Тьютор

      Работа с этим омегой и постоянно вращающиеся вокруг его образа мысли не давали покоя Бан Чану в течении всех двух дней его отдыха. Погруженный в себя и чрезмерно угрюмый по сравнению с обычным состоянием альфа всячески пытался понять, какой выход стоит найти из сложившейся ситуации. Отказаться ли ему от этого омеги? Или попробовать все-таки наладить контакт? Согласиться с заместителем и признать свою непригодность или доказать, что может найти подход и к такому случаю? Альфа не знал, как и не знал, что ожидать от новой встречи с занявшим всего его мысли клиентом. Единственное, чего точно не хотел Крис — так это повторения предыдущей встречи. Пусть лучше омега бегает от него, дерзит, огрызается — как угодно проявляет себя, но остаётся живым, способным на реакцию человеком.       Размышляя о своем отношении к всему происходящему, к омеге, его хозяину, своему боссу и его заместителю, Крис отчетливо понимал, что основным ощущением, не покидавшим его в течении этих дней, было чувство замкнутости, локальности и какой-то нелепо возвращающей его на исходную точку силы. Мужчина буквально не мог понять, как все за считанные дни сложилось так, что центром его внимания стал запуганный, непонятный омега, зарождающий в душе массу противоречивых чувств. Чан сам стал замечать, как в нем медленно, но верно закипало бурлящее раздражение периодически срывающееся тяжелыми каплями на обеспокоенных друзей.       Крис так и не рассказал Минхо и Джисону о предмете своих размышлений, надеясь справиться со всеми трудностями в одиночку. Он безумно доверял своим друзьям, но не хотел перекладывать ответственность на их плечи, думал, что откровенность в вопросах его работы будет лишней. Но ребята, и так прекрасно видевшие состояние Чана, старались не лезть замкнувшемуся в себе альфе в душу и просто ждали удобного, подходящего момента, когда он сам осмелится поделиться наболевшим. А необходимость разговора по душам они, в отличие от Кристофера, ощущали в полной мере.       Но момент для разговора, по мнению альфы, так и не наступал. А тем временем Крис в очередной раз стоял у порога «Камеры», в раздражении пиная валяющийся на тротуаре гравий и стараясь привести свой внутренний мир в более-менее спокойное состояние. Решительный настрой альфы, не дающий покой и заставляющий постоянно находиться в движении был связан со стойко сформировавшимся в его сознании желанием поговорить с запуганным омегой. Бан Чан просто хотел разобраться в сложившейся ситуации, в целом понять, как этого юного паренька занесло в пределы «Камеры» и что им двоим со всем этим делать. Альфа впервые за долгое время подумал, что, возможно, ему стоит довериться мнению, мыслям и чувствам другого человека. Быть может, разговорившись, омега сам подскажет ему правильный выход.       Преисполненный данными намерениями мужчина зашел в ставшую уже мерзотно-привычной комнату для их сессий. Омега обнаружился сидящим с подтянутыми к груди узкими, стертыми о ковер коленками в кресле, ранее занимаемом заместителем. Взглянув на Кристофера, он тяжело вздохнул, но в отличие от первой их встречи не стал забиваться в угол, не стал угрожать, да и в принципе отреагировал на появление альфы довольно вяло. На секунду Крис даже подумал, что тот снова находится под действиями каких-то веществ, но данное предположение опроверг трезвый, даже серьёзный взгляд уставших глаз омежки.       Пройдя к кровати и, насколько это было возможно, удобно устроившись на ней Бан Чан решил с ходу выложить собеседнику все свои соображения: — Слушай, я не знаю, что именно собираюсь тебе сказать, — тут омега хмыкнул, — но я понимаю, что сложившаяся ситуация выглядит максимально дерьмово, и, знаешь, мне не хочется тратить свои силы и время на такое пустое взаимодействие. Мне нет выгоды принуждать тебя к чему бы то ни было, нет смысла навязывать свои желания… да и нет у меня их особо-то. Я предлагаю тебе просто познакомиться хотя бы, поговорить. Нам нужно решить, что делать дальше. Если ты будешь продолжать шарахаться от меня, а эти ублюдки накачивать тебя наркотой… — тут Крис на секунду прервался, а, казалось, не слушающий его до этого момента омега с интересом вскинул голову и уставился на него, — эм, так вот. Выходов у нас собственно не так много. Сейчас я могу напомнить, что меня зовут Кристофер Бан Чан и я хотел бы наладить с тобой диалог и определить все дальнейшее. Или ты можешь продолжить молчать, тогда я просто скажу начальству, что у нас ничего не получается и они подберут кого-то другого… — Нет! — суетливо вскрикнул омега, после чего прокашлялся, восстанавливая нормальную работу связок и грубым низким, так поразившим ранее альфу и надолго отложившимся в памяти голосом продолжил, — я согласен поговорить. Не надо присылать никого другого. — Воу, замечательно. Я рад, что ты решил разговаривать и… — Ликс, — перебил ничего не понимающего альфу омега, — зовут меня Ликс. — Ликс, хм, — Чан, как бы смакуя имя, довольно улыбнулся после чего воскликнул, — лисенок значит. — Сам медведь, — нахохлившись парировал омежка, чем вызвал непроизвольную усмешку Бан Чана. — Итак, Ликс. Я не знаю, насколько ты осведомлен в том, что я здесь делаю. И, если надо, я готов ответить на многие вопросы, но для начала нам нужно определить будем ли мы дальше сотрудничать… — Что? Что ты будешь… что ты должен делать со мной? — поежившись, поинтересовался омега. — Ну… черт, хах, не думал, что могу засмущаться, — запуская руку в кудрявые волосы, начал альфа — в целом, как мне сказали, моя задача состоит в обучении тебя послушанию. Ликс на этих словах скривился и фыркнул. — Да, понимаю, звучит не очень. Но, знаешь, это место в целом далеко от социальных норм и приличий, так что… эээ, грубо говоря, я должен научить тебя выполнять все желания, находящегося рядом с тобой альфы. Будь то поцелуи, ласки, секс. Но вообще меня сюда взяли за здоровый елдак и умение управляться им. Альфа увидел, как от этих слов расширились карие, лукаво прищуренные в обычное время, глаза омеги, а щеки запылали, как пожар. Такая реакция одновременно позабавила Кристофера, в то же время показалась ему очень милой и трогательной. На секунду альфа подумал, что хотел бы, чтобы его омега именно так — наивно, невинно и искренне реагировал на все его действия. Но тут же Бан Чан постарался отбросить подобные мысли, так как не время и не место им здесь. И продолжил: — Я специализируюсь на обучении глубокому минету. Но в целом могу выступать и в качестве ублажителя, это как клиент пожелает. В общем, да. Что тебе сказали, когда направили к нам? — Что я сдохну. — Что?! — Сдохну, если не стану «правильным». — Ммм, ты что-то успел натворить? — Да. Родился омегой, блять, — абсолютно внезапно для альфы выругался Ликс. Постепенно расслабляясь, юноша, забыв о своей наготе, удобнее устроился в кресле, сложив стройный ноги в позе йога и облокотившись аккуратным подбородком на сжатый маленький кулачок. — Я немного не понимаю… — Конечно, не ты же омега… блять, ну какого хера? Я же просто хотел доучиться, просто хотел танцевать. — Расскажешь? — Да нечего особо рассказывать. В общем-то после того, как моя семья умерла: родители попали в автокатастрофу, — омега провел рукой, по носу, стараясь сдержать остаточные эмоции, — меня направили в дом для юных омег, а там, благодаря своему воспитателю, я получил шанс поступить в академию. Чонин заметил мои способности и всячески начал мне помогать, даже уже договорился о моих показательных выступлениях, но… Дом устраивал концерт для наших благотворителей и мне сказали, что я должен буду станцевать. Что я и сделал, ну, а потом… я просто понравился одному ублюдку, который, хер знает каким способом, надавил на директора дома и в общем меня продали, как какой-то кусок дерьма, этому сраному альфе. Этот придурок думал, что я радостью буду перед ним ноги раздвигать. Но я заявил ему, что лучше сдохну, чем поведу себя так. Меня несколько раз избили, не давали есть, угрожали и прочая лабуда. И после того, как я разбил об голову этого мудилы какую-то несомненно дорогую, но уёбскую вазу меня привезли сюда. Сказали, что уж здесь меня научат, как вести себя надо. Ну, а потом появился ты и… как-то вот так.       Некоторое время в комнате царила физически ощущаемая напряженная тишина. Альфа с трудом пытался осмыслить все услышанное. Он, конечно, знал о разных ситуациях в жизни омег, но никогда не думал, что ему придется столкнуться с чем-то подобным. Внутреннее раздражение прошлых дней как-то разом покинуло тело Бан Чана, оставив после себя лишь неуютную тяжесть гранитного камня на плечах. Вдруг, его сознание зацепилось за одну конкретную мысль, до этого болтавшуюся на периферии: — Так сколько тебе лет? — Шестнадцать. — Пизда. На это восклицание омега внезапно расхохотался. — И что? Нет никаких родственников? Друзей? Кого-то кто может вытащить отсюда тебя? Ликс злобно усмехнулся и, вздохнув, медленно протянул: — Не-а. Казалось, все то напряжение, что ранее поддерживало омегу в воинствующем состоянии разом испарилось непонятно куда. И сейчас перед Кристофером сидел совсем юный, притягательно наглый и вредный пацан, не понимающий, как он здесь оказался. Как получилось так?       Тут тишину в комнате прервал звук бурчащего живота Ликса. Альфа, резко вскочив с кровати, произнес: — Ты голодный? Сиди, не уходи никуда, — и умчался из комнаты. Конечно, омега и так никуда бы не делся и ему в общем-то не нужны были альфьи слова. Да и сам Бан Чан прекрасно понимал, что просто напросто воспользовался возможностью хоть на время свалить из этой комнаты-филиала его собственного маленького ада. По дороге до служебного помещения и обратно он пытался как-то систематизировать свои мысли и наметить приблизительный план дальнейших действий, но ничего путного не получалось. Набрав в комнате для альф побольше фруктов, сыра, колбасы и сока, он вернулся к Ликсу, чтобы свалить тому все принесенное на колени и, снова заняв место на кровати, приняться думать и наблюдать.       Не евший в течении пяти дней омега быстро сфокусировал все своё внимание на принесенных дарах и, казалось, напрочь забыл о находящемся в комнате Чане. Чем тот воспользовался, отстранено наблюдая за поведением Ликса и отмечая, как по-детски непосредственен этот сильный, несломленный омега. Бан Чан подмечал, как аккуратно маленькие пальчики чистили апельсин от шкурки или же срывали ягодки винограда, чтобы затем отнести оставляющее на руках сладкие отпечатки лакомство в приоткрытый рот. Альфа думал о том, как прикольно было бы познакомиться с этим омегой при других обстоятельствах, где ни он, ни Ликс не оказывались в «Камере» и не были вынуждены взаимодействовать именно так. Честно говоря, Бан глубоко внутри себя признавал, что его с первых минут заинтересовал этот маленький, агрессивно настроенный омега. Он вполне был во вкусе альфы, исключая, конечно, раздражающие и вызывающие неприятие синяки и раны на бледной коже. А так большие, обрамленные длинными ресницами с приподнятыми уголками глаза, мягкие щечки, но острые скулы, аккуратный нос, россыпь милых веснушек и тонкие соблазнительно алые губы выглядели вполне очаровательно. Чан понимал, почему на него обратил свое внимание неизвестный, но заранее презираемый альфа. Понимал он и то, что не сможет отказаться от Ликса, но что с ним делать совершенно не представлял. Поэтому, бросив неловкое: «Ну до завтра», Крис быстро ретировался из комнаты, по дороге, в очередной раз размышляя, что ему делать. Именно сейчас альфа понял, что должен рассказать все друзьям?

***

— Что?! — буквально сотряс стены дома громкий крик Джисона, — и ты не забрал его оттуда? — Как ты себе это представляешь? — Да запросто! — Там охрана… — Да мне плевать, тупой ты альфа, — замахиваясь подушкой на Чана, верещал омега. — Тихо, Сони. Не убивай Чана. Тогда мы точно не сможем помочь ни ему, ни его омеге. — Он не мой… — Да я тебя! — снова вскричал Джисон и бросился на альфу, но был перехвачен и скован в крепких объятиях Минхо. — Я не знаю, что делать, ребят. Я не могу все бросить и оставить его там. Но что делать я тоже не знаю. Он омега «крутого» босса и его точно будут искать, да и некуда мне его привести. — Как некуда? А сюда? — Я не хочу вам мешать… — Бред, — хмыкнул Ли, — ты сейчас отговариваешь сам себя. Я хорошо тебя знаю, Чан, и по твоим глазам вижу, что ты давно все решил для себя. Но тебя что-то смущает, именно поэтому ты решился рассказать нам. — Эээ… да. Я просто не знаю, как он отреагирует на это. Одно дело сказать, но вдруг Ликс не согласится, вдруг он не захочет мне доверять. — Логично, — выдохнул Минхо. — Да. С чего ему мне доверять? Я, конечно, мог бы просто похитить его, но чем я тогда буду отличаться от уже встреченных им альф… — Тебе надо ему открыться, — изрек притихший Хан. — Чего? — Ну вот ты говоришь, что вам удалось наладить контакт после твоего спича. Значит и сейчас ты должен рассказать ему все про себя, чтобы он поверил, что ты не просто так и действительно хочешь помочь. Ты должен рассказать ему что-то такое, что заставит его доверять.       Бан Чан в сомнении покачал головой, но Минхо поддержал своего омегу, находя рациональное зерно в его словах. — Когда ты теперь с ним встретишься? — Сегодня и через два дня. — Вот, замечательно! Сегодня ты должен поговорить с ним, а потом за два дня мы сможем придумать что-то для наиболее грамотного побега. К нам вряд ли кто сунется, пригород не особо популярен, но его еще нужно как-то доставить сюда. И продумать, что делать потом, его будут искать. — Вообще, если бы у него была метка, никто бы не посмел к нему приставать. Но кто бы мог её поставить? На этих словах щеки Бан Чана вспыхнули, а сам он смущенно отвел глаза, что не осталось незамеченным для его друзей. И дало надежду Джисону, что скоро он сможет пристроить Бан Чана. Если омега окажется достойным, постоянно избегающий отношений Крис уже не отделается. — Хорошо. Я поговорю с ним. И спасибо, ребята. Без вас я бы… — Конечно, никто ты без нас, — наигранно фыркнул Хан, за что получил шлепок по бедру от Минхо. — Не за что, Чан. Мы должны это сделать. Ломать жизнь ребенку никто не имеет права.