неисповедимы пути тьмы: лань ванцзи

- Госпожа Цзян! Почти синхроно поклонились ей подчиненные, когда девушка переступила порог постоялого двора где остановился Цзян Чэн со своими людьми. Сопровождающий ее глава ордена Гусу Лань снисходительно усмехнулся от вида переминающихся от смущения с ноги на ногу адептов ордена Цзян. Цзян Янли напротив неодобрительно поджала губы. Ей стало неловко от того погрома и беспорядка который учинили адепты ее клана. - Где Цзян Чэн? - строго спросила девушка. Ее интуция всегда «зрела» в корень, без одобрения Цзян Чэна в клане Цзян даже комары не летают. Что уж говорить о том, что ее братец-негодник снова взялся за старое, выставляя ее в дурном свете перед главой клана Лань. И не только ее, но и весь клан Цзян! Как он только посмел позорить своих покойных родителей?! - Сичень-гэ! - все еще заикаясь, тем не менее весьма бодро протянул глава Цинхе Не. Его разбудили незадолго до того как отряд Цзян Чэна начал собираться в путь. Навалившись на главу ордена Лань, схватив того за локоть, Хуайсан вежливо улыбнулся сестре главе Цзян. - Не Хуайсан, - спокойно улыбнулся Лань Сичень. - Сичэнь-гэ, - виновато заканючил Не Хуайсан, - Надеюсь ты не слишком сердишься! Я был так подавлен случившимся, что подбил главу Цзян спустится в Гусу выпить. Ну и мы самую малость перебрали… Цзян Янли тихо хмыкнула. Уж очень ей хотелось взглянуть на Цзян Чэна и оценить степень этого «малость». Вскинув подбородок, она бегло оглядела своих людей которые невзирая на ночное гульбище уже были полностью готовы к отбытию. - И Вы госпожа Цзян, не сердитесь на главу Цзян! Несмотря на то, что он такой паршивец кажется он обзавелся завидной невестой! Заговорчески подмигнув ей Не Хуайсан расправил на плечах волосы, поглаживая себя спереди по груди. - Она такая красавица, просто заглядение! Клянусь не встречал никого прелесней… кхм, - Не Хуайсан вдруг огляделся по сторонам, будто собирался поделится самым тайным знанием, и, прикрыв рот рукой, наклонился, нашептывая Цзян Янли какие-то особенные подробности вчерашнего вечера. И по мере того как Цзян Янли дослушала его до конца, глаза ее увеличились в размерах в несколько раз. Невероятный позор! - Глава Лань, прошу простить поведение моего брата! - оступив на шаг, должным образом поклонилась Цзян Янли, принося свои извинения. - Госпожа Цзян, не стоит так беспокоится. Глава Цзян уже не ребенок, - отмахнулся Лань Сичень понимая смущение девушки за своего брата. Не Хуайсан растеряно прикрыл рот веером, кажется он наболтал лишнего. Виновато втянув голову в плечи, он робко улыбнулся. - В любом случае подобное поведение недостойно главы ордена Цзян, будьте уверены я непременно сообщу ему об этом на правах старшей сестры, - строго отчеканила Цзян Янли. А до тех пор ей не оставалось ничего другого, кроме как вести себя достойно, какой бы стыд не заставил ее испытывать родной брат. Цзян Янли глубоко сожалела о том, что была не в силах надавить на Цзян Чэна касательно заключения официального брака. Впрочем.. вовсе не обязательно, что это заставит его прекратить вытворять подобное бесстыдство! - Бесстыжий негодник, - процедила очень тихо госпожа Цзян. Устремив на брата укорызненный взгляд, Цзян Янли сложила перед собой руки, напоминая этим жестом их сердитую мать, что было уже не добрым сигналом для Цзян Чэна. Понимая это, он намеренно проигнорировал настроение сестры, в первую очередь обращая свое внимание на главу клана Лань, который прибыл проводить в путь Янли и госпожу Вэнь. - Глава Лань, - уважительно кивнул ему Цзян Ваньинь. В отличии от сестры у него не было намерений извиняться и робеть. - Похоже Вы не теряли времени даром, - констатировал Лань Сичень. - Я не привык расходовать его понапрасну, - согласился Цзян Чэн. - Как скоро мне следует ожидать приглашения на собрание орденов? - Я думаю оно состоится в последнюю субботу этого месяца. - Весьма своевременно. Нам есть что обсудить. Лань Сичень коротко кивнул, наблюдая за тем как отряд готовится к отбытию. Он не стал спрашивать и как либо комментировать тот факт, что на постах в Гусу еще не прошла смена караула. Да и, насколько помнил Цзэу Цзюнь, никто из клана Цзян не имел привычки пить зелья, чтобы снять признаки опьянения и соблюдать какой либо режим. В свете этого знания, их спешка казалась немного странной. - Глава Цзян, - окликнул мужчину Лань Сичень. Не то чтобы подозрения Мэн Яо совсем не имели под собой оснований, но он не хотел торопится с выводами чтобы не накалить преждевременно отношения снова. - Мы не нашли в долине никаких следов духа Лань Аня и его призывателя. Стоит ли мне рассматривать всерьез версию того, что все произошедшее имеет связь с Вашим братом? Цзян Чэн остановился возле своей лошади. Он был последним кто все еще оставался стоять на земле. - Глава Лань, Вам стоит рассматривать любые версии, - серьезно ответил Цзян Ваньинь, - если Вэй Усянь как либо замешан в этом, я не стану его покрывать! Лань Сичень усмехнулся, у него не было причин не верить главе Пристани Лотоса, который неодократно доказывал свои убеждения не словом, а делом. - Смею предположить, Ваша новоиспеченная невеста отправится в Пристань Лостоса вместе с Вами? - насмешливо поинтересовался монах. Цзян Чэн вопросительно вскинул бровь, его взгляд метнулся в сторону Не Хуайсана который спрятался за веером выглядывая оттуда как из укрытия. В самом деле единственное от чего эта безделушка способна была его спасти так это от плевка в лицо, а не от сапога который неприменно догонит зад Не Хуайсана при следующей встрече. - Совершенно верно, - не стал юлить Цзян Чэн. Не важно понял Лань Сичень что либо или нет — никто не станет этого проверять. Не посмеют. На это и был весь расчет. - Я непременно представлю ее на совете кланов, Цзэу Цзюнь. Уважительно кивнув главе ордена, Цзян Чэн запрыгнул на лошадь пришпоривая ее. - Пошла! Цзян Янли сжала переносицу большим и указательным пальцем, потирая кончиками лоб. Просто невероятно как много было упущено в воспитании ее брата! Неужели он всерьез думает, что она одобрит любой безрассудный брак, тем более с женщиной легкого поведения! Никогда этому не бывать! Решив отложить серьезный разговор на потом, Цзян Янли ненадолго выглянула из повозки, пытаясь понять, действительно ли Цзян Чэн не пошутил? Однако отряд выстроился таким образом что ее повозка ехала далеко впереди замыкающего их делегацию брата. Вздохнув госпожа Цзян обеспокоено склонилась к лицу Вэнь Цин которая крепко спала на скамейке напротив. Перед самым отбытием она ненадолго разбудила ее для того чтобы одеться и все осташееся время дева Вень находилась здесь и Цзян Янли искренье надеялась что она ничего не слышала о том, что вытворил ее брат. Тем временем Цзян Чэн был абсолютно доволен собой. Его план, пусть не идеальный - шел очень гладко. Его люди, полностью удовлетворенные своим отдыхом после тяжелой недели (которую они вместе с ним провели в пути) были менее сосредоточены на том, что говорил и делал глава клана и уж тем более с кем. Им достаточно было сведений Не Хуайсана который спросоня насочинял такого, что век не забыть - и потомкам достанеться. Скосив глаза в сторону, на вторую замыкающую конницу лошадь Цзян Чэн с вызовом вскинул бровь. Хотя выражение его лица больше соотвествовало морде нахальной собаки. Ванцзи проигнорировал его насмешливый взгляд. Едва он понял, что дурацкий план Цзян Чэна по усыплению бдительности сработал — юноша перестал воспринимать разговоры вокруг слишком близко и примерять их к себе. Похоже Цзян Чэн недурно потрудился чтобы заработать свою репутацию неразборчивого ловеласа, кто он такой чтобы мешать ему наслаждаться ею сполна? - Что? Ты не станешь читать мне нотации? - кажется глава Цзян был немного разочаровн. Он сам не знал с какой целью постоянно пытался задеть Лань Ванцзи. А когда его бросало из крайности в крайность и он вдруг вспоминал, что перед ним — ребенок, проявлял даже неслыханную заботу, хоть и весьма неуклюже. - Не стану, - согласился с ним Ванцзи. - Даже несмотря на твой ответ, твое лицо все еще вызывает смертную тоску. - Я не заставляю Вас на него смотреть. - Разве мы уже не досаточно близки чтобы перейти на ты? - не сдержал ехидного комментария Цзян Чэн. Лань Ванцзи на мгновение закрыл глаза и сделал очень глубокий вдох, пытаясь погасить раздаржение в зародише. Ему стоило бы поучится справляться с подобным, учитывая свое новое положение. Цзян Чэн чувствовал превосходство и демонстрировал его как любой сильный мужчина, и пусть он в действительности не пытался обидеть или унизить его, выносить его издевки у Ванцзи просто не хватало терпения. В этой своей настойчивости и наглости глава Цзян ничем не отличался от Вэй Усяня. Они забирали слишком много пространства вокруг, вторгаясь даже в чужое. - Вы недостаточно обходительны для жениха, глава Цзян. Вам стоит стараться лучше, иначе к предстоящему совету снова выставите себя дураком которого отвергла куртизанка. Лань Ванцзи не слишком долго думал над тем что именно ответить главе Цзян. Поэтому ответил так, чтобы у того на некоторое время отпало желение вести с ним беседы. - Ты! - возмущенно закатил глаза Цзян Ваньинь. Лязгнув зубами он фыркнул. Надо же, Лань Ванцзи научися острить! Вполне удовлетворившись реакцией на свои слова, Лань Чжань задумался о своем. Ему удалось поспать несколько часов, и благодаря вину сон получился весьма крепким. Этого должно было хватить на дорогу до Пристани Лотоса. За то время, что он был мертв, и до момента воскрешения, Ванцзи все еще упускал слишком много событий, а так же ничего не знал о том, какая обстановка царила в землях великих орденов. Все это никак не позволяло ему оценить ситуацию со стороны и спланировать свои действия хотя бы на два шага вперед, впоследствии становясь заложником сначала Су Шэ, затем Сюэ Яна, а теперь Цзян Чэна. Глядя правде в лицо, юноша признавал, что это к сожалению так, из-за отсуствия духовных сил он становился не субьектным в руках заклинателей которые обладали некоторыми знаниями. Таким образом любой из них мог распорядится его жизнью на свое усмотрение, что собственно и делал Цзян Чэн. Спустя несколько часов пути глава Цзян обьявил привал, чтобы напоить лошадей. Направив своего коня ближе к роще, Лань Ванцзи не стал слезать на землю и лишь перекинул ноги на одну сторону и наклонившись погладил животное по шее. У него снова поднимался жар и усиливалась головная боль, слегка запрокинув голову чтобы избежать кровотечения из носа, молодой человек ненадолго закрыл глаза и сосчитал до десяти прежде чем почувствовал головокружение и тошноту. Ванцзи вообще старался как можно меньше двигаться чтобы саднящая боль в ребрах не перерастала в жгучую, добавив трудностей. - До пристани Лотоса еще несколько миль пути, - сказал ему Цзян Чэн. - Если тебе слишком плохо пересядь на повозку. Ванцзи молча отмахнулся от этого предложения, даже как следует не осмыслив его. Физическая боль и недостаток сна сводили его с ума. Цзян Чэн решил не настаивать. Лань Ванцзи был слишком упрям, а учитывая все обстоятельства, он решил совсем немного позволить ему это. С неохотой но Чзян Чэн признавал что вел себя порой грубо и несправедливо поддаваясь совсем низким чувствам вызванным старыми обидами. Его попытки задеть маленького адепта клана Лань не были достойны его статуса главы великого ордена. - Тебе ранее приходилось бывать здесь? - Я не помню, - Ванцзи слегка нахмурился пытаясь восстановить в памяти какие-либо воспоминания о том, доводилось ли ему бывать на родине Вэй Ина? Но, так и не смог. Он ясно помнил только то, как настойчиво Вэй Усянь зазывал его сюда на лето. Это было так давно. Сияющие огоньки окон вдоль реки смотрелись действительно волшебно в эту пору, украшая и без того живописное место и делая его особенно запоминающимся. Здесь не было тумана, воздух был легче и теплее. Люди суетились у причала, издалека привествуя возвращение главы Цзян домой. Едва они приблизились к резиденции, кони остановились. - В чем дело? - спросил Цзян Чэн. Спрыгнув с лошади он отправился в голову отряда разведать обстановку и выяснить причину, почему так долго не открывают ворота. Оставшись на некоторое время в одиночестве, Лань Ванцзи повернулся. Речной залив, усыпаный по водной глади цветами лотоса, так же переливался мерцающими отражениями фонарей развешеных на корме пришвартованных поблизости лодок. Прислушавшись к журчанию воды и размереному скрипу лодок, которые прибивало бортами к берегу одиноко накатывающие волны, Ванцзи слегка улыбнулся. Пожалуй, ради того чтобы взглянуть на это место, возможно и стоило воскреснуть. Легкий прохладный ветер приятно обдувал лицо, (от чего хоть и не на много но становилось легче дышать) теребил легкую лиловую накидку и волосы. Внезапно лошадь попятилась назад, опасно приблизившись задними ногами к краю деревянной мостовой будто что-то напугало ее. Животное нервничало, постукивая копытами и гарцуя на месте. Оглянувшись за плечо, Лань Ванцзи увидел только воду. Он мог бы попытаться спрыгнуть, но внезапно подумал что в любом случае вероятность оказаться в воде довольно высокая. Но необходимость в этом исчезла, поскольу кто-то оттянул жеребца за поводья подальше от края пирса и он фыркая, но подчинился. - Благодарю, - немного растеряно произнес Ванцзи, копюшон помешал ему рассмотреть кому именно была адресованна его благодарность поскольку вместо ответа или ехидного замечания, он улышал лишь короткий смешок. - Так вот какую невесту притащил домой мой праведный брат. Кто бы мог подумать, что наш Цзян Чэн такой бесстыдник. Ванцзи сначала не поверил своим ушам, восприняв очень знакомый голос за передобморочный бред. В первые несколько секунд осознания ситуации он забыл что ему необходимо дышать. Грудь сдавило от пекучей боли и нехватки кислорода, а сердце предательски пропустило один удар затем второй. Он инстинктивно запустил пальцы в гриву лошади ища в этом опору для того чтобы не свалится на землю. Вэй Ин внимательно взглянул на отчаяно сжавшую гриву животного ладонь и переместил взгляд выше. Юноше перед ним было больно дышать, что было спровоцированно испугом, раной в боку и более серьезными физическими повреждениями визуально не заметными глазу - в том числе. Нахмурившись, Старейшина Илина перестал паясничать и молча перехватил руку адепта ордена Лань за запястье пока тот не разжал ладонь отпуская лошадь и только после этого встал на шаг ближе и потянул мальчишку на себя не рискуя поднимать его но и существенно смягчая приземление на ноги. Удостоверившись что тот надежно стоит на ногах самостоятельно Вэй Усянь убрал руку от его поясницы и снова разорвал дистанцию, понимая что повел себя весьма фамильярно и неуместно. - Ты слишком легкий для своего возраста, неужели рацион в Обачных глубинах свели к употреблению воздуха, - Вэй Усянь сам не знал зачем это сказал, после чего сделал неосмысленный рывок вперед когда юный адепт ордена Лань внезапно согнулся пополам опускаясь на причал. Он не мог восстановить дыхание, и начал задыхаться. Из уголков его губ потекла кровь, и это было вовсе не свидетельством повреждения или истощения силы золотого ядра. Вэй Усянь прекрасно ощущал что у этого юноши его нет, а кроме этого не менее отчетливо ощущал темную ци которая окутывала этого ребенка. В какой-то момент она стала настолько отчетливой что он мог бы попытаться зачерпнуть ее рукой, но заставил себя отступить. - Какого черта ты здесь делаешь? - разьяренно выкрикнул Цзян Чэн, стоило ему только увидеть стоящую вдалеке темную фигуру. - А-чэн! - взволновано воскликнула Цзян Янли разбудив своим криком Вэнь Цин. Вэй Усянь пропустил рык Цзян Чэна мимо ушей. Никогда прежде ему не приходилось видеть последствий ритуала подношения тела собственными глазами, в подобной вариации. Даже являясь ее автором, Вэй Усяню никогда бы не пришло в голову совершить нечто настолько ужасное. Он видел перед собой живого мертвеца, условная жизнь которого была подвешена на осколок тигриной печати на его шее. Вэй Усяню даже не нужно было проверять, он знал наверняка что он там. Тот самый один из осколков на которые он разделил в Безночном городе Тигриную печать. - Что ты сделал с ним, Вэй Усянь?! Вэй Ин выразительно вскинул бровь, закатывая глаза. Даже если он поклянется что ничего — Цзян Чэн все равно ему не поверит. - Все прочь! Прочь с дороги! Оттолкнув со своего пути и Вэй Усяня и Цзян Чэна, Вэнь Цин упала на колени, в спешке развязывая на шее Ванзи шнуровку от плаща для того чтобы забрать темный осколок. Внимательно наблюдающий за ней Вэй Ин понял что она пытается сделать. - Это не поможет. Вэнь Цин перевела на него взвинченый, разгневанный взгляд. Ее губы были плотно сомкнуты, а кожа бледной. Вэй Ин увидел на ее лице и шее глубокие раны, которые едва успели затянуться, но даже если бы он спросил у нее об этом - врядли стоило расчитывать на честный ответ прямо сейчас. - Почему? - требовательно взглянула на него девушка. Вэй Усянь впервые за долгое время видел ее такой разгневанной и нетерпеливой. Глаза Вэнь Цин болезненно сверкали как у дикой кошки которая готова была уцепится в глотку любому даже самому крупному хищнику. - Отвечай мне Вэй Усянь! - закричала на него госпожа Вэнь. - Его золотое ядро было разрушено, и единственное что поддерживает действие заклинания — этот осколок. Без него это тело умрет. - Вэй Усянь! - снова закричала Вэнь Цин. От напряжения на ее лбу вздулись вены, но вместе с тем этот крик был лишь свидетельством ее бессилия с которым она не могла смирится. - Госпожа Вэнь, - обратился к ней Цзян Чэн. Ей самой необходим был отдых а из того что услышал Цзян Чэн он вынес только одно — она мало чем могла помочь Лань Ванцзи. - Убирайтесь прочь! Вы! Оба! Вон! - Госпожа Вэнь, - повторил попытку Цзян Ваньинь, в надежде достучаться до разума девушки. Он совсем не понимал ее и вовремя не понял, что нужно отступить. - Я сказала пошли вон! - А-чэн, - Цзян Янли испугано вздрогнула от тона Вэнь Цин но она скорее всех поняла что им следует уйти и попыталась увести оттуда Цзян Чэна который как остолоп был не способен отступить вовремя сам. - Лучше бы дева Вэнь побеспокоилась о себе! - гневно выкрикнул ей Саньду Шэншоу, вспыхнув необоснованной яростью как факел. - Не смейте меня упрекать! - так же яросно зашипела Вэнь Цин услышав весьма грубый упрек в сторону своего положения. - Немедленно перенесите этого юношу в лазарет и не смейте и близко подходить к женской части этого дома, глава Цзян! Вэй Ин изумеленно распахнул глаза, обескураженный впервые за долгое время тем, что увидел и услышал. - А-чэн! - повисла на локте младшего брата Цзян Янли. Больше всего она боялась что Цзян Чэн потеряет контроль над собой и в приступе ярости причинит вред госпоже Вэнь. Никогда прежде они не разговаривали друг с другом в подобном тоне. - Немедленно! Отнесите! Юношу! В лазарет! - произнесла раздельно Вэнь Цин, строго указывая направление в котором должен немедленно двигаться Цзян Чэн. И к общему изумлению, тот попятился назад, уступая. - Я могу сделать это вместо него, - вызвался Вэй Усянь беспокоясь что в пылу слепой ярости Цзян Чэн придушит сначала юношу, а затем саму Вэнь Цин. - Ни с места! Ты и близко к нему не подойдешь пока я тебе не разрешу! Прочь с дороги! Вэй Усянь примирительно поднял руки, и слегка вздрогнул когда выполнив требование Вэнь Цин та выставила главу Цзян прочь и с размаху захлопнула перед его носом дверь. - Грв-ваа! Чертова… ЖЕНЩИНА! - с размаху вмазав кулаком в запертое полотно, Цзян Чэн развернулся разом заставив отшатнуться всех стоящих слишком близко подчиненных. Это выходило буквально за все рамки которые только существовали в его голове! - Она только что выставила главу клана с половины собственной резиденции! - Цзян Чэн даже повторил это вслух чтобы наконец-то поверить в реальность происходящего. Понаблюдав за его яростными метаниями, Цзян Янли обреченно вздохнула. В этот раз у нее не было намерений как либо успокаивать или увещевать младшего брата. Поэтому оставив его наедине со своим новым пережитым опытом, она бесшумно скрылась в лазарете через боковую дверь. Вэнь Цин смахнувшая с лица пару непрошеных слез, взглянула на вошедшую госпожу Цзян и повернулась чтобы проверить повязки у молодого господина Лань. - Простите мне мое недостойное поведение, госпожа Цзян. Вы и глава Цзян, были всегда очень добры ко мне… - Не извиняйся, - прервала ее вдова Цзян, понимающе улыбнувшись. Затем перевела взгляд на Ванцзи лицо которого более не скрывал капюшон. Некоторое время посидев молча, Цзян Янли просто наблюдала за перевязкой пытаясь обьяснить вспышку агрессии со стороны всегда кроткой Вэнь Цин. Безусловно ее характер, как лекаря в том числе не был столь легок как у барышень с менее сложной судьбой. Однако была одна, не каждому очевидная причина, почему Вэнь Цин могла повести себя так. - Вэнь Цин. - М? - девушка закусила губу, подняв глаза вверх встречаясь взглядом с Ванцзи. - Боюсь биография главы Цзян всего лишь пополнится очередной постыдной историей. Цзян Янли удивленно вскинула тонкие брови, и всего через несколько секунд ей все стало ясно. Звонко рассмеявшись, госпожа Цзян прикрыла лицо рукавом своего платья. - Никогда и предположить не могла, что Цзян Чэн способен додуматься до чего-нибудь подобного! Однако, юный господин Лань вы настолько хороши собой, что заставили меня понервничать! Смущенная внезапным осознанием ситуации Вэнь Цин, пристыжено отвернулась почувствовав себя глупо ведь глава Цзян ничем не заслужил подобной вспышки ярости с ее стороны. С того дня как Вэнь Цин вступила в клан Цзян - Цзян Ваньинь ни словом ни взглядом не обидел ее, несмотря на то что в юности был отвергнут ей. - Я распоряжусь приготовить ужин, вам обоим следует хорошо питаться чтобы поскорее восстановить силы, - разряжая обстановку произнесла госпожа Цзян. Сразу после этого она с легкостью поднялась на ноги и оставила лекаря и пациента вдвоем. Расправив плечи, Вэнь Цин взяла себя в руки и попыталалась взглянуть на Лань Ванцзи строже чем минуту назад. Ей следовало заставить его слушаться ее наставлений и соблюдать режим, именно поэтому она не могла позволить себе проявлять слабость и мнительность. В момент когда она осознала всю глубину скверности недавних событий, в какой-то момент даже надежда на то, что молодой господин Лань останется жив, покинула ее. Чего уж там, она не была уверена что останется в живых сама, но ни секунды не сожалела о том что отправилась искать его. Во что бы то ни стало она хотела спасти ему жизнь и готова была приложить все усилия для этого сейчас. Это чувство было продиктовано не только безмерной благодарностью за прошлое, в котором Хань Гуан Цзюнь выступил в роли ее заступника, хотя и это она высоко ценила. Всю свою жизнь ей приходилось бороться за себя и за брата в одиночестве, против смерти, против собственного клана, против всего мира. И когда ей на помощь пришли сначала Вэй Усянь, а затем Лань Ванцзи девушка и посмыслить не могла что посмеет когда нибудь не отплатить им тем же. И если Вэй Усянь со временем лишь добавил окружающим проблем, то даже в нынешним своем положении Лань Ванцзи вызывал у нее совершенно иное ощущение. Пусть он не обладал своим прежним могуществом как заклинатель его дух оставался непоколебим не смотря ни на что. Как же судьба оказалась несправедлива к нему! Ради того чтобы спасти ее и госпожу Цзян — он переступил собственные убеждения применив темную магию, разве это не было слишком непомерной ценой?! - Госпожа Вэнь, - позвал ее Ванцзи. Все это время он сидел, используя в качестве опоры одну руку и просто смотрел за выражением ее лица, пока Вэнь Цин вела войну с собственными навязчивыми мыслями. В своей прежней жизни, Лань Ванцзи после смерти матери не имел доверительных отношений ни с одной женщиной. Намеренно или нет он сторонился их не считая чисто формальных светских бесед. Его симпатия к Вэнь Цин, была продиктована ее заботой о Вэй Усяне и собственном брате, что было не только более чем понятно - но и высоко оценено со стороны Лань Ванцзи. С тех пор, он никогда не задумывался о том, чтобы пересмотреть свое отношение к ней или прислушаться к собственным чувствам повнимательней. Ее присуствие рядом смутно напоминало ему мать, отношения с которой балансировали от строгости к безграничной нежности и любви. Образ матери всегда вызывал у Ванцзи смешанные чувства, он тосковал по ней в чем никогда не смел признаться и стремился погасить в себе ущемленное ее уходом чувство привязанности которое делало его слишком уязвимым. Несмотря на некоторую схожесть, с Вэнь Цин было иначе. Лань Ванцзи не искал у нее утешения, а вполне мог дать ей это сам. Подхватив ее под локоть, юноша заставил девушку подняться с пола затем притянул к себе обнимая одной рукой за хрупкие плечи и позволяя прижаться щекой к своей груди и спрятать от мира горький плач. - Я так рада, что с Вами все в порядке. Простите меня господин Лань, я будто обуза приношу Вам одни неприятности, - зарыдала девушка. - Это не так, - возразил ей Ванцзи, но более ничего не сказал позволяя ей выплеснуть накопившиеся чувства и горечь.

* * *

Вэй Усянь сохранял задумчивое молчание, блуждая взглядом по зеркальной глади залива пока и сам Цзян Чэн сидящий по самый нос в воде, так же мрачно помалкивал. Стоило адептам ордена разойтись, как он сбросил верхнюю одежду и сиганул в озеро не найдя более быстрого способа остудить разум. В это время года, вода уже была достаточно прохладной, поэтому определенного результата он достиг. Смерив Вэй Усяня стоящего на берегу все еще обвиняющим взглядом, Цзян Чэн встал стряхивая с волос ряску и небрежно потянув за стебли пару не закрывшихся лотосов с корнем вытянул их на поверхность. Он не понимал в чем конкретно заключалась его вина перед Вэнь Цин, но не мог перестать думать о том как загладить ее. И ничего более мальчишеского кроме как подкинуть ей цветы придумать не смог. - Я слышал о произошедшем в Гусу, - остановил его Старейшина Илина, предполагая что Цзян Ваньинь попытается уклонится от разговора об этом. - И? - небрежно фыркнул Цзян Чэн. - Не ожидал что мой брат окажеться обрезанным рукавом, - с издевательской ухмылкой произнес Вэй Ин. Цзян Чэн сконцентрировал на нем хмурый взгляд, почти сомкнув брови на переносице. - Ты действительно такой идиот, или только прикидываешься? Цзня Чэн даже не посчитал нужным бить за это Вэй Усяню лицо, с разочарованием констатировав что у того в башке совершенно ничего не изменилось и не прояснилось. Толи он действительно был дураком толи ему это было слишком выгодно. Неужели он совсем ничего не понял? Даже если Вэнь Нин ничего ему не сказал, Цзян Чэн всегда признавал что Вэй Ин куда более сообразительный чем он. Или алкоголь насктолько разрушительно дейстувет на мозг? Вэй Ин несдержанно засмеялся сворачивая руки перед собой и глядя на брата со свойственнм для себя ехидным прищуром. - Ну а ты как думаешь? - Идиот, - вынес вердикт Цзян Чэн. Он вышел на берег и накинул на себя сухую одежду, отстраненно думая о том, как разрешить сложившуюся ситуацию. У него не было намерений расказывать Вэй Ину правду о Лань Ванцзи, во всяком случае до того как он все выяснит с ним лично. Как бы не пренебрегал интересами и чувствами окружающих Цзян Чэн ему казалось неправильным рассказывать правду Вэй Усяню в свете их весьма сложных отношений еще до событий произошедших в Безночном городе. Цзян Чэн не понимал в каком состоянии находится разум Вэй Ина и как он поступит если узнает правду. В этот раз Цзян Чэн не впервые ли решил поставить интересы человека которого весьма искренье недолюбливал выше своих собственных. - И все же, мне любопытно. - Если ты подойдешь к нему ближе чем на километр вместе со своим любопытсвтом, я вырву тебе ноги, - Цзян Чэн приложил максимум усилий чтобы его взгяд и тон обещали Вэй Усяню неотвратимые неприятности если только он посмеет ослушаться его. - Вот как, - восприняв угрозу вполне реальной, Вэй Ин усмехнулся поскольку для него не существовало побуждения к действию сильнее чем все существующие запреты. Цзян Чэн в том числе это понимал, тем не менее он не собирался отказываться от своих слов. На кону стояло слишко много для того чтобы позволить Вэй Усяню разрушить все то чего он достиг таким трудом.