Из жизни одного пилота

Сеол лежал, не имея сил ни подняться, ни куда-то идти. Его иксокрыл догорал в нескольких метрах, плюясь огненными обрывками трубопроводов. Сбитый им перехватчик не горел. Он просто лежал кокпитом вниз, а изломанные плоскости упирались в песок. Там что-то дрогнуло, затрещало и отвалилось. Cелонианин с усилием поднял голову и столкнулся взглядом с человеком. Тот каким-то чудом сумел открыть люк, вывалился наружу и теперь лежал, искалеченной марионеткой, в состоянии ничуть не лучшем, чем у его противника, но в отличие от мохнатого собрата по ремеслу, смотрел с настоящей ненавистью. Рука человека медленно-медленно поползла к кобуре. Буквально по сантиметрам, и двигаться ему было очень больно и трудно, но ни с этим, ни со злобой в светло-серых глазах майора Первого Ордена и наверное, командира звена, Сеол ничего поделать не мог, только смотреть. Еще сантиметр, еще два. Еще десять, и ему придется отстегивать фиксатор, а потом как-то перетащить тяжелое оружие, чтобы направить его на врага. Сможет или не сможет? Селонианин не знал, за что именно его ненавидит этот человек - причин могла быть масса: мохнатая шкура, участие в Сопротивлении, конкретные неприятности этого человека или что-нибудь еще, но понимал, что говорить бесполезно, а тянуться к своему бластеру (а он у Сеола был) не было сил. Шаги у основания дюны он услышал, но посмотреть, кто там ходит, довольно большой и тяжелый, тоже не мог, хотя и попытался повернуть голову. Когда он повернул ее обратно, майор Ордена с тем же страшным усилием, рывками, перемещал оружие на позицию для выстрела. Еще совсем немного, и он нажмет на спуск. Внезапно Сеол почувствовал страх, и даже попытался отшатнуться, откатиться в сторону, хоть куда-нибудь, хотя это было совершенно бесполезно, и все равно не смог. Черный ствол оружия уставился ему в беззащитное брюхо - Сеол лежал на боку. Человек ухмыльнулся, насмешливо и гордо, словно говорил - я победил, хотя бы сейчас, - выбрал спуск и почти в ту же секунду бессильно замер, уронив голову на песок. Бластер взвизгнул... и выстрел куда-то делся. Сеол так и не понял куда - не пахло паленым песком, не было боли, не было вообще ничего. Может быть, у оружия повреждена энергоячейка? Шаги снова прозвучали, почти над головой селонианина, и он невольно сжался в комок, задыхаясь от боли в спине. Солнце заслонила огромная белая фигура, и голос, звучащий как-то странно, словно сразу отовсюду, проговорил: - Не бойся. Я не причиню вреда, я только помогу. Сеол с надеждой глянул на усаживающееся рядом огромное существо. Существо было таллзом, и на мгновение пилоту опять стало страшно, а потом... потом он увидел на поясе таллза предмет, само наличие которого сразу ставило существо вне любых шаблонов и стереотипов - световой меч. О джедаях ходило огромное множество легенд, особенно в Сопротивлении и особенно о Люке Скайуокере, брате генерала Леи Органы. О других, кроме зеленого магистра Йоды, знали мало, а имен не упоминали вовсе. Правда, стоило бы еще узнать, каким цветом светится этот меч, но вряд ли он, с зеленым камнем в рукоятке, будет алым, как у какого-нибудь Рена, правда? Да и помогать ни один Рен никогда не предложит, разве нет? Итак, таллз уселся рядышком, протянул серую ладонь к покалеченному пилоту, почти коснувшись его бока, и замер в такой позе. Сеол ощутил, что спина и вообще он весь перестали болеть, и с неимоверным удовольствием расслабился, расстелился, как половичок. Это было так хорошо - просто лежать на песочке и не испытывать боли, которая сперва вспыхнула, когда подбитый истребитель вспахивал песок и кувыркался, а потом, как молния, прошлась по всем костям до фаланг пальцев, когда он упал с высоты машины, выползая на свободу. Это было очень хорошо... и все-таки как-то неправильно, когда рядом также беззвучно и страшно умирал другой пилот. Пусть человек. Пусть он только что пытался Сеола убить... Через секунду после того, как селонианин дошел до этой мысли и споткнулся на ней, на расстоянии трех метров бессознательный офицер совершенно невозможным образом воспарил в воздух, так и не разжав пальцы на оружии, и легко, как лист, опустился по другую сторону таллза. Вторая лапа белого джедая протянулась в над ним, и таллз опять стал похож на странную статую. - Можно спросить? Меня Сеол зовут, если что... - А меня Виссс, - откликнулся таллз. - Спрашивай, конечно. - Ты... ты джедай? Вопрос был очень глупым, но сразу сформулировать другой селонианин просто не сумел, мыслей было слишком много и разных. - Мой Мастер был Серым джедаем, значит, и я тоже. - А Серый джедай - это как? Которые не за Орден и не за Сопротивление? - Ву-уш? Удивленный звук селонианин услышал очень четко и вдруг понял, что говорит таллз у него в голове. Просто по другому не может, у них ведь нет нормального рта, только хоботок. -- А разве джедаи за Сопротивление? - спросил Виссс. - Не знаю. Они говорят, что так. Но я не встречал других джедаев, чтобы спросить. -- Возможно, они ошибаются, или путают что-то. Джедаи...которые правильные джедаи, как был старый Орден, еще до Империи, отказывают себе в чувствах. Стараются не привыкать, ни к кому и ни к чему. Они за балланс, и вряд ли выберут Сопротивление, как сторону. А Серые джедаи, как мой Мастер, стараются чувства понять. - А черные джедаи - это Рены, и они на всех злятся? -- Можно сказать и так... Можно сказать, что они обозлены на весь мир, потому что раньше с ними случалось что-то плохое. Ужасное. Сеол задумчиво посопел. Плохое и ужасное случалось достаточно регулярно и много с кем, но разве можно вот так рычать и бросаться на всех подряд? -- Иногда плохое оставляет слишком болезненные шрамы, - грустно ответил прочитавший его мысль серый джедай. - Особенно если плохое продолжалось долго. Пилот подумал и кивнул - он понимал, о чем говорит Виссс. Кубана ненавидел всех солдат Ордена потому, что долго находился в рабстве. Это тоже не было очень правильно, но было... - Ты лечишь нас обоих, - он не спрашивал, только констатировал факт. -- Да. Ты против? - Нет. Я как раз подумал, что это правильно. -- Мне тоже так кажется. Несколько минут Сеол просто лежал, ощущая внутри себя струящееся тепло. - Виссс? Он знал, что неправ, что поступает подло, но белый джедай был таким... нет, Сеол не мог сказать "добрым", но все равно на каком-то глубинном внутреннем уровне чувствовал его дружелюбие и правильность. -- Да, Сеол? - Можно спросить? -- Конечно. Спрашивай. - Тебе не нужен пилот на корабль? Таллз с интересом наклонил голову. -- Пилот? Зачем? - Чтобы управлять, когда ты занят, - вздохнул селонианин. - Я хороший пилот, только совсем воевать... стараюсь не воевать, то есть не убивать противника. Понимаешь? -- Понимаю. - Вот. Я бы хотел улететь отсюда с тобой. -- Я не оставлю тебя в пустыне, - пообещал таллз, и это тоже было неплохо, но Сеол-то думал не об этом. С другой стороны - ну какая он ровня джедаю? В Сопротивлении рассказывали, что все джедаи - первоклассные пилоты, что они видят сквозь стены и любую броню, чувствуют опасность мгновенно и никогда не ошибаются, и много еще чего рассказывали. Зачем такому сверхсуществу, от одного присутствия которого отступает смерть и затягиваются в общем-то незаживляемые раны, пилот? Но разве джедаи совсем не устают? Разве им не бывает одиноко и грустно? - Понимаешь... я бы хотел быть и тебе полезен. Ну... хоть немножко. -- Я помогаю просто так, - мягко ответил джедай. - Не за ответную помощь, Сеол. - Я знаю. Я знаю, но... Я все равно хочу летать с тобой. И быть полезным. -- Быть полезным совсем необязательно. Просто быть собой... В небе с пронзительным воем появился трезубец крестокрыла. Таллз вскинул глаза на этот крестик, убрал руку от офицера и теперь обе его большие лапы висели над селонианином. - Ты делаешь так, чтобы быстрее заживало? - спросил Сеол. -- Именно. Это ведь Альянс? За тобой? - Наверное, за мной... И этот факт пилота совершенно, вот просто категорически не радовал. Таллз снова наклонил голову, вероятно, слыша его эмоции и не понимая их. - Они - мое Логово, - грустно вздохнул селонианин. - Но... мне трудно с этим логовом. Машина опасно приблизилась - если пилот рассмотрит их компанию, может дать залп. По лежащему офицеру Ордена в качестве цели, но достанется всем. Сеол неоднократно видел, как такими обстрелами портили союзные, полуисправные машины, превращая их в обломки, и знал, что так иногда погибали пилоты. Ему опять стало страшно. -- Они не станут по тебе стрелять. - Ты сможешь отвести огонь Силой? - с надеждой спросил пилот. - Потому что когда заметят его и тебя, решат, что враги. -- Мне придется скрыться. - Главное, чтобы не пошли искать. Будь осторожен. Таллз кивнул, а внутри Сеола угрюмая пустота (уж лучше бы его бросили умирать и он улетел в итоге с джедаем) боролась с упрямой уверенностью - он ничего не скажет ни о человеке, ни о таллзе, и постарается отвлечь от них, чтобы не искали... Виссс на прощание легонько коснулся его плеча, и селонианин ощутил его молчаливую благодарность. Крестокрыл развернулся и уже почти заходил на посадку, но ничего предосудительного вроде бы уже и видно не было: что-то вроде порыва замело следы таллза. На краю дюны был только Сеол, а следы, оставленные таллзом, стер непонятно откуда взявшийся сильный порыв ветра. Наверное, создавать ветер джедаи тоже умеют... Пилота, спрыгнувшего из открывающегося кокпита, Сеол не знал - тот был не из его эскадрильи и даже с другого корабля. - Пятый! Селонианин поднял голову, повозился и начал приподниматься на локте - благо, спина теперь если и болела, то самую капельку. Правда, теперь ужасно хотелось есть, но Сеолу почти всегда теперь хотелось есть, он почти привык к этому чувству. - Тихо! Тихо, лежи, а вдруг ты покалечился. Дай я сперва гляну... Человек со светлыми разлохмаченными волосами присел над жертвой крушения на колено. - Так... Он аккуратно ощупывал плечо Сеола, его руки, спину, даже хвост. - Крепкий ты парень. Или очень везучий, что тоже вариант. Другой бы сто раз кости переломал... Я видел, как ты кувыркался. И перед этим, как три машины выбил. Молодец, настоящий ас, мне так еще учиться и учиться. - Так получилось. - Так здорово же получилось! Три сида в минус и все катапультировались... Человек сбился и замолчал, осторожно глянул на селонианина, ожидая возмущения. Сеол с интересом посмотрел в его оранжевое от загара лицо. - Когда катапультировались - это хорошо? - Да. - Твердо ответил незнакомый пилот. - Это хорошо. Плохое счастье - гореть заживо. - Я тоже так думаю, - кивнул селонианин и сел. - Неправильно, когда совсем убиваешь. Да еще так... - Ага. Ты как, голова сильно кружится? Весь нос в крови... - Нет, вроде не очень. - Хорошо. В небе, словно падальщики, закружились, опускаясь, еще две машины. - Давай-ка я тебе всякое введу на недобрый случай... Сеол, которому нравилось, как интересно пилот под номером семь строит фразы, уселся поудобнее, позволяя ввести себе в вену на шее пентарин и что-то еще, маркировок чего он не запомнил. Человек аккуратно приложил к его носу компресс, пропитанный регенератором, и уселся рядом на горячий песок. - Слушай, а ты давно летаешь? - На истребителе - второй год, - ответил селонианин, наблюдая как садятся его соратники по эскадрилье, судя по номерам, Кубана на "тройке", и Серый-1, командир. - А раньше на чем? - Спасательный борт в мусорных облаках. - Вот оно как... А я все думал, где можно было научиться, чтобы в такой миллиметраж. А я всего год летаю... - Сразу в истребитель? - Ага! Но я так и хотел. У вас, получается, эскадрилья без людей? - Смешанная... Кубана широким шагом двигался в их сторону, что-то угрожающе рыча. Словно незамечая чужака, он навис над Сеолом и протянул лапу, чтобы схватить его за шиворот. Селонианин зашипел и подался назад, а светловолосый вдруг оттолкнул эту лапищу и поднялся, становясь между не-людьми. - Ты совсем сдурел? Он и так чуть не убился, еще фи свое высказываешь! А ну не трожь! Вуки взревел с полный голос, и вместо Сеола схватил человека, сперва за ремень, а потом, одним движением перевернув вниз головой, за ногу. Тот, конечно, отбивался, да что толку? Селонианин понял, что гнев, накопившийся внутри, отчаянно требует выхода, иначе он просто взорвется. - Не трогай! - крик почти превратился в визг, а взъерошенный до последней шерстинки Сеол приготовился прыгать и для начала распанахать вуки морду. В принципе он мог и выстрелить, но все еще не хотел убивать... - С-стоп. Говорил трандошанин, командир эскадрильи Сеола. Замер даже вуки, потому что нарываться на Первого было опасно, в самом прямом и физическом смысле. - Кубана, поставь куклу, как стояла. Ты... Он повернул чешуйчатую морду к селонианину. - Ну? - Ты видел, куда опускались отстреленные капс-сулы из с-сидов? - Нет, не видел. Я сажал подбитую машину. Прямоходящий ящер недовольно зашипел, а вуки сперва сделал вид, что пытается поставить парня вниз головой, макнув его прической в песок, а только потом перевернул. Чужой пилот растерянно глянул на селонианина, на вуки, и потом снова на селонианина, а тому отчаянно хотелось провалиться сквозь землю. - Летиш-шь со мной. Сеол опустил голову,чтобы не смотреть на человека, начал движение за развернувшимся командиром, и тут ощутил сильный хлопок ладони между лопатками. Там что-то щелкнуло, спину опять пронизала молния, и Сеол начал падать. Помочь ему никто не пытался, поэтому он опять плюхнулся, жалобно вскрикнув. Трандошанин обернулся, а Кубана, ворча, потыкал его ногой. - Отошел. Голос чужого пилота был очень и очень злым, а когда Сеол и вуки повернули на него голос, человек целился в Кубану из бластера. - Отморозки... - Он притворяется, чтобы пожалели, - сказал трандошанин. - Он не притворяется, - ответил парень. - Я видел, как твой придурок его ударил, и куда ударил. И скорее всего из трещины в позвонке сделал перелом, урод мохнатый. Не потому, что мохнатый, а потому, что урод. Давай, проверяй, что с ним, а я понаблюдаю. Первый наклонился на Сеолом, посветил ему в глаза фонариком, прошел трехпалой лапой вдоль спины, заставив селонианина закричать еще раз, потом поднялся и с размаха влепил вуки оплеуху своей длинной могучей лапищей, настолько сильную, что даже Кубана кубарем отлетел в сторону. - Ты сломал ему с-спину, - прошипел Первый, и повернувшись к человеку неохотно добавил: - А ты был прав. - Я знаю, что был прав. И медицинский борт уже тоже вызвал. И раз уж ты командир, изволь сделать так, чтобы у тебя в эскадрилье не дрались. Первый блеснул оранжевыми глазами, но ответить ему было нечего: драки руководство Альянса не приветствовало. Медицинский борт пришел примерно через полчаса, и все это время над поскуливающим от боли Сеолом просидел пилот из чужой эскадрильи, так и не убравший оружие. Потом, он же зашел в челнок вместе с Серым, и шепотом пожелав селонианину удачи, выскочил вон с закрывающегося пандуса. Больше всего Сеол боялся, что сейчас, оставшись один на один, мстительный вуки искалечит человека. Больше всего огорчался - тем, что судьба упорно разводит его со всеми хоть мало-мальски понравившимися разумными.