Клетка и цепь

Когда Клиган разбудил Сансу, солнце уже высоко стояло. Молча передав ей купленные у хозяйки лёгкие туфли и добротно сшитое, хоть и без изысков, платье, он вышел в коридор. Сансе обновки пришлись впору. Но полностью разглядеть свой внешний вид без зеркала она не могла. Через пару минут в комнату заглянул Пёс. - Вам нравится? - спросила девушка, поправляя ткань на плечах. - Тебе идёт, - безэмоционально промямлил тот, пряча глаза. Сансе это сразу не понравилось. Что-то произошло ночью, и поэтому мужчина такой напряжённый и задумчивый. - Что-то случилось? – осторожно спросила она, внимательно следя за выражением его лица. Ей показалось, что обожженная часть губ непроизвольно дёрнулась. - Нет, всё нормально. - Вы уверены? - Да. - Тогда, может быть, у вас будет какая-нибудь короткая верёвка? Пёс с удивлением посмотрел на девушку. - Зачем она тебе? - Волосы повязать, - ответила Санса, указывая на растрепавшиеся засаленные сосульки. О ванне она могла только мечтать. Прекрасно осознавая нынешнее их положение, девушка понимала, что довольно глупо заикаться о том, что она бы с удовольствием провела несколько часов в какой-нибудь кадушке с тёплой водой. Клиган поднял запачканную рубаху, в которой вызволил Пташку из темницы, и резкими движениями разорвал ткань на лоскуты. - Это подойдёт? Санса взяла один и повязала на волосы. - Если ты готова, мы отправляемся, - посмотрел на неё Пёс. Всё-таки что-то его тревожило и очень сильно. Но Санса не смогла бы надавить на него, даже если бы умела. *** Клиган направил коня в дальний конец улицы, туда, где, по рассказам Мэриан, находился её дом. Покосившаяся хибара стояла в некоторой удалённости от дороги и других зданий. Вокруг росли высокие густые кусты, которые почти скрывали её от посторонних глаз. - Куда мы приехали? – с интересом спросила Санса, когда Клиган снимал её с коня. - Всё будет хорошо, Пташка, - с тяжёлым сердцем произнёс мужчина, и девушке показалось, что он успокаивает себя, а не её. Навстречу вышла прихрамывающая горбатая старуха. Она вытирала жилистые руки о тряпку. - А вот и гости пожаловали. Доброго здоровья. Не желаете ли хлеба с молоком? Санса удивлённо посмотрела на Клигана. Тот кивнул и направился за старухой. Внутри хибары было темно. Пахло травами и старческой затхлостью, но беспорядка не наблюдалось. На небольшом деревянном столе стоял кувшин с молоком и две кружки. Рядом на тарелке лежала круглая лепёшка. Голодная Санса, еле сдерживая себя, вспомнила о том, что она всё-таки леди, и целомудренно присела на краешек лавки. Однако взглядом буквально пожирала нехитрое угощение. Старуха скрипуче хохотнула и вышла на улицу. - Ешь, - сказал Клиган, пододвигая к девушке тарелку с лепёшкой, и Санса набросилась на неё, как коршун. Такого вкусного и мягкого хлеба она не ела никогда. А молоко было прохладное и сладкое. После нескольких голодных дней в темнице ей любая самая простая пища казалась кулинарными изысками. Санса запихивала большие куски за щёки, боясь, что кто-нибудь отберёт у неё эту вкуснятину. Клиган смотрел на неё с некоторым сожалением, потом тяжёло вздохнул и произнёс: - Пташка, мне нужно уехать. Санса перестала жевать и уставилась на мужчину. - Ты бросаешь меня? - Нет. Не бросаю. Я лишь на время тебя покину. Поверь, мне очень нужно. А эта женщина по моей просьбе присмотрит за тобой. Главное, ничего не бойся и никуда не уходи, и всё будет хорошо. Санса опустила голову и уставилась в стол. - А почему мне нельзя поехать с тобой? Я бы могла тебе помочь чем-нибудь. - Нет. Об этом и речи быть не может, - отрезал Клиган, испугавшись. - А ты обещаешь, что вернёшься? - Пёс всегда возвращается к хозяину, разве ты не знала? Повисла тяжёлая тишина. Одинокая муха гудела под низким потолком. Где-то недалеко пела птица. - А ты скоро вернёшься? - нарушила молчание Санса, подняв глаза. - Я не задержусь дольше, чем того потребует моё дело. С этими словами он поднялся, понимая, что ненужные прощания лишь добавляют боли. Санса тоже вскочила. - Не провожай меня, - Клиган предостерегающе выставил руку вперёд и сделал шаг к двери. – Лучше доешь. И, чтобы, когда я вернулся, ты стала похожа на живого человека. Девушка опустилась на лавку и начала жевать хлеб, вдруг утративший свой вкус. Она услышала, как нетерпеливо всхрапнул Неведомый, гулко застучали копыта, и тяжесть расставания вновь обременила её сердце. *** Старуха вошла в хибару и взглянула на поникшую гостью. - Если ты не желаешь помыться в тёплой воде, то можешь и не торопиться. Она и так скоро остынет. - Мне можно помыться? – удивилась Санса, с опаской глядя на новую знакомую. - Тебе нужно помыться, - беззубо улыбнулась старуха. – Там на дворе стоит кадушка. В ней ещё тёплая вода. И если ты поторопишься, то успеешь как следует отмокнуть, прежде, чем солнце скроется за деревьями и станет прохладно. И не бойся. Тебя никто не увидит. Девушка вышла во двор, старуха шла следом. - Раздевайся и залезай, - махнула она рукой за угол хибары. Оттуда слышалось тихое потрескивание костра. Санса увидела низкую деревянную бочку, наполненную почти до краёв чистой водой, в которой плавали пучки трав и мелкие цветы. Рядом над костерком висел металлический чан, в котором грелась очередная порция воды. - Ну же? – хозяйка нетерпеливо разглядывала гостью. – Или ты думаешь, что я там чего-то не видела? Пташка стыдливо отвернулась к ней спиной и начала стягивать новое платье. Старуха прошамкала губами что-то среднее между «ну и чудовища» и «вкусные овощи» и уковыляла в хибару. Когда она вернулась, Санса уже сидела в бочке, закрыв глаза и явно наслаждалась процедурой. - Меня зовут Мэриан, - произнесла женщина, расставляя на низком пеньке глиняные плошки с сильно пахнущими смесями. – А тебя? - Пташка, - после некоторой заминки ответила Санса. - Вот как? А как зовут твоего… спутника? - Его зовут Пёс. - Пташка и Пёс, - задумчиво повторила хозяйка и загадочно улыбнулась. – Мне кажется, я слышала эти имена в какой-то древней сказке, правда, это было так давно. Она зачерпнула воды и вылила на голову Сансе. Повторив процедуру несколько раз, принялась расчёсывать рыжие спутавшиеся волосы. Заскучать Пташке не получалось, старухе явно нравилось, что у неё, наконец-то, появился собеседник. - И кто же он тебе – этот могучий воин? Отец? - Нет. - Дядя? - Нет. - Может, брат? - Да нет же. - Неужели муж? - Друг, - промямлила Санса и густо покраснела. - Ах, друг. А где твои родители? Почему он не отвезёт тебя к ним? - Они умерли. Их убили. В разговор вклинилось скорбное молчание. Закончив расчёсывать рыжие локоны, Мэриан взяла в руки какую-то плошку с сильно пахнущей зелёной жижей и сделала Сансе знак подняться на ноги. Некоторое время девушка колебалась, чувствуя стеснение, но всё же повиновалась. Мэриан прищурилась, что-то прикидывая в уме, и приступила к врачеванию. Она покрывала огромные синяки одной мазью, другую аккуратно наносила на свежие царапины, третью втирала в суставы и почти беззвучно что-то напевала. Сансе даже почти не было больно. Спокойствие и тепло разливались по всему телу, а царапины под сошедшими в воде корками, перестали гореть. - Когда-то у меня была дочь. Её убили за красоту. Один человек… он терзал мою девочку до тех пор, пока она не превратилась в безжизненный мешок с костями. Тогда он выбросил её, как сломанную вещь. А я нашла. И похоронила. Вы с ней очень похожи. Она была такой же красивой и послушной. - Вы отомстили за неё? – осторожно спросила девушка, набрасывая на влажные плечи широкое покрывало. - Почти, - ответила Мэриан и в её глазах Санса узрела себя. - Иди в дом и как следует обсохни. Не хватало ещё, чтоб ты простудилась. *** Санса уселась перед самым очагом на плетёную подстилку и протянула руки к огню. Она постепенно начинала успокаиваться и приходить в себя. Гнала дурные мысли о том «деле», которое заставило Пса уехать. То и дело, произнося молитвы, старалась думать о его скором возвращении. Краем глаза Санса уловила какое-то движение справа и шарахнулась в испуге. Рядом на коврике, аккуратно сложив лапки, сидела чёрная кошка. Её вертикальные зрачки в жёлтых блюдцах глаз еле заметно двигались, изучая новую сожительницу. Девушка медленно протянула к ней руку. Кошка обнюхала раскрытую ладонь и потёрлась лбом о пальцы. - Я смотрю вы с Лайзой уже познакомились, - сказала Мэриан, входя в комнату и высыпая в угол хворост. – Вот твоё платье и башмаки. Санса оделась и скромно села на лавку. - И как долго ты собираешься так сидеть? – вскинула брови старуха. - А что я должна делать? – с удивлением спросила девушка. - Первое правило исцеления: займись делом. Поверь мне, девочка, когда ты работаешь, тебе некогда скучать и, значит, думать о плохом. Когда я похоронила свою дочь, то сидела целыми сутками у окна и всё ждала, когда она придёт. Потому что не могла поверить в то, что её больше нет. И я чувствовала, что чем дольше я сижу, тем хуже мне становится. И тогда я занялась изучением трав. И вскоре так увлеклась этим занятием, что смогла с уверенностью сказать «мою девочку уже не вернуть, но я могу жить дальше». А теперь посмотри на меня. Да, я старая, но уж точно не немощная и в своём уме. Ты же хочешь жить дальше, дожить до старости и сохранить разум? Санса кивнула. - Тогда пойди и набери яблок в саду. Тех, что осыпались с ветвей. Или ты откажешься от сладкого пирога на ужин? Об одном упоминании о яблочном пироге у девушки потекли слюнки, и, взяв плетеную корзину, она скрылась в указанном направлении. Сад – это было слишком громко сказано. Деревья позади хибары росли беспорядочно. Ягодные кусты никто никогда не подрезал, поэтому Сансе приходилось прикрывать глаза рукой, чтобы не оставить их на каком-нибудь суку. Она набрала целую корзину небольших и невзрачных на вид яблок, задержалась у куста малины, складывая в рот ароматные ягоды. Она попыталась вспомнить, когда последний раз вот так ела ягоды в лесу, и не смогла. И тогда она показалась себе очень взрослой. По возвращению в дом Санса увидела, что стол засыпан мукой, а в центре лежит большой шар бледно-розового теста. - Помой их в кадушке, почисти и порежь вот этим ножом, - отдала указания Мэриан. Санса остановилась в недоумении. - Покажи мне свои руки, - скомандовала старуха. – Ни одной мозоли. Я так и думала. Тогда вот тебе второе правило: пироги на деревьях не растут. Их нужно делать руками. С этими словами она протянула девушке нож с коротким источенным лезвием. - Только не порежься ради всех богов, а то твой приятель с меня три шкуры спустит. И она снова скрипуче засмеялась. *** Пирог с яблоками показался Сансе ещё более вкусным, чем, если бы он был испечён на королевской кухне. Она сидела у маленького окна, поглаживая дремлющую Лайзу. Солнце уже село, разбудив ночных обитателей леса. - Ты спать разве не собираешься? - спросила Мэриан, снимая с головы платок. Её седые волосы неряшливо рассыпались по плечам. Она обернулась к Сансе, и её глаза в робком свете очага приобрели огненный блеск. - Третье правило: спи ночью, а над проблемами думай днём. Только в этом случае ты сможешь рассуждать здраво и принимать правильные решения. Она легла на то, что называла кроватью и, сонно зевнув, захрапела. Санса посидела ещё немного, прислушиваясь к звукам, и решила последовать совету. В ту ночь даже уханье филина не нарушало спокойный сон маленькой хижины. К большому удивлению Сансы все раны на её теле перестали болеть уже на следующее утро, а через сутки и вовсе зарубцевались. Ей пришлось совсем по-иному взглянуть на свою внезапную опекуншу и начать прислушиваться к её советам. Пташка интуитивно чувствовала, что женщина знает если не всё на свете, то очень многое. А такие люди всегда готовы поделиться мудростью с теми, кто этого желает и достоин. - Мэриан, научи меня своему ремеслу, - попросила однажды Пташка, когда они с женщиной собирали какие-то травы среди деревьев. - Ты действительно этого хочешь, девочка? - Да. Я вдруг поняла, что должна стать полезной. - Кому? - Своему другу. Он так много для меня сделал, и я бы хотела что-то предложить ему взамен. Ему может понадобиться моя помощь… однажды. - Звучит благородно. Я подумаю над твоей просьбой, - в очередной раз лукаво прищурилась старуха. – А теперь не отвлекай меня, а то я срежу не то, что нужно. А ты принеси мне с того куста синие Волчьи ягоды. Они спасают мои суставы в дождь. *** За полторы недели, проведённые с Мэриан, Санса узнала много нового. Она с удивлением отмечала, что стала лучше выглядеть, хотя видимых причин назвать не могла. Здесь в маленьком полуразвалившемся домишке она чувствовала себя свободней и сильней, чем, когда спала на мягких перинах в Красном замке. Теперь ей не требовались служанки, она сама ухаживала за собой, сама купалась и мыла волосы, стирала своё платье и даже начала шить себе ещё одно из лоскута добротной ткани, который ей отдала Мэриан. Ежедневно без напоминаний задавала корма трём быстроногим курицам, жившим в маленьком загоне во дворе. Время от времени забирала снесённые яйца и научилась замешивать тесто. Но самым интересным занятием она считала приготовление целебных смесей и припарок, которые старуха продавала на рынке. Буквально за несколько дней Санса выучила названия всех трав, растущих поблизости, и Мэриан доверила ей раскладывать их по холщовым мешочкам. Растирая листья в глиняном судочке, она рассказывала всё, что знала о растениях. Теперь прежняя жизнь казалась Сансе далёкой и чужой, но она всё равно помнила о тех, кого потеряла, и о том, кого ждала.