Чудесная ночь, а мы целуем сумерки

      Некоторое время они в молчании шли, пока, покинув лес, не оказались в городе. В совсем маленьком и отчего-то причудливо-заворажающем, но по уровню развития явно не достающем до Асгарда.       Локи спросил Наташу, какой сейчас год, и она ответила ему, что конец пятидесятых.       1950-е годы. Прошли столетия с тех пор, как Локи вступал в контакт с местными жителями; куда чаще он прибывал в Мидгард, чтобы провести время в полном одиночестве среди заснеженных вершин гор, любуясь тем, как солнце едва заглядывает туда, или на горячих песках у самой кромки водной стихии.       Одинсон взглянул на Наташу и в очередной раз улыбнулся. Было бы здорово отправиться с ней хоть в одно из виденных им ранее мест на земле. Им следовало бы. Наташа абсолютно заслуживала того, чтобы, устроив себе внеплановый отдых, беззаботно поваляться на пляже под весёлыми лучами самой близкой к Мидгарду звезде, погрызть фрукты или выпить вина. Она заслужила счастливую жизнь после всего, через что ей пришлось пройти. Локи прочитал желание покоя в морщинках вокруг глаз Наташи, и вместе с тем ощутил слабую, но уже вполне явственную потребность защищать и бороться за благополучие других. Так, девушка неосознанно своим телом закрыла бога, пришельца с другой планеты, когда, проходя мимо компании увесистых, дородных мужчин в городе, прижалась к Одинсону ближе и чуть выступила вперёд. Локи крепче сжал её руку в своей, радуясь, что прежде чем они вышли из леса, Наташа смыла кровь со своей кожи.       Привлекать лишнее внимание определённо не стоило.       Бог обмана тихо радовался, что каждый из асов по праву рождения обладал многоязычностью, а потому ему понимать русский и бегло говорить на нём не составило никакого труда. В первые часы он всерьёз не размышлял об этом, не замечал, как общался с Наташей. Но теперь, когда требовалось купить комнату в отеле на ночь, способность эта сильно его выручила.       Служащий гостиницы широко и недвусмысленно улыбнулся, когда передавал паре ключ, а напоследок успел даже подмигнуть, отчего Наташа вздрогнула. Локи обнял девушку за плечи, в успокаивающем жесте прижимая к себе. Она поддалась и благодарно прильнула к своему спасителю, пока они поднимались по лестнице на третий этаж.       Комната оказалось маленькой, двуспальная кровать занимала большую часть её пространства. На тусклом деревянном и немного прохудившемся полу лежал красный, узорчатый, но порядком потрёпанный временем ковёр, стены были выкрашены в ярко бежевый, переходящий в жёлтый цвет, продуваемые окна закрывали тяжёлые шторы под цвет ковров*.       Явно не лучший вариант из возможных, но выбирать не приходится. Наташа смиренно прошла внутрь, опустив на пол мешок с вещами, которые она успела подобрать на базе до того, как она вспыхнула. Немного покопавшись в своей котомке, девушка выудила аккуратно сложенную сменную одежду, извинилась и отправилась в душ. Закрыв за собой дверь, она испустила поток недовольных бормотаний, но вскоре затихла.       Увиденный интерьер Локи вполне устроил. Как он и предполагал, все представления смертных о дизайне были совершенно неверными.       Пока Наташи не было, Одинсон как можно удобнее устроился на небольшом креслице в дальнем углу комнаты, предположив, что всю ночь и проведёт в нём. Не то, чтобы он возражал. Наташе, уставшей после долгой дороги и всех сегодняшних злоключений, кровать была куда нужнее, а ему не привыкать было спать и в куда более худших условиях.       Локи уставился на дверь, что отделяла спальню от ванной комнаты, Непохоже вовсе, чтобы Наташа собиралась сбежать от него, поэтому вскоре мужчина расслабленно выдохнул и откинул голову на спинку кресла. Полностью его беспокойство не исчезло и, чтобы занять себя хоть чем-то, Локи закрыл глаза, высвободил свою магию и попытался определить, не следит ли за ними кто-нибудь.       До этого применив чары, он всего лишь позабавился: превратил несколько листков бумаги с улицы в деньги, которыми и заплатил за их сегодняшнее пристанище. Небольшое чудо — легко, но хватит ли его сил, чтобы увидеть возможных преследователей? С подобной задачей легко бы справился Хеймдалль или Всеотец, но на данный момент оба находились в Асгарде, а возвращаться туда раньше времени Локи хотел меньше всего. Пока нет, пока он не обеспечил для Наташи мирную и безопасную жизнь.       Бог обмана недовольно выдохнул и отказался от своей затеи, когда даже спустя полчаса ничего не сумел обнаружить.       Вероятно, его даже столь долгого отсутствия дома всё ещё не заметили. Как-то он провёл в одной из лесных пещер на своей родине больше недели. Исчезновение принца стало известно не потому, что кто-то из царской семьи отправился на его поиски, а потому, что он сам объявился во дворце, по собственному желанию, так как…соскучился. Недели форы оказалось достаточно, чтобы понять, без придурковатого братца рядом мир уже ощущается неполным. — Наташа? — Да, Локи? — девушка только что вышла из душа, завившиеся пуще прежнего волосы ниспадали ей на плечи.       Прошлёпав босыми ногами до кровати, она расслабленно упала на простыни. Наташа посмотрела в глаза Локи с любопытством и спокойствием, впервые за всё время их знакомства. — Не обратят ли на нас внимание? Учитывая, что внешне мы с тобой — двое молодых людей, без взрослых, — Одинсон старался не завалить девушку вопросами, постоянно борясь с желанием поскорее познать культуру Мидгарда, ещё плохо ему знакомую, а посему крайне привлекательную.       В прошлый раз, когда он общался со смертными, те буквально трепетали от ужаса при одном его виде в обличии бога, не стесняясь, бросались ему в ноги и готовы были в любой момент поднести дань. Однако подобное пришлось бы душе разве что Тору. Локи предпочитал, чтобы покорность и верность выливалис не под страхом смерти или в силу привычки, а из-за искренней любви и уважения.       Раздавшийся в ответ смех Наташи напомнил ему тёплое одеяло в холодную ночь, которое мягко окутал мужчину, пока в памяти запечатлевалась её улыбка. — Локи, сейчас пятидесятые. До приличий сейчас никому нет дела.       Её слова прозвучали так, будто она прожила в Мидгарде куда больше десятилетий, чем можно было судить по её внешнему облику. Локи пробежался взглядом по её одеянию — безразмерной рубашке и длинным штанам — которое явно не подходило девушке по возрасту и телосложению. — Есть с чем сравнить?       Наташа тихо вздохнула, медленно натянув одеяло на себя. — Я существую намного дольше, чем кажется, — отозвалась рыжеволосая, наконец. — В Красной комнате тестировали сыворотку на людях. Сыворотку, чтобы сотворить суперсолдат. Американцам уже удалось довести препарат до совершенства и даже применить, поэтому нашим нужно было соответствовать. Я старею не так, как нормальные…земляне? Сейчас мне должно было быть около двадцати, — со вздохом призналась Наташа. — Чем старше я становлюсь, тем медленнее стареет моё тело. В последний раз я ощущала возраст в шестнадцать. К тому времени, когда мне исполнится сорок, если сыворотка продолжит работать, то я почти полностью перестану стареть. И в ближайшие годы я буду выглядеть так, будто мне двадцать. По крайней мере, так происходило с остальными, насколько я знаю. Я обманка, — как-то грустно подвела итог она.       Наташа так крепко держала постельное бельё в своих тонких пальчиках, что казалось, руки её превратились в живую сталь. Локи не сомневался, что его подопечная делится с ним далеко не всеми своими переживаниями, далеко не все эмоции показывает, предпочитая в привычной защитной манере закрываться от мира. Похоже, одеяло ей казалось своеобразной крепостью, как будто если скрыться за ним, можно было гарантированно спрятаться от всей враждебности действительности. Оно же помогало ей сохранять тепло — всё лучшее, что могло быть у неё.       Локи полностью понимал её, потому что сам приличную часть жизни поступал точно также. Кутался в одеяло и держался за него так сильно, как только мог, искренне веря, что это хоть как-то облегчит его существование. Вероятно, все великие умы действовали точно также. — Слушай, Локи, — донёсся голос Наташи откуда-то из кокона одеяла, что она сплела для самой себя, высунув наружу только макушку, чтобы дышать. — Да? — Спасибо.       Одинсон улыбнулся и склонил голову, согнувшись так, чтобы заснуть было легче. Когда он наконец заснулся, ему привидилось, что Тор раз за разом пытался выяснить его местоположение. Это было неспроста. Значит, Всеотец заметил-таки, что младшего сына давно нигде нет. Локи почувствовал удивление в перемешку с разочарованием, не понимая, почему в этот раз родственнички забеспокоились так рано. Он успел заметить, как брат, обеспокоенный и встревоженный выкрикивает его имя в небольшую чашу, обычно служащую для гаданий.       Нет уж.       Локи заставил себя проснуться, и как раз вовремя, чтобы услышать топот шагов вверх по лестнице. Этот же звук разбудил и Наташу, она поднялась на постели и с опаской посмотрела на бога. Тот приложил палец к губам и указал на небольшую карман в комнате, скрытый шкафом. Девушка кивнула и прокралась туда, Локи проследовал за ней, загораживая её укрытие своим величавым телом. Ожидая гостей, мужчина снова применил магию: на этот раз, чтобы застелить постель и представить всё в таком свете, что недавно заселившаяся парочка так и не ложилась спать.       Стук в дверь заставил его подскочить с места, сильно напрягшись, как физически, так и душевно. — Гражданин**? Я знаю, что Вы там. Откройте дверь, пожалуйста, — это был смертный, который продал им комнату на ночь. — Вам и вашей дамочке следует одеться и впустить нас. — Хорошо, дайте минутку, — отозвался Локи, щелкнув пальцами, дабы сменить своё одеяние на нечто такое же, что носили обычные люди в этой местности.       Тёплый и тяжёлый кафтан с длинными рукавами, оказавшийся сверху, был колючим и неудобным, равно как и широкие, толстые штаны, но думать о комфорте было некогда. Мысленно Локи снова и снова поносил себя за то, что не переоделся прежде, чем зашёл в гостиницу. Идиот. Внимание привлёк не факт того, что двое невзрослых заселились в один номер, а его крайне нетипичный и своеобразный наряд.       И всё же следовало думать о настоящем, бог сглотнул и сосредоточился на входной двери, в замке которой уже повернули ключ. — Иду, — оповестил он взволнованно, подойдя-таки ко входу, опустив ладонь на ручку двери, а свободной рукой отодвинул засов, открыв проход в комнату.       Перед ним предстали трое: секретарь гостиницы и двое крепко сложенных парней с бейджиками, лица которых уже были знакомы.       Дерьмо. Ониих нашли.       Двое мужчин из Красной комнаты вытащили пистолеты и, не дожидаясь ответной реакции, напали. Первый выстрелил в невиновного работника гостиницы, а второй нацелил оружие на Локи. Бог сумел захлопнуть дверь прямо перед его носом, из-за чего пуля оставила только отверстие в деревянной поверхности.       Наташа мгновенно покинула своё укрытие, хотя Локи и требовал от неё взглядом вернуться туда сейчас же.       Входная дверь распахнулась, и два дула точно направились на застывшую пару. Настал тот решительный момент, когда любое действие становилось решающим и определяло: жизнь или смерть.       Локи покосился на Наташу, судорожно прикидывая, как лучше справиться с ситуацией, чтобы она не пострадала. Мужчины, видно, профессионалы в своём деле, заметили это и тут же перевели огнестрелы на девушку, выдав угрожающий приказ.       Одинсон вскинул руки в миролюбивом жесте, вместе с тем давая понять, что он не вооружен и опасаться его не нужно. Тот из бугаёв, что стоял ближе всего, обошёл Локи и грубо ударил ногой в спину, а затем прижал дуло пистолета к его виску. «Было бы больно, если бы он сразу на курок нажал» — подумал асгардец, но врагам выдал смущённую и покорную мину, почти сразу переведя всё своё внимание на Наташу.       Другой мучитель что есть силы вмазал ей прикладом пистолета по лицу. Девушка прикусила язык, чтобы не издать ни единого жалостного звука, а как только пришла в себя от удара, окатила насильника ледяным взглядом.       Локи смотрел, как мужчина повёл Наташу вперёд за локоть к двери, рыча, что ей придётся беспокоиться о гораздо большем, чем просто царапина на виске. Тогда-то бог подорвался с места, оттолкнул от себя стоявшего сзади амбала и успел ухватиться за Наташину лодыжку. Тянувший её мужчина взревел и сделал несколько выстрелов, ни один из которых не попал в цель. Двое беглецов исчезли из гостиницы.       Локи сразу понял, что они очутились не там, где следовало. Откуда-то сверху кричали птицы, перекрикиваясь друг с другом в поисках пищи. Повсюду шумела вода, а во рту хорошо ощущалась соль. Он почувствовал песок кончиками пальцев рук, сжал кулаки, пропуская через них слегка тёплую осадочную породу, а затем распахнул глаза и сел.       Аквамариновая буйствующая стихия, умеренный климат и полное безлюдье кругом. Его тяжёлая зимняя одежда оказалась теперь слишком громоздкой, но это было не так уж важно.       Рядом зашевелилась Наташа. Локи аккуратно коснулся её головы, проверяя, не стало ли всё ещё хуже, отчего девушка незамедлительно выдала болезненный стон. Из раны, нанесённой прикладом, слишком обильно струилась кровь. Видимо, перемещения в пространстве без подготовки для смертных куда опаснее, чем для асов.       Одинсон придвинулся к Наташе ближе, мягко взял за руку и сжал, то ли успокаивая, то ли заставляя самого себя уверовать в то, что он справился с её спасением. Облегчённо выдохнуть он позволил себе только тогда, когда его новая подруга открыла глаза. — Где мы? — спросила Наташа хриплым голосом, когда её взгляд переместился с бога на безоблачное голубое небо над ними. Асгардец тяжело сглотнул. — Я не знаю, — ответил Локи. Чёртово колдовство впервые его подвело. Так сильно. — Но мы не можем здесь долго оставаться.