Жертва, Паук и Герой

      После того, как Рита Скитер опубликовала разгромную статью про Хагрида и его принадлежность к великанам, лесника временно сменила профессор Граббли-Планк. Именно её увидали друзья у двери в хижину, когда закончились каникулы.       Кайл кутался в шарф — снега намело немерено, стояли жуткие морозы, — нацепил на себя самую тёплую шапку из всех, что были, и непрестанно ворчал. Каждая минута, проведённая на холоде, сопровождалась его возмущёнными приглушёнными (рот мальчик тоже старался прятать в одежде) репликами, к этому привыкли и уже не обращали внимания на раздражённый монолог.       Малфой после Святочного бала стал просто невыносим. Он и раньше мозолил глаза, но если на первых трёх годах обучения язвительные реплики сдерживались влиянием Росса, то после Рождества уже ничто не могло заткнуть Драко, кроме непосредственного применения физической силы. Вот и теперь — подал газету со статьёй про лесника с таким видом, будто лично планировал застрелить ею Гарри с Роном и Гермионой.       — Не хотел тебя огорчать, да, видно, придётся... — с притворно-жалостливой гримасой протянул он, бросил быстрый взгляд на Кайла и отвёл глаза.       Ребята читали в тишине. Скайлер уже начал пританцовывать от холода, когда Поттер оторвался от подписи репортёра и стал приводить аргументы в пользу невиновности Хагрида.       — Надеюсь, теперь-то этого идиота выгонят, — Малфой злобно сверкнул глазами. — Надо же, полувеликан!       — Следи за языком, — велел Росс, демонстративно пройдя мимо и даже взгляда не бросив на сокурсника. — Не то найдётся тот, кто тебе его укоротит.       — Кто же это будет, ты?       — Да хотя бы и я.       — Вы где, на уроке? — прикрикнула профессор Граббли-Планк.       — Нам нужно разгадать загадку яйца, — твёрдо заявил Кайл, стоило Драко отойти. — С Седриком говорил уже? У него есть идеи?       — Сказал принять с ним ванну.       — С кем? С Седриком?       — С яйцом, дубина, — беззлобно отмахнулся Поттер. — Сказал, что надо принести его в Ванную старост.       — Откуда он это узнал?       — Вроде как Делакур подсказала. Но это не точно.       Обогнули загон. На опушке к одному из деревьев был привязан великолепный единорог. Девушки ахнули — да и парни не сдерживали восторга.       — Единороги предпочитают женскую руку, так что мальчикам близко не подходить. Идём медленно, не торопясь.       Животное очень чутко реагировало на приближение незнакомцев и мотнуло вооружённой головой. Но всё же позволило им изучить и даже погладить себя.       — Слушай, может...       Договорить Гарри не смог, так как обнаружил, что Кайла рядом уже нет. Обежав взглядом толпу, он нашёл его серебристый затылок в женской половине класса. Единорог, кажется, подмены не замечал: даже когда Росс прикоснулся к его шее и мягко провёл ладонью по гриве, а профессор распознала в нём особь мужского пола и стала тихо рекомендовать поскорее убраться восвояси, животное не сдвинулось с места.       — Это потому что ему парни нравятся? — спросил Рон чуть громче, чем следовало; кое-кто из окружающих покосился на него вопросительно. — Что? Об этом только ленивый не знает.       — Так он что, серьёзно с Вронским танцевал? — встрепенулся Дин Томас.       — А ты-то как думаешь?       — Я решил, что это у него протест такой против участия в Турнире...       — Но непохоже было, — подключился Симус Финниган. — Так кружились! Честно говоря, не особенно удивительная новость.       — В смысле?       — Ну... не знаю. Что в этом такого?       — Разве это не неправильно? — спросил Невилл.       — А что неправильного? — заступился за товарища Гарри. — Пусть с кем хочет, с тем и танцует.       Профессор пыталась максимально доброжелательным тоном убедить Росса отойти от зверя, аргументируя это половой принадлежностью слизеринца. На что Росс в той же доброжелательной манере ответил, мол, раз до сих пор единорог не взбунтовался, значит, и проблемы нет. Словом, единственное, что оставалось бы сделать преподавателю, это велеть парню покинуть занятие, но изучаемое существо действительно относилось к присутствию Скайлера благосклонно, так что решено было конфликт не раздувать.       — У него мягкая шерсть, — констатировал Росс, пока класс возвращался в замок. — Вообще странно, что всё обошлось: единороги бывают порой очень воинственно настроены против мужчин.       — Это потому, что тебе парни нравятся? — повторил заявление Рона Симус.       — Очень бестактный вопрос, на который у меня, к тому же, нет ответа, мистер Финниган, — явно копируя интонацию профессора МакГонагалл, ответил Кайл и рассмеялся: — А если серьёзно — понятия не имею! Может, и из-за этого.       — Так это правда?       — Что?       — Что тебе парни нравятся?       — Я полагал, мой выбор партнёра на Святочный бал дал исчерпывающий ответ на этот вопрос, — удивился Скайлер.       — Дин решил, что ты шутишь так.       — А с чего бы мне шутить?       — Не знаю. Ты же вроде как не хотел участвовать в Турнире Трёх Волшебников, вдруг тебе пришла в голову мысль сорвать мероприятие, или вроде того...       — Я произвожу впечатление бунтаря? — Росс улыбнулся.       — Ещё какое! — втиснулся в диалог Дин. — Ты же за нашим столом ешь периодически.       — В правилах школы не запрещено принимать пищу за столом другого факультета, так что формально ничего я не нарушал. К тому же, бунтари — это больше по части вашего Дома, или я не прав?       Парни рассмеялись. Казалось, что новость о вкусовых предпочтениях Кайла сгладилась в их сознании той лёгкостью, с которой он признал о себе сплетни. Раздувать тему, в которой человек так просто сознаётся, было странно — всё равно что судачить о том, что кто-то спит головой на подушке.       — Сегодня ночью пойдём в Ванную старост, — подтянув в коридоре за рукав Седрика, сказал Скайлер. — Проведёшь нас туда?       — Все вместе пойдём?       — Разумеется. Одна голова — хорошо, а три — лучше.       — Тогда встретимся в коридоре на первом этаже, у статуи Бориса Безголового.       — Уверен? — Гарри проводил скрывшегося в толпе учеников Диггори взглядом; с Рождества отношение его к хаффлпаффцу было несколько враждебное.       — Разумеется, — повторил Кайл и посмотрел куда-то ему за спину. — Одна голова...       — Да, я понял.       — Тогда до вечера.       Росс отсалютовал и быстро пошагал в направлении Максима Вронского, скромно теснившегося у стеночки и высматривавшего кого-то в толпе. Шарф в тёплом холле Кайл размотал, но высокий воротник свитера скрыл ответ на незаданный вслух вопрос Гарри: остались ли у него после той ночи следы укусов?

***

      К счастью, в залитых лунным светом коридорах было тихо и спокойно. Гарри периодически сверялся с Картой: никаких опасных встреч не предвиделось. Кайл крался следом и периодически оглядывался: несмотря на то, что у Поттера в распоряжении имелась мантия-невидимка, Росс наотрез отказался ею воспользоваться, объясняя свою позицию тем, что "и без уловок проникнет в ванную незамеченным". Видно, у него был на этот счёт какой-то пунктик. Возле статуи Бориса Безголового стоял Седрик, так что Скайлер, велев Гарри спрятать за углом мантию в сумку с яйцом, вышел первым.       Да, только ради такой ванной захочешь стать старостой. Просторная комната выложена белым мрамором, с потолка свисает великолепная люстра с горящими свечами. Посередине комнаты прямоугольный бассейн — тоже из мрамора, по краям около сотни золотых кранов. Диггори открыл сразу несколько из них, и в бассейн полилась горячая вода.       — Ванна наполняется быстро, так что раздевайтесь, пока вода не остыла, — порекомендовал Седрик и сам стал стягивать с себя водолазку.       Гарри снял халат, тапочки, пижаму и осторожно опустился в воду. Двум другим чемпионам мысль о правильном гардеробе в голову почему-то не пришла, и они стояли, снимая брюки, спинами друг к другу. Поттер против воли посмотрел на Кайла и оторопел: отчётливо выделяясь на фоне бледной кожи, по его спине тянулся длинной широкой серой лентой от правого плеча до левого бока шрам. Ощущение создавалось, будто кто-то хорошенько стегнул парня огненной плетью. Росс повернулся (на шее чернели в тусклом освещении аккуратные круглые фиолетовые синяки, штук десять, не меньше), залез в воду, блаженно выдохнув, и раскинул в разные стороны руки.       — Наконец-то тепло, — протянул он и размяк; наготы своей, в отличие от Гарри, он не стеснялся.       — Кто это так постарался? — Седрик кивнул ему на шею и залез в воду следом: на нём были плавки.       — Да неважно, — лукаво отмахнулся Росс. — Нам тут для полного состава не хватает только кого-нибудь с Рейвенкло, и можно сочинять анекдот.       При упоминании факультета орлов у Поттера неприятно засосало под ложечкой. Там учится Чжоу, и Седрик сейчас тоже наверняка подумал о ней.       — Давайте яйцо, — протянул руки Гарри и, проскользнув пальцами по золотым чешуйкам, поднёс зашифрованную подсказку к груди. — Что там надо было? В воду опустить?       — Флёр сказала, что да.              Гарру опустил его в воду и раскрыл. На этот раз подсказка не визжала как оголтелая, в бассейне явно разносилась какая-то песня, но уловить смысла слов не мог никто.       — Ныряем, — без особого энтузиазма констатировал Кайл и, зажав нос, опустился на дно.       Делать нечего. Нырнули.       — Ёпрст, — протянул Росс, прослушав подсказку до конца, и красиво и витиевато выругался. — Понял кто-нибудь что-нибудь?       — "Ищи, где наши голоса звучать могли бы", — повторил Диггори. — Это явно под водой. Мы же под водой всё это сообщение прослушали.       — "Немы, словно рыбы" — кто-то, кто живёт под водой и способен разговаривать... русалки? Тритоны? — Росс круто повернулся к Седрику. — Где тут у нас русалки или тритоны живут? В нашем озере они есть?       — Да поди их разбери, — пожал плечами парень. — Скорее всего. На ум больше ничего не приходит.       — "Мы сумели забрать... о чём будешь горевать". У нас что-то собираются украсть накануне соревнования? — Гарри напряжённо думал.       — Что бы это ни было, нам нужно будет это найти. Значит, придётся нырять в озеро. Если, конечно, это на самом деле про озеро.       — А про что ещё? — Седрик вытер ладонью мокрое лицо. — Разве что в окрестностях Хогвартса есть ещё водоёмы, где могут жить русалки или тритоны.       — Так, они там про один час что-то говорили. Погодите-ка... час? На дне? — Кайл фыркнул, и капелька воды на кончике его носа улетела обратно в бассейн. — Каким образом нам нужно провести под водой целый час?       — Заклинания на такой случай есть, но про них мне мало что известно, — Диггори облокотился о парапет ванны спиной и сосредоточенно замер. — Нужно будет покопаться в библиотеке.       — Может, нам не нужно будет нырять... ну, прямо на час? Выныривать за воздухом же не воспрещается?       — Скорее всего, то, что у нас украдут, будет спрятано в самом низу, — мрачно возразил Поттеру Кайл. — Озеро глубокое. Так что придётся погружаться надолго.       — Погодите, разве мы не должны будем действовать в следующем туре самостоятельно?       — Подсказка в любом случае одна на троих, Диггори. Не тупи и лучше подумай, как нам не захлебнуться.       Но Седрик уже выбирался из бассейна.       — Простите, ребята, правда, — вытираясь пушистым полотенцем, неловко улыбнулся он. — Но с этого момента каждый сам за себя.       — Без проблем, — лениво махнул рукой Росс. — Доброй ночи.       — Тоже уйдёшь? — спросил Поттер, когда хаффлпаффец удалился восвояси.       — С чего бы мне? Погляди, какая тут шикарная обстановка... я планирую провести тут ещё минимум час.       — Я имел в виду...       — Да знаю я, что ты имел в виду, — улыбнулся, прикрыв глаза, Кайл. — Расслабь булки, Гарри. Мы с тобой в этой лодке не по своей воле, и я не собираюсь вынуждать тебя грести на берег без помощи. Тем более, что нашего уровня знаний явно недостаточно, чтобы справиться в одиночку. Будем держаться вместе, как и запланировано. А в финале я дам тебе победить.       — Да что ты?       Горячая ванна действовала усыпляюще; Гарри с уходом Диггори расслабился и разомлел, настроение невольно поднималось. Он скопировал позу Кайла и тоже не смог сдержать улыбки.       — Думаешь, что ты первым завершишь третье испытание?       — Я не думаю, а точно знаю, — усмехнулся Росс. — У меня явно больше шансов, уж не обижайся.       — Твоя самоуверенность меня поражает.       — А как иначе добиться успеха? — Кайл положил голову на парапет (фиолетовые пятна предстали перед взором Поттера во всей своей красе) и добавил: — В моём случае — только так.       Помолчали.       Пузыри лопались нехотя.       — Слушай... ты и Вронский, вы...       — Тебя-то это почему интересует?       — Мы же друзья, — Гарри встрепенулся; разве не очевидно, что ему по определению не может быть всё равно, когда речь заходит о счастье близких? — Мне интересно знать, всё ли у тебя в порядке.       — У меня всё за-ме-чательно. Максим оказался очень... инициативным.       — В каком смысле?       Кайл скромно улыбнулся.       — Скажем так: меня всё устраивает, если ты об этом переживаешь.       — Просто у тебя столько синяков...       — Это, мой друг, не просто синяки, — Скайлер открыл глаза и вкрадчиво добавил, глядя ему в глаза: — Это засосы.       — Засосы?       — Ага. Такие следы остаются, когда плотно прижимаешь губы к чьей-нибудь коже и сильно втягиваешь воздух, как пылесос. Их можно не только на шее оставлять, вообще-то...       — А зачем их оставлять?       — Ну, — Кайл рассмеялся. — Это глупо, конечно, но обычно парни их оставляют на видном месте, чтобы было видно другим парням. Что-то вроде "меченой территории".       — Чего-чего?       — Представь, что ты идёшь по коридору и видишь симпатичную девушку. Хочешь уже с ней познакомиться, позвать на свидание, и тут видишь, что у неё засосы на шее. И сразу становится ясно: она занята, стоит поискать другую.       Гарри притих. Ему очень некстати пришла в голову мысль, что на шее у Чжоу тоже могут быть такие вот... следы. От губ Диггори.       — Но реже засосы остаются, когда парень просто переусердствовал, — продолжал Росс. — Если партнёр его сильно возбуждает, и он не знает, куда это возбуждение девать, он кусается.       — Но это же больно, разве нет?       — Не очень приятно в некоторых случаях. Но если ты тоже возбуждён, это только добавляет остроты.       — Остроты?       — Да, — Кайл подвинулся ближе к Поттеру, словно собирался поделиться секретом. — Это дополнительные тактильные ощущения. Если постоянно целовать и гладить, а потом неожиданно несильно укусить, на контрасте ощущений может быть очень... очень приятно.       — И это... Максим тебя кусал? Так много?       Вместо ответа Росс как-то по-кошачьи заурчал и прикрыл глаза.       — Это было очень хорошо.       — А с девушками ты когда-нибудь целовался?       — Нет, — Кайл пожал плечами. — Мне вообще-то никогда особо не было интересно нечто подобное. Ни с девушками, ни с парнями. Когда мой друг впервые меня поцеловал, он особо разрешения и согласия не спрашивал. Застал меня врасплох. Но это было неплохо, так что я подумал... может, нужно и дальше практиковать нечто подобное?       — То есть, если ты поцелуешь девушку, тебе тоже может понравиться?       — Может, — не стал отрицать очевидного Росс. — Но меня к ним не тянет от слова "вообще", в отличие от тебя, например — к Чжоу.       Поттер отвёл взгляд, всеми силами пытаясь не покраснеть. Получалось у него, судя по пламенеющим ушам, из рук вон плохо.       — Откуда ты...       — Слышал ваш разговор с Роном и Гермионой над корзинами с соплохвостами.       — Так ты нас слышал?       — Мы сидели в метре друг от друга, Гарри. На слух не жалуюсь.       Русалка на картине проснулась и теперь оживлённо била хвостом по скалам, на которых спала. Беседа явно показалась ей очень увлекательной.       — А Драко? — наконец, решился Гарри. — Вы с ним больше не общаетесь? Навсегда?       — Время покажет, — Кайл закрыл глаза и снова откинулся на край бассейна. — Но на данный момент меня его персона мало волнует.       — Неправда, — сам не зная, почему он так уверен в этом, возразил Поттер.       Вопреки ожиданиям, Росс спорить не стал. Он немного подумал, слушая, как лениво лопаются пузыри в воде, и наконец вздохнул.       — А может, и неправда. Но, как бы то ни было, у меня нет желания в этом копаться. Чужие проблемы — это чужие проблемы, меня они не касаются.       — Неправда, — упрямо повторил Гарри, почему-то холодея.       — Всё-то ты обо мне знаешь, Поттер, — широко улыбнулся слизеринец. — Да. Может, и касаются.       Помолчали.       — Сейчас уже явно поздно, вернуться бы нам в спальни.       Кайл поднялся из ванны, и потоки воды засеребрились в лунном свете по его волосам и телу. Он мягко вышел в прохладу, дёрнул легонько плечами (Гарри приложил немало усилий, чтобы его взгляд, опускавшийся с чужих плеч ниже и ниже, задержался на пояснице, где кончался шрам) и тут же завернулся в большое полотенце с головы до колена. Он молча вытер волосы, растёр кожу и оперативно оделся.       — Спокойной ночи, Поттер, — кивнув на прощание другу, сказал Росс и юркнул в дверь.

***

      — Доброе утро, профессор.       Дверь в кабинет зельеварения никогда не скрипела — Снейп заботился о вверенной ему территории исправно, и иногда ему в этом помогал (без ведома самого профессора) сам Росс. Подземелья, как всегда, встретили Кайла холодом и морозной свежестью. Правда, на этот раз в нём ещё и бурлила жизнь. Северус, как всегда мрачный, нависал над рабочим столом, что-то быстро записывая в личную тетрадь, и периодически сверялся с кипящим возле преподавательского стола котлом. Услышав чей-то голос, он встрепенулся, но увидел перед собой Кайла и тут же расслабился.       — Что вам угодно, Скайлер?       — Хотел обсудить с вами предстоящий тур чемпионата, сэр.       Снейп поднял сухой указательный палец вверх, давая понять, что сейчас он занят. Кайл привычно закрыл за собой дверь в класс, мягко опустился за первую парту и достал из сумки домашнее задание по астрологии: обычно, когда Снейп делал такой жест, это означало, что ему нужно не менее получаса, чтобы закончить со своими делами.       Время пролетело незаметно. Едва Кайл поставил на карте последнюю звёздочку, Северус подал голос.       — Что именно вы хотели со мной обсудить?       — Что-то вроде Оборотного зелья, сэр.       Снейп внимательно посмотрел на Кайла и медленно закрыл тетрадь, в которой делал пометки.       — Что именно в Оборотном зелье вызвало ваш интерес?       — Мы с Диггори и Поттером разгадали подсказку, — убирая карту неба, объяснил Кайл. — И в ней точно говорилось о том, что испытание будет проходить в нашем озере. Необходимо будет нырнуть и найти на дне нечто, что у нас украдут — думаю, незадолго до начала второго тура. На всё это будет выделен час.       — И у вас уже есть идея, как обходиться всё это время под водой без воздуха, я полагаю.       — Да, сэр. Но мне нужна будет ваша помощь.       Снейп откинулся на спинку своего стула и в задумчивости сомкнул на груди пальцы в замочек. Помолчал, явно о чём-то размышляя.       — Ваши предложения?       — Я хочу сварить нечто вроде Оборотного зелья. Сомневаюсь, что это будет именно оно: ведь в таком случае мне нужно будет достать волос или чешуйку русалки или тритона. Тем более, что обратное превращение свершится через час только при условии, что я превращусь в человека...       — ...а стать русалкой — не то же самое, что другой личностью. Верно.       — Я хотел спросить, можете ли вы стать моим ассистентом в изобретении нового зелья?       Снейп криво усмехнулся.       — Вашим ассистентом, мистер Росс?       — Если бы правила Турнира позволяли использовать ваши знания полноценно, сэр, я бы, безусловно, не позволил себе подобного высказывания. Но, к сожалению или к счастью, мне нужно справиться самостоятельно. И моих знаний будет явно недостаточно, чтобы преуспеть. Неудачно сваренное, зелье может убить меня.       Мужчина молчал.       — Мне остро необходима ваша помощь, профессор Снейп, — твёрдо сказал Кайл. — В противном случае, я рискую не только провалить испытание, что, говоря откровенно, не сильно меня волнует, но и погибнуть при первой же пробе моего отвара.       Тишина образовалась в классе неестественная. Даже котёл перестал кипеть.       — Я вам помогу, Скайлер, — наконец ответил Северус, поднимаясь со своего места. — До двадцать четвёртого февраля осталось меньше месяца, так что вам придётся проводить в моём кабинете всё своё свободное время. На уроках зельеварения я выделю вам отдельное учебное пространство и освобожу от домашнего задания, но вы будете обязаны подготовиться к тому, что пропустите, самостоятельно. Несмотря на то, что директор Дамблдор освободил чемпионов школы от годовых экзаменов, я непременно спрошу с вас в следующем учебном году по всей строгости. Вам это понятно?       — Конечно, профессор.       Снейп черканул что-то на куске пергамента и протянул его Кайлу.       — Это доступ в Особую секцию библиотеки. Начните подготовку прямо сейчас.       — Благодарю вас, профессор.       Росс взял бумажку с таким видом, словно она была сделана из золота.       — Я также надеюсь на вашу рассудительность — полагаю, вы не станете думать, что я помогаю вам из-за ваших подарков на мой день рождения.       Кайл поднял на него взгляд двух искрящихся от восторга глаз.       — Разумеется, нет, сэр, — улыбнулся он. — Вы просто хотите, чтобы студент Слизерина выиграл Турнир Трёх Волшебников.       — Не говорите глупостей, мистер Росс, — с тенью удовлетворения ответил Снейп и отпустил его на все четыре стороны.       Стоило двери кабинета закрыться за ним, Росс со всех ног бросился в библиотеку. Ему не терпелось провести тщательное изучение материала, и подпись декана на пергаменте жгла ему пальцы.       — Скай! — раздался звучный голос Максима в конце коридора.       — За мной! — на бегу схватив Вронского за ворот мантии, рявкнул Кайл и, не сбавляя хода, ринулся вверх по лестнице.       — Куда ты так спешиш? — волочась за ним какое-то время, пока ноги не адаптировались к быстрому бегу, проворчал болгарин.       — Вы уже поняли, о чём вопит яйцо-подсказка?       — Да, это про...       — Мы тоже! — воодушевлённо перепрыгивая через ступеньки, смеялся Кайл. — Мне нужно в библиотеку, составишь мне компанию и заодно поможешь кое с чем!       — Мне нужно готовится к испытаню!       Росс замедлился и выпустил наконец мантию Максима из рук.       — А ты ещё не готов?       — Пока нет, — покачал головой Вронский.       — Тогда ладно. Иди.       — Да подожди же!       Парень схватил его за руку и притянул к себе. Не обращая внимания на удивлённые взгляды присутствующих в коридоре учеников, Максим нежно и долго поцеловал Кайла, поглаживая по волосам одной рукой и по плечу — другой.       — Вот тепер иди, — разрешил он шёпотом, отстраняясь.       — Удачи с подготовкой, — хитро подмигнул ему Росс и стремглав кинулся дальше.       — И тебе! — крикнул ему вслед дрожащим голосом Максим.       В библиотеке было немноголюдно. Кайл легко отыскал мадам Пинс, сунул ей в руку пергамент с разрешением и, не теряя ни минуты, ворвался в Особую секцию. За столом уже сидел Гарри. Рон с пустым видом листал пыльные тома напротив него, Гермиона порхала от полки к полке. Хлопнула дверь, и три пары гриффиндорских глаз устремились на вошедшего.       — О, и вы здесь?       — И тебе привет.       — Что ищете? — Кайл плюхнулся на стул и тут же швырнул перед собой из сумки толстую тетрадь по зельеварению; половина её уже была исписана мелким почерком, хотя даже у Грейнджер едва ли треть от такого объёма листов была заполнена информацией. — Мне нужно столько всего, что глаза болят от напряжения. Мои мозги давно уже не работали так быстро, как теперь!       — Ты, кажется, в восторге, — невесело протянул Поттер.       — Я придумал кое-что потрясающее...       — Что? — хором спросили Рон с Гермионой.       — ...но не уверен, что сработает. Откровенно говоря, рискованно: если что-то пойдёт по пизде, я, вероятнее всего, умру.       — Что ты затеял? — встревоженно взглянула на него Грейнджер.       — Сварю нечто.       — Что?       — Это и есть самое потрясающее! — поднял на неё глаза Кайл. — Я сам изобрету, что!       — Хочешь создать новое зелье?       — Очень опасная идея, Кайл, — к Рону вернулся дар речи. — Ты же в курсе — если...       — В курсе, — Росс никого не слушал: он уже пересекал секцию, выискивая подходящие книги и справочники.       — Ты действительно можешь погибнуть! — приглушённо воскликнула Гермиона.       — Знаю.       — А если ты не сможешь вернуться в нормальное состояние? И навсегда останешься под воздействием своего изобретения?       — Будет грустно.       — Да послушай же ты! — Гермиона схватила его за руку. — Это может к каким угодно последствиям привести, пустая ты голова!       — Грейнджер, — Кайл повернулся к ней и терпеливо пояснил: — Единственное, что во всём этом Турнире есть для меня хорошего и интересного — это испытание. Не плавание в озере, не сражение с драконом, не денежный приз, не слава и кубок — а проверка на прочность. Задания, которые для нас придумали, сильно превышают мои нынешние возможности. И я хочу превзойти самого себя, открыть нечто, что раньше мне было неподвластно. Понимаешь ты, нет?       — Да, но...       — Если я умру, значит, так надо, — твёрдо перебил её Кайл. — Рано или поздно это всё равно произойдёт. Но я хочу хотя бы попробовать. Если уж мне не дали шанса выйти из этого Турнира по доброй воле, я хочу сделать всё, чтобы показать им, чего стою.       И вернулся к поиску нужных ему томов.       — Думаю, это бесполезно, — проницательно заметил Уизли. — Вряд ли теперь его остановит голос разума, Гермиона. Лучше вернёмся к менее опасным для жизни способам.