Прекрасно.

      Утро. Мо открывает глаза и секунду не может понять, где находится. Следующую секунду ему кажется, что он умер. Он переворачивается на спину и обнаруживает себя без одежды. Смотрит влево — девушка. Милая девушка. Полностью обнаженная девушка. Мирно сопит и подрагивает длинными ресницами. Мо тут же вспоминает, кто это, а перед глазами начинают мигать яркие огни вспышек-флешбеков о вчерашней ночи. Он переводит взгляд на ее ключицы, а точнее, на два засоса насыщенного винного и сливового цвета. Мо тут же вспоминает ее имя и то, что он узнал его уже после секса, что странно, но в принципе не так уж и важно.       Мива.       Девушка открывает глаза. Брови Мо летят вверх. Она еще какое-то время медленно моргает, глядя перед собой, словно фокусируясь, а потом ее щеки слегка краснеют, а на лице появляется скромная улыбка. — Доброе утро. — шепчет она. — Утра. — Мо тоже легко улыбается, смотря в ответ. Мива зевает, прикрывая рот маленькой ладошкой. — Как спалось? — она начинает пальцами гладить его темные волосы. Он прикрывает глаза и начинает постепенно заливаться краской. — Нормально. — тихо отвечает парень. Его глаза резко открываются, а он сам он рефлекторно слегка отодвигает голову, когда девушка начинает его обнимать, прислонившись щекой к его груди. — Ты чего? — мямлит Мо, но милашка не отвечает. — Кхм… Мива? — А? А, да… Давай еще так полежим… — тихо бормочет она ему в грудь, после чего мирно замолкает. Он чувствует ее дыхание, ровное, спокойное. «Она, наверное, чувствует себя в полной безопасности сейчас», — думает Мо. Он еще какое-то время лежит, не двигаясь, а после кладет руку ей на спину, прижимая к себе. Обнимает в ответ, уткнувшись носом в ее макушку.       Он думает о совсем ненужных в данный момент вещах — о том, который сейчас час, что будет, как они проснутся, знает ли кто-то из одногруппников об их связи и так далее. Но вдруг он слышит негромкое, но четкое «Спи уже», что приятно щекочет грудь на выдохе, и постепенно засыпает, напоследок запечатлев в памяти, что уже наступает рассвет.

***

      Он открывает глаза вновь во второй раз, когда Мива, проснувшись, садится рядом на кровати и все еще сонная водит туда-сюда по плечу ноготками. Мо дергается, когда она встает. Пока она сидит, еле как укутавшись в белый плед, он рассматривает ее маленькую спину с выпирающими лопатками.       Вдруг девушка поворачивает голову и смотрит на парня из-за плеча. Розовая челка слегка закрывает ей вид. Мо поднимает взгляд, оставив спину в покое, и смотрит в ответ. Она моргает. Он воспринимает это, как приглашение сесть вместе с ней. И он садится. Его лохматые волосы падают на лицо так, что он мало что видит. Запускает в них пальцы, отбрасывая в сторону. Кратко вздыхает и переводит взгляд на Миву, что придерживает ручками плед, пытаясь прикрыть грудь.       Зря пытается. Мо все равно все видно. Да, и что он там не видел? — Пора вставать, наверное… — зевает девушка, смотря в окно. Она поворачивается обратно и непонятливо смотрит на собеседника, что просто сидит и пялит на ее грудь. Ее пальцы тут же поднимают плед выше, а сама она встает и начинает искать свою одежду. Мо находит взглядом ее бюстгальтер, валяющийся около ножки кровати, и быстро отдает его ей, чуть ли не швыряя, потому что очень боится, что его неловкость всплывет наружу. Но не ему одному здесь неловко. Мива же, как-то успевшая надеть белье вместе с черными шортами, берет в руки лиф, поворачивается на сто восемьдесят градусов, вставая к Мо спиной, и продолжает одеваться. Он же просто продолжает сидеть, смотря на нее, иногда запуская руку в лохматые волосы и почесывая.       Девушка оборачивается и начинает собирать волосы в высокий хвост, глядя вниз. Мо же за все это время успел лишь только посмотреть в одну сторону, посмотреть в другую сторону, лениво почесать скулу и попялиться на спину Мивы, пока та одевалась. — Ты так и будешь сидеть? — спрашивает она, дособирав волосы в незамысловатую прическу. — Ты даже трусы еще не надел… — вздыхает она и, подняв с пола черные боксеры, кидает их в Мо. Он дергается и ловит их, резко прижав обе руки к груди. Путается в простыне, пытаясь надеть белье, в итоге спокойно откидывает ее в сторону, когда Мива перестает смотреть на него и начинает ходить туда-сюда по комнате в попытках собрать оставшиеся предметы одежды парня, пока он просто продолжает сидеть, зашуганно согнувшись практически пополам.       Она протягивает ему лонгслив и джинсы, на что он кидает тихое и быстрое «Спасибо» и начинает натягивать на себя одежду. Девушка же просто стоит в стороне, изредка поглядывая на оголенные участки его тела, которые еще не успела скрыть под собой тонкая темная ткань. Она словно ждет его, будто они куда-то направляются. Мо ведь даже не знает, куда он сейчас пойдет, что скажет. Он только сейчас задумывается о том, а как вообще вести ему себя с вроде бы вообще незнакомой девушкой, которую он в первый раз увидел меньше двенадцати часов назад, но тело которой он уже прекрасно знает? Задумавшись, он уставился в одну точку на полу. Поджал губы. Когда полностью оделся, нашел в кармане штанов телефон и посмотрел, который час.       Половина девятого.       Утро. Мо ненавидит утро, день и любое упоминание солнца. Пасмурные дни — его любимые, а вечер и ночь, естественно, самое чудесное время за весь день для него. Но от этой девушки, стоящей в полутора метрах от него, исходит совсем другая энергия. Она словно само солнце и есть, как бы банально и клишированно это не звучало. У нее зеленые глаза и окрашенные в розовый цвет волосы. И пускай краска уже успела немного смыться, образуя более пастельный оттенок, она все равно выглядит невероятно привлекательной. Ей с таким тоном даже больше идет, нежели так, как представляет ее Мо с ярко-розовыми волосами. Он был пьян, она наверняка, тоже пила вчера. Но они все помнят. И этому парню впервые становится неловко перед девушкой.       Во-первых, так называемых «случайных связей» у него никогда не было. Он всегда придерживался совсем других принципов, ценностей. Все отношения, в которых он состоял, проходили через три определенных этапа плана, придуманного самим Мо: знакомство, признание, потом уже постель — когда он точно знал, что доверяет человеку, перед которым оголяется; имеет доверие человека, который стоит перед ним полностью обнаженный. Не то, чтобы Мо хотел в принципе встретиться с кем-то на вчерашней вечеринке. Он планировал просто немного побыть там, понаблюдать за людьми, запомнить что-нибудь несильно яркое, но и не невзрачное, вроде поцелуя какой-нибудь девушки с другим парнем на глазах у ее возлюбленного. Потом в планах было отправиться домой пешком, слушая в наушниках что-нибудь очень подходящее под атмосферу и время, прийти домой и спокойно лечь спать. Но…       Что-то явно пошло не так.       Во-вторых, она не выглядит распущенной, наоборот даже, создается впечатление скромной юной милашки, только вылетевшей или еще даже не начавшей полет из-под родительского крыла. Она не стала бы ложиться под первого встречного, что уж сказать о том, стала ли бы она этого первого встречного соблазнять. Но что ею движет, Мо неизвестно. Да и в своих чувствах на этот счет и на ее счет ему еще разбираться и разбираться. — Ты че? — щелчком произносит Мива, возвращая парня из Астрала. До него только сейчас доходит, что пока он плавал в тарелке своих мыслей, Мо в реальной жизни, скрючивши спину в знак вопроса, сидел и вдуплял на розоволосую, что просто стояла и пыталась включить свой, судя по всему, разряженный в ноль телефон. — Прости. Задумался. — …Тут почти напротив есть кафе, там есть розетки. У меня просто телефон сел… Да, и я бы позавтракала. Пошли? — протараторила Мива, быстро бегая глазами туда-сюда: в глаза Мо, на его губы, в окно позади него, на мятую простынь за его плечом и смятое одеяло, лежащее рядом. — А я тебе там зачем? — он поднялся и поправил свою кофту, одергивая вниз. — Ты… Разве ты не голоден? Там погода классная… Прогуляемся. Пошли! — девушка схватила парня за руку и вышла из комнаты. Мо ничего не оставалось, как побежать за ней по белым коридорам. Пока они направлялись к выходу, он заметил, что в доме ни одной проснувшейся души, кроме них самих. Кто-то отсыпался прямо на полу. Кажется, сразу четыре человека оккупировали диван в гостиной. Все спальные комнаты и кабинеты были закрыты и скорее всего заняты такими же парочками, как и идущие сейчас к выходу двое. Она все еще держала его за руку, да он и против не был-то особо. Просто шел за ней, стараясь сравнять их скорости. Но как только они покинули чужой белокаменный дом, рука брюнета неловко отпустила маленькую ладошку спутницы, после этого спокойно и привычно поместившись в кармане брюк.

***

      До закусочной они дошли молча, смотря в разные стороны. Мива всю дорогу рассматривала несуразные, забавные и так похожие друг на дружку дома этого района их городка, где Мо ни разу до вчерашнего дня не был. Сам он в это же время шагал, опустив голову вниз, смотря себе под ноги и изредка поглядывая на девушку. Утром было довольно прохладно, несмотря на, казалось бы, теплый и даже жаркий месяц календаря, поэтому Мива ежилась от каждого дуновения ветра, а Мо, идущий рядом, лишь посильнее заталкивал кисти рук в карманы своих штанов. Он запомнил свою мысль в один из таких моментов, что будь на нем куртка или хотя бы толстовка, он точно бы предложил ее девушке, чтобы та не мерзла.       Закусочная пустовала. Это было видно еще до того, как эти двое зашли в нее, так как ее стены с лицевой стороны и по бокам представляли с собой огромные стекла с наклеенными на них оранжевой и красной полосками, из-за чего заведение напоминало типичную американскую забегаловку из фильмов восьмидесятых. Зайдя внутрь, над их с Мивой головами раздался звон дешевой пластмассовой Музыки ветра, оповещая задремавшую официантку, сидящую за баром, о приходе новых клиентов.       Они выбрали столик у окна, находящийся почти в самом углу. Мо краем глаза заметил сидящего в противоположной стороне пожилого мужчину, читавшего газету и попивающего из маленькой белой кружки горький кофе, что давно остыл. Официантка, которая, как верно подметил брюнет, тщетно пыталась с помощью макияжа и неопрятного пучка выглядеть лет так на двадцать моложе, сразу подбежала к их столику и протянула две оборванные по краям бумажки со стертым местами текстом, что представляли из себя меню заведения. — Что ты будешь брать? — непринужденно спрашивает Мива, рассматривая цветастую картонку. — Кофе. — И все? — она поднимает на него свой салатовый взгляд, и Мо запоминает, словно фотографирует глазами то, насколько эти зеленые омуты прекрасны. Он точно ловит себя на мысли, что променял бы свой карий глаз на ее пару изумрудных. — Да. — пожимает плечами парень. — Ты что, совсем не хочешь есть? Давай хотя бы… — девушка вновь возвращается к обтянутому дешевым блистером куску такого же дешевого картона, бегая по нему глазами. — Мандзю* будешь? — Нет. — Почему? Не любишь? Дело в деньгах? — последний вопрос она задает, чуть сбавив громкость и наклонившись ближе. — Что? — бровь Мо выразительно изгибается, — Нет. — Почему тогда не хочешь? — Какая разница? Не хочу и все. — отрезает он. — Ладно… — поджимая губы, смиряется Мива. Она снова опускает свои глаза, вернувшись к меню. Она еще пару минут бегает ими по картонке, а после, слегка вытянув руку вверх, зовет официантку. Рукав ее вязанного кардигана спадает, и Мо открывается вид на тонкое запястье с прямым рядом параллельно идущих в темноту рукава накидки царапин. Он прекрасно понимает свое желание схватить ее за это же запястье, прижать к какой-нибудь стене и громко спросить, что это, а если быть точнее, то «Что это, черт возьми, такое?». Но он совсем не понимает и начинает отрицать свое желание взять милашку за руку. За маленькую ладошку. Аккуратно, стараясь не давить лишний раз и быть очень нежным, возможно переплести их пальцы, что похожи друг на друга своей тонкостью, разве что у Мивы они бы вышли поизящнее собственных. Возможно погладить места порезов, а возможно прикоснуться к ним губами. Пройтись кончиками пальцев дальше, вверх по руке, чувствуя мурашки и озябшую бледную кожу, что на щеках и предплечьях покрывается румянцем. И целовать, целовать, целовать. Как сегодняшней ночью.       На этой мысли Мо шумно выдыхает, прикрыв глаза. Видно, вчерашний алкоголь все еще дает свой эффект. Он понимает, что это ненормально. Он понимает, что еще совсем немного фантазий, и ему придется бежать в местный сортир, чтобы как-то справляться с нахлынувшим возбуждением, и он ловит себя на мысли о том, что было бы не так уж и плохо, если бы с ним была Мива и помогла бы ему с… «Алкоголь. Это все — просто немного продолжительный аффект», — мысленно оправдывает и обнадеживает самого себя Мо. — …И одну порцию мандзю. — возвращает брюнета из раздумий голос розоволосой нимфы, сидящей напротив, что тыкая тонким пальчиком со слегка длинным окрашенным в французском стиле ноготком в блистерную картонку. — Мандзю… — записывая в сказанное в блокнот, повторяет женщина в желто-белом козырьке и такой же палитры форме, что как снова подмечает Мо, все равно не дает ей выглядеть моложе. — Для вас что, молодой человек? — с каплей призрения и недоверия смотрит на него официантка, готовясь записывать заказ. — Кофе. — отвечает он, даже не подняв на нее взгляд. — Кофе… — она черкается в блокноте, повторяя вслух то, что выбрал себе парень. — Что-то еще? — бодро поднимает голову женщина, смотря на Мо, а потом перебегая глазами с отвратительно нарисованными стрелками на его спутницу. — Нет. — отрезает за двоих он. — Хо-ро-шо… — пропевает явно не подходящим для хоть каких-либо песен чуть хриплым голосом официантка, разворачиваясь и направляясь к бару.       Их заказы приносят через минут десять, а то и все пятнадцать. От завтрака, заказанного Мивой, исходит приятный аромат, когда женщина переставляет их с круглого подноса черного цвета на глянцевую поверхность стола. Перед этим туда опустились и кружки с заказанными этими двумя напитками. Мо запоминает ее заказ: паровые булочки и наверняка ужасно сладкое подобие кофе. Зеленоглазая нимфа долго смотрит на тарелку с завтраком, почему-то поставленную перед ним. — Ешь. — говорит она ему, отрезая кусок своей порции. — Это ты для меня заказала? — Да. Ешь. — так же прямо и четко повторяет она. — Спасибо, я не хочу. — откидываясь на спинку красно-желтого, местами порванного дивана, отвечает Мо. — Тебе надо поесть. Я угощаю. — вдруг поднимает свои зеленые очи она, заглядывая в обсидианового цвета море в глазах Мо. Она еще какое-то время просто смотрит на него, отвлекшись от трапезы. Ей требуется где-то пару минут, чтобы корка льда, которым он полностью покрыт, начала трескаться и таять, а сам парень цокнул, тяжело и шумно вздохнул и пододвинулся ближе, беря в руки столовые приборы. Девушка мило улыбнулась в ответ на это, а потом, глянув в сторону бара, на официантку, сидящую в телефоне, вспомнила про свой разряженный в ноль девайс, поэтому достала его из кармана шорт и поставила на зарядку, включив вилку в розетку, прикрепленную прямо к поверхности стола. Мо, смотрящий на это, все еще держащий в руке вилку с небрежно отрезанным куском сложенных друг на друга кусочков теста, мысленно подмечает, что Мива не растеряла все свои манатки на вчерашней вечеринке. Ему кажется это хорошим знаком, хоть и в знаки он не верит… — Ты чего? Хах… — по-доброму посмеивается розоволосая, глядя на то, как Мо застыл с куском завтрака, нацепленным на вилку. Он все еще смотрел на собеседницу, совершенно не понимая, что та хочет от него, и почему он должен есть купленную ею выпечку в какой-то убогой закусочной. — Пожалуйста, поешь. Ты же наверняка со вчерашнего вечера не ел ничего… — упоминание чего-то «вчерашнего» заставило ногу парня нервно дернуться, словно это какой-то его триггер. Поймав себя на этой мысли, он начинает размышлять о том, каков наилучший способ спросить Миву про ее порезы на запястье левой руки, когда наступит момент, когда он сможет спросить, и наступит ли он вообще. Он на секунду задумывается о том, чтобы прямо сейчас в лоб спросить ее об этом, потому что ему совершенно неизвестно, будет ли что-то еще связывать их, кроме неловких «Привет» при пересечениях в институте или на очередных сборищах, куда, кстати, Мо вряд ли еще хоть раз придет.       Завтрак оказался вполне себе нормальным, практически даже вкусным, и парень мог бы назвать его таковым, если бы не его неприязнь к сладкому. Пару раз Мива протягивала свою вилку к его тарелке, чтобы отломать маленький кусочек и попробовать, и на удивление Мо, он даже был как-то и не против. Когда тарелки и чашки были опустошены, а желудки сыты, пришло время расплачиваться. Розоволосая фея напротив настояла на том, что заплатит за все сама. Брюнет не из жлобов, поэтому настоял на том, чтобы каждый из них отдал деньги только за то, что сам ел. Мива же все-таки оплатила порцию пирожков, заказанную ею же для спутника. Это был, наверное, сотый раз за последние пятнадцать часов, когда парень сдался.

***

      Мива на вопрос «Ну и что теперь?» ответила, что должна быть дома, дабы подготовить к завтрашнему дню сообщение, за которое она еще не садилась. Она сказала, что ближайшая остановка, с которой она сможет сесть на нужный ей автобус до пригорода, где она живет, находится в пятнадцати минутах от кафетерия, ими посещенного. Мо же оказалось по пути, и вот они направляются к остановке, идя вдоль берега моря. Легкий ветер заставляет остывшую воду качаться из стороны в сторону и приятно треплет темноволосую челку, щекоча бледное лицо. Солнце все еще мягкое, хотя на часах уже почти полдень. Оно приятно освещает водную гладь, заставляя поблескивать.       Розовые волосы, собранные в не слишком аккуратный высокий хвост, легонько развиваются на ветру. Качаются из стороны в сторону тонкие стволы деревьев, заставляя хрупкие ветки дергаться вверх-вниз и сбрасывать себя по паре-тройке листочков. Ее руки спокойно лежат в карманах вязаного кардигана, одну из больших пуговиц которого девушка не так давно застегнула. Она смотрит по сторонам, рассматривая то находящийся внизу водоем, то одинаковые двухэтажные дома, расставленные вдоль пустой проезжей части. Мимо проносится редкая для этого места и времени машина, и никто из идущих по дороге даже не обращает на нее внимания. Двое мальчишек, катающихся на велосипедах, также проезжают рядом с двумя в тишине идущими студентами. Мо бросает быстрый взгляд на испачканный в грязи ярко-красный двухколесник и на секунду вспоминает о том, что в снарядной общежития у него стоит точно такой же, только раза в два-три больше. Мива оборачивается на пролетевшую рядом парочку и издает тихий смешок. — Что после учебы планируешь делать? — вдруг спрашивает она, приблизившись к парню. — Зачем тебе это? — отвечает он и задумывается, что мог ответить и вежливее, так как спутница его совсем не раздражает, но от подобной формы общения отвязаться он уже лет семь не может, да и не хочет особо, так как не слишком жалует людей. Любых. — Мне просто интересно, я тебя совсем не знаю… — спокойно поясняет розоволосая, пожимая плечами. — Я вот хочу после учебы уехать в Токио.       Мо искренне не понимает, зачем она рассказала ему об этом. Это ведь совсем не для его ушей информация. Они больше не пересекутся, не заговорят друг с другом и даже взгляда друг на друга не кинут. Это их первая и последняя встреча. Но несмотря на все это, брюнет подумал о том, что на секунду может побыть обычным человеком, спокойно доверивши свои мысли совершенно незнакомой милашке, с которой он уже провел ночь. «Черт», — выругнулся про себя Мо. Он, кажется, начинает жалеть. Жалеть о том, что пришел вообще в тот дом вчера, что выпил и что согласился на столь опрометчивый и глупый поступок, совсем не подумав о последствиях. Чуть успокоившись, парень глубоко вздохнул и кинул в ответ: «Я пока что не решил», дабы собеседница с ее вопросом отстала, хоть и голос ее было приятно слушать. Он мысленно кивнул на подтверждение его недавних размышлений: она его совсем не раздражает.       Темноволосый и не заметил, как они оказались у пустыря. Идущие в ряд коттеджи закончились, как и перила, и вот перед его глазами одиноко стоящая лицевой стороной к берегу остановка. Мо задумывается о том, насколько все плохо с планировкой в этом небольшом прибрежном городке их префектуры, что тротуар ведет сразу к идущей даже не параллельно проезжей части. «М-да, неудивительно, что она хочет свалить отсюда», — про себя усмехнулся он. Мива зашла под козырек конструкции, сев на скамью и шумно выдохнув. Мо же встал сбоку, но также так, чтобы на него упала тень от козырька. Через дорогу от них находился склон, а в нескольких десятках метрах лестница вниз, уже пройденная ими мимо.       Мо редко бывал в этой части города. Все его прогулки за последние год-два представляли из себя знакомую до дергания глаза дорогу от его корпуса общежития до университета, а раз в год, обычно летом парень садился на электричку и уезжал на несколько дней в поселок в сотне километров отсюда, где жили его родители, и где, собственно, раньше жил и он сам, вместе с братом. Последний раз брюнет посещал побережье после последней на данный момент откачки. Семнадцатилетнего парнишку сюда привез брат, как только первого выписали из больницы. Они тогда очень долго сидели внизу, у самой воды. Смотрели на редко пролетающих над нею громко кричащих чаек и уже под самый закат кидали «блинчики». Если ему не изменяет память, тогда был последний на данный момент день, когда он испытывал радость.       Вдруг вспомнившийся цвет сложного для Мо времени заставил его прикрыть глаза и тяжело вздохнуть. — Идешь завтра на пары? — напомнила о себе спутница неожиданным вопросом. — Да. — кинул брюнет, так и не открыв глаз. Его уже успокоившиеся кисти рук располагались в карманах черных брюк, а тихий ветер продолжал играться со смоляными волосами. — Круто. Второй парой у тебя что? — Мо открыл глаза и удивленно уставился на Миву, повернув голову. «Она серьезно?» — пронеслось у него в голове. Он усмехнулся, уже поворачиваясь всем корпусом, но руки из карманов так и не вынул. Затем выдал: — Зачем тебе это? — дежавю. Он ведь уже отвечал ей так сегодня на очередной казавшийся бессмысленным для него вопрос. — Ну… — протянула девушка. — Ты ответь и завтра узнаешь.       Мо все понимал. Он понимал, зачем она спросила его про факультативы, — она хочет встретиться после них. Пересечься с ним и, наверное, заставить его сопроводить ее до буфета, дабы и пообедать вместе. Он действительно не понимал, что та хочет от него. Они же сейчас распрощаются и все. Их пути навсегда разойдутся. Парень только сейчас понял, что на самом деле мог просто пойти дальше, оставив ее сидеть и дожидаться автобуса здесь одну. Мысль сделать это сейчас он нашел глупой, ведь уже поздно, он уже остался стоять и провожать ее здесь. Кажется, и об этом он тоже начал жалеть. — Ладно, я тебя завтра все равно как-нибудь найду. — вздохнула Мива, а затем встала с лавки, подойдя к краю тротуара, чтобы вытянуть руку и показаться водителю автобуса, когда послышался звук его подъезжающего. Мо проводил каждое ее действие взглядом, еще раз задержав его на ее вытянутой руке, вспоминая про то, что ее «украшает».       Серый автобус через полминуты остановился около пары.       Мива быстро подбежала к спутнику и, привстав на носочки в своих бело-фиолетовых кроссовках с логотипом какой-то из известных фирм, быстро взяла лицо Мо в маленькие ладони. Это произошло так быстро, что у того и времени на мысль о том, чтобы отпрянуть не хватило. Она с такой же скоростью коснулась его скулы губами, при этом на добрую долю половины минуты задержавшись ими на ней. Кажется, на миг брюнет перестал дышать, а сердце в шоках пропустило удар. Его руки дернулись, высвобождаясь из карманов, и застыли в воздухе, как будто не решаясь приобнять на это мгновение девушку в ответ. — Ну, пока! — она медленно убрала ладони с его лица, успев слегка коснуться острого подбородка и совсем немного погладить его. Ее тонкие губы, только что приземлившиеся в районе его скулы, мило сложились в улыбку, а зеленые глазки со сверком стрельнули, сощурившись. Она молниеносно убежала к автобусу, не прекращая улыбаться, а поставив ножку на ступеньку, повернула голову и быстро подняла ладошку, но так и не помахала ею, скрывшись в дверях транспорта, который тут же унесся вперед, оставив после себя небольшое облако едкого газа.       Мо так и остался стоять на остановке, глядя в сторону улетевшего автобуса и держа ладонь на той скуле, которую малознакомая ему девушка только что поцеловала. Кажется, в тот момент он подумал, что возможно был бы рад, если бы они еще хоть раз встретились вновь.