Импульс собственничества

      Что-то неприятное отдавало в живот. До конца не придя в себя, ощупывал точку боли, будто пытаясь телекинезом свести её. Жмурясь и постанывая, перевернулся на бок. В положении креветки блондин начал дрожать, но не от холода. Внутри было жарко. Постоянные перепады здоровья плохо сказывались на его теле, даже несмотря на то, что в нём находился огромный зверь. Внезапно кто-то надавил на грудь, из-за чего, он резко открыл глаза и то, что происходило сразу исчезло. Затем взялся за горло, ему казалось, что воздуха не хватало и он задыхается. Так прошло около двух минут. Потом всё стихло, окончательно придя в норму. Немного отдышавшись, пытался встать на ноги. Сначала полностью повернулся на живот и на локтях принял сидячее положении. Опираясь о кровать и стену рядом, он встал и дальше, придёрживаясь стены, шёл на выход. Тихо толкнул дверь, что со скрипом поддалась.       Блондин нерасторопно перебирал ногами, чтобы не упасть. Много раз спотыкался, но оставался на ногах. Сделав глубокий вздох, а затем выдох, немного повернул голову. Он ощущал присутствие в этом тёмном коридоре. — Зачем вам Саске? — едва выговаривал лисёнок. Змей удивился, что его так быстро заметили, особенно в таком состоянии. Не меньше удивлялся и тому, что он заговорил с ним. Мужчина захотел подойти. — Почему ты так в этом уверен? Может, это его желание остаться? — сбоку хрипел, пытаясь уловить дыханье собеседника. — Я уверен, вы тоже ему сказали что-то насчёт сделки, — не двигался тот, облокачиваясь о стену всем корпусом, — Мне нужно найти его. — Думаешь я позволю? — навис над ним. — Когда мы были маленькими, — начал он, покашливая, — он первый подошёл ко мне, когда мы оба остались одни. Тогда его родители погибли, никого не осталось. Я своих даже в лицо не видел, — усмехнулся, — но в тот день меня сильно избили какие-то беспризорники. Всем было плевать, но я помню что, Саске сказал тогда под деревом: «Давай вместе им наваляем?» Я тогда очень удивился и согласился, но их было слишком много, в итоге наваляли нам, — тепло улыбался Узумаки. Мужчина хотел было что-то сказать, но эта улыбка отвлекла его от мыслей. Теперь он задавался таким же вопросом, что юноша тогда: «С чего бы это?» — Знаешь, есть такая фраза, «однажды созданное искажение всегда будет возвращаться». — Что? — не понимал намёки. — Что ты знаешь о социальной обстановке? Блондин одарил того, недоумённым взглядом. — Сразу ему доверился? — продолжил. — Скажите как есть! — недовольно процедил Узумаки, отдаваясь эхом. — Ты создал в голове его искажение, где он только к тебе так добр. Не было никого и ты решил таким образом хоть с кем-то связаться. Тепер-то ему приходится за это страдать, — давил на него словами. — Страдать? — заглянул в глаза, чтобы увидеть хоть каплю того, что тот лжёт. Тишина со стороны мужчины давала утвердительный ответ, но это затишье было громким по отношению к лисёнку. Голова начала пульсировать, создавая новые точки боли. Ему хотелось упасть, но он всё также держался. — Ты сам знаешь, что в тебе девятихвостый лис, а значит очень ценен для деревни, но так нелюбим для его жителей, — наклонился ближе, — нужен хоть какой-то повод для того, чтобы ты оставался. Они выбрали его, потому что он также был не нужен никому. — Он нужен мне! — не совладал с эмоциями, переходя на крик. — Видишь, — ядовито протянул тот, — ты попался на их уловку и потерпел поражение. — Отойди, — пихнул того в живот, ожидая, что тот немного отшатнётся. Змей стоял на месте, не давая сделать и шаг. Он вытащил из рукава приц, лисёнок недоверчиво осматривал его. — Тебе станет легче, — не дожидаясь ответа, ввёл иглу в шею. От неожиданности, парень дёрнулся. У него не было сил сопротивляться. Препарат отстранился от кожи, вернувшись в огромный рукав. Через минуты две, парню заметно полегчало. Красные глаза сменились белой оболочкой, а мешки под ними исчезли. Охриплость становилась всё тише, но головная боль так и не проходила. — Интересный экземпляр, — выдал мужчина, — Кабуто, ты видел? — не отрывал от него глаз. — Да, — вышел вперёд.       Пепельноволосый чувствовал, что его господин теряет к нему интерес. На своём пути он встречал многих слабых людей, но этот человек затмил их всех вместе взятых, поэтому парню хотелось быть с ним ближе настолько, насколько можно. Даже сбоку можно увидеть как его глаза блестели от удовольствия. Неприятно чувство разлилось по телу, больше похожую на зависть.