На ошибках учатся

      Больше всего Снейп ненавидел ситуации, выбивающие его из взрослой позиции, а потому, бегло просмотрев проверенные тесты и убедившись, что Люпин нигде ничего не напутал, отложил их в сторону и выдохнул. Он не знал, с чего вдруг волк решил заняться благотворительностью, как не знал, было ли в этом жесте что-то нарочитое и демонстративное. Знал только, что не хочет испытывать ни злости, ни благодарности — и потому не испытывал их.       Собрав все необходимые для урока материалы в стопку, Снейп добавил к образовавшейся башне несколько практикумов и накрыл сверху журналом второкурсников. Дверь учительской скрипнула, и Снейп краем глаза заметил Люпина — видимо, тот тоже вместо завтрака решил зайти за каким-нибудь пособием.       Он выпрямился и проводил Люпина взглядом, который, съежившись, прошел к шкафу с учебниками и застыл, надеясь, видимо, что Снейп уйдет и оставит его в одиночестве. Снейп усмехнулся. Нет уж, такой возможности он волку не предоставит.       — Решил, как в старые добрые времена, проявить свой никому не нужный альтруизм?       Плечи Люпина напряглись — словно бы окаменели, но поворачиваться он не спешил. Снейп фыркнул.       — В следующий раз найди себе другую жертву для причинения добра, ладно?       Снейп собрался было уйти — разговора все равно не предвиделось — да и оставлять последнее слово за собой все еще было приятно, однако Люпин неожиданно повернулся к нему.       — Ты сам сказал мне. Проверить эти чертовы тесты.       — И ты не разобрался в оттенках интонации?       — Я разобрался в том, — Люпин выдохнул и прижал к себе снятый с полки учебник, — Что вокруг происходит что-то серьезное. И в том, что ты тратишь на это все силы и время. И если я могу помочь — хоть чем-то — даже проверкой этих дурацких тестов, я это сделаю.       Снейп слегка склонил голову набок, разглядывая Люпина.       — Только не думай, что я испытываю благодарность.              Снейп действительно ее не чувствовал. Очевидно, что просьба о проверке тестов была высказана не всерьез. Люпин сам проявил инициативу, Снейп не собирался сейчас рассыпаться в благодарностях или извинениях за потраченное время.       — На это я и не рассчитывал, — Люпин сокрушенно покачал головой. Напряжение, только что сковывавшее его плечи, сейчас ушло, — У тебя там, — он указал рукой на свое сердце, — Хоть что-то осталось?       Губы Снейпа изогнулись в отвращении.       — Что-то осталось.       Люпин вновь отвернулся к шкафу и для пущей наглядности принялся водить пальцем по корешкам, словно не мог отыскать нужный учебник. Забрав свои вещи, Снейп в молчании покинул учительскую.

***

      Утро субботнего дня Гарри провел в Часовой башне, сидя на старых пыльных коробках и практикуясь в создании бумажных журавликов. Журавлики получались косыми и изрядно помятыми, но Гарри заставлял их летать, так что по итогу все выходило не так плохо.       Мыслями он все еще находился в их позавчерашнем разговоре со Снейпом. От обсуждения Сириуса Блэка и безрадостных перипетий его жизни они слишком быстро свернули в другое русло, к которому Гарри не был готов. Это было самым большим недостатком Снейпа по мнению Гарри — его неумение ходить вокруг да около и хоть сколько-то готовить почву.       Его вопросы — высказанные безукоризненно ровным тоном — были прямолинейны и выбивали из Гарри дух, заставляли терять равновесие и чувствовать себя потерянным и беззащитным.       — Я просмотрел списки студентов, остающихся в замке на Рождество. Почему ты вписал туда свое имя?       Гарри широко распахнул глаза, слишком озадаченный и одновременно возмущенный этим вопросом. Дерзкое «а куда еще я должен был вписать свое имя» было готово сорваться с языка, который Гарри в последний момент прикусил.       — Твоих друзей в этом списке нет. — продолжал давить Снейп, хотя Гарри и без того уже был раскатан в лепешку и н-е-х-о-т-е-л вот этого всего.       Ладошки у него вспотели, и Гарри вытер их о джинсы. Снейп, будто мало ему просто задавать вопросы, не отводил от него взгляда, к которому Гарри так и не успел привыкнуть.       В глубине темных снейповых глаз Гарри видел сосредоточение чего-то, что он не мог распознать, но в чем отчаянно нуждался. Снейп смотрел на него и видел его. Это было по-другому. Не так, как у Дурслей.       Те смотрели вроде бы на Гарри, но все равно — сквозь. Или поверх. Они смотрели, не замечая его самого. Был ли это приказ заняться садом или извещение о необходимости подать ужин, Гарри отчего-то чувствовал себя прозрачным или даже не существующим.       Но Снейп его видел. Всего. Целиком. И Гарри, совершенно не привыкший к подобному, чувствовал себя во время таких вот разговоров слишком заметным. Притворяться больше не получалось.       — Просто мне захотелось, — он пожал плечами и слегка отвернул голову в сторону, стараясь изобразить интерес, — А что вы только что пытались сварить?       — То есть особых планов у тебя нет? — Снейп не просто отмахнулся от попытки Гарри перевести тему, он даже не был достаточно вежливым, чтобы хоть как-нибудь на нее отреагировать, — И ты планируешь все каникулы просидеть в замке?       — Я буду ходить в гости к Хагриду, — в горле отчего-то пересохло, но Гарри продолжал отчаянно защищаться. Он сцепил спрятанные под столом ладони в замок, и пальцем одной руки поглаживал вторую. Гарри чувствовал себя донельзя глупо: будто он был пойманным на шалости первокурсником, который вынужден сейчас оправдываться.       — Хагрид, кажется, собирался посетить какую-то свою родню. А учитывая, что покидать территорию замка ученикам запрещено, даже не представляю, каким именно образом ты собрался навещать Хагрида…       — О, не обязательно быть таким саркастичным! — в конце концов взорвался Гарри и обхватил ладонями сиденье табурета. — И откуда вы вообще знаете про Хагрида?       Снейп даже бровью не повел.       — Я задал простой вопрос. Ты не хочешь отправляться со мной, поэтому вписал себя в списки, но при этом ты остаешься в замке один и у тебя нет особых планов. Я хочу понять почему.       Гарри вытаращил глаза.       — Отправляться с вами куда?       Никогда прежде Гарри не видел на лице Снейпа такого сочетания эмоций, сменивших одна другую буквально за секунду. В конце концов, Снейп вздохнул и прикрыл глаза.       — Со мной. В поместье. Домой.       Сердце Гарри пропустило удар.       — В смысле… То есть…       Слова совершенно не собирались складываться в предложения или на худой конец, хоть во что-нибудь относительно осмысленное.       Снейп длинно выдохнул и откинулся на спинку стула.       — Мне казалось это очевидным. Видимо, это не так. Хорошо. Хорошо, — Снейп неслышно барабанил пальцами по столешнице, — Об этом мы тоже поговорим. Позже.       — Поговорим о чем? — вклинился Гарри, чувствуя нарастающее внутри беспокойство.       — О нашем с тобой взаимодействии, — отозвался Снейп, — Текущем и последующем.       У Гарри пересохло во рту. Желудок, словно бы полный камней, скрутило. В голове сам собой образовался план — быстрее, чем сам Гарри вообще осознал, что в нем нуждается. Вот что ему следует сейчас сделать: слезть с жесткого лабораторного стула, выйти из кабинета, дойти пешком до Хогсмида, сесть на поезд, а затем — уехать к мордредовой матери куда-нибудь в Лондон и окончательно и бесповоротно разорвать все контакты с магическим миром. Он с огромной радостью вполне себе проживет где-то еще. Например, в шалаше на берегу Темзы.       Шалаши Гарри строить не умел, навыками выживания не обладал, да и Темзу видел только на картинке в энциклопедии, но все это его нисколько не смущало. Это в десять, в сто раз, в миллион раз лучше, чем какие-то грядущие обсуждения и разговоры со Снейпом. Желудок провалился куда-то вниз, а от лица отлила кровь. С него хватит. Окончательно и бесповоротно. Он не хочет никаких разговоров.       — Гарри? — голос Снейпа, глухой и далекий, слышался будто бы из другой комнаты.       Гарри опустил взгляд на свои ладони, сжал их в кулаки, оставляя на ладонях отпечатки-полумесяцы, и подумал, как же глупо вышло, что Дурсли были правы.       Он хихикнул. Совершенно случайно и незапланированно. А затем еще раз и еще. Он подумал о том, что нужно будет зайти в башню Гриффиндора и взять метлу: если он полетит, то доберется до Хогсмида быстрее.       Гарри сжал кулаки сильнее, чтобы болью отвлечь внимание, надеясь оставаться нормальным и сделать вид, будто все в порядке. Ему все равно. Его это нисколько не задевает.       Снейп поднялся со стула, обошел лабораторный стол и мягко положил ему руки на плечи. Гарри мог бы с легкостью выбраться и начать воплощать свой план с побегом в жизнь: в конце концов, сейчас было самое время, но он отчего-то сидел на стуле, не шевелясь. Он чувствовал себя слишком тяжелым, слишком окаменевшим, чтобы двигаться. Может быть, завтра?       — В самом деле, мне стоило бы лучше подбирать слова, — бормотал Снейп, обращаясь одновременно к Гарри и ряду котлов на столе, — Тогда бы тебе не пришлось паниковать. — Внезапно голос Снейпа изменился, — Слушай, тебе не кажется, что пахнет чем-то горелым?       Гарри принюхался, но почувствовал только стойкий лимонный запах: так пахло средство, которым обычно чистят котлы. Гарри разжал кулаки и вдруг понял, что смеяться ему больше не хочется, а тяжесть уходит.       — Очень хорошо, — кивнул Снейп, все еще находясь у него за спиной и держа руки на плечах, — Теперь сделай вдох и выдохни.       Гарри был уверен, что еще никогда не выполнял инструкции так старательно. Снейп слегка сжал его плечи и отошел к лабораторной раковине. Боковым зрением Гарри наблюдал, как Снейп вынимает из воздуха прозрачный стакан, словно из глубокого кармана, а затем набирает воду.       — Теперь выпей воды, — Снейп вернулся к Гарри, — Не торопись.       Глотая воду, Гарри думал о том, что только что произошло. Почему его мозг вдруг отключился? Почему все его внутренности скрутило? С чего вдруг все вокруг казалось таким смешным? И Снейпу — опять — пришлось с ним возиться. Гарри отставил стакан в сторону и твердо посмотрел на Снейпа.       — Извините. Я не хотел.       Снейп закатил глаза, но сделал это так беззлобно, что у Гарри не нашлось причин обидеться или провалиться в неловкость.       — Не хотел испытывать эмоции? — Снейп щелкнул по стакану, и тот исчез, — Бывает.       Гарри следил, как Снейп обходит стол и садится на свое место. Будто бы ничего не случилось.       — Наш разговор не будет… — Снейп на секунду задумался, — Плохим. Я никуда тебя не отдаю. Ты остаешься со мной.       Гарри казалось, что сложнейшая вязь узлов у него в груди, которую он носил в себе добрых несколько недель, сейчас распустилась, едва только Снейп потянул за нитку.       Так вот что это было. Он сейчас так сильно запаниковал… из-за этого? Уж лучше бы он умер. Гарри опустил голову на руки.       — Нам придется вернуться к разговору о каникулах, — пожалуй, слушать голос Снейпа было лучше, чем смотреть на него. Особенно сейчас. — Полагаю, из списков тебя можно вычеркнуть?       Гарри не удержался от смешка и слегка приподнял голову.       — Что, отправимся в поместье и будем… Типа праздновать Рождество и все такое?       — Все, что угодно, кроме пения хоралов, — абсолютно серьезно заявил ему Снейп, — Если быть совсем честным, я не планировал передвижения дальше кровати. Я не самый «праздничный» человек. Для этого есть Линды, они собирались заехать. Что ты на это скажешь?       — Я?       Снейп молча на него смотрел, и Гарри поторопился выдавить из себя ответ.       — Я — никак. То есть, здорово. Хорошо? Что я должен сказать?       Снейп опустил глаза и покачал головой.       — Все понятно с тобой. Ладно, разберемся с этим позже. А сейчас отправляйся в башню.       Снейп поднялся со стула, давая понять, что разговор окончен, и приступил к уборке лабораторного стола. Гарри некоторое время следил за его работой — рутинной, выверенной, скупой на лишние движения — и понял, что и так засиделся. Он вышел из-за стола, но замер у самой двери.       — Сэр?.. — Гарри сам не понял, что он хотел спросить или услышать, но почему-то не мог заставить себя уйти.       Снейп замер, отложил в сторону оборудование и обернулся. Удивительно, но на лице не было ни раздражения, ни нетерпения.       — Все будет хорошо. До каникул осталось всего ничего, — он бросил взгляд на часы, — А до тех пор постарайся не попадать в неприятности. Хорошо?       — Хорошо. — Гарри кивнул.

***

      Блэк аппарировал их неизвестно куда — их выбросило посреди полумертвого, полусгнившего влажного леса — и даже не удосужился дать хоть какие-то объяснения. Снейп попытался было вычислить сам, но магический фон — которого на первый взгляд и не было — на деле походил на начисто счищенный с картины слой краски. Несколько десятилетий назад он еще присутствовал, однако сейчас был кем-то заботливо убран. Снейп решил не лезть в семейные секреты Блэка: он и без того знал больше, чем хотел.       Поначалу они шли молча, в нескольких футах друг от друга, глядя себе под ноги на выгоревшую, покрытую трещинами землю, и думая каждый о своем. Деревья были высокими, голыми, с корой, изъеденной то ли лесными животными, то ли насекомыми. Иногда попадались груды валунов или выкорчеванные наполовину пни. Снейп смотрел на торчащие из земли корни, сухие и почти уже обратившиеся в труху, и кажется, думал о чем-то, о чем-то вспоминал, но быстро возвращался мыслями к настоящему. Небо над головой было темным, низким и давящим.       — Снейп!       Блэка не хватило надолго. Снейп сделал вид, что не расслышал, глубже сунул руки в карманы пальто и перешагнул через очередную кочку.       — О, перестань, Мерлина ради! — Блэк подошел ближе, зашагал с ним в ногу. — Что ты за человек вообще? Никак не могу понять.       Ни одну из произнесенных Блэком реплик Снейп не сумел идентифицировать как требующую ответа, и потому просто продолжал идти.       Блэк резко остановился, и Снейп по инерции сделал несколько шагов вперед. Остановился. Обернулся на Блэка, не оставившего ему выхода.       — Чего ты от меня хочешь? — это была практически капитуляция.       Блэк восторженно оскалился.       — Ты ведь не знаешь куда идти, правда? Я тебе нужен, чтобы показывать дорогу. Так что хватит меня игнорировать.       Снейп пожал плечами. Вытащил руку из кармана, бросил на часы демонстративный взгляд, вскинул брови и посмотрел на Блэка.       — У меня нет времени на…       — Да ладно тебе, — Блэк вновь двинулся вперед, — Почему бы нам не поболтать ради разнообразия, а? — он резко посерьезнел. — Скажи, Снейп, тебе страшно?       Снейп скривил лицо и не ответил. Он устал от компании Блэка, от его эмоциональных всплесков, от его отрывистой речи, от попыток бравировать, от взмахиваний руками и от самого только его вида.       — Этим ритуалом не пользовались уже много десятков лет, — в голосе Блэка одновременно слышались благоговение и ужас, — И пусть ошибок в расчетах нет, и все должно пройти гладко, но ты ведь понимаешь, что это не какое-то банальное очищение, или призыв, или поиск? Ты ведь можешь умереть.       — Или стать сильнее, — едва слышно пробормотал Снейп, а затем обратился к Блэку, — Я в курсе, Блэк.       — И тебя это… Не пугает?       — Не важно, что меня пугает, а что нет. Есть работа, которую просто нужно сделать.       — И ты готов?       Снейп метнул на Блэка один из своих преподавательских взглядов, заставлявших мяться и лепетать даже выпускников. Блэк, к сожалению, оказался непробиваем и все еще ждал ответа.       — Блэк, у нас интервью? Заканчивай это все. Твои разговоры наводят тошноту. А мне приходилось работать и с более отвратительными вещами, есть с чем сравнить.       На некоторое время Блэк затих и молча шел рядом, сунув руки в карманы.       — Это ты сейчас детей имел ввиду?       Снейп едва не споткнулся о покрытый сухой травой корень.       — Нет. Я говорил про ингредиенты. Но дети тоже подходят. Иногда.       Блэк рассмеялся громко — то ли лающим, то ли каркающим смехом — и ушел вперед, наконец оставив Снейпа в покое.

***

      В конце концов, деревья стали редеть и вскоре отступили окончательно. Пройдя еще милю или две, они с Блэком поднялись на плоскогорье, поросшее сухой стелящейся травой.       — Вот мы и пришли.       Потирая руки, Блэк подошел то ли к землянке, то ли погребу, и, уперев руки в бока, присвистнул. Затем, кряхтя, нащупал ручку двери и открыл проход.       — Это здесь, — Блэк выпрямился и отряхнул руки одна о другую, — Никто не пользовался этим залом уже… Мерлин знает, сколько лет.       — Он выдержит? — спросил Снейп, подходя ближе и осматривая разверзшуюся перед ними темноту. Темнота дышала старостью и пустотой.       — Должен, — Блэк дернул плечом. — Спустимся?       Снейп кивнул.       Ступени старой приставной лестницы они преодолели в два счета. Затем зажгли факелы, осветившие длинный узкий коридор, уходящий куда-то вниз и в глубину, и через него вышли в просторный зал, облицованный холодным камнем.       Несмотря на размеры зала, Снейп все равно чувствовал себя словно в ловушке — где-то на глубине, в окружении земли и камня, сложно было чувствовать себя уютно. Он бросил взгляд на Блэка, не выказывавшего никакого беспокойства.       — Здесь поместится зеркало, — Блэк указал кончиком ботинка на центр помещения, — Стены должны все впитать, да и потолок… — он поднял глаза, — Пожалуй, не обвалится. И я буду неподалеку!       Снейп поднял бровь.       — Что, думаешь, в случае чего я тебя не вытащу? — широкая улыбка на лице Блэка отдавала предвкушением. — Ладно тебе, хотя бы в благодарность за то, что ты спас Луни…       — Что у вас всех за манера… — Снейп выдохнул, — Не спасал я никакого «Луни». Скорее, добавил всему магическому сообществу новых проблем.       Блэк округлил глаза и прислонился к одной из колонн.       — Но с чего-то ведь ты решил придумать лекарство для оборотней?       — По-твоему, наука работает именно так? — Снейп фыркнул, — Решил придумать и придумал?       — Разве нет? — даже не смутился Блэк.       Снейп повернулся к Блэку спиной и вместо очередных пустых разговоров коснулся рукой стены, надеясь прощупать ее магию. От стены веяло холодом. Он попытался уйти в глубину, зацепить плетения, может быть, потянуть за них, чтобы оценить прочность, но магия предупреждающе обожгла ему пальцы, и Снейп убрал руку. Магия не позволяла ему сомневаться в ней, так что Снейпу пришлось отступить.       — Ничего лучше мы все равно не найдем, — поделился выводами Снейп, отходя от стены и отряхивая руки, — Пойдем отсюда.       Блэк вскинул брови.       — Мы так долго шли сюда только ради этого? Мы здесь и пяти минут не пробыли!       — Больше и не нужно, — Снейп обвел взглядом зал, — Достаточно и того, что я вообще смог сюда войти. Пока что магия нам благоволит.       Лицо Блэка вытянулось.       — Мерлин, а ведь об этом я не подумал, — он с недоверием посмотрел на Снейпа, — Получается, что…       — Как я и сказал, магия либо благоволит нам, либо же ей все равно.       Пламя факелов задрожало как при легком сквозняке, и Снейп не сдержал усмешки.       — Идем.

***

      — Эй, Снейп!       Возвращались тем же путем. Снейп запомнил дорогу и надеялся проделать обратный путь в одиночестве, однако Блэк шагал на удивление резво и никак не хотел отставать.       — Ты так и не объяснил мне, как работает наука, — шедший рядом Блэк хотел было поддеть его локтем, но Снейп успел увернуться, — Объясни сейчас.       С куда большим удовольствием Снейп объяснил бы Блэку, куда ему следует пойти, но сил спорить не было. Он выдохнул облако пара и поднял глаза к вечернему небу.       — Стоит начать с того, что ученый не может просто решить — придумать ему то или это: он ковыряется в какой-то узкой области, сталкивается с выбивающимся из закономерности явлением, пытается повторить опыт, собирает данные…       Снейп словно бы читал лекцию для одного единственного — неожиданно внимательного — слушателя, и увлекся настолько, что объяснил Блэку практически весь процесс своей работы. Он вспомнил, как впервые обнаружил новые свойства аконита, связал их с лунным циклом, как впервые сформулировал гипотезу (и сколько еще раз ее корректировал), и как целый год провел в лаборатории за опытами, а потом еще два проводил эксперименты на мышах, и только после этого решился написать Люпину.       Поняв, что Блэк за все это время ни разу его не перебил, Снейп прикинул — уж не пожалел ли Блэк, что задал ему свои вопросы? Мысль об этом заставила его немного позлорадствовать.       Тем временем они уже почти пересекли лес и вскоре должны были перейти границы антиаппарационного барьера. Сумерки давно обступили их, а небо потемнело и стало еще ниже и тяжелее.       — Но почему ты сказал про «проблемы для магического сообщества»? Разве лекарство для оборотней — это не хорошо?       — Мерлина ради, не называй это «лекарством». — Снейп бросил на Блэка короткий предупреждающий взгляд, — Я не «лечил» Люпина. Потому что он не болен. Волк внутри него все еще сидит, он никуда не делся. И не денется. Но теперь Люпин сможет его контролировать и держать в узде. Теперь он может даже не обращаться…       — Я понял!.. — воскликнул Блэк, вскидывая руку, и сильнее нахмурился, — Так что насчет «новых проблем»?       Они уже вышли за пределы области, в которой нельзя было аппарировать, и по-хорошему, могли прощаться и расходиться по своим делам, но отчего-то оба остановились и продолжали вести разговор. Снейп окинул Блэка долгим взглядом. С тех пор, как он поделился с ним контактами ментального целителя, прошло некоторое время, за которое Блэку стало несколько лучше. Изменения были едва заметными: чуть меньше дерганности в движениях, чуть меньше экспрессии в голосе и чуть больше — осмысленности и порядка в голове.       — Основная проблема заключается в том, что никто не знает, что делать с этим открытием дальше, — Снейп так и не смог объяснить себе, почему продолжает этот разговор, — Оборотни — всегда отдельны. У них своя диаспора, свой раздел в законодательстве и своя графа в паспорте. Много чего. И теперь — их нужно переклассифицировать. Переработать часть законов. Пересмотреть права. Установить, будет ли новое зелье обязательным или желательным, и главное — кто будет за это платить.       Снейп вздохнул, отказываясь прогнозировать, к каким социальным изменениям может привести его разработка, и окажется ли она в конечном итоге «полезной». Он ведь мог сложить все свои исследования в стол, или передать их кому-то из знакомых коллег, но отчего-то решил, что стоит попробовать. В конце концов, сказал себе Снейп, он сделал, что мог, а дальше — уже не его ответственность.       Блэк в задумчивости пожевал губу, а потом посмотрел на Снейпа:       — Что ж, все оказалось куда сложнее, чем я думал, — он пространно взмахнул руками, — Но даже в этом случае, если тебя начнет затягивать в этом подвале, можешь на меня рассчитывать!       Блэк уже готов был хлопнуть его по плечу, но Снейп остановил его взглядом.       — Что бы я без тебя делал, — выдавил он и собрался было уже аппарировать, как увидел протянутую руку Блэка.       — До скорого, Снейп.       Снейп ответил на рукопожатие быстрее, чем успел задаться вопросом, когда это они поменяли протокол их отношений, а после остался в полном одиночестве, глядя в пустое пространство перед собой, где еще секунду назад находился Блэк.