Жертва, Паук и Герой

      — Я тебя предупреждал.       Лицо Скайлера перекосило от злости и отчаяния. Гарри и сам понимал, что поступил глупо, что надо было его послушать, но что теперь можно было сделать?       — Я тебя, блин, предупреждал! Предупреждал же!       Негодование мальчика было оправданным. Накануне матча между Гриффиндором и Хаффлпаффом из спальни Поттера и его сокурсников исчез дневник. Кто бы ни украл его, он очень торопился и такой погром оставил, что без магии на уборку этого кошмара ушёл бы весь день. Стоило ребятам обнаружить пропажу, Гарри написал для Кайла записку — и теперь они сидели после завтрака в пустом кабинете недалеко от спальни Слизерина. Целью встречи было придумать план действий, но Кайл сходу заявил, что имеет полное право возмущаться столько, сколько пожелает, и ничуть не торопился с этим завязывать.       — Я тебе говорил: отдай его директору. Что ты мне на это ответил? Не надо, много мороки будет с объяснением предыстории. А я был прав. Как всегда — прав. Почему именно в этот раз вам не пришло в голову меня послушать?       Росс мерил шагами мрачный класс зельеварения и пыхтел себе под нос нецензурные ругательства, коим научился у матери. То, как тихо он это делал, доказывало, что мальчик всё же пытался сдержаться. Гермиона, Рон и Гарри сидели на парте с очень удручённым видом.       — Я тебя предупреждал!       — Ты это уже сотню раз сказал.       — И ещё столько же скажу! — раздосадовано прошипел Кайл. — Чтобы до вас дошло, наконец, что, если своих мозгов нет, так хоть к чужим прислушайтесь!       — Дневник мог забрать только кто-то из Гриффиндора, — стараясь игнорировать нелестные комментарии в адрес своего интеллекта, сказала Гермиона. — Больше никто не знает паролей от нашей гостиной.       — Да что ты говоришь, — язвительно шипел Росс. — Значит, с меня вы обвинения снимаете? Благодарю покорно за оказанную честь, постараюсь впредь не предать вашего доверия... ч-чёрт возьми...       — Надо заявить о краже, — потупив взор, продолжала Грейнджер.       — Матч через полчаса, — тихо напомнил Рон.       — Какой к ебени матери матч, Уизли?! — заревел, как медведь-шатун, Кайл. — У вас пропал тёмный артефакт из спальни, кто-то из студентов — его новый хозяин, хер-знает-каким-образом вообще про этот сраный дневник узнавший, хрен-знает-как теперь будет действовать! Если ты ещё не заметил — у нас тут проблема посерьёзнее квиддича!       — Предлагаю всем успокоиться, — Гермиона слезла с парты. — Преподаватели сейчас всё равно на стадионе. После игры поговорим с ними, объясним, что к чему...       — Каким образом вы собираетесь объяснять такое? — тихо (и от этого ещё более страшно) спросил Росс. — Если бы мы сделали это раньше, можно было бы сослаться на то, что нашли его возле туалета Миртл. А теперь, когда почти два месяца прошло, к Гарри будет столько вопросов, что он на них до следующего учебного года не ответит. И тут уже исключением из школы будет не попахивать, а вонять до рези в глазах.       — И что ты предлагаешь? — Рон всё ещё не знал, как себя с ним вести; атака, едва не лишившая Кайла жизни, стала пробежавшей между ними чёрной кошкой.       — Необходимо как можно скорее выяснить, кто пробрался в вашу спальню, и вытрясти из этого идиота дурь. Если необходимо — болезненно и долго, — глаза Скайлера кровожадно сверкали в полумраке подземелий. — И доступным ему языком насилия объяснить, как он не прав и как сильно об этом пожалеет.       — То есть, с Дамблдором не говорить, по-твоему?       — Знаешь, Рональд, — Кайл круто развернулся к нему лицом. — Мне плевать. Делайте что хотите. Рассказывайте кому хотите. Я больше в это дело не полезу.       — Что? — Гарри вскочил с парты. — Ты бросишь нас?       — Именно. Я вам явно не нужен, — Скайлер фыркнул. — Какой смысл я перед вами распинаюсь, если вы всё равно всё делаете по-своему? Какой смысл я пытаюсь вам что-то объяснить, если в конечном итоге всё, что я получаю взамен — это сломанная шея и недоверие? Уизли даже не подумал попросить у меня прощения — а теперь спрашивает моей помощи? Нет уж. Разбирайтесь сами.       Росс спешно вышел из кабинета, закрыв за собой дверь.       Этот разговор действительно был окончен.       Однако уже час спустя он возобновился в совершенно другом настроении, и вновь — в Больничном крыле. На этот раз там, правда, оказался не Кайл.       — Гермиона! — охнул Рон.       Она лежала необычно тихая, глаза её были открыты и словно остекленели.       — Их нашли у двери библиотеки, — сказала профессор МакГонагалл. — Думаю, вы тоже не знаете, что значит вот это? Оно лежало возле них на полу.       Она показала на маленькое круглое зеркальце на прикроватной тумбе у койки Грейнджер. Гриффиндорцы покачали головами, а вот представителю Слизерина явно было что сказать.       — Очевидно, оно выпало из рук одной из них, — протянул Росс и повернулся к профессору. — Рядом с кем оно лежало?       — С мисс Грейнджер, — ответила печально Минерва.       — Гермиона не пользуется зеркалом для красоты. Да и в библиотеку она явно не прихорашиваться ходит, — Скайлер нахмурился. — Зачем ей понадобилось зеркало, если обычно ей нет до этого дела? Конечно, при ударе об пол оно могло и отскочить от старосты Рейвенкло...       — Мистер Росс, отправляйтесь в Общую гостиную Слизерина, — МакГонагалл невольно сбила его с мысли. — А вас я провожу в гриффиндорскую башню.       Тем же вечером, за ужином, Кайл подсел к Гарри с Роном и сделал вид, что не заметил удивлённых и враждебных взглядов старших представителей другого факультета.       — Я всё ещё злюсь на вас, — громко заявил он и сделал большой глоток из кубка Поттера. — Но нападение на Гермиону нельзя так оставлять. Поэтому я вам помогу, а потом побью тебя, Уизли, до полусмерти. Как думаешь, честный обмен?       — Вполне, — едва не подавившись, быстро признал Рон, чем вызвал волну молчаливого негодования всех слышавших его сокурсников.       — Восхитительно, — кивнул Росс и уже гораздо тише добавил: — Есть идеи?       — Мы пойдём в Хагриду и обо всём расспросим, — так же тихо сказал Гарри.       — Идите. Только не попадитесь. От информации, которой он владеет, зависит успех дальнейшего плана действий.       — У тебя есть план?       — Не совсем, — Скайлер перешёл на едва слышимый шёпот. — Детали зависят от того, что скажет наш любимый лесничий, поэтому не облажайтесь в этот раз. Но если говорить в общих чертах, то да — план есть.       — Поделишься?       — Пока вы не вернётесь от Хагрида — нет. А теперь мне пора, — он осмотрелся и уже громче закончил: — А то мне тут ненароком мантию взглядом прожгут.       Всё, что друзья услышали в хижине полувеликана, с точностью до интонаций они передали ему на следующий день. Дамблдора уже не было за преподавательским столом — на его месте сидела мрачная МакГонагалл.       — Следовать за пауками, — повторил, каждый звук обсасывая как леденец, Кайл. — Весьма... точное руководство к действию.       — Ненавижу пауков...       — Тебя никто и не просит их любить, — парировал холодно Росс. — Ищите наших восьминогих друзей, наблюдайте за тем, куда они ползут, и обо всём пишите мне.       — А ты?       — Проведу опрос населения, — подмигнув Гарри, улыбнулся Скайлер. — Наведу справки. Наверняка что-нибудь станет понятнее.       Почти всё свободное время, когда только было возможно, Росс проводил в библиотеке. Там, под надзором мадам Пинс, он корпел над книгами и заодно наблюдал за другими учениками — которые, в свою очередь, делали всё возможное, чтобы находиться от него как можно дальше.       Слух о том, что именно Скайлер является наследником Слизерина, уже превратился в твёрдое убеждение, и беднягу не рисковали линчевать разве что по той причине, что весь преподавательский состав единогласно считал мальчика невиновным. К тому же, после инцидента с Роном Уизли (многие в школе стали здороваться с ним за руку в коридорах, потому как считали едва ли не героем, решившимся в одиночку выступить против злодея), за Россом лично приглядывал профессор Снейп.       Да и, чего греха таить, Кайл умел быть жутким.       В конце месяца, когда стало совсем тепло, на одном из уроков травологии Гарри обнаружил-таки троих паучков, державших свой путь в Запретный лес, о чём незамедлительно сообщил и Рону, и Россу. Той же ночью было принято решение отправиться вслед за ними.

***

      — Долго вас ждать? — спросил Кайл недовольно; он стоял, прислонившись спиной к стене домика на опушке, и высматривал подельников, периодически зевая.       — Как ты умудрился из замка выйти незамеченным? — стараясь сдержать восхищение в голосе, спросил Рон.       — Я умею прятаться. Идём или как?       Наколдовали свет. Стало немного спокойнее.       — Выучили какие-нибудь защитные заклинания на всякий случай? — невзначай спросил, углубляясь в лесной массив, Росс.       Львята предпочли ему не отвечать. Подготовиться к походу им как-то не пришло в голову.       События следующих трёх часов к величайшему удивлению Рона не оставили на его рыжей шевелюре ни единого седого волоска. Вернувшись из лап акромантул насмерть перепуганными, второкурсники вывалились из одичавшего фордика, не в силах поверить в собственное везение. Кайл сел на землю и провёл ладонью по волосам.       — Следуйте за пауками! — прохрипел Уизли, вытирая рот рукавом. — Никогда не прощу это Хагриду! Как мы вообще остались живы!       — Он был уверен, что Арагог не причинит вреда его друзьям, — возразил Гарри.       — У Хагрида точно заскок! — Рон со злости ударил кулаком по стене хижины; его колотило. — Он считает, что чудища не так страшны, как кажутся с виду! И вот куда его это завело! В камеру Азкабана! Какой смысл был посылать нас туда?       — Был смысл, — холоднее обычного сказал, поднимаясь на ноги, Росс. — Он сказал нам нечто неописуемо важное.       — Что же? — едко скривился Уизли.       — Чудовище убило молодую девушку в туалете.       — И?       — Раньше у меня были только догадки, — Кайл почесал голову. — Но теперь я точно уверен...       — Да скажи же ты уже!       — Девушка. Туалет. Убийство, — Гарри под пристальным и полным одобрения взглядом Скайлера впервые за долгое время расплылся в счастливой улыбке. — Она всё это время была у нас под носом! Плакса Миртл! Вот кого убило чудовище Тайной комнаты пятьдесят лет назад!

***

      — Мы навестили Гермиону, — тараторил Поттер сдавленным шёпотом. — И посмотри, что нашли! Чудовище — это василиск! Змея! Поэтому мы с тобой его слышим, а другие — нет! Он передвигается по трубам — помнишь, после празднования дня смерти Почти Безголового Ника, да и потом, голос шёл словно из стен? Это и был голос из стены!       Росс недоверчиво пробежал взглядом по тексту на жёлтой странице, явно вырванной из книги, и кивнул.       — Логично.       — Что теперь?       — Сообщите преподавателям всё, что знаете, — Кайл огляделся. — Я пойду к Миртл и расспрошу её обо всём. Судя по информации, что мы имеем, даже вход в Тайную комнату может быть там. Встретимся...       — Там и встретимся.       Гарри с Роном скрылись из виду, и Скайлер, стараясь передвигаться по замку вместе с группами студентов, двинулся на третий этаж.       В прохладном старом туалете для девочек было тихо — почти как в их Общей гостиной. Кайл тихо закрыл за собой дверь, и стоило замку щёлкнуть, как из дальней кабинки выплыла мёртвая девочка.       — Привет, — поздоровался Скайлер и улыбнулся. — Не против, если я с тобой посижу? В коридорах куча надоедливых людей.       — Хорошо, — неуверенно кивнула Миртл и вдруг спросила: — Неужели и тебе досаждают?       — Не то слово, — чувствуя, что привидение расположено к разговору, кивнул несколько устало Кайл и прошёлся по комнате, внимательно осматриваясь. — Все считают, что наследник Слизерина — я. А в последнее время это не самый почётный титул.       — Я слышала, что это он стоит за этими нападениями.       — Правильно слышала. Вот только я тут не замешан.       Кайл посмотрел на девочку внимательно.       — Ты мне веришь?       Миртл, кажется, смутилась.       — Верю. Ты не такой, как другие. Не злой.       — Надеюсь на это.       В тот же миг по коридору эхом прокатился усиленный мегафоном голос профессора МакГонагалл, велевший всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни, а преподавателям — собраться в учительской. Скайлер и не думал следовать её приказу. Вместо этого он зашёл в одну из кабинок, опустил крышку унитаза и сел на неё, как на стул. Миртл опустилась на пол рядом с ним.       — Не пойдёшь?       — У меня тут есть одно дело, — пожал плечами Кайл. — И, если я с ним не разберусь, боюсь, моё возвращение в спальни только усугубит ситуацию в Хогвартсе.       — Что же это за дело такое?       — Оно касается тебя, Миртл... если тебе неприятно будет говорить об этом, ты можешь не говорить, но... мне очень важно знать, как ты умерла.       Призрак в мгновение ока преобразился, буквально расцвёл на глазах, точно ещё никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса.       — О-о-о! Это был кошмар! Я умерла в соседней кабинке. Спряталась сюда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками и обидно дразнила. Я заперлась и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить. Я не поняла, что именно — словно на другом языке. Один был мальчик. Я, естественно, отперла дверь и сказала ему, чтобы он шёл в свой туалет. Тут-то это и произошло, — Миртл надулась от важности, лицо её просияло. — Я умерла.       — Просто... взяла и умерла? Ничего больше не помнишь?       — Помню только два огромных-преогромных жёлтых глаза.       — А где именно ты их видела?       — Вот тут.       Девочка взлетела над комнатой и опустилась к одной из раковин.       — Она никогда не работала, — радостно сообщила Миртл.       Кайл дошёл до указанного места и внимательно его осмотрел. На медном кране была нацарапана крохотная змейка.       А вдруг...       Он вспомнил, как разговаривал с Бобби у себя на заднем дворе, вспомнил, как спас от смерти наколдованную змею в Дуэльном клубе, и тихо шепнул:       — Откройся.       Умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв зёв широкой трубы, приглашавший начать спуск по пологому скату куда-то в темноту. Сам Скайлер этого не знал, но глаза у него сверкнули восторженно.       — Потрясающе, Миртл! — улыбнулся он. — Ты даже не представляешь, как сильно помогла. Спасибо.       — Да было бы за что, — махнула рукой девочка и улыбнулась в ответ. — А что я такого сделала?       — Ты, милая Миртл, указала мне на вход в Тайную комнату.       — Это хорошо?       — Это потрясающе. Теперь мы сможем остановить нападения на учеников, школу не закроют и никто не умрёт.       — Мы? — привидение отлетело чуть назад. — Я туда не пойду.       — И не нужно, — второкурсник отошёл от прохода. — Скоро сюда должны прийти Рон с Гарри, помнишь их?       — Помню, — куда менее довольно кивнула девочка. — Они меня убеждали, что пролетевший сквозь голову учебник — это ничего страшного.       — Они не со зла, — вернувшись на свой импровизированный стул, вздохнул Скайлер. — Просто не знают, каково это — быть призраком.       Прикрыв глаза, Росс весь превратился в слух и стал ждать звук знакомых шагов в коридоре.       Но услышал их только четыре часа спустя, когда уже начал потихоньку терять терпение.       Локхарта пустили идти первым, от страха его трясло так, что колыхалась мантия. Увидев профессора, Кайл было напрягся, но уловил его ужас и понял, что к чему. Второкурсники показались следом, и Росс, планировавший выйти к ним с видом победителя в этой жизни, шагнул из темноты кабинки раздражённый.       — Ничего не говорите, я понимаю, как трудно было выбраться из спален в такое время, — пресекая попытку Гарри объяснить ситуацию, покивал он. — Этого зачем притащили?       — Какой-никакой, а профессор, — пожал плечами Рон.       — Тогда отправим его первым, — Кайл кивнул на проём в стене. — Я нашёл вход в Тайную комнату, но понятия не имею, что нас ждёт внизу. Так что пусть проверит, нет ли там сталагмитов на дне. Его не жалко.       — Прошу прощения? — слабо спросил Локхарт, всё ещё мелко содрогаясь.       — Ты нашёл? — хором воскликнули львята.       — Если бы не Миртл — сидел бы тут просто так. Спасибо ещё раз, — он кивнул парящему над их головами привидению. — Ну, давайте, профессор, вперёд.       — Мальчики, — простонал он умирающим голосом. — Ну что хорошего в этой затее?       — Мне вас заставить? — Кайл вытащил волшебную палочку и недобро посмотрел ему в глаза. — Могу, но будет больно.       Полёт в трубе был похож на скольжение с крутой горы — бесконечной, тёмной, покрытой слизью горы. Приземление было не из мягких, но обошлось без травм.       Компания двинулась дальше, уже пешим ходом. Шаги по мокрому полу разносились под сводами подобно гулким шлепкам.       Одну неудачную попытку Локхарта стереть присутствующим память спустя, оставшись один-одинёшенек по ту сторону каменного обвала, Гарри принял решение идти дальше. Кайл стал оперативно разгребать завал — к счастью, у него с заклинанием левитации было всё замечательно, это не должно было занять слишком много времени, а особенно крупные глыбы он решил попросту превращать в песок, — Рон же помогал руками как мог, чтобы Поттер смог вернуться назад. Ну, или они — пройти вперёд.       Тоннель поворачивал снова и снова, каждый нерв у Гарри был напряжён до предела. Наконец, он увидел перед собой гладкую стену, на которой были вырезаны две змеи с поднятыми головами, вместо глаз у них блистали изумруды. По приказу змееуста в стене появилась щель, и две половины стены скользнули в стороны.

***

      — Джинни изливала душу, а мне как раз её душа и была нужна. Я впитывал её глубинные страхи, самые потаённые секреты и наливался жизненными соками, становился крепче, сильнее. Моя мощь так выросла — куда там маленькой мисс Уизли. У меня накопилось столько энергии, что я начал обратное излияние — напитал мою маленькую подружку моими собственными секретами — секретами теперь уже моей души. Ты так ещё ничего и не понял, Гарри Поттер? — вкрадчиво спросил Реддл. — Это Джинни Уизли открыла Тайную комнату. Передушила всех школьных петухов, малевала на стенах угрожающие послания, натравила змею Слизерина на четырёх грязнокровок и на кошку сквиба.       — Неправда.       — Правда. Поначалу она не понимала, что делает. "Дорогой Том, мне кажется, что я теряю память. Вся моя мантия в петушиных перьях, а я понятия не имею, откуда они взялись. Дорогой Том, я не могу вспомнить, что делала в ночь на Хэллоуин. Дорогой Том, Перси постоянно твердит, что я стала бледная и сама не своя. Том, что мне делать?" — и всё в таком духе. Но довольно разговоров — вижу, ты торопишься, — Реддл осклабился. — Хотя теперь, когда Дамблдора выдворило из школы одно лишь воспоминание о великом волшебнике Лорде Волдеморте, у меня есть всё время этого мира...       — Не так далеко он ушёл, как ты думаешь, — возразил Гарри, желая только побольнее унизить этого заносчивого урода, даже не до конца веря, что это правда так.       Но феникс директора считал иначе. Его прибытие сопровождалось песней, от которой в жилах стыла кровь, и ничего, кроме Распределяющей Шляпы, Фоукс не принёс. Но Гарри и это придало сил — не он один теперь будет стоять лицом к лицу с Реддлом.       — Вернёмся к делу, Гарри, — отсмеявшись после этого бессмысленного появления, заговорил Волдеморт. — Дважды — в твоём прошлом и моём будущем — мы встречались, и дважды мне не удавалось убить тебя. Как ты сумел уцелеть?       — Сам не знаю, — дрожа от едва сдерживаемой ярости, сказал Поттер. — Но моя мама отдала жизнь, чтобы спасти меня. Она отвела от меня смерть.       — Значит, ты спасся, потому что мать пожертвовала своей жизнью... это мощное средство против чар. Но теперь я вижу, в тебе самом нет ничего особенного. Видимо, тебя от меня спасал просто счастливый случай... вот всё, что я хотел знать. А теперь — небольшое представление. Тёмный Лорд Волдеморт, наследник Слизерина, против знаменитого Гарри Поттера и лучшего оружия, каким мог снабдить его Дамблдор! Говори со мной, Слизерин, величайший из хогвартской четвёрки!       Гарри закрыл глаза и упёрся спиной в стену. Что-то непомерно сотрясло пол — он почувствовал, как дрогнули плиты. Голос Реддла прошипел: "Убей его". Было слышно, как тяжёлое туловище короля змей, шурша, извивается по каменному полу. Фоукс пикировал на голову чудовища как нельзя вовремя и моментально ослепил тварь под душераздирающие змеиные крики боли. Мечась в попытках избавиться от надоедливой птицы, василиск хвостом подцепил Волшебную шляпу и кинул её прямо в руки Гарри. Меч, вывалившийся из неё под мольбы Поттера, увесисто лёг ему в раскрытую ладонь.       Василиск сделал слепой бросок. Гарри уклонился — теперь, когда глаза змеи выклеваны, смотреть на него было не опасно, — и голова чудовища с грохотом откалывающихся камней врезалась в стену. Ещё бросок, и раздвоенный язык стегнул Гарри по боку. Обеими руками Гарри поднял оружие.       — Стой! Опусти меч!       Вопль был настолько громким и яростным, что, отразившись от влажных стен комнаты, оглушил всех — даже воспоминание поморщилось на мгновение, чтобы потом удивлённо уставиться на маленькую фигуру между расползшимися стенами. Король змей замер. Гарри в нерешительности тоже.       — Не смей трогать Гарри, ты! — заорал, звенящий как у ненормального, невидимый знакомый голос.       Гарри с трудом отвёл взгляд от смертоносной твари перед собой и увидел быстро приближающегося Кайла.       — Как ты...       — Не сейчас! — рявкнул слизеринец и махнул рукой на василиска. — Давай, отползай!       — Что ты делаешь? — закричал Реддл, приближаясь; обращался он явно к змее. — Атакуй их!       — Я тебе атакую! — Скайлер явно потерял над собой контроль: вид самодовольного воспоминания привёл его в неописуемый гнев. — Я тебе так атакую, что мать родная не признает! Ты кто вообще такой, чтобы убивать невинных людей, а?       — Это Волдеморт! — воскликнул, дрожа от переполнявшего его адреналина, Поттер. — Это воспоминание Тома Реддла в шестнадцать лет!       Росс окинул почти осязаемый образ статного юноши внимательным взглядом. Они смотрели друг на друга изучающе, и каждый явно соображал, что делать дальше. Появление друг перед другом для обоих стало неожиданностью.       — И ты будешь подчиняться какому-то воспоминанию? — Кайл повернулся к василиску. — Или послушаешь живого человека?       — Ещё один человек, знающий парселтанг, — задумчиво и не слишком довольно протянул Реддл, наблюдая за тем, как опускается на брюхо змея. — Кто ты?       — Конь в пальто, — проворчал мальчик уже немного спокойнее; запал, вспыхнувший при виде одноклассника на грани смерти, постепенно гас.       — Откуда знаешь змеиный язык?       — С рождения одарён, мистер Тёмный-не-твоё-собачье-дело-Лорд, — вскинул голову он. — Моя мать знала парселтанг, и тебя это не касается.       — Интересно, — пропустил мимо ушей оскорбление Реддл, хотя и скривился. — Как звали твою мать?       — Вы серьёзно сейчас будете это обсуждать? — сдавленно хрипнул всё ещё перепуганный до полусмерти Поттер.       — Нет, Гарри, не волнуйся, — мягко (и очень похоже на Кайла, невовремя всплыло в голове гриффиндорца) ответил Том. — Сейчас вы оба умрёте.       — Это вряд ли, — по-волчьи (или по-змеиному?) оскалился Росс.       — Убей их.       Король змей обратил треугольную голову к Кайлу и замер. Если бы у животных был разум, Гарри непременно решил бы, что василиск пребывает в смятении.       — Этот василиск довольно умён, — вдруг выдал Скайлер, обращаясь к гигантской змее, и нагло улыбнулся Реддлу. — И не станет подчиняться какому-то фантому, когда рядом есть настоящий человек.       — Король змей подчиняется только наследнику Слизерина, — постепенно осознавая происходящее, злобно выплюнуло воспоминание. — Значит ли это, что...       — В твоих расчётах ошибочка вышла, придурок, — усмехнулся Кайл.       Чёрный дневник, мокрый и покрытый слизью, упал вдруг ему прямо в руки будто с потолка. Росс задрал голову — прямо над ним огненно-красной молнией пронёсся Фоукс. Несколько секунд мальчик тупо пялился на предмет у себя в руках, чувствуя, как по пальцам расходится холод от заключённой в нём магии.       А потом до него дошло.       — Эй, Реддл, — фыркнул он, потрясая над головой дневником. — Хочешь забрать свою вещицу?       Судя по тому, с какой ненавистью загорелись глаза Тома, вернуть имущество он был очень даже не против.       — Так забери!       Кайл размахнулся...       И с сумасшедшим криком: "Взять!", не то смеясь, не то пылая праведным гневом, швырнул тетрадь в василиска.       Змей подчинился и на звук шелестящих в полёте страниц среагировал молниеносно: мгновение, и его клыки пронзили магический артефакт в нескольких местах.       Из пасти зверя фонтанами брызнули чёрные чернила, заливая его блестящую изумрудно-зелёную чешую и пол вокруг.       Грянул долгий, продирающий до мозга костей вопль. Реддл завизжал, словно умирал на самом деле.       А потом исчез.       Змея выплюнула тетрадь и вновь полностью опустилась на пол. Кайл неуверенно подошёл ближе.       — Ты что делаешь? — уже вскочив на ноги и отпрянув от чудовища подальше, шепнул Гарри, сжимая обеими руками невесть каким чудом появившийся из Шляпы меч.       — Ты его слышишь? — Росс протянул к василиску руку.       Змея действительно шептала — правда, только два слова. Едва слышно, но вполне разборчиво.       — Новый хозяин.       — Да, — уже спокойнее согласился Скайлер и положил на израненный нос твари ладонь. — Я твой новый хозяин.       — Джинни!       Рон отцепился от чего-то за пределами видимости и вбежал в комнату, даже не заметив громадное пресмыкающееся слева от себя. На противоположном конце помещения послышался слабый стон.       Как Гарри мог о ней забыть!       Уизли бросился к ней, но она уже села. Ошеломлённый взгляд обежал колоссальных размеров василиска, видимо, не поняв сначала, что он живой, грязного брата, Кайла и Гарри у дальней стены. Она глубоко, судорожно вздохнула, и по её лицу заструились слёзы.       — Это была я, но я правда, правда не хотела... а как вы убили эту... эту зверюгу... и где Реддл? Последнее, что я помню, как он вышел из дневника...       — Всё хорошо, Джинни, — Гарри подошёл с продырявленным в нескольких местах тёмным артефактом в руках. — С Реддлом покончено. И с ним, и с...       Он посмотрел через плечо на полного детского восторга товарища, гладящего василиска по голове, и неуверенно закончил:       — И с василиском. Думаю, Кайл станет для него лучшим хозяином, чем Реддл.       — Лучшим хозяином?       Только теперь Рон увидел, что тварь вполне жива и здорова, и в ужасе отпрянул.       — Он подчиняется Кайлу, так что... думаю, проблем больше не будет.       — Вы что, не убьёте его?!       — Конечно, нет! — крикнул с другого конца зала Росс. — Ты посмотри, какой он очаровательный!       — Ещё один Хагрид, — простонал рыжий. — Пойдём отсюда.       — Меня исключат, — плакала Джинни. — Я так мечтала поступить в Хогвартс — с тех пор, как в школу пошёл Билл. А теперь мне придётся уйти. Что скажут мама с папой?       Покидая комнату, когда остальные вышли в тёмный коридор, Кайл ещё раз погладил василиска и незаметно от остальных остановил всё ещё текущую у него из раненой морды кровь и исцелил раны.       — Глаза я тебе не верну, прости, — сочувственно признал мальчик. — Но зато тебе больше не будет больно.       И, уже закрывая приказом на парселтанге пролом в стене, он отчётливо услышал тихое "спасибо" изнутри.       — Попрощался с новым питомцем? — содрогаясь от одного упоминания о короле змей, спросил Рон. — Список домашних зверюшек растёт.       — Что тебя так задержало? — проигнорировав едкость, поинтересовался Росс.       — Локхарт. Цеплялся за мою мантию и не давал шагу сделать нормально — вон он сидит. Ему отшибло память. Обливиэйт ударил по нему самому.       — Учитывая, что он колдовал твоей палочкой, хорошо, что жив остался, — фыркнул Гарри.       Миртл встретила искателей приключений не слишком-то радостно. Разочарованная тем, что ни Кайл, ни Гарри не смогут разделить с ней туалет в виде привидений, девочка предпочла удалиться.       Фоукс плавно скользил под потолком тёмных коридоров школы и привёл их к кабинету МакГонагалл.

***

      Когда все пятеро, с головы до пят мокрые, грязные и в пятнах чернил, вошли в кабинет, все, кто там был, ошеломлённо замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем: "Джинни!". Увидев дочь, миссис Уизли вскочила, за ней — мистер Уизли, и оба бросились к ней. У камина, улыбаясь, стоял Дамблдор, рядом — МакГонагалл, тяжело дыша и держась за сердце.       — Вы спасли её! Спасли! Как вы это сумели?       — Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла Минерва утратившим обычную твёрдость голосом.       Гарри молча выложил перед директором Шляпу, меч и ошмётки дневника. А потом начал рассказ. Пятнадцать минут он вещал без перерыва обо всём, что происходило в этом учебном году с ним и Кайлом, и остановился, чтобы перевести дух.       — Замечательно! Итак, вы отыскали вход, нарушив — не премину добавить — вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы выбрались оттуда живыми?       Гарри покосился на усевшегося на пол спиной к камину Скайлера и в нерешительности замер. Слова Реддла о том, что управлять королём змей может только наследник Слизерина, очень некстати закрутились у него в голове. Вдруг подумают, что это он устроил нападения?       — Я отговорил василиска нападать, — простодушно признался Росс.       — Вы... сделали что? — МакГонагалл круто развернулась в своём кресле.       — Отговорил василиска убивать Гарри, профессор, — ничуть не смущаясь, повторил мальчик. — Как выяснилось, я неплохо владею парселтангом.       — Нам стало это известно ещё во время первого занятия Дуэльного клуба, но позвольте...       — Да он на деле совсем не злой оказался, — Кайл зевнул. — Вернее, он агрессивный был, пока им управлял Том Реддл. Но, когда я объяснил василиску, что подчиняться живому человеку намного логичнее, чем фантому, он со мной согласился.       — Я вот что хотел бы узнать: как лорд Волдеморт изловчился околдовать Джинни? — тихо спросил директор. — Ведь он, согласно моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах.       — Что? — ошеломлённо воскликнул мистер Уизли. — Вы-Знаете-Кто... околдовал Джинни? Но Джинни, разве она... разве она не была...       — Во всём виноват дневник, — Гарри кивнул на разорванную в клочья тетрадь. — Реддл вёл его, когда ему было шестнадцать.       — Изумительно, — проговорил негромко Дамблдор. — Да, Реддл был один из самых одарённых учеников Хогвартса.       — Джинни! Как ты могла! Что я тебе всегда говорил? Как можно идти на поводу у того, кого совсем не знаешь? Почему ты не показала дневник мне или маме? Такая подозрительная вещь!       — Ни о каком наказании и речи быть не может, — директор развеивал одно опасение Гарри за другим. — Волшебники гораздо старше её бывали обмануты Волдемортом. Джинни нужен сон и ещё, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мисс Уизли следует немедленно отправиться в Больничное крыло. Мадам Помфри ещё не спит — она сейчас раздаёт сок мандрагоры. Жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту. Минерва, — он обратился к МакГонагалл. — Пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами?       — Можно.       — А вы, мистер Уизли, проводите профессора Локхарта в Больничное крыло.       Оставшись с змееустами наедине, Дамблдор пригласил мальчиков сесть в кресла напротив себя.       — Прежде всего, Гарри, я хотел поблагодарить тебя. Если бы не доблесть, которую ты проявил в Тайной комнате, Фоукс не прилетел бы к тебе.       Поттер неловко улыбнулся в ответ. Не зная, что сказать, он рассматривал свои руки и молчал. Кайл, уставший от бессонной ночи, то и дело зевал.       — Вы, наверное, хотите меня о чём-нибудь спросить? — подсказал старик.       — Профессор, — тут же выпалил Поттер; у него сна ни в одном глазу не было. — Реддл сказал, что я на него похож... хотя я думаю, что совсем не похож! Я же учусь на Гриффиндоре... — он помолчал. — Но... Распределяющая Шляпа сказала, что лучше всего мне было бы в Слизерине. И я знаю парселтанг...       — Ты знаешь парселтанг, Гарри, потому что на нём говорит Волдеморт — как я думал, единственный потомок Салазара Слизерина, — спокойно ответил директор и посмотрел на Кайла.       — Хотите сказать, сэр, — мгновенно перестав засыпать, встрепенулся Росс. — Что это я?..       — Судя по всему. Если не ошибаюсь, Гарри, в ту ночь, когда он наградил тебя этим шрамом, он вложил в тебя нечаянно толику своих сил.       — Значит, моё место в Слизерине. Волшебная шляпа почуяла во мне эту частицу и...       — Определила в Гриффиндор, — успокаивающе продолжил Дамблдор. — В вас обоих много качеств, которые столь высоко ценил Салазар Слизерин: находчивость, решительность, пренебрежение школьными правилами... и, наконец, редчайший дар — язык змей. Но почему Шляпа определила тебя на Гриффиндор, Гарри?       — Потому что я попросил не посылать меня на Слизерин.       — Верно. Именно в этом твоё отличие от Тома Реддла. Ведь человек — это не заложенные в нём качества, а только его выбор.       Второкурсники слушали очень внимательно.       — Что же касается тебя, Скайлер, — директор обратил лицо к Россу. — Твоя догадка абсолютно верна.       — То есть, я серьёзно... настоящий наследник Слизерина? Вот прямо... настоящий?       — Да, — кивнул Дамблдор.       — Что же получается... мы с Волдемортом... родственники?       — Далёкие. Но да — вы родственники.       — Я прошу у вас прощения за то, что скажу, сэр, но быть в родстве с Реддлом — хреновая пометка в личном деле, — медленно проговорил Кайл.       — Твоя мама, Скайлер, тоже знала змеиный язык, — старик покивал головой, вспоминая прошлое и совсем не обратив внимание на ругательство. — И многие навыки Слизерина перешли от неё к тебе.       — В таком случае, спасибо ей, — отдуваясь как после нескольких часов под палящим солнцем, обмяк в кресле Кайл. — Если бы не она — переваривался бы Финч-Флетчли у той змеюки в желудке, а Гарри — у василиска.       — Иди ты, — толкнул его локтем в бок Поттер и измученно улыбнулся.