Школы всякие нужны, школы всякие важны

      Декабрь, тринадцатое число. Снег падает чудный: тихий, пушистый, искрящийся. Зимние тучи не мрачные, не унылые, но жемчужно-серебряные, словно подсвеченные. По вечерам и ночью над Замком, лесом и горами бродит северное сияние. Приближаются праздники, эльфы и домовые уже начинают потихоньку украшать школу, а студенты – готовить подарки. Почта приходит чаще: родители желают знать, приедет ли их чадо домой на каникулы. Каникулы! Можно спать вволю, готовиться в тишине к январской сессии…       Угу. А у кого-то – сдача экзаменов экстерном.       Книга соскользнула с коленей – я даже не заметила, как отключилась. На освободившееся от учебника место живо пристроил голову Брэйн, устраиваясь на лавочке поудобнее. Я не выдержала и откинулась назад, облокотилась на стену, завешенную ковром, и расположилась на плече тихо посапывающего во сне Виктора.       Делать нам нечего, что ли?! Не-э-эт, надо выпендриться и пойти на зачеты раньше, а не как все нормальные люди отдыхать еще с полмесяца. Ладно, врать не буду, не мы одни были такими: Орона, Эдри, Вустер, Геллерт и Хьюго тоже решили пасть смертью храбрых.       «Как хорошо, что зачет по анимагии сдавать только в конце года, а не сейчас» - сонно подумала я, сползая щекой по рукаву Крама. Освоить превращение в зверя пока не удалось никому из оставшихся «практиков» (часть моих сокурсников профессор Родроуэлл уже выгнал на теоретический зачет).       Зато все сдам и махну к родителям.       Письма от них я получала регулярно два раза в неделю, от старшей сестры – чуть реже. Родители у меня не маги, хотя отец имеет какие-то способности, а мама красивее любой вейлы. Сестренка семь лет назад окончила Шармбатон, но работает попеременно то в мире маглов, то в качестве волшебницы. Пфе, работает. Катается с мужем по заграницам, изучает магическое и историческое наследие. Пусть катается. Я тоже однажды покатаюсь! А в эти каникулы погощу у родителей. Парни, правда, обсуждали совместные праздники, решая, к кому в хату завалятся, но со мной не советовались, и я решила, что меня не зовут. Не навязывалась, хотя, слушая, как они планируют провести отдых, невольно чувствовала тоскливую зависть и легкую обиду.       Виктор, просыпаясь, дернулся, я сползла окончательно, Брэйн скатился с лавочки. Мы ошалело-сонными глазами посмотрели друг на друга и решили, что перед боем лучшая тактика – выспаться.       - Сдал! Нет, вы слышите!? Сдал! Победа!       Брэйн прыгал. Замок ходил ходуном. Зато все знали, что свершилось чудо и Гризли сдал Зельеварение.       - Кара, слушай… Я могу ошибаться, но, похоже, эта дрянь опять накатывает… Мне неловко просить, но не могла бы ты?..       Она не дослушала, просто улыбнулась и взяла Виктора за руку, делясь Силой.       Николас раздраженно отбросил справочник. Подглазины не проходят, а знания не укладываются в голове. Друзьям он не сказал, что тоже пытается сдать экстерном. Ему стыдно признавать, что он не справляется.       Торопливый топот каблучков смолк. Хелена в некоторой растерянности посмотрела на снова дрыхнущих в кучке Крама, Рихта и Хольрэд, залилась краской до ушей, развернулась и помчалась в другую сторону.       Беспорядочное шуршание страниц отвлекало. Эдри бросил раздраженный взгляд на роющихся в бумагах Вустера и Геллерта.       - Где рассортированные травы? Ну, я список делал…       - Ты его вчера в сумку убрал после занятия.       - Да, но потом выложил, и ты пользовался вечером!       - Когда хоть такое было?!       - В смысле «когда»?!! Ты его потерял, что ли?!!!       - Можно потише? – не выдержал Эдри. Парни посмотрели на него одинаково зло, тут же позабыв о ссоре. Отличник фыркнул и перебрался поближе к окну. Если эти неучи и дальше будут орать, то работа не пойдет. И зачем они только взялись сдавать раньше положенного?!       Орона согнала с кресла засидевшегося первокурсника, навела порядок в Общей гостиной. Посмотрела в сторону камина. Николас сидел над книгами, подперев голову руками, и выглядел так, будто собрался выбросить все в огонь. Девушка молча подошла и села рядом, разгладив загнувшуюся страницу тетради.       - Хью, почему все ходят по стене?       - …       - Хьюго!?       - А разве не по потолку?..       Хьюго шевелится – и мир встает на место. Оказывается, что отрабатывая боевые заклинания, парочка очнулась после взаимного оглушения в весьма оригинальных положениях: Вустер лежит на боку, но вытянувшись, как оловянный солдатик, в струнку, а староста удобно улегся на спине, под прямым углом закинув ноги на стену.       …А снег все падает и падает, упорно заметает протоптанные дорожки, укрывает Замок белым одеялом…       Двадцать седьмого декабря, в полдень, мы сдали последний экзамен – Заклинания. А двадцать восьмого впервые посмотрели друг на друга выспавшимися глазами.       - Кара, ты всегда была такой страшненькой?       - … Погляжу я на тебя, Ник, после твоей январской сессии.       - Выходит, ты быстро отделишься от нашей четверки и вернешься в школу? – печально пробасил Гризли. Николас как-то странно улыбнулся.       - Вообще-то, я тоже все сдал.       - Правда?!! Вот жук, а говорил «зачем мне эта нервотрепка, я ж не ненормальный!» А сам взял да сдал все, как нечего делать!       Я заметила, что лицо у Ника несколько напряженное, но лезть не стала. Орона, сидящая рядом, отложила вилку и тихонько тронула меня за рукав, приглашая отойти в сторонку.       - В чем дело?       - Кара, я знаю, что Николас вам не сказал о его желании сдавать экстерном. Но вы, вроде, друзья. Ему было очень трудно, да и готовился он в одиночку… Я понимаю, что вам самим нелегко жилось, но Ника вы из виду как-то упустили.       Внутренности медленно, но верно начала грызть совесть.       - Ты ему помогала, да? – я с трудом посмотрела Ороне в глаза, она кивнула. – Спасибо… И спасибо, что сказала это. Но почему не раньше?       Девушка посмотрела укоризненно, и я стушевалась еще больше. Мда-а, следовало бы и самой заметить, как странно ведет себя друг. Стало совсем стыдно.       - Ладно, не мучайся так, - вздохнула Орона. Постучала мне по лбу кулачком, - Парням своим не говори, но сама впредь будь повнимательнее. Как будто не знаешь, какой у Ника сложный характер.       Мы вернулись к столу. Нет, все-таки Орона потрясающая. Если станет работать преподавателем – ученики за ней хвостиком бегать будут.       - Ита-а-ак, какие у нас в итоге планы? – Брэйн нагрузил тарелку всем, до чего дотянулся (то есть вычистил почти весь стол, с такими-то ручищами).       - Решили же, - буркнул Виктор, - Ко мне двинем сначала, а потом по маршруту, который последним составили. Он всем четверым интересен будет.       До меня не сразу дошло.       - Всем четверым? – подозрительно уточнила я.       - Ты что, спала, пока мы составляли план каникул? – ядовито спросил Ник, - Для кого, по-твоему, мы включили в программу посещение Россшенского заповедника, хотя это больше для детишек подходит?       Я почувствовала, что внутри что-то расцветает.       - Правда-правда?       - Если у тебя нет других планов, - деликатно уточнил Крам.       - Ну… - все еще не веря такому счастью, соображала я. – Мне хотелось на праздники у родителей побывать… Если я присоединюсь к вам числа эдак третьего – пойдет? – парни согласно кивнули, и я совсем растаяла.       - Ник тоже только ко второму числу к нам подкатится! – Брэйн откусил здоровенный шмат пирога, но ликовать за всех это ему ничуть не мешало. Все-таки этот парень удивительный. Потеряв за последние четыре года мать и любимую бабушку, он остался человеком, добрее и светлее которого в целом свете было не найти, и не любить его было невозможно.       - Мистер Крам, директор просит вас подойти! – донеслось из-под стола. Виктор удивленно посмотрел на домового, черканул на кусочке пергамента пару строк и подхватил сумку.       - Встретимся в «Приюте», если не догоню, - махнул нам парень и поспешил к дверям. Я спрятала бумажку с его адресом и паролем для камина в карман.