A Child Found, A Family Complete

— Спасибо, что помог мне с этим, Гарри, — сказала Гермиона, когда они шли в Департамент по делам детей в понедельник утром. — Похоже, ты мне очень поможешь, потому что Мэтью просто одержим тобой. Гарри усмехнулся и пожал плечами. — Что я могу сказать? Я очарователен, у меня красивые зеленые глаза, и я победил Темного Лорда. — Заткнись, — ухмыльнулась Гермиона. Поднявшись на лифте на четвертый этаж, они направились прямо в конец коридора, где располагался офис. Вошла Гермиона, Гарри следом за ней, и направилась прямо к столу, за которым сидела женщина с прямыми черными волосами. — Могу я вам помочь? — спросила женщина, откладывая перо. — Меня зовут Гермиона Грейнджер. Я надеялась, что смогу поговорить с кем-нибудь о приемной семье и усыновлении. — Дай мне одну минуту. Женщина встала из-за стола и вошла в ближайшую открытую дверь. Она вернулась через несколько минут. — Мисс Грейнджер и… — Гарри Поттер, мэм. Женщина подняла брови и протянула руку, указывая на дверь, из которой только что вышла. — Сюда, Мисс Грейнджер и мистер Поттер. Элизабет Джонс готова ответить на все ваши вопросы. — Спасибо, — сказала Гермиона, хватая Гарри за руку и входя в кабинет. Женщина не подняла глаз, когда они вошли и заняли свои места, хотя и подняла палочку, чтобы закрыть дверь. Гермиона воспользовалась этим временем, чтобы оглядеть женщину. У нее были белокурые волосы и кудри, которые соперничали с волосами Гермионы, очки, сидящие на краю ее носа, напоминали Гермионе Риту Скитер, а фальшивые веснушки слева от носа напоминали Мэрилин Монро. На ней были сшитая на заказ мантия и красная помада в тон. Эта женщина так сильно напоминала ей Риту Скитер, что Гермионе пришлось сдержаться, чтобы не возненавидеть ее немедленно. Наконец она отложила перо и подняла глаза от пергамента, на котором что-то писала. — Я Элизабет Джонс, — сказала она, вставая из-за стола, чтобы поприветствовать их. Она потрясла обеими руками. Гермиона открыла рот, чтобы представиться, но женщина оборвала ее. — Вам незачем говорить мне, кто вы, я была бы сумасшедшей, если не узнала вас. Я ваша большая поклонница и благодарна вам за все, что вы сделали для нашего общества. — Спасибо, — сказала Гермиона, нацепив на лицо улыбку. Ей было неловко говорить о своем вкладе в войну, потому что она делала только то, что считала правильным. Кроме того, это звучало так, как будто женщина пыталась подлизаться к ним. Понимая, что Гарри тоже чувствует себя неловко, Гермиона перевела разговор на причину, по которой они пришли в офис. — Итак, мисс Джонс, я хотела спросить, получили ли вы в пятницу копию документов Мэтью Тейлора от директора Сметвика? — Они у меня прямо здесь, — сказала она, доставая его со дна стопки. — Похоже, все сходится. Гермиона кивнула. — Фантастика. А теперь я хотела бы узнать, не могли бы вы рассказать нам больше о процессе усыновления. Нам — я имею в виду, себя, не совсем готова пройти через процесс усыновления с Мэтью, поскольку мы все еще узнаем друг друга, но я думаю, что было бы глупо не получить некоторую информацию, тем более, что я планирую сделать это в будущем. — Конечно, вот книга со всей необходимой информацией. Единственное, что я хотела бы отметить, это то, что для того, чтобы воспитывать, нормально быть одинокой незамужней женщиной, но чтобы усыновить, вы должны быть замужней женщиной. У Гермионы отвисла челюсть. — Вы же не всерьез. Женщина кивнула, плотно сжав губы.  — Боюсь, что это так мисс Грейнджер. Откройте страницу сто двадцать семь. Гермиона быстро пролистала книгу и остановилась на нужной странице. — Закон об усыновлении № 42А гласит, что ведьма не может усыновить волшебного ребенка, если она не замужем, несмотря на то, что она может воспитывать ребенка. Доказано, что одинокие матери не способны воспитывать детей. Единогласное решение Визенгамота, 1853 год. — 1853? — Спросил Гарри. — мисс Джонс, как этот закон все еще действует? — Я много раз подавала прошение об отмене этого закона. Так много детей застряло в волшебных и маггловских приютах из-за этого закона. Мы лишили одиноких женщин возможности быть матерями. Однако каждый раз, когда я обращаюсь с петицией, она никогда не получает достаточной поддержки и никогда не доходит до верхушки. Гермиона покачала головой. — Это абсурд. — Не для протокола, мисс Грейнджер, я с вами согласна. Однако, я все еще должна делать свою работу и следовать правилам. — Я понимаю. Итак, если бы я обручилась, как бы выглядел этот процесс? — После того, как вы выйдете замуж, есть тридцатидневный период, когда вы должны прождать, прежде чем пройдете через процесс усыновления. — Для чего нужны эти тридцать дней? — Ну, есть некоторые условия, чтобы убедиться, что брак не является фиктивным, и женщина делает это не только для того, чтобы усыновить ребенка. — Итак, в основном эти тридцать дней предназначены для меня и того, за кого я выйду замуж, чтобы убедить, что мы действительно любим друг друга, а не просто делаем это ради ребенка. Элизабет кивнула. — Правильно. — Но нет такого отрезка времени, когда мне пришлось бы отказаться от воспитания Мэтью? Я просто хотела убедиться, что как одинокая женщина я могу воспитывать ребенка.  — Это совершенно нормально. Я уверена, что Мэтью будет процветать в той среде, которую вы для него создали. Гермиона кивнула и встала, Гарри следил за ее действиями. — Спасибо, что уделили мне время, мисс Джонс. Гермиона пробежала мимо секретарши и выскочила за дверь, все еще сжимая в руках книгу со всеми правилами и законами усыновления. — Гермиона! — Крикнул ей вслед Гарри, догоняя ее. Когда она обернулась, по ее лицу текли слезы. — Ох… как могут существовать такие архаичные законы, которые не позволяют одиноким женщинам усыновлять детей? — Гермиона задохнулась. — Я даже ни с кем не встречаюсь и должна выйти замуж, если хочу усыновить Мэтью. Это абсурд. Гарри прижал Гермиону к груди и обнял ее. — Мы что-нибудь придумаем. Мы всегда так делаем. Вечером, после работы, Гермиона заскочила в коттедж Андромеды, чтобы забрать Мэтью. Всю дорогу домой он болтал об удивительном дне, который провел. Она улыбалась, смеялась и расспрашивала его о прошедшем дне — обо всем, что полагается делать матери. В глубине ее сознания все еще маячила мысль, что, возможно, она никогда не станет его матерью. Когда они вошли в квартиру, Гермиона накормила Мэтью и приготовила его ко сну, и это был настоящий ураган. Ночь закончилась так же, как и все остальные, когда она рассказала еще одну историю о Гарри Поттере, мальчик мирно заснул на середине рассказа. Гермиона переодевалась в свою пижаму, собираясь пройти по коридору в комнату Гарри, когда услышала стук в дверь своей спальни. Она накинула халат поверх пижамы и направилась к двери. Открыв ее, она увидел букет прекрасных подсолнухов. — Они великолепны, — сказала Гермиона, улыбаясь и касаясь лепестков кончиками пальцев. — Я подумал, они поднимут тебе настроение, — сказал Гарри из-за цветов. Она взяла вазу из его рук и пошла на кухню, чтобы поставить цветы у окна. Когда солнце светило вовнутрь, оно попадало в них идеально. Она повернулась и мягко улыбнулась ему. — Спасибо. Я ценю это. — Для тебя все, что угодно, Гермиона, — Он замолчал и зашаркал ногами, заложив одну руку за спину. Она подняла бровь. — Ты в порядке? Что ты… Гарри поднял руку. — А теперь выслушай меня, прежде чем говорить «нет», Ладно? Гермиона кивнула. — В чем дело? Гарри опустился на одно колено и вытащил фиолетовую коробочку с кольцами, а Гермиона в шоке поднесла руку ко рту. — Гарри. —  Гермиона, пожалуйста, выслушай меня, — Он посмотрел на нее снизу вверх, и она поняла, что он нервничает. Она снова кивнула и прикусила губу, чтобы не заговорить. — Ты была рядом со мной, снова и снова, на протяжении всего Хогвартса и в течение последних нескольких лет. Ты никогда не колебалась в своей преданности. Я люблю тебя и знаю, что могу влюбиться в тебя, если ты дашь мне шанс. Я хочу помочь тебе стать семьей с Мэтью. Итак, Гермиона, ты выйдешь за меня замуж? Гермиона была в шоке-это определенно было не то, что она ожидала. — Ты уверен, что хочешь этого, Гарри? Я не думаю, что развод в волшебном мире так уж легок, если ты решишь, что не хочешь быть со мной. Гарри кивнул. — Не сомневаюсь. И мы справимся с этим, если до этого дойдет. Так ты выйдешь за меня замуж? Гермиона кивнула и бросилась в его объятия, слезы катились по ее лицу. Она не могла поверить, что ее самый близкий друг откажется от шанса быть с кем-то, кого он действительно любит, чтобы она могла усыновить Мэтью. Гарри рисковал, что в конце концов они влюбятся друг в друга. Он всегда был таким самоуверенным, и она знала, что никогда не сможет отплатить ему тем же. — Спасибо, — выдавила она, отстраняясь от него и вытирая глаза. — Вот, — сказал Гарри, вставая и вытаскивая кольцо из коробки. Гермиона протянула левую руку, и Гарри надел кольцо ей на палец. — Это прекрасно, — Она смотрела на бриллиант с благоговением. Это было простое золотое кольцо с большим алмазом посередине. — Он был в моем сейфе. Гоблины сказали мне, что оно принадлежало моей матери — тот самый, который подарил ей отец, когда делал ей предложение. Это было в моей семье на протяжении многих поколений. Гермиона двинулась, чтобы снять его. — О, Гарри, Неужели ты не хочешь сохранить это для кого-то, кого ты действительно любишь? — Остановись, — выдохнул он, накрывая ее руку своей. — Я хочу, чтобы оно было у тебя, а не у кого-то другого. Именно ты. Гермиона кивнула и опустила руки ‐ она знала, что это окончательно. Когда мы должны связать себя узами брака? — спросила она, меняя тему разговора. — Ну, чем скорее мы поженимся, тем скорее тридцать дней истекут и мы сможем усыновить Мэтью. Но это полностью зависит от тебя. Если ты еще не готова… Мысли Гермионы лихорадочно метались. — Ты… ты думаешь, они нам не поверят, потому что знают, что мы поженимся только по расчету? Гарри пожал плечами. — Похоже, мисс Джонс на нашей стороне. Я думаю, она сделает все, что в ее силах, чтобы помочь нам, но лучшее, что мы можем сделать, это попытаться. Я хочу сделать это с тобой, Гермиона Грейнджер, будущая Поттер. Гермиона рассмеялась.  — Грейнджер-Поттер. Если ее замечание и удивило его, он не подал виду. — Если ты этого хочешь, я не против. — Ты согласен на счёт венчания в эти выходные? Гарри усмехнулся. — Да, если это так. — Тогда это свидание, — Она помолчала. — А это значит, что мы определенно должны приступить к планированию. — Давай пошаговому, можем пожалуй места, которое бы мы хотели посетить? Нам просто нужны два свидетеля, как насчет Рона и Сьюзен? Гермиона кивнула.  — Они идеальны. А как насчет Андромеды и Тедди? — Мне бы этого хотелось. Мэтью может стоять с ними во время церемонии… и говоря о нем, то, что мы поженимся, будет волновать его. Он же спрашивал нас о том, будем ли мы его мамой и папой. Гермиона рассмеялась. — Ты прав. Он будет в полном восторге, тем более что Гарри Поттер-его кумир. Гарри придвинулся ближе и заключил ее в объятия. — Видишь, все будет хорошо. Гермиона кивнула и посмотрела на своего лучшего друга, своего будущего мужа. Когда она посмотрела на его губы, он придвинул их ближе и вскоре прижался губами к ее губам. Гермиона обвила руками его шею и углубила поцелуй. Когда он провел языком по ее губам, она ахнула, и он переплел свой язык с ее. Запыхавшись, Гермиона отстранилась и улыбнулась. — Это было мило. — Ведьма, это было более чем мило. — Гермиона хихикнула и схватила его за руку. — Я могла бы к этому привыкнуть. Гарри усмехнулся.  — Как и я.