Игра на выживание

      — Нам дьявольски повезло, — заключил Жан.       — Тебе в особенности, — заметила Ханна, перематывая бинтом разбитую голову парня. — Скажи спасибо Армину. Конечно, сидеть на земле и размахивать перед собой мечом — не лучший способ убить титана, но, по крайней мере, он предпочёл умереть, но тебя не бросить.       Уже почти рассвело, восточный горизонт был затянут туманом. Лифты шумно поднимались и опускались, переправляя лошадей и раненых через Стену.       — Держите её осторожно, — Эрен наклонился над лежащей на носилках Микасой.       — Скакать на лошади со сломанными рёбрами, — покачал головой Фарлан, закрепляя ремни вокруг тела девушки. — Ну, кто так делает? Хотя… — он покосился в сторону Леви.       — Я в порядке, — ответила Микаса.       Стоя на краю Стены, Леви вглядывался в ночной мрак. Им всем был необходим отдых, но до штаба ещё тоже нужно добраться. Этак они, дай Бог, доберутся туда только к утру.       — Командующий! — громко закричал кто-то, и Леви резко развернулся.       Этот крик ему не понравился. Очень не понравился.       — Эрвин! — он быстро приблизился, растолкав собравшуюся вокруг Смита толпу. — Что с ним?!       Эрвин сидел на коленях, однако от падения его удерживали лишь чужие руки.       — Отойди, — Леви присел возле Смита, перекидывая его руку себе на плечо.       Даже в темноте Леви видел, насколько он был бледен.       — Он потерял сознание, — сказали ему.       — Чёрт, — Леви сжал зубы. — Носилки сюда, сейчас же! — громко крикнул он.       На секунду он поймал взгляд стоящей в толпе Катарины. Девушка резко отвернулась и отступила на шаг назад. Ей не хотелось мешаться.       — Как много людей погибло, чтобы вернуть нас с Эреном? — тихо спросила она, ёжась от холода.       — Около сотни, — ответила ей Ханна. — Но большинство из них относятся к военной полиции и у них мало опыта в таких вещах. Жаль их, конечно. Они оказались здесь только для того, чтобы умереть. Что касается наших, то только половина может ходить и двигаться. Мы потеряли много опытных бойцов.       Катарина мрачно поджала губы.       — Зато на обратном пути никто не пострадал, — вмешался в их разговор Армин. — Все титаны последовали за Райнером. Женская особь могла заставить криком других титанов напасть на себя, но этих титанов натравил на Бронированного Эрен, — уверенно заключил парень.       — Я… — растерянно прошептал Йегер. — То, что тогда случилось… на самом деле не совсем…       — Ты управлял титанами? — нахмурился Кирштейн.       — Нет, я не…       — Вот оно что! — воскликнул Конни. — Вот почему те титаны пошли в другом направлении. Если бы мы продолжили сражаться, то просто бы все погибли.       — Всё равно это ужасно, — Катарина сжала кулаки. — Чтобы вернуть нас, командующий лишился руки, Микаса сломала рёбра, мы потеряли много наших людей… — она вдруг поняла, что у неё по щекам текут слёзы. — Неужели мы стоим всего этого? Возможно, Эрен, действительно важен для человечества, но я…       — Всё в порядке, — вдруг уверенно сказал Эрен. — Я возьму титанов под контроль и верну Стену Мария! Я не допущу, чтобы все эти смерти оказались напрасными.       Катарина кивнула, только эти слова не придавали ей сил. На душе было паршиво. Девушка нащупала ободок кольца под рубашкой и сжала его. Катарина никогда не задумывалась о себе, своих родителях и вообще о том, кто же она такая. Но теперь этот вопрос засел в её голове. Ничего не понятно. Хотелось завыть от обрушившейся на неё тоски и безысходности.       — Надо спускаться, — раздался за спиной тихий голос.       Катарина быстро вытерла слёзы тыльной стороной ладони. Не хватало ещё, чтобы он это заметил.       — Хорошо, — кивнула Катарина. — Сейчас получу какое-нибудь УПМ.       — Некогда, — ответил Леви. — У нас много раненых.       Она заметила, как задёргался его взгляд при слове «раненый».       — Держись за меня, — велел он.       — Что? — Катарина отступила назад. — Стоп, нет, а если…       — Уроню тебя? — закончил за неё Леви. — Ты действительно считаешь, что я могу тебя отпустить?       — Нет, — смущённо ответила Катарина. — Просто…       Она сдалась и обхватила его шею руками, позволяя Леви прижать её к себе. В лицо ударил поток холодного воздуха и Катарина зажмурилась. Леви и правда держал её очень крепко.       — Извини, — тихо сказала Катарина, когда почувствовала под ногами твёрдую землю.       — За что? — не понял Леви.       — За то, что приходится со мной возиться. Я обещала не мешаться и в итоге, — Катарина вздохнула. — Может быть, я переоценила собственные возможности. Тебе сейчас нужно быть рядом с Эрвином, а приходится отвлекаться на меня.       Леви удивленно смотрел на девушку, не понимая, что за бред она сейчас несёт.       — Ты несёшь чушь, — он обхватил её за плечи, внимательно заглядывая в глаза, он хотел добавить ещё что-нибудь, но не смог, Леви не умел говорить как-то там красиво и выражать словами то, что на самом деле чувствует.       Катарина шумно выдохнула, отстраняясь.       — Да, наверное…       Леви внимательно посмотрел на девушку, сверкая глазами. Он заметил, что ему нравится, как тусклый свет факела отражался в её ярко-рыжих волосах, как красивые голубые глаза смотрели на него и какую заманчивую форму приняли её губы. Леви почувствовал непреодолимое желание прикоснуться к ней. Он видел растерянное выражение на нежном лице Катарины. Она не то, чтобы мешала ему. Наоборот. Ему хотелось утопить все свои проблемы в ней. Забыться. Позволить себе хоть на секунду почувствовать себя живым.       — Вы идёте? — громко окрикнули их. — Мы выезжаем.       — Да, — ответил Леви, отпуская Катарину.       Она медленно шла за ним в сторону лошадей, думая лишь о том, что, похоже, они упустили важное мгновение.

***

      — Доброе утро, — Катарина почувствовала, что её тянут за руку.       Нехотя она оторвала голову от подушки.       — Который час? — сонно спросила она, потирая глаза.       — Два часа дня, — Ханна села на край её кровати.       Катарина со стоном уткнулась головой обратно в подушку. Девушка легла спать в шесть утра и до сих пор чувствовала себя разбитой. Двое суток без сна, травмы и нервное перенапряжение давали о себе знать.       — Пошли, — настойчиво повторила Ханна. — Я есть хочу.       — Иди без меня. И вообще, откуда в тебе такая бодрость?       — А если я скажу, что тебя искали? — между прочим продолжила Ханна. — Один капитан интересовался у меня твоим здоровьем, и я сказала, что ты ещё спишь. Или стоило пустить его сюда? Думаю, Леви был бы рад.       Катарина медленно приняла сидячее положение, посмотрев на свое отражение в зеркале. Красные глаза с тёмными кругами особенно выделялись на бледном впалом лице, скатавшиеся волосы на голове напоминали гнездо.       — О да, — Катарина потерла лицо руками. — Он явно возбудится, — она огляделась. — Где моя одежда? — она как плюхнулась на кровать в одном полотенце, так и уснула.       Открыв шкаф, Ханна запустила в неё штаны и рубашку.       Только зайдя в столовую, Катарина поняла, что уже давно нормально ничего не ела. На обед дали овощи и рыбу. Почти праздничное блюдо. Катарина молча водила вилкой по тарелке, слушая веселый разговор Саши и Конни, в который они периодически втягивали то Армина, то Ханну. Пытались и Катарину, но она не чувствовала в себе сил для весёлых бесед. Хотелось отвлечься и забыться.       Им дали целую неделю для того, чтобы отдохнуть и восстановиться, так что заняться после обеда было особо нечем. Сидя на земле, Катарина задумчиво вертела в руках своё кольцо, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Но ничего. Кольцо, как кольцо. Красивое, дорогое, но не больше. Ханна, зацепившись за турник ногами, качала пресс.       — Всё хорошо? — спросила она, спрыгивая вниз.       Катарина слабо улыбнулась.       — Не бери в голову.       — А ты не ври, — Ханна села рядом с ней. — Я понимаю твои переживания, но может это и к лучшему?       — Возможно, — Катарина спрятала кольцо. — Но мне от этого легче не становится.       — Что об этом думает Леви?       — Не знаю, — ответила Катарина. — Я не говорила с ним об этом.       — Хочешь помогу тебе развеяться? — улыбнулась Ханна. — Давай двадцать кругов вокруг плаца?       — Чего?! Это в твоем понимании «развеяться»?       — Тренировка очищает мысли. Во всяком случае, мне помогает. Надо поддерживать форму.       Катарина согласно кивнула, однако бегать ей не особо хотелось.       — Пожалуй, я всё-таки откажусь.       Ханна кивнула и, поднявшись с места, припустила вперед лёгкой трусцой. Катарина поднялась на ноги, разминая спину. Возможно, ей и правда не хватало физической активности. Подойдя к турнику, она подтянулась кверху на руках и прокрутилась вокруг поручня.       — Решила потренироваться?       Знакомый голос. Катарина резко спрыгнула на землю, повернувшись к Леви. Он выглядел несколько усталым, даже, наверное, измождённым. Впрочем, вряд ли она сейчас выглядела лучше.       — Мне бы тоже не помешало, — он вздохнул. — Из-за травмы начал терять форму.       Катарина прикусила губу. Что за убогий разговор ни о чём? Им давно уже пора нормально поговорить и расставить все точки над «i» в своих отношениях. Впрочем, были ли у них какие-то отношения?       — Леви, — напряженно начала она, понимая, что вообще не знает, о чем говорить. Её непреодолимо тянуло к этому человеку, но язык буквально присыхал к нёбу.       Почему всё так? Она доверяла Леви больше всех на свете, но при этом боялась начать хоть какой-то более-менее откровенный разговор. И Леви не помогал, не делал проще. Катарина вообще не могла понять, что творится в его голове. Он просто стоял и смотрел на неё каким-то задумчивым, практически безэмоциональным взглядом.       — Как командующий? — спросила Катарина, испытывая сильное желание дать себе по лбу.       — Сносно, — ответил Аккерман.       — Леви, мне правда жаль, что всё так…       Её предложение было прервано на середине. Леви без всякого предупреждения самым наглым способом наклонился и коснулся губами её губ. Катарина почувствовала головокружение. Леви забыл всё и сосредоточился только на том, что он чувствовал её мягкие губы. Катарина напряглась на мгновение, прежде чем ответила на поцелуй, положив руку на затылок, чтобы приблизить его. Леви бессознательно положил руки на её бедра, притягивая к себе ближе, чувствуя, что теряет контроль над своим телом.       — Что это было? — выдохнула Катарина, когда он оторвался.       — Ты слишком много болтаешь, — хрипло ответил Леви.       Катарина почувствовала, как у неё по коже пробежали мурашки. Она увидела необычайное тепло в его глазах. Катарине показалось, что она никогда не любила его больше, чем в этот момент. Осторожно притянув Леви к себе, она запустила пальцы в его тёмные волосы, застенчиво ожидая, что он оторвется от неё. Но он этого не сделал. Просто смотрел на неё, словно гипнотизируя. Между ними не осталось практически никакого расстояния. Терпеть это было уже просто невозможно. Она сама поцеловала его. Страстно, жарко. Её руки рефлекторно обвили мужскую шею, притягивая его ближе, хотя ближе уже было некуда. Стало действительно жарко. Сильные руки Леви, покоящиеся на её тонкой талии, буквально вжимали её в себя. Так хотелось большего. Хотелось просто взять и забыть все нормы морали. Но Леви сдержался.       — Ты понимаешь, что нас могут увидеть? — спросила Катарина, чувствуя, как сердце в груди отбивает барабанный ритм.       — Как будто мне есть до этого дело, — Леви всё ещё удерживал её, смотря прямо в глаза.       Катарина смущённо потупила взгляд. Все это было до ужаса неправильным. Так нельзя. Леви — взрослый мужчина, и ему давно плевать на все эти пресловутые условности. Он делал то, что хотел. Игнорировать Катарину оказалось нереальным. Она каким-то волшебным образом заставляла его испытывать совершенно несвойственные ему чувства, обостряя, накаляя их до предела. Что семь лет назад, что сейчас. Катарина была сильнее его. Сильнее здравого смысла, морали, норм и устоев. Эта девка каким-то образом сужала весь его мир до одной себя. Как бы Леви не старался сопротивляться, но в итоге всё равно проигрывал ей. И самое ужасное, что ему это нравилось.       — Леви, — наконец выдохнула Катарина. — Отпусти меня, а то это действительно уже становится неприличным.       — Прости, — он резко отстранился. — Пару дней я буду занят. Нужно разобраться с отчетами и планами на наше ближайшее будущее.       — Я найду тебя, — ответила Катарина.       — Хорошо.       Прислонившись спиной к турнику, Катарина смотрела вслед удаляющейся мужской фигуре, думая о том, что всё, возможно, и не так уж и плохо. Они не сказали друг другу никаких глупых признаний. Не обозначали то, кем являются друг для друга, но они и раньше так не делали. Леви не считал нужным объяснять то, что и так очевидно, и Катарина полностью принимала эти правила.       — Что с лицом? — спросила непонятно откуда взявшаяся Ханна.       — А что лицом? — не поняла Катарина.       — Глупо улыбаешься, — Ханна посмотрела на скрывающегося за поворотом капитана. — Так вы поговорили?       — Нет, — покачала головой Катарина. — В этом нет необходимости.       — Пожалуй, я не хочу это знать, — заключила Ханна. — Идем и попробуй сделать лицо попроще, ты палишься, а то скоро каждая вшивая собака здесь будет знать, что капитан спит с девчонкой-новобранцем.       — Я не сплю…       — Ну, это пока, — философски заключила Ханна. — И, к тому же, кто будет разбираться?       Катарина нахмурилась. А ведь правда. Людям только дай повод для сплетен. Ей не хотелось пачкать в этом собственные чувства. Леви на несколько минут вырвал её из окружающей действительности, но пора возвращаться в реальность. Любовь — прекрасное чувство, но она не решает и не отменяет имеющихся проблем. А их уже накопилось выше крыши. Нужно быть серьезней. Ей не пятнадцать и она не наивная влюблённая девчонка. И всё же так приятно хоть на время позволить себе жить чувствами, а не головой. Хоть ненадолго воспользоваться этой передышкой. Ведь впереди их ждала только война и смерть. Умирать, так умирать, но сначала она поживёт.