Повелители Вселенных

Все ещё находясь на поле прошедшей битве, я помолился за души павших воинов, и попросил у Вселенной прощения за то, что повёл их в эту битву. Это немного сбавило груз с души — но лишь немного. Отец говорил, что спустя время привыкаешь к такому... Вернувшись в лагерь, я не мог не попрощаться с Калленом. После всех приготовлений я немного подремал — всего пару часов, потом поел, и понял, что пора отправляться в путь. Расспросив пару ребят, я узнал, где сейчас Каллен, и пришёл к нему. — Вот и всё, — сказал я. — Уезжаешь? — спросил он, даже не посмотрев на меня. — Да, возвращаюсь к семье... Прости меня, Каллен. И спасибо за всё. Он таки поднял глаза, а затем... Даже слегка улыбнулся. — Ладно. Удачной тебе дороги, Текс. Мы обменялись крепким рукопожатием. — Если захочешь, заглядывай как-нибудь, — сказал вдруг Каллен на последок, — может познакомлю и со своей роднёй. Я улыбнулся. — Пока! — В добрый путь. И седлав лошадь, которую мне вероятно нельзя было седлать, но я всё же это сделал и меня за это никто не наказал — я отправился на Землю. Интересно, как там поживает Кори?.. *** Приятно было вновь ощутить холодный ветерок, покрывающий спину во время езды... Да, прошла всего неделя с того момента, как я последний раз ездил, но для меня это было чертовски много. Я даже немного позабыл карту Секторов за это время, но всё-же не мог заблудиться теперь. Мне было суждено попасть в мир с жёлтыми глазами — но лишь раз. Более никогда такого не случится... Возможно, так у всех в жизни. Каждый человек допускает один раз какую-то ошибку, после которой становиться куда сильнее, и становиться таким навсегда — никогда не теряет полученной мощи. Сектора плавно сменяли друг друга. За поворотом — новый мир... На том холме — вход в новый Сектор. Дорога полна возможностей... Спрятанных тут и там. Обычный человек не увидит... Но я... Я вижу! Вижу их всех! Тропа снова повернула. Я оказался в еловом лесу — предшествующий Земле Сектор, мир елей и запаха хвои... А ещё то место, где старый волшебный гном забирал у нас лошадей (ну и иногда провожал до самого края Сектора). Никто не знал его происхождения, и откуда он всё знает — но никто об этом и не думал. Есть так есть... В Секторах всякое бывает. Так и сейчас этот маленький седовласый маг вышел из деревьев, ведя за поводья лошадей моих братьев. Он прищурился и посмотрел на меня. — Текс?! Ты живой! Я то был уверен, что уже не вернешься... — Вернусь, Кляин, вернусь... Я слез с коня, и Кляин обнял меня за ноги (выше он не доставал), а потом стал танцевать и напевать гномьи песни. — Злой маг пытался убить тебя! — сказал он. — Ну, если бы он хотел — я бы уже давно был мёртв. Лишь его надменность спасла мою душонку. — Ура! Ура! Спасся! Я улыбнулся. Никогда не видел Кляина таким весёлым. — Почему тебя это всё так... Раззадоривает? — Потому что он... Не просто злодей. Он Повелитель. Я вздрогнул. — Повелитель? Не может быть... — Да-да, Текс, именно он. Он один из вас — и его появление было легко предсказать. Власть меняется быстро... Если кто-то сидит на троне долго — его оттуда скидывают. Скорпио брат твоего отца. Сложно описать подобные потрясения, но... Сознание как будто действительно выбивает из головы. Мыслей нет, только чувства... Удивление. Страх... На мгновение я усомнился в правдивости слов Кляина но... Зачем ему врать? Да и всё сходилось — это правда, я же и так давным давно знал про борьбу Повелителей... Только вот я почему-то никогда не осознавал до конца тот факт, что все мы — родственники. — Откуда ты это всё знаешь?! — спросил я. — Некоторые вещи просто знаешь... Они летают вокруг нас, а я их ловлю... Большим сочком знаний, — сказал Кляин, и забрал мою лошадь в тёмноту ветвей. Мне оставалось лишь идти вперёд, вдоль трассы, в город... Размышления о вечной битве Повелителей усомнили меня в том, нужно ли мне видиться сейчас с братьями... Но всё-же, я знал то, чего они не знают, то чему научил меня отец в свой последний час и ненавистный мною дядя Скорпио. Я знал, что Путь Сердца и Любви даёт силу, а остальные же дают только неприятности. Я знал, что если эта история завязалась вокруг меня, значит мне было суждено стать королём — я чувствовал это всегда, это была моя скрытая амбиция, которой сейчас я боюсь, но имею силу признать... Братья не пойдут мне на перекор. Мы будем вместе. Я вдруг вспомнил, что одет в средневековые одежды, и сбогу у меня меч. По этому мне пришлось идти домой пешком, и там переодеваться. Меч я положил в спортивную сумку куда ложат клюшки для гольфа. Такси довезло меня в кафе в Голливуде, где мы иногда собиралсь с братьями или одноклассниками. Я позвонил обоим братьям и сказал, что нам нужно тут встретиться — и назначил такое время, чтобы я успел поесть до их прихода: не люблю говорить с набитым ртом, тем более, дело было серьёзным. Потом они пришли. И прежде чем о чём-то говорить, каждый заказал себе по чашечке кофе. И тогда разговор уже начался. — Ну и где ты пропадал, блудный сын? — сказал Даллес. Он выглядел настороженным. — Долгая история, которую я вам вскоре расскажу. Дайте сперва угадаю, вы пробовали попасть в Мистмэдж? Они переглянулись. Родрик, который с самого начала выглядел мрачно, наклонился ко мне и сказал: — Я пробовал. Пока Даллес искал тебя в Лос-Анджелесе, я пытался найти тебя там. Пытался догнать. И узнал многое. Мистмэдж изменился. ... Меня не пускали внутрь, а когда я попытался пробиться с боем — атаковали. Пришлось бежать. Отца... нет. При власти кто-то другой. — Его зовут Скорпио. Он наш... дядя, — сказал я. Родрик откинулся на спинку кресла. Мы долго молчали. — Значит, он мёртв. — Чёрт... Бесконечная война Повелителей... Глупая игра, не имеющая никакого смысла, — сказал Даллес, и ударил кулаком по столу. Получилось так громко, что некоторое время на нас все пялились. — У каждого безумия есть своя логика, — процитировал я Шекспира. Мы долго молчали и думали. Я решил не томить и сразу выложить им всё — и стал рассказывать свою историю. Мне пришлось рассказать им всё от начала и до конца — про письмо, про то как я бежал в Сектора и как попал в ловушку Скорпио. Поведал им о кольце на его указательном пальце, которое наверняка помогает управлять реальностью Секторов... Затем про то, как пытался его догнать, но опоздал... Я не говорил им про последние слова отца — сказал, что он испарился тогда, когда я зашёл в тронный зал. Им не нужно было это знать... Потом рассказ зашёл про битву. Словами все те эмоции, что испытываешь во время сражения нелегко передать, по этому эта часть была короткой. После рассказа про то, как мы убили Властелина люди с соседнего столика стали косо на меня смотреть, но скорее всего, они подумали что я говорил про очередную видеоигру. И вот, после слов про моё возвращение, я замолчал, и они стали думать. — И что ты хочешь сделать? — спросил у меня Даллас, но не успел я ответить, как Родрик заговорил: — Не знаю как там считает Текс, но с этим родственничком надо что-то делать, и поскорее. Я предлагаю его убить. И тот кто его убьёт и получит кольцо. Мы с Даллесом переглянулись. — Нет-уж, Родрик. У меня план похожий, но не настолько категоричный. Да, что-то с ним нужно делать, но возможно... Ладно, не важно. Просто, отправимся-ка скорее в Мистмэдж и там всё решиться само собой, — сказал я. — Согласен. Ход событий определится течением времени, — сказал Даллес. И хотя мы говорили так, я был совершенно уверен, что в голове у каждого из нас уже был свой план. У меня по крайней мере свой точно был — использовать братьев в осаде замка, а потом задержать их где-то по пути в тронный зал, чтобы не наделали глупостей. Я не был уверен в том, что нужно убивать Скорпио, но очень хотел это сделать. Однако если пустить братцев к нему — уж кто-то его точно убьёт. Так что нужно было идти одному. — Так что, в путь или и дальше будем сидеть тут без дела? — спросил Родрик. — В путь. Только сначала нужно кое-кого проведать, — сказал я. *** Я познакомился с Джессикой на конных скачках. Точнее, и до этого видел её в школе — но почему-то и не думал о том, чтобы подойти и заговорить. Но тогда она вдруг стала мне интересна — стройное тело, тёмные кудри, она была одета в белую рубашку и коричневые брюки, и выглядела очень привлекательно. — Не знал, что ты ездишь верхом. — А ты вообще кто? Оказалось, она меня вообще не замечала. Но потом заметила — когда я едва не победил её на этом соревновании. Но под конец всё-же решил поддаться: пусть порадуется. Она отлично управлялась с лошадью, и всё же мне не было в этом равных на Земле. Победить было бы просто нечестно. — Не хочешь заехать в какое-нибудь кафе? Посидим, отдохнём, ты наверное... — Да, давай. Мы словили такси, и поехали на пляж. Там остановились в небольшом ресторанчике. Вдалеке на карминовом небе крутилось колесо обозрения, по деревянной дорожке проезжали велосипедисты... Игроки в волейбол шумели на фоне ударами мяча, а сам мяч то и дело норовил заскочить кому-то в тарелку. Мы болтали о всякой чепухе, как это обычно и бывает на первом свидании... Но потом вдруг заиграла песня «Любовь Мечты», и я вздрогнул. Джессика поднялась, и протянула мне руку. — Это же Бобби Дарин! Давай танцевать! Я улыбнулся. Неужели она знала?! Никто не знает эту песню сейчас! Никто такого не слушает... Конечно, я ответил на предложение, и мы стали танцевать. — Ты тоже слушаешь такое старьё? — я улыбнулся. — Да. Современная музыка полная хрень, — ответила она, и я вдруг понял, что уже практически влюблён. Никто больше не танцевал. Никому больше не нравилась такая музыка, все слушают другое... Но мне было наплевать. Никакого стыда, никакого страха — главное что нам это нравится. Я смотрел в её глаза, а она смотрела в мои и мы не могли оторвать от друг друга взгляд. Внутри что-то зажглось. Думаю, это называется счастье. Когда песня закончилась, мы ушли. Я проводил Джессику до дома, и пока мы шли, оказалось, что похожи не только в любви к Бобби... Мы были похожи во многом, и это было так удивительно. Кажется, я попал в сказку... Или это был сон, ведь такие моменты уже снились мне. Не мог поверить, что всё это было правдой... Но таки было. И тогда, стоя на пороге её дома, мы никак не могли разойтись и попрощаться. И тогда она встала на цыпочки, и поцеловала меня в щеку. Я влюбился окончательно. Теперь прошло полгода. Я стоял на том же самом месте, зная, что вся сила, которой я удивлялся была результатом её стараний. Она делала меня сильнее, ведь на мне Проклятие Повелителей. Когда Джессика была со мной — я мог сделать всё что угодно, я чувствовал себя богом... Вместе с ней я шёл по Пути своего Сердца. Но вот, когда она ушла, когда я наделал слишком много глупостей, я стал слабее. Да, некоторое время меня питала злоба и ярость, но от этого душа моя помутнилась, и разум стал злее... Возможно даже, если бы я не ослаб тогда, не попал бы в ловушку Скорпио, и смог бы спасти отца. Чёрт, раньше нужно было всё это понять! Я сделал шаг вперёд и позвонил в дверь. И она открылась. *** Джессика открыла дверь, но как только увидела меня, сразу попыталась её закрыть. Но я удержал дверь рукой, и сказал: — Нам нужно поговорить! — О чём, Текс?! Она наконец отпустила дверь, и мы смогли разговаривать свободней. — Ты специально выжидал целую неделю чтобы придти и поговорить?! Тебя искали копы, Текс. И думаю не только за драку с Майком, да? Ты столько раз пропадал непонятно куда... Всё понятно. Я больше не хочу тебя видеть! Бедная. Я идиот! — Стой! Я не наркодиллер, не бандит, я не занимаюсь ничем незаконным. Дай мне войти внутрь и всё объяснить. Пожалуйста, Джессика! Она некоторое время смотрела мне в глаза, и думала. Её взгляд... Я не хотел видеть его в печали, но видел, и знал, что снова этому виной я... — Ладно, но это... В последний раз. Я зашёл внутрь, и оставил цветы (о которых уже и забыл) на столике в прихожей. Джессика ушла в соседнюю комнату, а я последовал за ней. Она сидела на диване, скрестив руки, что мне не понравилось. Я сел напротив и сказал: — Эй, у тебя что-то на носу. Она начала тереть нос. — Да, вон там, левее... О, всё, — я слегка улыбнулся. Когда у человека скрещены руки на груди — он едва ли будет расположен к разговору, но этим небольшим трюком я заставил разговор идти в мою пользу. — Сначала я хочу извиниться... Прости меня пожалуйста за всё это, за всё глупости, что я наделал. Раньше я не понимал, насколько ты важна для меня и делал бывало необдуманные и глупые вещи... — я показал ей свои ладошки для убедительности, и она наклонилась поближе. Спасибо книгам по психологии. — Я готов рассказать тебе всё, ответить на любые вопросы, только... Прими мои извинения. Она задумалась. — Джессика, я... Я люблю тебя и не хочу терять, — от этих слов у меня самого чуть не полились слёзы. Ведь это было правдой. — Ладно... — она закивала, и закусила губу, — хорошо... Я думаю... Тебя можно простить, если ты всё объяснишь. — Спасибо. Но... Ты не поверишь, если я расскажу правду сейчас... Лучше тебе будет самой всё увидеть, но не бойся — в этом нет ничего плохого и незаконного. Ничего страшного, всё хорошо, просто... Немного непривычно. — О чём ты? — спросила она. — О том, куда я пропадал временами. Просто, есть одно местечко... И я хочу тебя туда отвести. Теперь Джессика задумалась. Понимаю, на её месте мне тоже было бы немного не по себе, но другого варианта я не видел. Надо было показать ей всё как оно есть. — Ты можешь сказать, что это? — Ну... Это... Город, — сказал я, и в целом, не соврал. — Город? Какой? — Чёрт, если я скажу сейчас, то ты подумаешь, что я сумасшедший. Давай просто проедемся и ты увидишь всё своими глазами. — Диснейленд что-ли? Если честно, я уже думаю, что ты сумасшедший, Текс. Но... Ладно, пускай. Проедемся, говоришь? — Да, на машине моего бра... — Нет, я поведу, раз уж так. Могу понять этот выбор. Так она берёт ситуацию в свои руки — и я точно не заведу её куда-то в опасное место. Чёрт, да это же гениально! — Да, хорошо, бери свою машину. Я подождал, пока Джессика соберётся, и мы вышли из дома. Потом зашли на парковку и сели в машину Джессики — подержаный «БМВ». Я попросил её заехать за моими братьями (они вообще, ждали недалеко от её дома в машине Родрика, но теперь это бы казалось слишком странным, так что я отправил им сообщение, что бы они срочно сматывались в то кафе, где мы недавно сидели). Мы подъехали к кафе, и братья уселись на заднее сиденье. Потом пришлось долго объяснять ей куда ехать, а она постоянно путала право и лево. — Нет же, не туда! — кричал Родрик, держась за спинку моего сиденья. — Почему это? Всё правильно. — Да какое правильно! Мы ещё полчаса так петлять будем. — Тихо вам! Как-нибудь попадём на ту трассу. Мы путешествуем уже столько времени, а до сих пор случается такая чертовщина, вы серьёзно? — сказал Даллес. — Это другое, не я же веду! — сказал Родрик и упал назад. Но потом мы всё таки оказались у трассы, и оставили машину на парковке какой-то забегаловки. Братья шли впереди, я и Джессика — сзади. Она конечно удивилась тому, что в город можно попасть только через тропинку в лесу, но после ещё пяти минут убеждений согласилась пойти с нами. И вдруг произошло то, чего я так ждал. Она закричала и спряталась за мной. — Кто это?! Из леса вышел старина Кляин — гном-бородач в длинной остроконечной шляпе. Он пускал дым из трубки и вел наших лошадок к тропинке. — Не волнуйся, это Кляин, наш друг. Он гном, если что. — Здравствуйте, госпожа, — Кляин поклонился Джессике, но она продолжала прятаться за мной. — Это вот, ваши лошадки. Хорошего пути! — сказал он, и как всегда, пропал. — Что это было? Откуда эти лошади тут взялись?! — спрашивала она. — Ну как откуда? Их привёл гном. Залазь, и я тебе всё расскажу. Погладив лошадку Даллеса, я пожалел о том, что не захватил для них сахарных кубиков, ну а потом пожал плечами и седлал его. — Мы прокатимся, а потом вернёмся. Минут пять. — Хорошо, — Даллес кивнул. Я посмотрел на Джессику. Она была в оцепенении и не могла успокоиться. Да, когда мир, таким каким ты его знал, разрушается, нужно ещё немного времени чтобы сознание пришло в норму. Так действовало на человека передвижение между Секторами. Но Джессика была всё-таки девушкой довольно крепкой, и залезла на лошадь, которую я угнал из мира некогда окруженного Кольцом. — Скоро вернёмся, — сказал я братьям, и поехал неспешной рысью вперёд. — Ты сама хотела узнать, куда я пропадаю. И кстати, это был настоящий гном. — Куда мы едем?.. — Ну, сначала я думал отвести тебя в Мистмэдж, это тот самый город, из которого я и братья родом, но потом решил, что для тебя это будет слишком опасно. Просто прогуляемся по Секторам, чтобы ты поняла, что это всё правда и что я пропадаю не просто так. — Ты же говорил, что ваши родители переехали из Берлина. — Это... Немного похоже. Правда Мистмэдж подальше чем Берлин. Он находится... Прости, но мне придётся это сказать. Он находится в другом мире. Она закивала головой. — Отлично. Просто чудесно. Уже не терпиться посмотреть на эти... Сектора, — сказала она, явно борясь с напряжением, возрастающим в её сознании. Ничего, это пройдёт. — Мы едем через Сектора уже сейчас. Через миры, можно и так сказать. Центральный Сектор — это мой дом. Наша конечная цель. Постарайся... Ни о чём не думать. Просто едь, думай о лошади, о тропе, пронизывающей миры... Подумай над этим всем, не думай о том, куда ты едешь и с кем, не думай о том, что это всё странно... Потом привыкнешь, уверяю. Через дорогу перебежал заяц. Подул ветер, и зашумела листва. Один из коней сделал дело, и на кучу сбежались галки. Для них это был деликатес. Солнце светило ярко, хоть и знало, что скоро его закроет облаками. Дорога петляла и переносила нас в разные Сектора — знакомые и нет, запомнившиеся на всю жизнь, и давно забытые. Некоторые Сектора жили, некоторые умирали, но ничего из этого не имело смысл... Жизнь изменчива и разнообразна. По этому ничего не удивляет, ничто ничего не меняет... Теперь я не думал о том, что чувствую сам — только о том, что чувствует Джессика. Что она ощутила, когда увидела драку трёх огров на поле? Или башни вдалеке, блестящие серебром? Или пролетевший над нашими головами странный полу-прозрачный аппарат?.. Не знаю, что она чувствовала, но наверное ощущения были похожи на мой первый выход в Сектора, когда это ещё что-то неизведанное и пугающее. Таинственность — вот что остаётся всегда, сколько бы лет ты не путешествовал в Секторах, но страх перед этим с каждым годом только уменьшается... Когда мы ехали дальше, её взгяд потерял былой интерес. За этим было интересно наблюдать. За тем, как после больших потрясений приходит смирение и апатия. Мы сделали круг, и вернулись прямо к тому месту, где расстались с братьями. И понятное дело, их и след простыл. Вот же идиоты! — Джессика, прости меня за всё это. Но другого способа рассказать тебе обо всём я не видел... Спасибо за всё. Надеюсь, мы ещё встретимся, а пока мне нужно спешить, пока эти двое не наделали глупостей. Она слезла с лошади. — Выход в реальность — за теми кустами.