Клетка и цепь

На следующий день Клиган занимался тем, что правил лезвия и рассматривал отверстие, оставленное арбалетным болтом. Сам бы он вряд ли смог залатать дыру. Необходимо было обращаться за помощью к кузнецу. Он как раз соображал, где бы поблизости найти мастера, как вдруг услышал истошный визг. Он узнал его сразу. Понадобилась лишь пара секунд, чтобы схватить кинжал и оказаться на улице. Визг повторился. Клиган, решительный и беспощадный, двинулся на звук, но тут же остановился, как вкопанный. Одна бровь его взлетела почти до небес, а глаза перестали моргать. Сначала ему показалось, что Санса пританцовывает на низком пне, стоявшем у боковой стены дома. Она странно подпрыгивала, стоя к нему спиной, то и дело выбрасывая вперёд то одну ногу, то другую. Подол её платья был задран выше колен – в нём лежала целая куча невзрачных яблок, которые, по-видимому, девушка только что собрала. День выдался прохладный, и кожа на ногах покрылась пупырышками. В пожухлой траве вокруг пня металась мышь-полёвка. Одной рукой Санса крепко сжимала подол, другой – хватала яблоки и отправляла прямо в мышь. Каждый свой бросок она сопровождала коротким визгом. И неизвестно, чего она боялась больше – саму мышь, или того, что попадёт по ней яблоком. При этом она ухитрялась брыкаться открытыми всем ветрам ногами, отчего её септа, наверняка, пришла бы в ужас. Так непристойно это выглядело. В ближайших кустах что-то зашуршало, и чёрная тень метнулась по направлению к грызуну. Острые клыки сжали тщедушное тельце. Раздалось утробное рычание, предупреждающее всех о том, что добыча уже нашла своего хозяина. Молниеносное движение – и тень вновь исчезла в кустах. Из-за угла вытянул шею Неведомый, заинтересованно глядя на происходящее, и продолжая деловито жевать где-то украденную морковь. Клиган зажмурился, улыбаясь и качая головой: - Леди Старк, разве вам не говорили, что махать голыми ногами перед неотесанными мужланами это, как минимум, неприлично? Девушка обернулась в его сторону, и испуганное выражение её лица сменилось стыдливым. Румянец начал разливаться по щекам. Первым её порывом было желание отпустить край платья, спрятать ноги и провалиться сквозь землю. Однако гордость взяла верх. Если уж приличная девушка села в лужу, она должна сохранять спокойствие и делать вид, будто ей там удобно, будто всё так и было задумано. Санса нацепила доспехи учтивости, а чувство собственного достоинства выпрямило ей спину и вздёрнуло подбородок. - Как это невежливо с вашей стороны, Сандор, указывать леди на её конфузы. Настоящий рыцарь, коим вы обещали быть, не стал бы так делать. Вместо того, чтобы смеяться, лучше подошли бы и помогли леди, как того требует правильное воспитание. - Леди и сама неплохо справлялась, - шутливо огрызнулся мужчина. Санса покинула недавний островок спасения и, с достоинством переставляя всё ещё покрытые мурашками стройные белые ножки, прошествовала по направлению к дому. Разве не видишь, Пёс? Это ты только что брыкался на пне и визжал так, что закладывало уши. А вовсе не эта воспитанная дама. Это не она только что барахталась в луже, а ты. Проходя мимо Сандора, она наступила на что-то скользкое, не удержалась на ногах и начала падать. Машинально взмахнув руками, она отправила горсть яблок, покоившихся в подоле, прямо в облака. Реакция Клигана никогда не подводила. Резким движением он успел перехватить девушку во время её полёта к земле. Раненая рука запротестовала, разразившись рвущей болью. Ноги помимо воли подкосились, и Клиган рухнул на траву. Сверху с коротким взвизгом шлёпнулась Пташка, и её острый локоток воткнулся ему в живот. Мужчина охнул, выпучив глаза, и принялся трясти головой, прогоняя откуда-то взявшихся перед глазами мушек. В этот момент яблоки, секундой ранее взлетевшие в небеса, решили вернуться. Одно приземлилось Сандору на лоб, второе – на макушку, третье – на девичье плечо, остальные рассыпались по двору. - Эй, хватит! - воскликнул мужчина, прикрывая голову ладонями. – Я же не мышь! Санса сконфуженно глянула на него, потом её губы начали растягиваться, а в уголках глаз появились морщинки. Девушка засмеялась. Она смеялась так громко и легко, так заразительно и свободно, что Пёс не смог удержаться. Пёс, который всегда был груб и серьёзен и, казалось, вообще не знал, что такое улыбка, издал несколько непонятных звуков и понял, что совершил открытие. Он засмеялся, пожалуй, впервые в жизни и сам не узнал собственного голоса. Такой он был чужой и беззаботный. Так естественно и непривычно это вышло. Как же это приятно – просто смеяться. Просто, потому что смешно. Санса смотрела на Клигана, не веря глазам и ушам. У неё даже перехватило дыхание от осознания того, что стена, выстроенная когда-то между ними, сейчас окончательно рассыпалась. Спасибо вам, яблоки! Девушка поднялась и, всё ещё улыбаясь, принялась отряхивать платье. - Вот сейчас вы поступили, как настоящий рыцарь. - Как неуклюжий, - ответил мужчина, потирая разболевшуюся руку. - Но всё равно настоящий. Санса смотрела на него так, будто победила не просто в битве, а в целой войне. Она знала. С первого дня знала, что это всего лишь маска. Страшная, отталкивающая, леденящая кровь. А там, позади маски, с обратной её стороны – рыцарь с большим сердцем в блестящей броне, способный победить дракона и спасти прекрасную принцессу. Правда, во время спасения он наверняка был бы пьян, ужасно сквернословил и вряд ли бы оказал принцессе те почести, которые ей полагаются, но это уже не так важно. У каждого настоящего рыцаря должны быть свои маленькие недостатки. - Мои уши ещё ни разу не подводили меня, - произнесла Мэриан, появляясь из-за деревьев с корзиной, наполненной разнотравьем. – Или мне всё же послышалось. Это был смех? Судя по вашим лицам – да. Это был он – завершающий ингредиент любого целебного зелья. Что ж, если смех ещё способен рождаться в таком тоскливом месте, как моя хижина, значит, этот мир не до конца прогнил, и в нём есть чему радоваться. Да и сердце не может болеть вечно.