Чудесная ночь, а мы целуем сумерки

      Оглядываясь назад, Локи чувствовал сожаление, что не воспользовался шансом увидеть Наташу, когда мог. Рыжеволосая мидгардка не тревожила его мыслей до тех пор, пока он не послал Разрушителя разобраться с Тором и его бравой командой друзей. — Никто из мирных жителей не должен пострадать, — предупредил Одинсон тогда вернейшего из всех возможных слуг.       Наташа не должна была пострадать, даже если по недоразумению вмешается и встанет на сторону Тора. Не после стольких лет.       Наташа, разумеется, никогда не покидала мыслей Локи. Стоило только богу обмана закрыть глаза, в сознании моментально всплывал её обновленный образ. Девчушка выросла, набрала вес, рыжие волосы стали длинными, но на лице всё также сияли голубые океаны. Когда она произнесла его имя, Локи почувствовал, как его сердце подпрыгнуло в груди будто прямо к горлу. В тот момент он будто очнулся от глубокого сна, длившегося, кажется, полторы жизни.       Бог обман хотел вернуться к ней. Он должен был найти Наташу и сказать, что больше никогда не оставит одну. Никогда.       Подумав об этом, Локи ощутил, как что-то шевелится внутри него, странная сила течёт на уровне живота и выше, поднимается до самых кончиков пальцев рук и опускается до пят, а затем подскакивает до макушки головы. Неукротимая мощь закипела в нём и, казалось, ничто не сможет его остановить, когда он отправится за Наташей. Ещё чуть-чуть, и он вытащит их из этой бесконечной ямы наверх, к свету… * * *       Но тут Локи очнулся от сладкой мечты, рухнув лицом на твёрдую поверхность небольшой планеты, явно далеко от дома. Где-то позади, во тьме шипя и извиваясь, скользило какое-то существо, похожее на змею, а перед ним неслышными шагами землю мерила высокая и угрожающая фигура.       Одинсон встал, выпрямился и суетливо заозирался кругом, пытаясь понять, где именно очутился. Одна из ненаселённых планет на просторах Вселенной, но какая именно? Точно не принадлежащая Йотунхейму, определённо была полярной противоположностью Альфхейма, и уж точно не Мидгард, где повсюду можно было найти след смертных. — Локи Лафейсон.       Бог обмана напряжённо выпрямился, когда неизвестный ему голос посмел так обратиться к нему. Локи повернулся к фигуре, окутанной тьмой, которая протягивала асгардцу руку с шестью пальцами. Создание улыбалось, и это было единственное, что отличало в нём живое существо. — Кто ты? — хрипло спросил Локи, настороженно сосредоточившись на лице неизвестного.       Он вмиг постарался ссутулиться и принять смиренное выражение, надеясь, что так в нём не воспримут угрозу. От монстра, нависшего над ним, можно было ожидать чего угодно…       Но куда, высокочтимые норны, его занесло?       Биврёст не откликался, хотя Локи всё ещё чувствовал с ним связь, пусть и порядочно приглушённую. — Я известен просто как Другой. Пока ты здесь, я не намерен причинять тебе вред. Какое-то время мы наблюдали за тобой, Лафейсон… — Не называйте меня так. — Локи, — тут же поправился Другой насмешливо. — Мы уверены, что твои намерения разрушить Йотунхейм заслуживают уважения, твой план был безупречен, что бы там не думали идиоты в Асгарде. Да и ты сам это знаешь, не так ли, Локи?       Всё верно. Всё время бог обмана рассуждал именно так. Он думал уничтожить расу, что пыталась угрожать Асгарду и шести другим мирам. И всё для того, чтобы сохранить покой и благоденствие повсюду. Что в этом плохого? Разве Всеотец не поступал также в своё время? — Так вы хотите, чтобы я продолжил? — Мы бы хотели даровать тебе новый взгляд на мир, и вместе с тем даровать тебе возможность осуществить задуманное. Позволить править как полноправному царю Асгарда, как достойному, сильному лидеру. Ты получишь Мидгард, полностью, в обмен всего лишь на один предмет, что оказался на его поверхности. Тессеракт.       Локи вздрогнул. Тессеракт, светящийся ярко-синий куб, когда-то был самым мощным оружием в оружейном хранилище Одина до того, как безвременно исчез ещё во времена отрочества Тора и Локи. Все обвиняли младшего сына царя в пропаже ценного артефакта, полагая, что подросток вознамерился захватить власть и устроить хаос во Вселенной. Все, кроме Фригги и брата.       Локи напрягся. Нет, не брата. Тор больше не был ему родным человеком. — Как же он попал туда? — Пытливые умы мучаются над этим вопросом, но сейчас куда важнее добыть этот источник энергии.       Локи в задумчивости примолк. — И как я должен сделать это? Энергия Тессеракта огромна, но хватит ли её, чтобы противостоять другому отпрыску Одина или другим защитникам Мидгарда, если таковые найдутся? — Нет, но мы не сомневаемся: ты найдёшь способ всё устроить, — усмехнулся Другой, скривив верхнюю губу.       Локи снова замолчал, сложив руки на груди.       Обычно, он легко превосходил окружающих не физически, но по уму. Без труда обманывал и выходил победителем, утаивая правду до поры до времени, применяя на себя разные маски и образы, избегая однозначных ответов, юля и выкручиваясь. Но, видно, в случае с Другим все прошлые приёмы не могли сработать.       Неизвестный противник, казалось, видел Локи насквозь, и был достаточно проницательным, чтобы предугадать все возможные ухищрения бога обмана. Он будто знал о всех прошлых успехах аса, потому так старательно пытался навязать ему это поручение. — И всё же. — Как я уже говорил, мы наблюдали за тобой, Локи. Примени свои невероятные таланты и добьёшься успеха. Но не пытайся даже направить их против нас, ведь в таком случае встреча с моим господином не принесёт тебе никакого удовольствия.       Мурашки табуном пробежали по коже Локи. Он понимающе кивнул, тяжело сглотнув. Повернулся к Другому спиной, рассматривая кратер, который образовал своим крайне неприятным прилунением. Кругом одни только серые скалы, разве что вдали, в ещё большей темноте — громадный змей и левиафаны, что-то несущие у себя на боках, под чешуёй и доспехами, с которыми родились. — Ты возглавишь читаури. Мы всячески поможем тебе, если ты примешь наше предложение.       Другой ни капли не сомневался, что Локи поступит так, как ему требуется, и бог был вынужден согласится. А какой ещё у него был выбор? Остаться на этой планете, на их территории, означало только принять быструю смерть. Но враги не жаждали его истребления, а ожидали помощи, потому не бросили против бедного, отвергнутого и сломленного принца Асгарда все свои силы.       Что было важнее и что сильнее пугало Локи: его собственный голод по признанию, что без сомнения последовал бы за получением целого мира во владение.       Он хотел править. Он заслужил этого куда больше, чем Тор. Кто отговаривал Тора от каждой его смертоубийственной или просто жалкой затеи, кто поддерживал его в правильных начинаниях? Кто пробивал им путь к победным вершинам, безболезненно расправляясь с бойцами, охранниками или просто кретинами с помощью магии? Разве не он, Локи, снова и снова доказывал, что достоин трона куда больше, чем тот, кого он привык называть братом? — Где сейчас тессеракт? — В глуши, под усиленной охраной, — Другой говорил теперь куда более расслабленно, склонив голову на бок. — Ты же по-прежнему применяешь свои способности? — Да, — ответил Локи, утаив, что глушил колдовство уже долгое время. Но силы бурлили в нём, подогреваемые истовыми желаниями, потому, чтобы вернуться к прошлому уровню владения магией, ему вряд ли понадобится больше недели. — Достаточно, чтобы справится с силой тессеракта и воспользоваться его энергетическим потенциалом. Он реагирует на сильные эмоции, — которых у бога обмана было в избытке. — Когда окажусь в Мидгарде, соберу команду, открою портал и проведу через него ваши силы. Хороший план, не правда ли? — Подходящий, — довольно отозвался Другой, но и выражение его лица, и голос изменились, когда он подошёл к новому союзнику ближе. — Но я предупреждаю тебя, Локи Лафейсон. Если надеешься заполучить тессеракт и оставить его себе, то ты сильно заблуждаешься. Ты плут, как известно, хитрый и бесчестный асгардец, но нет во всей Вселенной места, где бы мы не смогли отыскать тебя и забрать то, что принадлежит нам. Думаешь, ты знаешь, что такое боль? — слова его эхом раздавались в тесном пространстве между ними. — Ты ничего о ней не знаешь. Когда мы закончим, ты будешь умолять о чём-то более простом и быстром.       Другой схватил Локи за волосы, сильно дёрнул на себя и молниеносно приставил к его горлу холодное оружие. Лезвие было достаточно острым, так что без особой силы в момент прорезало на бледной шее тонкую полоску, из которой медленно потекла кровь по горлу. Бог перестал дышать, чтобы адамово яблоко не двинуло лезвие дальше.       Жестокая провокация, не больше. Локи терпеливо ждал, когда Другой, добившись только одному ему известного эффекта отступил и убрал оружие, рассмеявшись.       Им нужен был воин, кто-нибудь, чтобы завоевать Мидгард? Они выбрали не того человека. Но так или иначе Локи Асгардский справится со своей задачей.       Другой повёл бога обмана дальше по планете, через руины прошлых лет, того, что веками назад, должно быть, было великим городом.       Локи с вожделением думал о своём предстоящем пришествии в Мидгард, но теперь больше из-за того, что это была потрясающая возможность увидеть Наташу.       Чёрт, если всё пойдёт по плану, то он сможет сделать её своей царицей.       Другой вручил ему скипетр с камнем Разума. Локи крепко сжал своё новое оружие, куда более тяжёлое и чуть более короткое, чем все его предыдущие, но на ощупь будто знакомое. Он взглянул на светящийся камень в короне, и в его голове мелькнула неопределённая мысль, что желаемого можно достичь не одним путём.       Наташа рано вернулась из России, миссия оказалась намного проще, чем можно было подумать.       Цель оказалась сущим кретином, мужчина сам разболтал всю нужную информацию, а агенту Романофф оставалось только внимательно слушать и строить из себя жертву. По крайней мере, всё это заняло всего два дня, тогда как Фьюри ожидал пять. Однако он всегда, казалось, недооценивал её.       «Стареет», — решила про себя Наташа.       Клинт разговаривал с Филом, когда она, наконец, добралась до подвала штаб-квартиры ЩИТа. Напарник взглянул на неё и расплылся в широкой улыбке. — Привет, моя радость! — тепло и дружелюбно поздоровался он, так что Наташа даже воспротивиться не смогла.       Возможно, Клинт был идиотом, но столь хорошим работником, что все кругом его ужасно ценили. К тому же при Коулсоне Романофф предпочитала держать рот на замке. Старший агент сунул ей руку для пожатия, быстро потряс, а затем притянул к себе и сердечно обнял. Наташа позволила ему эту вольность. — Что-нибудь интересное? — Боже, нет. Селвиг, наверное, один из самых скучнейших мужчин, которых я когда-либо знал, — Коулсон ещё раз сам напомнил, что служит в разведке не так уж долго. — Ты точно не возражаешь? — намекнул он на совместную с Бартоном работу. — Нет, без проблем. Вам двоим нужно было личное время, — поддразнила Наташа. — А мне немного кислорода. К тому же была бы только лишняя возня с документами.       Фил усмехнулся, в наглом и дружелюбном жесте растрепал волосы Романофф. Та закатила глаза и пригрозила надрать ему задницу. Прежде чем Наташа успела привести угрозу в исполнение, агент увёл её вместе с Клинтом прочь.       Примерно час спустя после этого разговора, ситуация резко ухудшилась.       Фьюри и Хилл вызвали их в главную лабораторию, когда тессеракт подал признаки жизни. Наташа обошла странный предмет с большим количеством энергии внутри, краем глаза рассматривая каждого из копошащихся поблизости учёных, в том числе и Селвига, пытаясь определить, виноват ли кто-то из них в произошедшем или дела шли сами собой.       Тессеракт издавал ярко-синие свечение, весь искрился, как будто пытался дотянуться до суетящихся кругом людей. Наташа знала, какой силой обладал этот сверхсекретный объект, потому чувствовала дрожь во всём теле.       То, что она до сих пор жива, зарплата совершенно не покрывает. — Что происходит, агент Романофф? — прогремел Фьюри, только войдя в помещение.       Он грозно переводил взгляд с встревоженной девушки на Селвига, а потом обратно. Астрофизик пробурчал что-то невнятное, полностью погрузившись в работу. — Мало что известно. Однако тессеракт, похоже, готовится раскрыться в полную силу, — ответил Наташа, когда Фьюри подошёл ближе. — Но чего-то ждёт. — Чего? — Когда сорвутся покровы.       Наташе было немного стыдно, ведь подобное излишне уверенное высказывание могло всё сглазить.       Вдруг всё здание заходило ходуном, затряслось, тессеракт засветился, казалось, в сто крат больше, раскинув свои лучи во все стороны. Из него вылетали молнии, всё помещение вмиг наполнила странного рода энергия. Наташа услышала характерный жужжащий звук, который был сильно схож с репульсорами Старка. -ЛОЖИСЬ! — закричала она, и через несколько секунд из тессеракта вырвался огромный луч света и врезался в глухую стену прямо за ней.       Учёные, Наташа, Клинт и Фьюри припали к земле. Романофф тут же потянулась рукой к пистолету, а когда заняла более удобное положение на животе, нацелила оружие прямо в точку, где энергетический взрыв встретил стену. Оставшаяся энергия отскочила и рассеялась по всему подвалу.       Лишившись порядочного количества мощи, куб сильно потускнел, и все собравшиеся смогли увидеть фигуру, поднимающуюся из пара, оставленного только что случившемся выхлопом. Фигура походила на мужчину, чёрные волосы доходили ему до плеч, кожа отсвечивала бледностью и измождённостью. Когда он встал в полный рост в величественной позе, Наташа узнала его.       Фьюри рявкнул, чтобы мужчина положил скипетр, что он держал в правой руке и сдался, но пришелец, вместо того, чтобы подчиниться, выстрелил из своего оружия непонятным сгустком точно в директора. Наташа успела схватить начальника за лодыжку и дёрнуть вниз, потому он лишь больно упал на руки. Но шар с энергией продолжил полёт и угодил точно в охранника, стоявшего позади них.       Не дожидаясь отмашки, Романофф, как и другие агенты, вступила в бой, принявшись стрелять в высокую фигуру.       Пришелец бросился к другим охранникам и метнул в них ножи со смертельной точностью. Разобравшись с ними, он телепортировался к Наташе и навис над ней.       Голубые глаза встретились со рассвирепевшими ярко-зелёными, и девушка почувствовала, как способность дышать покидает её. Он наступил на руку, в которой она сжимала пистолет, лишая шанса попытаться быстро его убить. Наташа почувствовала, как к горлу поднимается комок, и подумала, что вот-вот лишится чувств.       Признание случилось не сразу.       Нападавший совершил ошибку, замешкавшись и оставив агенту для пользования остальные конечности. Наташа резко перегруппировалась, ногой что есть сил вдарила по нижним конечностям противника, отталкивая его и одновременно выбивая у него почву из-под ног. Скипетр выпал из рук преступника, Романофф выхватила пистолет из предохранителя и в следующую же секунду приставила дуло к виску врага. — Наташа, — выдохнул Локи, и по спине девушки пробежали мурашки.       Это было последнее, что запомнила агент, прежде чем бог обмана выхватил из её руки оружие и с оттяжкой ударил им девушке по голове. Наташа, потеряв сознание и равновесие, рухнула на землю.