Лунный ворон: То, чего не было, и что было дальше

      Слегка колыхнулся тюль на окне – он неслышно вышел в ночь, оставив её одну в целом доме. Снова.       Она всегда просыпалась, когда он уходил.       Можно было подумать, что собирался шумно или ступеньки скрипели, но нет – он всегда двигался бесшумно. Удивительный человек.       Она вздохнула, села на кровати и, немного подумав, зажгла свечу.       Снова ждать, когда вернётся.       Хотя есть ли смысл ждать?       Ну жёны же должны же дожидаться возвращения своих мужей, разве нет?       А жена ли она ему?       Ну вот снова. Три года прошло и с каждым следующим днём сомнения растут.       Матушка тогда на ухо шепнула, что несказанно повезло, и сама судьба послала его к ним в дом в этот час. Интересно, что она имела в виду?       Сначала казалось, что дело в том, что тот, кого нарекла она своим мужем, статен, красив и много умнее всех, кого она знает и поныне. Потом, уже пообтеревшись в городе, она всякого наслышалась, и что за девиц в её краях родители получают вено, и порой достаточно значительное, если девица хороша да пригожа…       А хороша ли она, чтобы…?       Из тусклого зеркала на неё смотрели огромны грустные глаза, а в целом…       Говорят, что мужчинам нравятся разные женщины. Наверное, есть и такие, которым нравятся такие как она.       Отошла подальше от зеркала, чтобы больше видеть себя; подумав, собрала волосы, медленно повернулась на носках: и вроде неплохо, но…как бы правильнее выразиться… Очень тонкая – руки, ноги, стан… А другие женщины круглее и…мягче, что ли. И да, глаза её невольно зацепились за глубокий разрез ночной сорочки: у многих там было…много больше. И не понятно – так должно быть у всех? Или как? И вроде, когда много, то мужчинам нравится – они обычно с таким восторгом засматриваются… А нравится ли ему? Какие женщины вообще ему нравятся?       Она со вздохом села на край кровати и разгладила ладонью одеяло.       Наверное, не такие как она – ведь он до сих пор даже не позволяет ей взять его за руку и тем более обнять.       Будто между ними стена.       И почему он тогда..?       Нет, ради правды, он всегда добр к ней. Балует без меры и, что бы она не попросила, покупает. А сколько книг он для неё купил – а ведь они на вес золота. И каждый день занимается с ней, говорит, что её познания в ле́карстве растут и такими темпами она скоро догонит и перегонит его… Может, он всё же любит её?..       Хотя что в сухом остатке есть любовь?       Она подтянула колени к себе и обхватила руками. Зябко, хотя за окнами уже во всю лето. Залезла под одеяло с головой и свернулась калачиком.       А любит ли она его?..       Столько раз задавалась этим вопросом и столько раз он оставался без ответа.       И… Страшно. Страшно самой себе отвечать. Страшно, особенно если не знать где любовь, а где просто…хорошее отношение. Как к младшей сестре.       У них в деревне много семей, где было куча детей и старший опекал младшего. И вот сейчас у них всё это больше похоже на это, чем на то, как общаются муж и жена. Разница была незначительная, но в чем именно – она не могла уловить. Просто муж и жена…просто двое любящих друг друга…они смотрели друг на друга иначе.       Сжаться ещё сильнее не получалось.       Тогда зачем нужно было разводить всё это представлении и называться мужем?       Как глупо!..       Так, стоять. Плакать нельзя, иначе лицо на утро будет опухшее и всем будет понятно, что она плакала. А ей хватило прошлого раза, когда сердобольная кухарка решила её утешить, думая, что господин был не в духе и мог поднять руку на молодую госпожу. Жуть какая-то – до сих пор в голове не укладывается, что где-то муж может бить жену и даже детей и это…обыденность. Она поёжилась от самой мысли и резко села в кровати – пламя свечи качнулось и тени вслед за ним. Титр не такой. Он добрый, умный и никогда не позволял себе голос поднять даже на самого невежественного и грубого пациента! Даже на носильщика на базаре, что обрызгал его одежду! И он бы никогда не стал бы кричать и тем более делать больно ей – она была в этом уверена…       Он хороший, правда. Очень.       И накинула одеяло поверх головы.       Хотя, что скрывать, иногда не мешало бы проявлять больше эмоций, чем булыжник на мостовой.       Ну вот, она только собиралась плакать, а теперь злится. Как непостоянны её чувства к нему.       Качнуться, вцепившись в мягкий край матраца, и упасть на спину. Под одеялом душно, а сверху прохладно и свеча мигает, можно обнять подушку и прижаться к ней щекой.       Выдох.       Паутинка под потолком – надо попросить завтра горничную убрать.       Как всё нелепо.       Любит ли она его? А если всё же нет, то…кого-то же надо любить?..       Как-то глупо – нет никого лучше Титра. Даже в мыслях противно представить, что кто-то другой возьмёт её за руку и притянет в объятья.       А вот если бы…       Щеки вдруг вспыхнули и накрыло удушливой волной. Зацепила край одеяла и завернулась туго. Глупо, очень глупо и смущает, но когда так крепко стягивает сверху ткань, то как-то легче…       Она никогда не думала над тем как бы она хотела, чтобы он относился к ней, чего ей не хватает…       Что ж…       Тяжело признаться, но она до сих пор жаждет увидеть его без рубахи, прикоснуться… В этом всём определённо что-то есть… Волнительный восторг?       Так глупо и неловко до сих. А ведь тогда она была уверенна в собственной безнаказанности. Хотя странно – матушка от трав спала крепко и даже утром сетовала, что стала позже, чем обычно, а вот его не проняло. Даже обидно.       Дела давно минувших дней - она улыбнулась.       Кажется, что он тогда отругал её и даже матушке грозился рассказать, но…впервые кто-то выслушал её и не обругал на чём свет стоит. И чувство, едва уловимое мимолётное чувство превосходства над этой громадой…       Она шумно вздохнула и перевернулась на бок.       А может она всё придумала и это был всего лишь сон.       Сон…сон…вот бы взглянуть на него спящего и тогда…       Глупо, но внутри проснулась бесинка и разожгла азарт.       Всего лишь шалость. Почему бы и да?       Снотворное? Нет, слишком банально и долго, да и почуяв сонливость, он наверняка уйдет к себе и запрётся. Не вариант. Может подговорить слугу подлить ему вечером чуть больше алкоголя за ужином? Но сколько бы он не пил, он будто и не пьянел вовсе. Пф..       Задача чем сложнее, тем интереснее.       Да и может статься, что обычное снотворное снадобье для него недостаточно действенно. Ведь как и сколько бы он не скрывал свой секрет от остальных, она точно знала, что он очень необычный человек. Если вообще человек. Но и она ведь не лыком шита.       А почему бы и не перебрать хотя бы пару вариантов? Хуже точно не станет.