Наруто Красный Барон: Блицкрига

Коноха. Квартира Узумаки Наруто. — Тридцать один... — разносился по полупустой комнате тяжело дышащий детский голос. — Тридцать два... Тридцать три! Сразу после этого числа послышался глухой грохот, а затем — жалобный, но вполне довольный стон. — Больно-то как... — пропыхтел Наруто, растянувшись на полу лицом вниз. Мышцы приятно горели. Мальчик перевернулся на спину и радостно воскликнул: — Ха! На два раза больше, чем в понедельник! Это успех! Поднявшись и поправив помятую футболку, он бросил взгляд на маленькие электронные часы, стоящие на тумбочке возле кровати. Экран показывал 10:13. — Так, время до обеда ещё есть, можно было бы сходить на полигон... — вслух наметил план действий Наруто. — Но сначала не помешало бы перекусить. Словно в ответ на его слова, изголодавшийся желудок издал такое громкое и утробное урчание, будто внутри мальчика заживо умирал огромный кит. — М-да, ситуация, — слегка рассмеявшись, блондин направился на кухню. Однако, открыв холодильник, он замер в лёгком шоке. Запас продуктов, полностью иссяк. Белоснежные полки сияли абсолютной пустотой. — Придётся идти в магазин, — вздохнул Наруто. Он вернулся к кровати, нагнулся и вытащил из-под неё толстую старую книгу, на которой уже успел скопиться приличный слой пыли. Аккуратно сдув её, мальчик открыл тайник между страницами и достал оттуда свои скромные сбережения — около 1500 рё. — Должно хватить. Быстро натянув сандалии, Наруто покинул квартиру и направился на поиски ближайшей продуктовой лавки. Стоило ему выйти на оживлённую улицу, как в спину тут же вонзились привычные взгляды, полные глухой, необъяснимой ненависти. Мальчик уже научился хладнокровно игнорировать их. Главное — они его не трогают, остальное неважно. Через несколько минут впереди показалась вывеска бакалеи. Войдя внутрь, Наруто вежливо обратился к продавцу — мужчине средних лет: — Здравствуйте, дядя. Мне, пожалуйста, две бутылки молока, буханку хлеба и десяток яиц. — Вот, держи, малыш. С тебя 700 рё, — спокойно ответил лавочник, протягивая пакет. Наруто вежливо поблагодарил его, протянул купюры и уже собирался уходить, как вдруг мужчина добродушно спросил: — А как тебя зовут, малец? Что-то я раньше тебя здесь не видел. — Меня зовут Наруто Узумаки! — с чистой детской улыбкой отозвался блондин. Услышав это имя, продавец резко изменился в лице. Он внимательно вгляделся в черты мальчика: яркие жёлтые волосы, странные полоски-усики на щеках... В его голове пронеслась паническая мысль: «Жёлтые волосы, эти проклятые усы и то самое имя... О ками, я только что продал еду этому монстру!» В ту же секунду волна слепой ярости захлестнула торговца. Его лицо перекосилось, и он оглушительно закричал на весь магазин: — Пошёл вон отсюда, демон! Убирайся из моего магазина и никогда больше не смей сюда возвращаться! Наруто откровенно растерялся. Он привык к злым взглядам и шипению за спиной, но чтобы на него так открыто и яростно орали — такое случилось впервые. Крепче прижав к себе пакет с продуктами, мальчик попятился к выходу. Вокруг лавки уже начали собираться любопытные прохожие, привлечённые криком. Понимая, что последствия могут стать ещё хуже, Наруто сорвался на бег, стремясь как можно скорее укрыться в своей квартире. По пути домой, пробегая мимо сувенирных рядов, его взгляд зацепился за витрину лавки с масками. Все они были сделаны на редкость искусно, но одна, висевшая в самом центре, выделялась особенно сильно. Белоснежная основа, ярко-алые губы и изящная красная линия под правым глазом, напоминающая кровавую слезу. В этой маске была какая-то завораживающая, мрачная эстетика. Чисто из детского любопытства Наруто притормозил у прилавка, желая узнать цену. Но не успел он раскрыть рта, как хозяин лавки с размаху швырнул в него одну из тяжёлых деревянных масок. Игрушка с глухим треском врезалась мальчику прямо в лоб. — Пошёл прочь, демон! — яростно взревел торговец, размахивая руками. — За что?! Что я вам сделал?! — не выдержал Наруто, из его глаз от обиды и боли брызнули слёзы. Это был тот самый вопрос, который мучил его всю жизнь. — Из-за тебя погибла моя дочь! — продавец с силой ударил кулаком по деревянному столу, отчего тот жалобно затрещал. — Ты виноват, чертово отродье! Мужчина тяжело вышел из-за прилавка и начал надвигаться на Наруто. Мальчик лежал на запылённой земле, а по его лбу уже струилась тонкая струйка крови, которую он лишь размазал по лицу, пытаясь вытереть. — Это за Хину! — взревел обезумевший от горя лавочник, высоко занося кулак для сокрушительного удара по беззащитному ребёнку. Наруто зажмурился, готовый к боли... но удара не последовало. Вместо этого раздался хлёсткий звук перехвата, а следом — леденящий душу, вибрирующий от ярости женский голос: — Да как ты смеешь?! Поднимать руку на маленького ребёнка! Прохожие вокруг замерли в оцепенении. Перед лавкой стояла роскошная женщина с длинными, пылающими ярким багрянцем волосами, одетая в тёмно-зелёное платье. Одним молниеносным и мощным ударом ноги она заставила торговца рухнуть на колени, после чего жёстким захватом вывернула ему руку за спину так, что мужчина закричал от невыносимой боли. — Способен воевать только с детьми, ублюдок? — с презрением выплюнула она и резким, коротким ударом ноги в голову окончательно отправила обидчика в глубокий нокаут. Поднявшись и грациозно стряхнув невидимую пыль с платья, красноволосая женщина гордо выпрямилась. Теперь ни у кого из толпы не осталось сомнений — это была Кушина Узумаки, жена Четвёртого Хокаге. Её гневный взгляд мгновенно потеплел, стоило ей повернуться к лежащему на земле Наруто. Она поспешно опустилась перед ним на корточки, достала из кармана белоснежный платочек и принялась бережно стирать кровь с его лица. На её губах заиграла мягкая, ласковая улыбка. — Малыш, у тебя где-нибудь ещё болит? Ее голос звучал так тепло, словно укутывал в уютное одеяло. Наруто заворожённо смотрел на неё, не в силах оторвать взгляд от её глубоких, невероятно красивых фиолетовых глаз. — А?.. — Наруто с трудом пришёл в себя. — Нет... Спасибо вам большое! — И всё же рану нужно как следует обработать, — Кушина потянулась к его лбу, но Наруто подсознательно отпрянул и быстро поднялся на ноги. Прежде чем женщина успела что-то сказать, блондин вежливо поклонился — Спасибо, я безмерно вам благодарен за спасение, но не стоит себя утруждать. Выпрямившись, Наруто виновато улыбнулся и принялся собирать рассыпавшиеся по дороге продукты. Кушина, глядя на эту самостоятельность четырёхлетнего сына, почувствовала, как у неё болезненно сжалось сердце. — Давай я помогу, — мягко предложила она, подбирая упавшую бутылку молока. — Не стоит, правда, я сам... — попытался вежливо отказаться Наруто, но наткнулся на внезапно потяжелевший, строгий взгляд. — Я ведь сказала, что помогу... — от одного только тона этой женщины у Наруто по спине пробежал табун сознательных мурашек. Аура вокруг неё внезапно стала пугающе тёмной. — Х-хорошо, — тихо пискнул мальчик, мгновенно капитулировав. — Вот и славно! — Кушина моментально растеряла всю свою зловещность и лучезарно улыбнулась. За считаные секунды её ловкие руки собрали все продукты обратно в пакет и передали Наруто. Мальчик снова открыл рот, чтобы поблагодарить спасительницу, но в этот момент тишину улицы бесцеремонно нарушил оглушительный звук из его живота. — Ох... Так ты голоден! — с искренним сочувствием произнесла Кушина. — Так дело не пойдёт, ребёнок не должен недоедать! Как мать я просто не могу пройти мимо! — С этим решительным возгласом она мягко, но крепко взяла Наруто за руку. — Идём к тебе, я что-нибудь приготовлю. Наруто пребывал в полном недоумении. Он толком не знает эту суровую женщину, а она уже ведёт его домой, собираясь готовить обед? — Ну же, чего встал? Идём! — она увлекла его за собой, и Наруто, поддавшись этому странному, но такому приятному порыву, с улыбкой зашагал рядом.

***

Наруто с огромным интересом наблюдал за тем, как Кушина (именно так она представилась по дороге) хозяйничала на его крошечной кухне. То, с какой скоростью и грацией она управлялась с кухонным ножом и сковородой, вызывало у мальчика искреннее восхищение. Сам умея готовить простейшие блюда, он прекрасно понимал, насколько это тяжёлый труд. Однако все его попытки разузнать, что именно находится в процессе приготовления, натыкались на строгий отпор — Это моё секретное блюдо, так что сиди и жди! Помочь с нарезкой овощей она ему тоже категорически запретила. «Однозначно, суровая женщина», — мысленно резюмировал блондин. — Можно мне хотя бы стол накрыть? — устало взмолился Наруто после очередной волны кулинарных ароматов. — Нет! Я же сказала, что сама всё сделаю! Сиди смирно! — опять прикрикнула она, казалось бы, из-за полной ерунды. Наруто оставалось лишь тяжело вздохнуть и покачать головой. - «Хокаге-сama, пусть ваша жизнь в браке будет спокойной...» — мысленно посочувствовал он правителю деревни. Если эта женщина способна так легко воспламеняться из-за пустяков, повседневная жизнь Минато-сама наверняка напоминала прогулку по минному полю. Хотя того безумного торговца она избила абсолютно заслуженно. Минут через двадцать пять кулинарный марафон подошёл к концу. Для Наруто это время стало настоящим испытанием — Кушина умудрялась комментировать каждое его движение, и почти любой их короткий диалог заканчивался её громогласными, хоть и не злыми тирадами. Мальчик уже успел трижды пожалеть, что впустил её. — Вот! Приятного аппетита! — с гордостью провозгласила Кушина, с глухим стуком поставив перед Наруто глубокую тарелку. Аромат, ударивший в нос, был настолько сногсшибательным, что у Наруто мгновенно потекли слюнки. Кушина же, победно подбоченясь и сияя от счастья, замерла в ожидании вердикта. На ней был простенький домашний фартук, что в сочетании с её грозным характером выглядело одновременно забавно и очень мило. — Спасибо за еду, — Наруто вежливо улыбнулся и взял ложку. — Это одно из моих лучших творений! — Кушина победно подняла поварёшку вверх, словно боевой меч. — Называется: «Божественный жареный рис с яйцом»! Жареный рис с яйцом всегда считался базовым, элементарным блюдом. Кушина в своё время перепробовала массу вариаций — рис Янчжоу, Сиян, рис с фаршем или нежными кусочками курицы. Но у её личного шедевра был непреклонный золотой стандарт: яйца должны быть нежнейшими, рис — идеальной текстуры (ни в коем случае не разваренным в кашу и не твёрдым), а ароматы компонентов должны идеально гармонировать между собой. Наруто присмотрелся к тарелке. Что было удивительно — самих яиц в привычном виде не было заметно. Лишь приглядевшись, он понял: тончайшая яичная масса идеальным золотым слоем обволакивала абсолютно каждое рисовое зёрнышко, заставляя блюдо буквально светиться изнутри. — Это же... — Наруто зачерпнул полную ложку, и его глаза расширились от изумления. Она действительно невероятный мастер кулинарии. Он отправил первую порцию в рот. Мягкое, тающее на языке яйцо, безупречно приготовленный рис и тонкий, едва уловимый аромат специй слились в изысканный, богатый вкус, какого Наруто не пробовал за все свои четыре года. - «Что?! Как обычный жареный рис может быть НАСТОЛЬКО вкусным?!» — все его прежние обиды, страхи и мысли о суровости Кушины мгновенно испарились. В его сердце, мыслях и на языке остался только этот божественный вкус. — Я обязан съесть всё до последнего зёрнышка! — зашептал внутренний голос. Наруто начал поглощать еду с невиданной скоростью, не забывая при этом активно показывать Кушине «палец вверх» в знак наивысшего признания. Говорить вслух он не мог — рот был плотно набит рисом, да и тратить драгоценные секунды на пустую болтовню сейчас казалось настоящим кощунством. Кушина смотрела на него с самой искренней, тёплой улыбкой, в которой сквозила глубокая материнская нежность. Всё, что её сейчас волновало — это её мальчик. Она так сильно и долго мечтала вот так просто посидеть с ним, пообщаться, накормить домашней едой. И наконец-то ей выпал этот благословенный шанс. Когда тарелка была вылизана до такого блеска, будто её только что достали из посудомойки, Наруто наконец сыто откинулся на спинку стула и выдохнул: — Это действительно был просто жареный рис с яйцом?.. — Понравилось? — Кушина задорно подмигнула ему. — Как видишь, самая обычная тарелка риса. Не знаю почему, но в Конохе его почти никто не готовит правильно, хотя это безумно вкусно. — Пожалуйста, дайте мне рецепт! Или лучше — научите меня так готовить! — в глазах Наруто буквально вспыхнули фанатичные искры. Для его самостоятельной жизни этот навык был на вес золота. Кушина от такой просьбы оказалась на седьмом небе от счастья. Не удержавшись, она победно подпрыгнула на одной ножке и даже закружилась на месте, но тут же поспешно взяла себя в руки, кашлянув в кулак, чтобы Наруто не подумал ничего странного. — Конечно, Наруто! Давай прямо сейчас составим график нашего кулинарного обучения? — с готовностью предложила она, мгновенно извлекая из кармана блокнот и ручку.

***

Спустя час Кушина с сияющей улыбкой шла в сторону центральной детской площадки. Настроение у неё было просто феноменальным: ей удалось договориться о встречах со своим сыном дважды в неделю! Она так долго ждала этой возможности. Из-за жёстких законов деревни и надзора Совета Старейшин, в детстве только Минато мог тайно и изредка навещать Наруто под предлогом проверки статуса джинчурики. Если бы к нему начала открыто ходить сама Кушина, старейшины мгновенно почуяли бы неладное. Наруто могли полностью изолировать от общества, отобрать квартиру или, что ещё страшнее, отдать на воспитание в «Корень» к Данзо. При одной только мысли о главе Корня лицо женщины исказилось в гримасе глубокого отвращения. Она всем сердцем презирала Данзо и весь Совет Старейшин. Эти старые маразматики пеклись исключительно о собственной шкуре и влиянии, сваливая всю грязную и тяжёлую работу на плечи Минато. Защита Конохи? Пусть Хокаге думает. Горы отчётов по миссиям? Хокаге подписывал, пусть сам и разбирает. Казна пустеет? Пусть у Четвёртого голова болит. Они неимоверно бесили Кушину. Но она свято верила, что придётся время, Минато укрепит свою власть, они избавятся от влияния этих старцев, и Наруто наконец-то сможет вернуться в семью. К своему брату Менме и младшей сестрёнке Мито. Трёхлетняя Мито была отдельным источником радости Кушины. Малышка унаследовала от матери не только огненно-красные волосы, но и взрывной, неукротимый характер, который вовсю проявляла уже сейчас. Подходя к детской площадке, Кушина издалека заметила своих детей и красивую черноволосую женщину, которая внимательно присматривала за ними, сидя на лавочке. Это была её лучшая подруга, Микото Учиха. На площадке сейчас весело играли несколько детей, включая Менму и Мито. Рядом с ними возились младшие дети Микото — Саске и его сестрёнка-близнец Сацуки. Старшей дочери Микото, Итачи, здесь не было — девочка уже вовсю обучалась искусству шиноби, и у неё практически не оставалось времени на детские игры. Заметив Кушину, дети радостно замахали руками. — Что-то ты долго, тебя целый час не было, — слегка взволнованно произнесла Микото, освобождая подруге место на скамейке. — Я ходила к Наруто, — счастливо и гордо выдохнула Кушина, отчего Микото удивлённо приоткрыла рот. — Ох... И как он? Как он устроился? — Слава Ками, я успела вовремя! Его чуть не избил полоумный лавочник! — в голосе Кушины снова прорезались опасные грозовые нотки. — Пришлось сломать этому мерзавцу руку, чтобы неповадно было. — Он заслужил, — уверенно и жёстко отрезала Микото, чьи глаза на секунду опасно блеснули алым отблеском шарингана. — Слушай, Кушина... Я тут подумала. Может, пришло время познакомить его с нашими детьми? — Это... просто потрясающая идея! — со слезами радости на глазах воскликнула Кушина, крепко сжав руку подруги. Микото тепло улыбнулась в ответ, мягко похлопав её по ладони. Она как никто другой понимала, через какой ад несправедливости приходится проходить молодой матери, вынужденной делить своего первенца с политическими амбициями старейшин. — Только нужно всё продумать, — негромко добавила Учиха, переведя взгляд на резвящихся на площадке Менму и Саске, которые с криками пытались поделить деревянный кунай. — Если Совет прознает, что мы намеренно сводим Наруто с наследниками клана Учиха и его собственными братом и сестрой, поднимется страшный шум. Действовать нужно осторожно. Будто всё произошло... случайно. — Я знаю, — Кушина сделала глубокий вдох, успокаивая бешено бьющееся сердце, и её взгляд устремился куда-то поверх крыш домов Конохи, в сторону бедных кварталов. — Но теперь меня никто не остановит. Скоро вторник, наш первый кулинарный урок. И я сделаю всё, чтобы мой мальчик больше никогда не чувствовал себя одиноким. Женщины замолчали, каждая погрузившись в свои мысли. А над площадкой по-прежнему звенел беззаботный детский смех — смех детей, которые ещё не знали, что совсем скоро их привычный мир изменится, ведь в него ворвётся упрямый, недоверчивый, но отчаянно нуждающийся в тепле старший брат. В это же время. Квартира Наруто. Блондин сидел на подоконнике, обхватив колени руками, и задумчиво смотрел на пустую чистую тарелку, оставшуюся на столе. В животе впервые за долгое время было приятно и сыто, а на лбу, под аккуратным слоем свежего пластыря, уже почти не пульсировала боль. Мальчик коснулся пальцами щеки, словно пытаясь удержать то неуловимое ощущение тепла, которое осталось после прикосновения этой странной, шумной, но такой невероятной красноволосой женщины. — Кушина-сан... — тихо прошептал Наруто, и на его губах сама собой появилась робкая, но искренняя улыбка. Он с нетерпением ждал наступления вторника. Продолжение следует...