Icebreaker

      - Юнхо, ну твою мать, ну что это… почему, путь с главной страницы на акцию лагает, - Сонхва устало потер переносицу. – У нас нет времени подчищать еще и за фронт-эндом. Можно как-то смотивировать их работать в команде? Все ведь всё перепроверяют. Во всяком случае по протоколу сдачи пути, все всё перепроверили. А ты мне его даже последним подписал …       - Возможно, что дело опять в отсутствии серверного пространства, а не в лаге пути, - заметил Чон Юнхо, высокий синеволосый парень, беззлобно ухмыляясь. Беззлобно – это абсолютно про Юнхо. Человека с более ангельским видом, прямо-таки излучающего позитив еще больше, чем руководитель отдела фронт-энд разработки, надо было поискать. Сонхва искренне недоумевал, почему Чон выбрал стезю программера. Ему давно пора было перевестись в другой отдел - возможно даже в HR. Коммуникационных навыков этой шпале явно не занимать. Когда Сонхва только пришел в Ateez Holdings, Юнхо встретил его в штыки. Поговаривали, что он очень рассчитывал, что на эту вакансию возьмут какого-то его давнего друга или дальнего родственника.       Как уже понял Сонхва, людей с улицы в корпорации не любили. Брали обычно по рекомендации от уже существующих коллег. «С улицы» задерживались ненадолго. Надолго - только в случае, если им удавалось стать своими. Сонхва не настолько общался с коллегами, чтобы понять, как стать «своим».       Он работал в корпорации Кана уже почти два года. Он был без понятия «надолго» это или нет. Был ли он своим – скорее нет. Юнхо вот был. Он тут уже седьмой год. Ездит на синем дукатти, который паркует между мазератти леванте (у Сонхва есть догадка, кому принадлежит эта машина) и салатовым урусом Уёна на одном из самых высоких уровней служебной парковки. Юнхо был на всех новогодних вечерах – это в корпорации что-то, да значит. Как оказалось. Сонхва вообще все еще не до конца понял, как работает эта большая махина, построенная двадцатисемилетним господином Каном.       Кстати, о господине Кане, который вроде как начальник Сонхва и курирует его проект. Так вот ни фига он, блять, его не курирует. Сонхва его не видел ни разу за эти два года. Правда, Кан появлялся на обложках топовых журналов Кореи, и даже вроде как Forbes и Rolling Stones делали с ним интервью. Пак добросовестно отправляет ему каждую пятницу отчет о проделанной командой работе за неделю. Каждое 27 число каждого месяца – ежемесячный отчет. 30 марта, июня, сентября и декабря – ежеквартальный. 15 января он отправлял годовой отчет. Сейчас Сонхва сидел и пытался готовить второй годовой отчет. Хорошо, что пока только середина декабря. Есть месяц в запасе, но с учетом праздничных дней – когда на их приложение обрушивается колоссальная нагрузка, - можно считать, что остается дней семь в декабре и дней пять в январе.       Более того, до праздничных распродаж (то есть через три дня) должен был запуститься наконец давно обещанный сервис денежных переводов. Через защищенный блокчейн и собственную валюту портала. Сказать, что работа была интересной – не сказать ничего. Последние два года Сонхва жил проектом. Но он понимал, что начинает выгорать, при чем непонятно, от чего именно.       Сначала было нелегко. Через два месяца, когда он уперся в глухую стену и с командой, и с оптимизацией пользовательских маршрутов для ускорения работы приложения, он ходил к своему неврологу. Он был готов умолять его снизить дозу таблеток. Пак просто понимал, что не сможет ничего сделать с мозгом, ограниченным транквилизаторами. Невролог воспринял все на удивление позитивно и даже сказал что-то вроде «Наконец-то», но неспавшему тридцать два часа Сонхва могло уже и показаться. Сейчас доза его транквилизаторов стала минимальной. Дальше – только полная отмена. Возможно, это хорошо. Останутся только антидепрессанты. Но Сонхва знает по бессонным ночам (когда он просто приходит с работы, переодевается в домашнее, включает телевизор, ложится на кровать и лежит, смотря то на телевизор, то на потолок, то в окно, пока не прозвонит будильник; тогда он приводит себя в божеский вид и идет на работу), что к чему-то хорошему это вряд ли приведет.       Возможно, в жизни Сонхва появилась хоть какая-то удача. Он переехал ближе к работе, потому что не видел смысла тратить час на дорогу до офиса. Новая квартира была просторнее. В ней была даже гостевая спальня. Сонхва искренне надеялся, что когда-нибудь к нему в гости приедет хотя бы мать. Комната до сих пор пустовала. Квартира тоже по большей части была необжитой – со светлыми стенами, минимальным набором мебели и предметов быта. Возможно, Сонхва был аскетом. Возможно, ему было лень.       Он, иногда, видел Уёна в общей столовой. Иногда, они обедали вместе. Особенно, если Сонхва был с Юнхо. Уён и Юнхо разговаривали за троих, Сонхва, по большей части, молчал. Пару раз с Уёном они выбирались на выходные на острова к океану. Времени на отпуск не было. Каждый раз, когда они напивались почти до забытья, сидя у разведенного огня, Сонхва казалось, что Уён хочет ему что-то сказать, но каждый раз тонсен передумывал. Иногда, Сонхва ловил на себе странный вопросительный или изучающий взгляд Чона, и пытался понять, что это значит. Потом забывал, потому что надо было в очередной раз тушить пожары и рвать жопу, чтобы все работало как надо. Ведь один сбой в приложении и все, репутации компании - кранты. Сонхва уяснил это очень хорошо в тот момент, когда они почти проебались с одним из релизов.       В тот день к ним в кабинет (Сонхва делил кабинет с Юнхо, главой фронт-энда, и Суа, главой бэк-энда, хотя в большинстве случаев кабинет просто использовался для мозговых штурмов) разъяренным тигром влетел Чхве Сан собственной персоной.       - У вас вообще есть… - он резко затормозил, видимо, понимая, что в кабинете присутствует женщина, либо что просто так три их сильнейших разработчика сидеть в полутемном кабинете с ноутбуками в руках не будут.       - Чем могу помочь, Сан-ши? – Сонхва поставил свой ноутбук на пол, с которого поднялся в одно плавное движение, кивком головы давая понять коллегам, что им не следует отвлекаться.       - Можете подсказать, который час, Сонхва-ши? – яд буквально сочился из каждого слова Чхве.       - Конечно, тринадцать минут одиннадцатого, - любезно ответил Пак, осторожно обходя Суа и выходя в опенспейс. Чхве, слава богу, понял его и последовал за ним. Стоило Сонхва закрыть дверь в кабинет, как Сан буквально зашипел:       - Что за проблема с новым релизом? Реклама была залита две недели назад. Если все было не готово, какого хуя вы не сказали? Вас никто не просит быть гребанными волшебниками. Вас просят говорить четко – успеваете или нет. Мы бы тогда не тратили время на рекламу, дали бы другую дату релиза… Ты понимаешь, что Ёсану придется публично извиняться из-за вас за некачественно проделанную работу? Наши акции уже упали на три процента на закрытии корейской биржи, потому что до конца заявленной даты релиза остается час и сорок пять, мать твою, минут.       - Загрузка заняла существенно больше времени, чем мы рассчитывали. Стикеры для видео не прогружались после первой загрузки. Мы начали вторую. Оказалось, что наше заявление на допмощности по серверам не было одобрено финансами. Поэтому мы сейчас ищем и собираем по крупицам, что можем, чтобы ускориться. Мы выдадим релиз до полуночи по моим расчетам, - Сонхва старался сохранять спокойствие.       - Уён-а, конечно, говорил, что ты чертов гений. Но даже гении могут ошибаться. Какого хуя финансы зарубили вам допсервера?       - Сказали, и так расход большой на серверные мощности. Они не видят смысла в дополнительных, при наличии тех, которые уже есть у компании, - пожал плечами Пак.       - Когда это было? – Чхве потер подбородок и окинул взглядом уставшего СТО. Даже в помятой рубашке и с волосами, падающими на глаза, - этими блядскими белыми волосами, - тот умудрялся выглядеть прекрасно заебавшимся.       - Месяца три назад… на ежеквартальном совещании, - припомнил Сонхва, пытаясь понять, что такого нашел на его лице первый заместитель президента Ateez Holdings. На нем узоров вроде нет и цветы не растут… Может, он испачкался, когда ел пиццу? Пак неосознанно потер пальцами губы.       - Ммм… - Чхве проследил за движением его пальцев и еле уловимо сглотнул. Потом запустил руку в свои намеренно растрепанные красно-черные волосы. В компании у него было прозвище «красная панда», Сонхва был уверен, что это не только из-за волос, хотя Юнхо и пытался его переубедить.       - Скажи Юнхо, пусть использует Берту.       - Что?       - Пусть использует Берту. Он поймет, — больше Чхве ничего не сказал. Его телефон зазвонил, он тут же ответил, начиная что-то гавкать в трубку по-немецки и удаляясь по коридору в сторону своего кабинета.       Сонхва до сих пор не знал, кто такая Берта, но после того, как он передал сообщение от Чхве Юнхо, релиз загрузился за двадцать минут, отправив все его расчеты к чертям.       Вот и сейчас, Сонхва пытался завершить тестирование блокчейн-алгоритма, который предполагалось подключить к приложению для проведения платежей, а также для защиты данных пользователей и информации, которой они обмениваются внутри приложения. Но долбанный фронт-энд почему-то стал неспособен проложить элементарный пользовательский маршрут.       Хорошо, что лаг заметили достаточно быстро – через тридцать минут. Но все равно другим отделам компании предстояла работа по подготовке извинений перед пользователями, поощрений для пользователей и всей остальной ебатни, которую пользователи воспринимают как само собой разумеющееся для «клиентоориентированного» сервиса.       А еще, конечно, Сонхва должен будет отразить все это в четырех, сука, отчетах. Чхве, наверное, тоже где-то отражает. А потом льет в уши Кану про то, как они все не справляются. А может и не льет. Может, им всем срать с высокой колокольни на все это. Сонхва не знал. И заебался предполагать.       С пользовательским путем удалось разобраться, а релиз функционала платежей удалось выпустить вовремя. С помощью или без помощи Берты, Сонхва не знал. Сонхва чувствовал облегчение вместе с опустошенностью. Хотя в тот день, 15 декабря, он был рад чувствовать хоть что-то кроме желания съесть самую большую пиццу «4 сыра» и завалиться спать.       Ему казалось, что в его жизни, возможно, появилась наконец удача, потому что он научился лавировать в этой огромной паутине корпоративных и личных взаимоотношений, делая то, что ему нравится, и почти оставаясь собой. Возможно, своей удачей с ним поделился Уён-а. Или же это было новоприобретенное чувство, что он способен на гораздо большее, чем думал раньше.       Сонхва допивал бутылку пива, смотря в окно на мигающий огнями Сеул. Он обернулся на стук по стеклянной двери, которая и так была открыта. Это было, скорее, формальностью – чтобы выдернуть его из мыслей. Уён всегда так делал. Вот и сейчас он смело зашел в кабинет.       - Поздравляю, хён, - в руках у Уёна был высокий бокал шампанского. Сонхва улыбнулся, когда тонсен подошёл ближе и чокнулся с его бутылкой. Улыбка Пака чуть ослабла, когда он увидел Чхве, заходящего вслед за Уёном.       - Даже без косяков на этот раз, - приподнял бокал в знак, видимо, одобрения Чхве. – Рынок принял известия о новом игроке на рынке мобильных платежей весьма позитивно. Думаю, что в этом году бонусы будут больше.       Сонхва почти перестал дышать. На прошлый бонус он купил себе новую машину. Не весть что по меркам корпоративной парковки Ateez Holdings – Kia K5,- но зато в полной комплектации, новую из салона и не в кредит. Его до сих пор иногда потряхивало от осознания этого, когда он был за рулем.       - Ты же не собирался в Чинджу на длинные выходные? – вдруг спросил Уён. Вдруг, потому что он был прекрасно осведомлен об отношениях Сонхва и его родителей, а также о том, что кроме них ему не к кому было ехать в Чинджу.       - Я собирался работать, - отрезал Сонхва.       - Ску-учный, - протянул Чхве, опускаясь на диван и попивая шампанское из такого же как у Уёна бокала. Вероятно, они пришли с вечеринки по случаю релиза, которая была устроена в холле на первом этаже. Сонхва устроил своей команде отдельный сабантуй с пиццей и пивом – как они все любили. Команда разошлась, он остался, чтобы чуть-чуть выдохнуть.       - Вообще, Ёсан-а пригласил нас всех к себе, - если Уён думал, что внес этим комментарием больше ясности в происходящее, то он ошибался.       - Да, да, тебя тоже, ледяной принц, - усмехнулся Чхве. Он поднялся с дивана и встал рядом с Уёном, так же опираясь о стол Сонхва. Что-то не давало Сонхва покоя, когда он смотрел на этих двоих, стоящих так близко друг к другу.       Если бы Чхве подошел вот так и встал рядом с Сонхва, он бы точно отодвинулся, как минимум, попытался отодвинуться, а Уён – нет – стоит, будто ничего и не происходит. Будто бы Чхве не положил свои пальцы поверх его руки на столе Сонхва. Что?.. Пак мотал головой из стороны в сторону. Мог ли Уён?.. Так, это точно не то, о чем Сонхва хотел бы сейчас думать. Он снова приложился к бутылке.       - Что? – спросил мужчина, переводя взгляд с Чхве на Чона, которые словно ожидали его ответа.       - Хён, ты же приедешь? – в голосе Уёна появились эти милые детские нотки. Он сморщил нос и чуть обиженно посмотрел на Сонхва. Такой Уён мог из Пака веревки вить. Судя по реакции Чхве (шумный вдох и чуть приподнятые брови, легкая улыбка на губах) – не только из Пака.       Маленький милый чертенок. Знает, что его невозможно не любить. И отказать ему абсолютно невозможно. Так было всегда, сколько Сонхва помнил их отношения. Уён всегда получал то, что хотел.       - Куда я денусь, - чуть улыбнулся Сонхва. Уён тут же соскочил со стола и полез к нему обниматься, - Ты прольешь шампанское, Уён-а. Надо будет убирать. Все будет липким.       - Ты любишь убираться! – Чон показал старшему мужчине язык.       - Но не оттирать шампанское от ковролина в своем офисе в полдвенадцатого ночи. Сенк ю вери мач, - парировал Пак. Чхве смотрел на них с любопытством. Сонхва не знал, почему.       - Ладно, тогда с этим решили. Поехали домой, - Уён головой указал Сану на дверь и пошел вперед, не оборачиваясь.       Чхве, кивнув Сонхва, быстро нагнал Уёна и закинул руку ему на плечо, что-то сказал ему на ухо. Уён звонко рассмеялся. Своим смехом-колокольчиком, который преследовал Сонхва все его школьные годы. Нет, Пак не стоял в дверях и не смотрел на удаляющихся коллег. Он просто хотел уточнить, а куда, собственно, надо ехать, но потом ему стало как-то неловко нарушать… нарушать что? Что-то между этими двумя?..

***

      - Пак Сонхва, - произнес свое имя по просьбе охранника на КПП при подъезде к дому Кана Сонхва. Он, конечно, понадеялся, что может на этом все и закончится. Может быть, это Уён и Юнхо решили так его разыграть, и приглашение с адресом на его электронную почту тоже они прислали.       - Добро пожаловать, господин Пак, - кивнул охранник. – Проезжайте прямо до конца. Парковка будет слева.       Сонхва последовал его указаниям. Парковка показалась минуты через три неспешной езды. На ней стояло несколько накрытых гольф-каров, а также три черных хёндая и черный лексус. Сонхва немного расстроился, что Уёна, Чхве или Юнхо еще нет. Вечер обещал быть неловким.       Он поправил волосы, которые теперь были оформлены в стиле «dirty blonde» в одном из топовых салонов Сеула. Сонхва заглянул в зеркало заднего вида и вышел из машины, взяв с собой пакет с вином года рождения Кана. Менее оригинальный подарок на первый визит в гости было сложно придумать.       Вокруг не было ни души. Пустые ветви деревьев чуть ходили из стороны в сторону. Небольшой мягкий снег плавно кружился в воздухе. Сонхва натянул кожаные перчатки и поднял ворот черного кашемирового пальто. Он решил следовать по фонарям – вряд ли кто-то стал бы освещать дорогу, которая ведет в никуда. Ни справа, ни слева он не видел ограждений. Вероятно, участок Кана был настолько огромным, что забор, окружающий его находился где-то за гранью зрения Пака. Пока Сонхва дошел до вторых внутренних ворот – великолепного образца дворцовой корейской архитектуры, он видел сад камней и несколько искусственных водоемов с подсветкой и аккуратными скамьями. Оглядев ворота, он заметил небольшую кнопку системы видеонаблюдения и нажал ее. После очередного «Добро пожаловать, господин Пак», что уже начало немного нервировать мужчину, ворота отворились и Сонхва, подняв голову, так и застыл перед величием архитектурного комплекса. Ему казалось, что он видел такое только в исторических дорамах. Здание из белого камня венчала черная изогнутая черепичная крыша, держащие ее белые столбы были расписаны в черно-красно-синие цвета. Корпоративные, если подумать, цвета. А если еще подумать, то цвета корейского флага.       Сонхва прошел вперед и чуть слышно застонал – слева от него находилась парковка, где стояли уже знакомые ему урус и леванте. Тут же были припаркованы другие машины, некоторые из которых Сонхва также замечал на парковке бизнес-центра. Мужчина отряхнул пальто от снега и начал подниматься по ступеням, которые освещались стилизованными под факелы фонарями.       Оставив пальто в гардеробе, при чем Сонхва был уверен, что этот гардероб тут постоянно, а не что-то организованное для этой вечеринки, он поставил пакет с вином на стол, специально предусмотренный для подарков. Вокруг все были одеты в костюмы и платья, сновали вышколенные официанты с напитками и легкими закусками, играла спокойная чувственная музыка – что-то из американского соула. Памятуя, что это празднование европейского нового года – из-за международной отчетности финансовые показатели были привязаны к европейскому календарю, - Сонхва не был удивлен, что почти никто не пришел в ханбоках.       Мужчина прошел вперед, перехватывая с подноса бокал с шампанским. Просто, чтобы занять руки. Он рассчитывал встать где-то у стеночки и спокойно простоять так до тех пор, пока можно будет уже уйти отсюда.       - Пак-ши! – к нему прямо-таки плыла одна из руководителей финансового отдела. Почему одна из? В финансах все было очень сложно. Насколько понимал Пак, подчинялись они Чхве. Слушались только его и никого не боялись. Между собой грызлись зверски, хотя не понятно, отчего – за последние два года никаких перестановок или увольнений в их отделе не было.       - Финансовый директор Ким-ним, - почтительно поклонился Сонхва, не представляя, о чем разговаривать с этой женщиной. Они виделись-то только на собраниях по одобрению бюджетов. Она обычно срезала почти всех их расходы       - Пак-ши, чем же я вам так не угодила?       - О чем вы, аджумма? – Сонхва начал мысленно перебирать, что такого могло произойти за последние… два года?.. он вообще не в курсе, что несет эта женщина.       - Не знаю, что вы там наговорили Ёсану, но он отчитал меня как школьницу за то, что я не одобрила вам дополнительные сервера! – госпожа Ким выглядела до нельзя расстроенной. – Если вам так были нужны эти сервера, всегда все можно обсудить и без вовлечения Ёсана. У него и так много других дел, знаете ли.       - Мне очень жаль, Ким-ним, но могу вас уверить, что я ни разу не разговаривал с господином Каном… о вас, - добавил Пак. Если в финансах будут думать, что он вообще общается с Каном на прямую, это может сыграть на руку всему отделу. Единственный, кто знал о недостаточных мощностях был Чхве. Он донес это до Кана? А Кан все-таки курирует проект? – Приношу вам глубочайшие извинения за беспокойство.       Сонхва поклонился и улыбнулся одной из своих самых обворожительных улыбок. Ким Саын смерила его подозрительным взглядом, но все же смилостивилась:       - Ваши извинения приняты, технический директор Пак-ним. Но давайте впредь жить дружно, - она едва заметно улыбнулась и отошла от него. Сонхва выдохнул.       - Хён, неважно выглядишь, - Уён возник рядом с ним из ниоткуда. – Что, министерство финансов одолело? Не бери в голову… К ним надо просто найти подход. Ты бы им тортик там принес, да или просто зашел и уделил пару минут. Они же все там по тебе вздыхают.       - Все в порядке. Разберусь, - Сонхва наконец смог окинуть взглядом своего тонсена. Графитовые волосы Уёна были уложены гелем назад. Так родинки на его лице отчего-то делались заметнее, а глаза – темнее. Хотя последнее было скорее благодаря макияжу. Чон был одет в черный бархатный костюм. На Сонхва был похожий (вместе выбирали), но темно-синий.       - Идем к нам, нечего тебе тут стоять, - Уён взял Пака под руку и повел куда-то. – Классный дом у Ёсана, да? Как вспомню, сколько мы мучались тут ремонт делать…       - Эм, что?       - Он когда его купил тут разве что крыша была, да стены. Надо было чинить все. Потом оказалось, что это все культурное достояние или наследие, я, честно, хз, не разбираюсь, - тараторил Уён.- Тогда наши юристы, а их было всего двое в тот момент, стали просто экспертами в правилах реставрации таких зданий… Блин, как вспомню, что мы тут ночевали с обогревателями… Капец. Но зато весело было.       — Это тебе весело было, когда ты говорил мне, что устроился работать в строительную компанию? – внимательно посмотрел на него Сонхва. – И когда приходил домой уставшим вусмерть, либо не приходил вообще?        - Даааа…. Неудобненько вышло, - пробормотал Уён. – Я все время забываю, что мы с тобой всегда были друг у друга. Да, тогда мы как раз восстанавливали этот дом, но мы и строительством занимались. Строили компанию, знаешь ли.       Уён засмеялся. Сонхва не смог сдержать улыбки. В конце концов, какое дело до бессонных ночей, если они были проведены на работе, занимаясь тем, что ты любишь.       Тем временем, людей вокруг становилось все меньше и меньше. Уён привел его в большую комнату, где все было обставлено на европейский манер. Эта тяга ко всему европейскому наводила Сонхва на вопросы, которые он, конечно же, не собирался никому задавать.       - О, Хва-ним, - Юнхо подскочил к ним. – Почему у тебя шампанское?..       Бокал тут же был выхвачен из его рук ловким Чоном, через несколько мгновений у Сонхва был в руках тяжелый хрустальный бокал с джином.       - Спасибо, Юнхо, - улыбнулся Сонхва. – Мы же не на работе.       - Как скажешь, хён. Классно выглядишь, - Юнхо хлопнул Пака по плечу и вернулся обратно на диван, где на спинке с ногами сидел незнакомый Сонхва высокий мужчина.       — Это Сон Минги, второй заместитель Ёсана, - тихо пояснил для Сонхва Уён.       - Сколько у него всего заместителей? – только успел задаться вопросом Пак.       - Три, - ответил Чон.       Минги что-то громко и с широкими жестами рассказывал Юнхо, который слушал его и во всю смеялся.       - Уён-а, - Сонхва развернул молодого человека к себе, потянув за правый рукав пиджака. – А ты?..       - Бля, ну да, не продакт-менеджер я. Обещай не сильно ругаться, - снова эта обезоруживающая улыбка. – Я третий заместитель.       Он чуть потупился, смотря на носки своих лакированных туфель.       - Ну, третий и третий, - рассудил Сонхва. – Нечего стесняться. Конечно, не первый… Но тоже приличная должность.       - Ну, хёёёён, - засмеялся Чон, толкая Пака в плечо. – Думаю, ты догадался. Все-таки ты гений.       - Ага, на минималках, - они прошли ближе к окну, вид из которого открывался на небольшой водоем, который сейчас был покрыт тонкой пленкой льда, и на беседку, окруженную плавными линиями голых вишневых деревьев. Весной здесь должно быть сказочно.       - Да, словно переносишься в ту сказку, которой была империя Чосон. С падающими вишневыми листьями, солнечными бликами на выцветшей черепице, жутко иерархичным обществом, телесными наказаниями и почти кастовым неравенством… Мм, мое любимое, - заключил низкий бархатный голос справа от Сонхва. – Рад знакомству, господин Пак. Сонхва тут же сделал низкий поклон.       - Господин Кан, - он поднял голову и столкнулся лицом к лицу с тем самым Кан Ёсаном. Сколько они стояли, глядя друг другу в глаза Сонхва не знал, пока не услышал знакомое покашливание. Дежавю. Точно, это же его начальник. Его нельзя превосходить ни в чем. Однако, в отличие от ситуации с Чхве, Пак все-таки позволил себе чуть дольше задержаться в этих глазах. Отводя взгляд, он еле заметно улыбнулся. Ёсан был одет в черный костюм с атласными лацканами, на одном из которых был сине-золотой значок. В этом году ему и компании присвоили «Золотую башню» - орден за заслуги перед Кореей – за существенный вклад в экономику страны. Этакий Безос или Маск по-корейски. У Кана были темные волосы, уложенные назад, и безупречное лицо. Вот уж насколько Сонхва, смотря на себя в зеркало, не мог найти изъянов (хотя он честно пытался каждый божий день), тут было то же самое.       - Пак, - кивнул ему стоящий рядом Чхве, которого Сонхва даже не заметил.       - Чхве, - кивнул в ответ разработчик.       Ёсан и Уён одновременно хмыкнули. Сан и Сонхва одновременно вопросительно приподняли брови, а Уён в ответ зашелся свои звонким смехом.       - А я тебе говорил, Ёсан-а, ты многое упускаешь, - отсмеявшись заявил Уён, - не могу с этих двоих…       Он хлопнул Сонхва и Сана по плечу и быстро прошел к дивану, плюхнулся на него, устраиваясь под боком у Юнхо.       - Ты знаком с Минги? – спросил Сан, когда Сонхва стало до боли неловко стоять напротив него и Кана.       - А... Нет, - мотнул головой Пак.       - Минги – это Сонхва, Сонхва – это Минги, - прерывая то, что рассказывал Сон и таща за рукав Пака к дивану, провозгласил Чхве.       - Очень приятно, - не слезая со спинки дивана, Минги протянул Сонхва руку для рукопожатия. Даже если Сонхва был удивлен, он, не подав виду, пожал протянутую ладонь.       Они какое-то время просто сидели (в случае Сонхва и Чхве стояли около дивана), слушая рассказы Минги про США, откуда он три дня как вернулся. Он жил в США последний год, занимаясь делами компании и готовя экспансию на этот рынок. Казалось, что все рады его видеть. Даже Сонхва в какой-то момент проникся к нему. Ёсан, то разговаривал по телефону, то выходил из комнаты, потом возвращался, кидая взгляды на Минги и всю компанию в целом. Пару раз к ним заходили официанты, гости, которые разговаривали с Каном, а также охрана.       - Ёсан-а, хорош работать, - протянул с дивана Уён. – Давай. Двадцать минут до полуночи. Тебе еще речь говорить.       - С чего ты взял, что я работаю, Уён-а? – хитро улыбнулся Кан. – Да, речь. Верно. Спасибо.       Он о чем-то задумался. Словно подзавис секунд на двадцать. Потом просто вышел из комнаты.       - Пошли, - Уён хлопнул по колену Минги и Юнхо, вскочил с дивана и поправил пиджак, застегивая нижнюю пуговицу.       Минги и Юнхо ушли вперед, не переставая болтать. Уён взял под руку Сана. Сонхва поспешил за ними. Как он оказался в этой компании, все еще было необъяснимо. Если Уён действительно третий заместитель Кана, то это крайне неудобно. Сонхва выдохнул. Он был напряжен как струна с того момента, как шлагбаум опустился за его машиной на въезде сюда. Его мозг начинал активничать, а эмоции давали слабину. Хватит все анализировать. Он залпом выпил оставшийся в бокале джин и поставил бокал на поднос проходящего мимо официанта. Уён и Сан остановились. Сонхва встал позади них, прислонившись к стене.       - Дамы и господа, коллеги, друзья, - в центре комнаты стоял Кан Ёсан. Вся комната внимала ему. – Как вы знаете, в зависимости от того, как мы завершаем наш год, я всегда даю оценку деятельности компании. В этом году я бы хотел сказать «спасибо». Те из нас, кто находятся тут достаточно долго, знают, что это слово я говорил только на самом первом нашем новогоднем вечере. Тогда я сказал спасибо за то, что моя мечта стала реальностью. Тогда я мечтал о совсем немногом. Сейчас же я вижу, как компания растет, куда она идет и какое у нее будущее. Этот год стал ключевым в стратегическом плане для компании. Мы реализовали один из важнейших проектов в сфере цифровых платежей, который позволит нам подняться на новую высоту и завоевать новые рынки, а также порадовать наших акционеров хорошими дивидендами.       Среди толпы послышались одобрительные возгласы. Важнейший проект?.. Что? Сонхва был уверен, что вот уже два года он занимается какой-то ерундой, до которой дело есть, ну, максимум, Чхве. С другой стороны, зная о важности проекта и осознавая все давление, смог бы он и команда справиться также? Сонхва не был в этом уверен.       - Спасибо, что продолжаете этот путь со мной, со всеми нами. Спасибо, что позволяете мне мечтать и делать мечты планами, вовремя реализовывать эти планы. Мы делаем неординарные вещи в нашей компании. Например, празднуем новый год по европейскому календарю, - Ёсан усмехнулся. - Мы также чтим нашу корейскую культуру, наши корни…       Сонхва заметил, как рот Чхве на этих словах скривился, и он чуть дернул правым уголком губ вверх. Уён погладил рукой его предплечье. Чхве поймал пальцы Уёна своей рукой и опустил их вниз, переплетая со своими.       - В следующем году нас ожидают новые горизонты, новые более захватывающие задачи. За компанию, - Ёсан обвел рукой с бокалом всю комнату. Люди подняли бокалы выше, салютуя молодому президенту.       - За друзей, - он подошел и чокнулся с Юнхо и Минги.       - За семью, - Кан подошел к Чхве и Уёну. – С Новым годом!       Все начали поздравлять друг друга с новым годом, чокаться бокалами и обниматься. Сонхва стоял посреди этого великолепия и не знал, куда себя деть. Если бы он опрометчиво не выпил джин… Надо было взять хотя бы бокал шампанского. Нет, удача явно все еще отсутствовала в жизни Пак Сонхва.       - Держи, - Ёсан протянул ему бокал шампанского. – А то стоишь как идиот.       Почему же как?       - Спасибо, - Сонхва взял бокал за ножку.       - Тебе спасибо, - Кан наклонил свой бокал и легко коснулся им бокала Пака. – Ты даже не представляешь, какие двери открыл для нас.       Сонхва смущенно улыбнулся и пригубил шампанское.       - У меня есть еще пара идей по использованию блокчейна для шифрования данных в пересечении с AR. Хочу создать чертоги разума, - посмотрел на Пака Ёсан.       - Простите?       - Чертоги разума – как в Шерлоке Холмсе с Камбербэтчем. Смотрел?       - Да, но…       - Там у Магнуссена были эти очки. Или не были. Но было бы классно, если бы такие очки были у меня, - Кан говорил так, как люди говорят о самых обычных вещах. Вроде – ну, что, какое молоко сегодня возьмем коровье или козье? А может очки с базой данных в хуелионы байт? Сонхва закашлялся.       - Да, ладно, я знаю, что ты можешь это сделать, можешь так не переживать, - Ёсан, не отрываясь, смотрел на него, - Я же не к завтрашнему дню прошу это сделать.       - С чего вы взяли, что я могу… да кто вообще на такое способен, - свободной рукой Сонхва убрал выпавшую из укладки светлую прядь.       - Ты, бест аксес, кто же еще, - хмыкнул Кан.       - Хён, ты же остаешься на все три дня, правда? – Уён буквально повис на плече у Сонхва, который судорожно пытался не выпасть из реальности. Как Кан его назвал? Какого хуя… Блять. Ебаная жизнь. Он и есть райдер? Да ну нет. Райдер просто должен был работать в этой компании, а не владеть ей. И тут Сонхва вспомнил, как переписывался с райдером, когда его только взяли на работу. В какой-то момент он был уверен, что райдер – это Юнхо. Потому что все сходилось: и ник, и нелестные комментарии, которые тот отвешивал в адрес Сонхва. Месяца через четыре райдер поуспокоился. Теперь они переписывались просто обо всем, как и прежде, не касаясь работы.       Сонхва продолжал смотреть на Ёсана. Ёсан чему-то ухмылялся, наверное, тому, как выглядит лицо Пака, когда земля уходит у него из-под ног.       - Да, Уён-а, он останется на все три дня, - протянул Кан. – Не так ли?       - Мгм, - на что-то членораздельное Сонхва был сейчас неспособен. Датчики в его голове начинало срывать. Ему срочно нужны были таблетки или алкоголь. Ах, да, шампанское... пойдет. Он выпил залпом весь бокал под удивленные взгляды Уёна и подошедшего к ним Юнхо.