Наруто Красный Барон: Блицкрига

Коноха

Утро встретило Коноху прохладным, липким туманом. Наруто зашёл в библиотеку, когда первые лучи солнца едва коснулись верхушек вековых деревьев, пробивая пыльные витражные окна архива. Сердце мальчика болезненно сжалось. Ещё с порога, среди бесконечных лабиринтов высоких книжных стеллажей, он услышал этот звук. Тяжёлый, надрывный, сухой кашель, от которого, казалось, содрогалось всё хрупкое тело смотрителя. Стэн сидел за своим массивным рабочим столом, низко опустив седую голову. Его узловатые, покрытые пигментными пятнами пальцы намертво вцепились в край столешницы, а плечи мелко дрожали от очередной судороги, раздирающей лёгкие. Наруто поспешно, но совершенно бесшумно — инстинкты, вбитые под землёй, работали сами собой — подошёл ближе. На его лице не осталось и следа от привычной маски холодного безразличия. Сейчас перед стариком стоял просто испуганный ребёнок, который больше всего на свете боялся потерять своего близкого человека. Одного из важнейших на поверхности, который видел в нём Наруто, а не демона. — Опять ты? — Стэн заметил его силуэт, попытался выпрямиться и привычно напустил на себя суровый вид. Но его голос, обычно строгий и ворчливый, прозвучал пугающе слабо, со свистящим хрипом на выдохе. — Чего пришёл ни свет ни заря?.. Тебе всего семь, малец, спать надо больше, расти. До Академии ещё целый год, успеешь набегаться... А кашель это... так, пыль книжная, забей. — Я принес тебе чай, старик. Твой любимый, с горными травами, — тихо, стараясь удержать дрожь в голосе, сказал Наруто. Он бережно опустил на край стола дымящуюся глиняную кружку, от которой пахло чабрецом и сушёными ягодами. Мальчик присел на край деревянного стула напротив, не сводя со Стэна внимательного, полного скрытой тревоги взгляда. Внутренне он был собран как никогда. Когда старик, тяжело вздохнув, потянулся за очками и на секунду отвернулся, чтобы протереть стёкла краем старой рубахи, Наруто действовал. Его пальцы, натренированные на идеальную микромоторику, совершили одно неуловимое, призрачное движение. Из рукава скользнул крошечный инжектор. Прозрачная капля новейшего препарата доктора Фриренде мягко упала в горячий отвар, мгновенно растворившись без цвета, запаха и вкуса. Это не было шпионским трюком ради миссии. Наруто делал это с трепетом человека, который отдаёт частичку обретённого чуда ради спасения близкого. — Попей, пожалуйста. Легче станет, — мягко попросил Наруто, пододвигая кружку ближе к Стэну. Старик подозрительно прищурился, проворчал под нос что-то о том, что «малец совсем его за дряхлого старика держит», но отказать тёплому взгляду голубых глаз не смог. Он обхватил кружку обеими ладонями, отогревая замёрзшие пальцы, и сделал несколько глубоких глотков. Наруто замер, перестав дышать. Внутри всё натянулось, как струна перед выстрелом. Эффект Альсии превзошёл все ожидания. Буквально через десять секунд Наруто увидел, как судорожный спазм, вечно сковывавший грудную клетку Стэна, внезапно отступил. Старик замер с кружкой у губ, его глаза удивленно расширились. Он сделал один глубокий, чистый вдох, затем ещё один — впервые за долгие месяцы без хрипа, без удушья, без этой проклятой, режущей боли в сердце. Серый, мертвенный оттенок кожи начал уходить, а на впалых щеках появился слабый, но живой, здоровый румянец. Стэн недоверчиво опустил кружку и прижал ладонь к груди, прислушиваясь к новому, ровному и сильному стуку собственного сердца. Он растерянно посмотрел на чай, затем — на мальчика. В умных, повидавших жизнь глазах смотрителя промелькнуло понимание, что этот чай был непростым, но он не стал задавать лишних вопросов. Старик лишь тяжело, облегчённо вздохнул, и его лицо разгладилось. Он протянул руку и тепло, по-отцовски взъерошил растрёпанные светлые волосы Наруто. — Ну и ну... Ну и удружил, малец. Уж не знаю, где ты раздобыл эти травы, но у меня словно лет десять с плеч долой свалилось. Хвороба-то... ушла. Спасибо тебе, Наруто. Стэн убрал руку с его головы и посерьезнел, глядя на мальчика с огромной, скрытой теплотой и отцовским беспокойством — Через год, когда тебе исполнится восемь, ты пойдёшь в эту их Академию. Там будут дети из великих кланов, избалованные, гордые, заносчивые. Тебе будет тяжело, малец. Они не знают, какой ты на самом деле, и будут судить по слухам и чужой глупости. Но ты обещай мне одну вещь: не ломайся из-за их слов. Ты сильнее и умнее, чем вся эта деревня, вместе взятая. Используй этот год, чтобы подготовиться. Будь тенью, учись, но никогда не забывай, кто ты есть. Я верю в тебя, парень. Наруто шмыгнул носом, поспешно отводя взгляд, чтобы старик не заметил накатившие слёзы счастья, и широко, искренне улыбнулся. Стэн был спасён. Он дышал полной грудью, его сердце было в порядке, и для Наруто это было самой главной победой в жизни. — Я не подведу тебя, Стэн. Обещаю.

***

Квартал Учиха

Прошло два дня с тех пор, как Итачи впервые устроила скрытую слежку за Узумаки Наруто. Но даже сейчас, возвращаясь мыслями к тому утру, куноичи ловила себя на странном, грызущем чувстве профессионального неудовлетворения. Наруто, которого она видела в библиотеке — тихий, почти призрачный ребёнок, бережно заботящийся о старом смотрителе архива Стэне, — совершенно не вязался с тем Наруто, который несколько дней назад на детской площадке так легко уложил её младшего брата. — «Он носит маску, — думала Итачи, бесшумно ступая по деревянной галерее главного поместья Учиха. — Но кто научил семилетнего мальчика так искусно скрывать своё истинное "я"? Четвёртый Хокаге держит его на расстоянии, деревня презирает, а сам он не отходит от старого библиотекаря. Откуда тогда взялись те рефлексы?» Её размышления прервал звонкий, раздражённый девичий голос, доносившийся с заднего двора: — Да сколько можно, Саске?! Ты опять заваливаешь левое плечо при выпаде! Тебе отец ясно сказал, держи баланс, иначе на первом же задании останешься без руки! Итачи мягко скользнула к краю террасы и заглянула на тренировочную площадку. На пыльной земле, тяжело дыша и сжимая деревянные тренировочные кунаи, стояли её младшие — близнецы Саске и Сацуки. Сацуки, несмотря на свой возраст, уже проявляла фирменное упрямство и строгость Учиха. Её тёмные волосы были стянуты в аккуратный хвост, а во взгляде читалось искреннее недовольство братом. Саске же, весь взмыленный, с разбитым коленом, злобно зыркнул на сестру — Сама следи за своим балансом, Сацуки! Я просто... просто задумался! — Ага, задумался он, — Сацуки фыркнула, скрестив руки на груди и высокомерно вскинув подбородок. — Ты уже третий день только и делаешь, что "думаешь" и портишь стойку. Всё из-за того дурака Узумаки, да? Тебя так задело, что какой-то бесклановый малец уложил тебя на лопатки? Отец прав: ты слишком много мнишь о себе, а на деле проиграл какому-то недотёпе. Наш папа — глава Военной Полиции, а Минато-сама — Хокаге, мы должны быть лучшими! — Заткнись! — Саске вспыхнул, его лицо пошло красными пятнами от злости и стыда. Слова сестры ударили по самому больному — его гордости. — Он просто застал меня врасплох! Через год в Академии я сотру его в порошок, поняла?! Я докажу отцу и Четвёртому, что я лучший! Сацуки лишь закатила глаза, собираясь выдать очередную колкость, но в этот момент на площадку бесшумно спрыгнула Итачи. Близнецы тут же подобрались, мгновенно прекратив спор. Перед старшей сестрой они испытывали искренний трепет. — На сегодня тренировок достаточно, — спокойно произнесла Итачи, переводя взгляд с Саске на Сацуки. — Саске, твоя сестра права насчёт левого плеча. Ошибка в стойке — это следствие хаоса в мыслях. Ты злишься, а гнев делает твои движения предсказуемыми. Саске опустил голову, крепче сжав деревянное оружие. — Сестрица Итачи... — тихо позвала Сацуки, её высокомерный тон сменился на любопытство. — А этот Узумаки... почему он такой? Он ведь почти всё время проводит в этой старой библиотеке со стариком Стэном. Он правда может быть опасен? Итачи на секунду прикрыла глаза, вспоминая, как мягко и незаметно Наруто двигался между архивными стеллажами, словно оберегая покой смотрителя. — В этом мире, Сацуки, опаснее всего те, кто умеет казаться абсолютно безобидными, — негромко ответила Итачи. Она шагнула к брату и мягко коснулась его лба двумя пальцами, заставив Саске удивлённо вскинуть голову. — Не ищи с ним глупых драк, Саске. Используй этот год до Академии, чтобы стать сильнее себя прежнего, а не ради мести. Развернувшись, Итачи пошла в дом, оставив близнецов переваривать её слова. Но её собственные мысли всё ещё крутились вокруг загадочного мальчика из библиотеки, чьи секреты она твёрдо решила разузнать.

***

Пока на поверхности, в лучах полуденного солнца, клан Учиха оттачивал безупречные стойки, глубоко под землёй, в скрытых секторах «Альсии», воздух был пропитан запахом пота, железа и дешёвого табачного дыма. На лбу капитана Алана, смотрящего на один из тренировочных кругов, вздулись вены. Его терпению оставалось недолго, возможно, даже считанные минуты. Под его ногами валялись несколько использованных фильтров от сигарет. — Пожалуйста... Верни их!!! — умолял девичий голос. — Пожа... НЕЕЕТ!! Пронёсся визг девочки. Наблюдая за всем этим, Алан лишь тяжко вздохнул и выкинул последнюю выкуренную сигарету. На его глазах происходил тренировочный спарринг. Хотя он с трудом мог назвать это «спаррингом». Это больше походило на игру кота с мышью, и визуально это сравнение подходило идеально. Черноволосая девочка валялась на земле, не имея возможности подняться. Над ней же стоял красноволосый мальчик с несколькими прядями зелёных волос. На его лице нельзя было различить эмоций — он их попросту не проявлял. При этом он был в два, а то и в три раза крупнее девчонки. Такэтора Дуан — именно так звали этого мальчика. Дуан нагнулся и лёгким движением убрал худые руки девочки с её жилета, который она так отчаянно защищала. У неё были слишком тонкие конечности, так что о каком-либо сопротивлении и речи не могло быть. На свету блеснули две золотые звёздочки. Второй рукой Дуан сорвал их и прямо перед лицом плачущей девочки закрепил у себя на жилете, явно демонстрируя превосходство. Всего у него теперь было двенадцать звёзд — и все до единой выиграны в жестоких боях. — Как ты их вообще получила? Ты же слабая, — хладнокровно бросил Дуан, слегка колыхнув пальцем трофеи. — Они тебе не пригодятся... — Даже так ты не пытаешься себя защитить и атаковать противника... — вслух произнес Алан, наблюдая за финалом со стороны. — Насколько же ты бесполезна, Сонохара. От мыслей о ней у капитана слегка загудела голова — явный признак усталости от её вечных неудач. — Не бывает «бесполезных» людей, Алан, — раздался за спиной спокойный, властный голос, заставивший Алана вздрогнуть от неожиданности. — Тогда как прикажете «это» называть? — поинтересовался Алан, выпрямляясь перед подошедшим Генералом Шумерманом. — Ты просто не можешь развить её талант, — начал своё объяснение Шумерман, глядя на замершую в кругу Сонохару. — Все эти шесть месяцев ты только и пытался сделать из неё бойца ближнего боя. Совершенно не думая о других возможностях. Если ей не удаётся сражаться на короткой дистанции, дай ей проявить себя в дальней. И, на крайний случай, пусть обучается на медика. — Понял, как можно скорее направлю её, — активно закивал Алан. Он быстро достал небольшой документ — отчёт обо всех классах и количестве учеников, чтобы посмотреть, куда можно перевести девчонку. Наконец-то он мог отдохнуть от этой мороки. Но тут его внимание привлекло то, что начало происходить возле круга, где только что стояли Дуан и поверженная Сонохара. — Ты ведь не специально спровоцировал его? — задал вопрос Шумерман. Его глаза были полностью сосредоточены на происходящем. Хоть вопрос и не звучал как угроза, Алан ощутил зловещий холод, прошедший по спине. — Н... нет, я совершенно не представлял, что такое может случиться, — голос Алана слегка дрогнул. — Тц, ты ведь знаешь его. — Голос Шумермана звучал недовольно, но глаза явно наслаждались зрелищем. Алан совершенно не мог понять генерала. Некоторое время назад в соседнем кругу раздавалось тяжёлое, надрывное дыхание. — Хаааа... Агх! — Блэйд в очередной раз пропустил удар. Его челюсть болела, а на одежде красовались дыры и запекшаяся грязь. Но когда он, шатаясь, снова поднялся на ноги, Наруто не стал атаковать сразу. Он лишь опустил кулаки и негромко сказал: — Хватит, Блэйд. Сдавайся. Нам обоим не нужно, чтобы ты здесь оставил своё здоровье. Эти слова, вместо того чтобы успокоить, ударили по гордости парня. Потеряв остатки контроля, Блэйд бросился вперед. — «Слишком размашисто. Хаос в мыслях», — с грустью подумал Наруто. Ему не доставляло удовольствия избивать тех, кто уже проиграл. Но «Альсия» не прощала слабости: если бы Наруто проявил жалость и отступил, наказали бы его самого. Уклонившись от правого кулака, Наруто перехватил руку соперника, подсел и резко подсек его ногу. Блэйд тяжело приземлился на спину. К несчастью, парень снова попытался встать. Его атаки стали вялыми, в них осталась лишь бессмысленная ярость. Наруто плавно уклонялся, выискивая пассивную защиту, и наносил короткие, точные удары по корпусу — ровно с той силой, чтобы лишить Блэйда дыхания и остановить бой, но не покалечить его. — Конец, — Наруто нанёс заключительный легкий удар в область диафрагмы. Блэйд рухнул на пол, окончательно признавая поражение. Наруто молча наклонился и отцепил с его жилета пять звёзд превосходства. Внутри него не было радости от победы — только глухая тяжесть от осознания, что система заставляет детей жрать друг друга ради выживания. — В общем тринадцать. Хорошо, — тихо произнёс он, прикрепляя трофеи к жилету. Эта система оценок была жестокой, но эффективной. Тринадцать звёзд продвигали его в первую пятёрку лидеров школы. Наруто строго соблюдал устав и выкладывался на максимум не потому, что полюбил это место, а потому, что должен был стать сильнее всех здесь. Только став самым сильным, он сможет однажды сломать эту извращённую систему. — «Уже прошло два года с начала обучения, и я ни о чём не жалею», — подумал он. За это время он приобрёл полезные навыки, к тому же тренировки в «Альсии» никак не мешали ему обучаться у Стэна и Гая на поверхности. Шумерман сделал для него исключение. И тут до его ушей донёсся пронзительный визг: — Пожалуйста... Верни их!!! Пожа... НЕЕЕТ!! Наруто резко повернул голову. Картина перед глазами была отвратительной. Высокий красноволосый Такэтора Дуан «спарринговался» с маленькой Сонохарой Мизукой. Наруто знал её — она была известна тем, что не могла навредить кому-либо, до паники боясь крови. Её длинные волосы сейчас были в ужасном состоянии, а нежные глаза полностью заплыли от слёз. Но то, с какой жестокостью Дуан ломал её, переходило все границы. Не было никаких причин так издеваться над Сонохарой. Но это был Дуан. Сама жестокость. Несмотря на то что ему было всего десять , он обладал мощным телосложением и был на две головы выше Наруто. — «Должен ли я игнорировать это?» — задумался Наруто. Его взгляд переместился на Алана, который спокойно покуривал сигарету, лениво наблюдая за избиением. Наруто вспомнил утренний кашель Стэна. Вспомнил теплоту старой библиотеки и своё обещание не ломаться, остаться собой и изменить этот мир, где жестокость стала нормой. Его мечта — построить мир, где никому больше не придётся умолять о пощаде в грязи, где сила служит для защиты, а не для скотского унижения. Если он сейчас развернётся и уйдёт, оправдываясь тем, что это «не его проблемы», то грош цена его мечте. Он станет точно таким же, как Алан. Он предаст всё, во что верит. — «Чёрт! Алан... Почему ты не останавливаешь их?! Дуан же уже победил... Стоишь спокойный, пока её калечат. Как можно быть настолько мерзким?!» Вытерпеть криков Сонохары Наруто не мог. Ради своей мечты, ради Стэна и ради самого себя — он не имел права отвернуться. Приняв решение, Узумаки без малейших колебаний зашагал прямиком к кругу Дуана. Он не отступит. Вскоре он оказался за спиной красноволосого. Окружающие дети начали испуганно шептаться, провожая блондина взглядами. Любой на его месте назвал бы их трусами, но Наруто понимал, насколько силён Дуан, и не винил их. Чтобы привлечь внимание противника, Наруто сделал последний шаг нарочито громким.

Топ

В образовавшейся тишине звук вышел даже громче, чем он рассчитывал. Дуан медленно обернулся. В его руке, крепко зажатая за шею, висела хрупкая Сонохара. — Сонохара... Она ещё дышит? — спросил Наруто, заставляя свой голос звучать ровно, хотя внутри всё кипело от ярости. — Отойди, — процедил Дуан. Лицо Наруто от такого ответа уродливо перекосилось: — А если нет? — Это была не просьба, — глаза Дуана сузились, полностью сфокусировавшись на блондине. Обычного ребёнка такой тяжёлый взгляд заставил бы подчиниться. Но Наруто не был обычным. — Посмотрим, — бросил Узумаки. Гордость и верность своей мечте не позволяли ему сделать шаг назад. Дуан нахмурил брови. Наруто был опасен, но уступать Дуан не собирался. Напротив, уголки его рта поползли вверх в злобной ухмылке. Он перевёл взгляд на едва приоткрывшиеся глаза Сонохары. Девочка встретилась взглядом с Наруто, и в её глазах читалось только одно: «Беги».

Бааам!

Жёсткий удар кулака Дуана обрушился на её голову, и девочка окончательно потеряла сознание, безжизненно повиснув в его хватке. Наруто застыл как вкопанный, его взгляд на секунду стал абсолютно пустым. Он понял, что Дуан сделал это специально. Чтобы показать власть. Чтобы доказать, что чужая слабость для него — лишь игрушка. — Да как ты смеешь... — тихо прошептали губы Наруто. Дуан, выросший в грязи бедных деревень иммигрантов, чётко усвоил: справедливость — в силе. Сила делает человека королем, а слабость — рабом. — ...Что ты сказал, букашка? — Дуан наклонился к Наруто, глядя на него сверху вниз. — Повтори. Наруто резко вскинул голову, и одновременно с этим движением его правая рука взорвалась молниеносным апперкотом. Подбородок Дуана встретил сокрушительный удар. Голова красноволосого откинулась назад, а глаза широко распахнулись от неожиданности. Наруто, слегка присев, тут же подпрыгнул, чтобы достать до лица гиганта, и нанёс второй хлёсткий удар в челюсть. Эффект был отличным: Дуан пошатнулся, сделал несколько неловких шагов назад и повалился на пол. Зажав разбитый нос, из которого хлынула кровь, он просидел так несколько секунд, прежде чем подняться с каменным выражением лица. Дуан молча уставился на Наруто. Его голубые глаза были полны ледяной решимости. Сделав шаг на среднюю дистанцию, Дуан криво ухмыльнулся и облизал губы: — И как мы до этого дошли? Но ты явно стал сильнее, Наруто. Если признаешь ошибку и поклонишься мне, я пощажу твою жизнь. В ответ Наруто молча поднял руку и показал ему средний палец. Он никогда не склонится перед тем, кто строит свою силу на чужих слезах. На лбу Дуана вздулись вены, он с хрустом сжал кулак: — Ты... до самого конца не меняешься, Узумаки... Разозлённый "лидер" бросился вперёд, мгновенно сократив дистанцию до нуля. Его тяжёлый кулак полетел прямо в лицо Наруто. Блондин контролировал ситуацию, но детское тело немного запаздывало — Узумаки успел уклониться в миллиметрах от удара, заставив зрителей ахнуть. Дуан оскалился — Ну конечно, ведь нет удовольствия драться с тем, кто слабее тебя! Скорость его реакции была поразительной. Наруто попытался разорвать дистанцию отскоком, но Дуан железной хваткой перехватил его за руку и с силой крутанул, отправляя в воздух.

Тудух!

Наруто тяжело рухнул на спину. От удара из его рта вырвался хрип вместе со сгустком крови. Не давая Узумаки опомниться, Дуан уже заносил ногу для добивающего удара, но Наруто в последний момент успел уйти в сторону резким перекатом. Тяжёлый сапог Дуана врезался в пол, пустив по покрытию трещины. Наруто, преодолевая боль, вскочил и пробил жёсткий встречный удар в область печени, рассчитывая свалить гиганта. Но Дуан успел заблокировать выпад своей огромной ладонью. — «Ничего, у меня есть вторая!» — промелькнуло в голове Наруто, и его левый кулак полетел точно в нос врагу. — «Попался!» Но рука прошла в миллиметрах от цели и тут же была намертво перехвачена железными пальцами Дуана. Наруто рванулся всем телом, пытаясь высвободить кисть, но хватка лишь усилилась, кости ладони отозвались дикой болью, а в следующий миг раздался отчётливый, жуткий хруст. — Аааааа! — Наруто не смог сдержать крик. Пальцы левой руки были сломаны, кисть мгновенно отказала, превратившись в очаг пульсирующей боли. И тут Наруто потерял опору под ногами — Дуан просто поднял его за сломанную руку в воздух. Прежде чем блондин успел что-то предпринять, Дуан резко дернул головой вперед. Мощный удар лбом в лоб ошеломил Наруто. В глазах потемнело. Он пришёл в себя от новой вспышки боли — его маленькое тело с силой швырнули на платформу. Чтобы сбить дезориентацию, Наруто специально дернул поврежденную левую кисть. Резкий болевой шок сработал как адреналин, вернув мыслям чёткость. — «Он реально собирается меня убить. Но я не сдохну в этой дыре. Не имею права», — Наруто стиснул зубы. Дуан медленно подходил к нему, уверенный в своей победе и полностью потерявший бдительность из-за спеси. И кулак Наруто во второй раз сокрушительно врезался прямо в его лицо.

Буум!

Лицо Такэторы Дуана окропила его собственная кровь. От силы удара парень покачнулся. Наруто, как сообразительный тактик, не дал ему опомниться и сразу бросился развивать успех. Но Дуан среагировал быстрее, мгновенно отбросив всю гордость. Поняв, что на кону стоит его "лидерство", он нанёс резкий, яростный пинок наотмашь точно в корпус Наруто. Блондин отлетел назад и несколько метров катился кубарем по земле. Его рот стремительно наполнялся кровью. Выплюнув её, он попытался подняться, но на его грудь опустилась тяжёлая подошва. — Лежать... — глухо бросил Дуан. Давление на грудную клетку мгновенно возросло, перекрывая кислород. А затем послышался ужасный хруст рёбер. — Аааааа! — завопил Наруто. Красноволосый присел на корточки прямо перед лицом поверженного Узумаки и начал безжалостно вбивать его голову в пол серией коротких, тяжелых ударов. Наруто едва мог дышать, лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, глаза слипались. Но даже сквозь эту адову боль он смотрел на Дуана с глухим, яростным презрением. Его дух не был сломлен. Собрав последние силы, Наруто резко выплюнул скопившийся во рту сгусток крови прямо в лицо Дуану. Красноволосый яростно перехватил его за шею, поднимая кулак высоко вверх для финального удара. Но в этот момент его руку перехватили так, что он не смог даже пошевелиться. — Достаточно, — раздался холодный, властный приказ Генерала Шумермана. Узумаки Наруто, из последних сил приоткрыв окровавленные глаза, прохрипел прямо в лицо Дуану — ...Пошёл к чёрту. После чего его тело окончательно обмякло, и он потерял сознание.

***

Два дня спустя. Лабораторный комплекс «Альсии», скрытый за массивными гермозатворами глубоко под тренировочными залами. В помещении царил полумрак, нарушаемый лишь неоновым свечением мониторов и мерным писком медицинских датчиков. В воздухе стоял устойчивый химический запах формальдегида и озона. Генерал Шумерман стоял у огромного бронированного стекла, за которым в изолированном вольере лежали растерзанные тела подопытных крыс. Эксперимент, длившийся последние недели, наконец подошёл к своему завершению. — Поразительно... — раздался из темноты тихий, шипящий голос. Из тени медленно выступил Орочимару. На его бледном лице играла змеиная улыбка, а сузившиеся зрачки лихорадочно блестели. — Первая сотня образцов препарата просто выжигала нервную систему подопытных, заставляя их убивать друг друга в слепом безумии. Но этот последний состав... Доктор Фриренде, стоявшая у главного терминала, быстро застучала по клавиатуре, выводя на экран графики стабильности клеток. — Мы совершили множество проб, Генерал, — устало, но с явным торжеством в голосе произнесла женщина. — Девяносто девять неудач. Множество смертей и отторжений. Но сотая модификация сыворотки оказалась верной. Клетки не просто выдержали нагрузку — они начали регенерировать с пугающей скоростью, адаптируя организм к запредельным физическим перегрузкам. Стабилизация — сто процентов. Шумерман удовлетворённо кивнул. Его лицо, обычно каменное и холодное, на мгновение дрогнуло в хищной усмешке. Все эти колоссальные ресурсы, влитые в подземный бункер, все эти жестокие тесты над детьми по протоколу «Спарта» — всё это было ради одного-единственного результата. И теперь этот результат лежал перед ним на мониторах. — Отличная работа, Фриренде. Орочимару, твои наработки по модификации чакры пришлись как нельзя кстати, — произнёс генерал, разворачиваясь к рабочему столу. — Рад быть полезным, Шумерман-доно, — Саннин слегка наклонил голову, хотя в его глазах читался собственный, чисто исследовательский интерес. — Но сыворотка — это лишь половина дела. Вам нужен сосуд. Кто-то, чьё тело способно выдержать этот состав в долгосрочной перспективе, не превратившись в бесформенную массу. Обычный ребёнок сгорит за неделю. Шумерман ничего не ответил. Он подошел к сейфу, приложил ладонь к биометрическому сканеру и после тихого щелчка достал плотную, абсолютно чёрную папку со зловещей маркировкой на обложке:

«ПРОЕКТ: КРАСНЫЙ БАРОН»

Генерал положил папку на стол и медленным, аккуратным движением открыл первую страницу. На Орочимару и Фриренде мертвым глянцевым блеском заиграла прикрепленная к личному делу фотография. Снимок семилетнего мальчика со взъерошенными светлыми волосами и тремя полосками-усиками на каждой щеке. Узумаки Наруто. — Первый кандидат, — холодно произнёс Шумерман, постучав пальцем по фотографии блондина. — Его показатели выносливости превосходят всех в этом блоке. Бой два дня назад это доказал. Дуан ломал ему кости, но его дух и воля к жизни не снизились ни на один процент. А его происхождение гарантирует нам феноменальную регенерацию, которая сдержит побочные эффекты сотого состава. Орочимару тихо рассмеялся, обнажая острые зубы — Мальчик Четвёртого Хокаге... Какая ирония. Минато думает, что его сын просто просиживает штаны в архивах, пока вы растите из него идеальное оружие под его собственной деревней. Наруто выживет, Шумерман. Этот мальчик удивит нас всех. — Ему придётся выжить, — отрезал Шумерман, закрывая папку. Он на секунду замолчал, глядя на Фриренде, которая уже собиралась ввести команду в терминал, а затем медленно расстегнул плотную манжету своей военной формы и закатал рукав. — Но сотого состава всё ещё недостаточно. Баланс слишком хрупок, его собственная кровь начнёт отторгать чужеродные компоненты, как только он придёт в сознание. Орочимару заинтересованно замер, подавшись вперёд. Генерал хладнокровно взял со стола стерильный шприц-дозатор, ввёл иглу себе в вену и потянул поршень на себя. Тёмно-бордовая, неестественно густая кровь Шумермана медленно заполнила прозрачную колбу. — Моя кровь послужит идеальным стабилизатором, — ровным, лишённым эмоций тоном произнёс генерал, отсоединяя шприц и передавая его Фриренде. — Небольшая доза. Смешай её с сывороткой перед подачей в капельницу. Мои гены свяжут препарат, подчинят его чакру и заставят структуру «Красного Барона» прижиться в его теле безболезненно. Он станет продолжением моей воли. Глаза Орочимару пугающе расширились, а на бледном лице отразился чистый восторг: — О-о-о... Вы делитесь с ним собственной кровью, Шумерман-доно? Потрясающе. Мальчик Четвёртого Хокаге, несущий в себе наследие Генерала Альсии... Теперь его перерождение неизбежно. Фриренде бережно приняла шприц, её руки слегка подрагивали от осознания масштаба происходящего. — Я лично проконтролирую смешивание и введу состав в систему палаты номер четыре, — твёрдо произнесла она и поспешила к медицинскому шлюзу. — Дозировка будет минимальной и непрерывной. Тело Узумаки начнёт меняться прямо сейчас, пока он без сознания. Орочимару проводил Фриренде долгим, немигающим взглядом змеиных глаз. В его голове, подобно шестерёнкам сложного механизма, одна за другой выстраивались новые, куда более амбициозные цепочки мыслей. Бессмертие. Идеальное, нестареющее тело, способное выдержать любые объёмы запретных знаний. Вот что всю жизнь двигало легендарным Саннином. И прямо сейчас, на его глазах, Шумерман своими руками создавал шедевр биологической инженерии. Тело Узумаки — уже колоссальный приз благодаря их природной жизненной силе, но теперь, скрещённое с сотым составом сыворотки и стабилизированное кровью самого Генерала... Это было слишком искусительно, чтобы просто отдать его «Альсии». — «Какая восхитительная ирония, — Орочимару мысленно рассмеялся, бережно скрывая свой восторг под маской привычной вежливости. — Ты растишь оружие для себя, Шумерман, но даже не подозреваешь, что готовишь для меня идеальный сосуд. Когда этот мальчик вырастет, его тело станет моим величайшим триумфом». Саннин повернулся к генералу, его голос зазвучал мягко, почти вкрадчиво: — Шумерман-доно, Проект «Красный Барон» требует не только физической закалки по вашей спартанской системе. Мальчик должен безупречно владеть искусством шиноби — ниндзюцу, гендзюцу, скрытностью, тактикой ликвидации. Алан — хороший солдат, но он мыслит как наёмник, а не как мастер тени. Шумерман слегка прищурился, поворачивая голову к союзнику: — К чему ты клонишь, Орочимару? — Позвольте мне лично заняться его обучением на стыке двух миров, — змей наклонил голову, а его длинный язык на секунду промелькнул между бледных губ. — Я обучу его тому, чему не учат в Академии Конохи. Я сделаю его ум таким же острым и смертоносным, как и его новое тело. Вы получите идеального лидера для своих подземных войск, а я... просто удовлетворю своё скромное исследовательское любопытство. Генерал Шумерман несколько секунд молча всматривался в бледное лицо Саннина. Он прекрасно знал, что Орочимару — эгоистичная тварь, преследующая лишь свои скрытые мотивы, но прямо сейчас их интересы совпадали. «Альсии» действительно был нужен не просто сильный боец, а гений, способный оперировать техниками высшего ранга. — Хорошо, — глухо ответил Шумерман. — Как только сотый состав полностью усвоится и Фриренде даст зелёный свет, ты получишь к нему доступ. Но помни, Орочимару: Наруто — ключевой элемент моих планов. Если твои «эксперименты» повредят его разум или разрушат структуру «Барона», наше сотрудничество закончится. Очень быстро и очень болезненно. — Разумеется, Генерал... О его сохранности вы можете не переживать, — Орочимару тихо и зловеще зашипел, скрываясь в темноте коридора. Шумерман остался один у терминала. Он бросил короткий взгляд на экран, где высвечивалось время восстановления тканей мальчика — Наруто предстояло пролежать в медикаментозном сне ещё как минимум несколько дней. Генерал нажал кнопку внутренней связи на пульте: — Капитан Алан. На связи. — Да, Генерал? — мгновенно отозвался динамик. — Объект "001" без сознания и переведён на Проект «Красный Барон». Ближайшую неделю он проведёт в капсуле. Активируйте протокол подмены. Нам нужно заменить Наруто на поверхности. — Понял вас, сэр. Подготовить клона или задействовать шпиона под техникой трансформации? Четвёртый Хокаге редко заглядывает к мальчику, но АНБУ Конохи могут что-то заподозрить. — Используйте подготовленного оперативника, — холодно распорядился Шумерман. — Его задача проста: пусть фальшивый Наруто изредка появляется на улицах Конохи, берет продукты в лавках и изображает привычное одиночество. Никаких лишних контактов, особенно с библиотекой. На поверхности никто не должен догадаться, что настоящий Узумаки Наруто прямо сейчас перерождается в наших лабораториях. — Будет исполнено, сэр. Протокол запущен. Шумерман отключил связь. На поверхности Коноха продолжала жить своей привычной, залитой солнцем жизнью, даже не подозревая, что по её улицам ходит чужак, пока настоящий сын Четвёртого Хокаге менялся на молекулярном уровне глубоко под землёй. Продолжение следует…