысячи фейерверков взорвались в его голове, когда она привстала и снова опустилась. Она старалась держаться на весу, чтобы не сделать ему больно, но Драко решил иначе. Ухватив её за талию, он почти с силой опустил Гермиону, буквально насадив её на себя, и сам не сдержал хриплого стона. — Драко, — испуганно произнесла она. — Успокойся, я же не чувствую ног, — усмехнулся он, приподнимая её. — Скажешь, если что-то пойдёт не так? — Мерлинова борода, ты будто меня девственности лишаешь, — Драко улыбнулся и резко опустил её, заставив вскрикнуть от неожиданности, — расслабься и отпусти себя. Сначала она двигалась плавно, лишь вверх и вниз, но стоило ему сжать ладонь на её груди, как Гермиона выгнулась и начала активнее качать бёдрами. Откинув голову назад, она и правда отпустила себя, наслаждаясь каждым движением. Как же ей будет стыдно позже за то, что не смогла сдержаться. Руки, сжимавшие её бедра, говорили об обратном. Ей точно не будет стыдно. Не перед Драко, однозначно. Она хотела его, он хотел её. Единственное, к чему взывала совесть, это чувство ответственности за здоровье Малфоя, потому она ещё хоть как-то пыталась держаться. Слизеринца абсолютно не устроил такой расклад — он понимал, что она снова включила свою голову, вместо того, чтобы наслаждаться моментом. Сильнее сдавив пальцы на нежной девичьей коже, он вновь начал насаживать её на себя, задавая свой собственный ритм. Запрокинув голову назад она двумя руками зарылась в свои волосы, откидывая их от лица. Закрытые глаза, румяные щёки, приоткрытые губы и крики. Чёрт возьми, такие умопомрачительные крики, что Драко был готов кончить прямо сейчас от этой картины. Её веки распахнулись и Гермиона упёрлась рукой в грудь Драко, когда её тело содрогнулось в сладостных конвульсиях. Пальцы сжались сами по себе, оставляя глубокие царапины на бледной коже Малфоя. Это было последней каплей, он не выдержал. Замычав что-то невнятное, он дёрнулся несколько раз и приподнялся на локте, подаваясь на встречу к губам Гермионы. Он всё ещё был в ней, когда Грейнджер упоенно целовалась с Драко, не в силах даже пошевелиться. — Гермиона, — он заправил её прядь волос за ухо, когда она решилась первой разорвать поцелуй, — ты. Нечто. — Не считай меня безрассудной или распутной, — покраснев, заявила она. — Люди в праве испытывать эмоции, — он придержал её за талию, когда Гермиона решила лечь рядом, — кто-то хочет выпивать, кто-то переспать. Каждый может захотеть, и нет ничего такого в том, что он это получает. — Малфой, я не хотела переспать с тобой, — она шепнула очищающее заклятия, незаметно проводя рукой над их телами. — Только не говори, что тебе стало меня жалко, я не приветствую альтруизм в сексе, — довольно холодно заявил он, поворачиваясь к ней лицом. — Меня к тебе тоже тянет, Драко, — с неожиданной смелостью вдруг сказала Гермиона. — Просто я... Не была готова себе признаться в этом. — Из-за того, что я в таком состоянии, да? — Оставь свои комплексы, ладно? — Комплексы? — он удивлённо вскинул брови и остановил ладонь, которая медленно гладила его по груди. — Я не комплексую вовсе, просто уточнил. — Меня ничего в тебе не смущает. Я просто боялась смутить тебя. — Наверное, стоило сначала поговорить, тебе не кажется? — усмехнулся он, переворачиваясь на бок, И Гермиона помогла ему, потянув за бедро на себя. — Вообще, мы не с того начали, — улыбаясь, прошептала она. — Слушай, может это прозвучит сейчас глупо. Но что ты делаешь завтра вечером? — О, у меня столько дел, — Драко выставил перед ней ладонь и начал картинно загибать пальцы, — плевать в потолок и уворачиваться, чтобы не попасть себе на лицо. Потом выпить зелья, таблетки. Заняться прокрастинацией и моральным самобичеванием. Могу отложить ненависть к миру на последний пункт, а прокрастинацию перенести на послезавтра. — Приглашаю тебя на свидание, Малфой, — улыбнулась она и провела пальцами по царапинам, оставшимся от её же ногтей, — найдёшь время? — Очень неожиданно, — не скрывая удивления улыбнулся он, — но так даже интереснее. Хорошо, я согласен. — Глупо, да? — Нет, — он притянул её к себе за шею, — мне так нравится, — и нежно поцеловал в губы.