Глава 5. "Девушка, которая жила в воздушном замке"
17 мая 2021 г., 00:33
Лиза обняла Влада и, чуть помедлив, сказала:
— У тебя есть друзья: те, на кого ты можешь положиться, и те, кому ты можешь доверять. Это люди, которые примут тебя таким, каков ты есть. — Девушка подняла глаза и продолжила мягко, но уверенно: — Доверься нам, не надо нести всё в одиночку.
Дэн улыбнулся и подошёл к ним. До недавнего времени парень не знал значения слова «друг». Он ошибочно разбрасывался им, применяя к любому подхалиму, который просто хотел от него денег. Но сейчас… Сейчас Дэн смог бы наверняка сказать, что значит для него дружба. Она видна в поддержке, в смехе и уважении. Она видна в них, в этих замечательных людях, которые окружают его. И он хотел… Он надеялся стать достойным другом.
— Она права, очкарик! — Дэн хлопнул парня по плечу. — Ты можешь на нас положиться.
Влад улыбнулся слабо, но искренне, с таким облегчением, словно впервые начал дышать свободно. Он освободил одну руку и заключил Дэна в объятия.
— Конечно! — студент ухмыльнулся. — Мы знаем самые неприятные тайны и страхи друг друга. С таким-то компроматом… О каком недоверии может идти речь, м?
— А ещё меня токсичным называли… — буркнул Дэн, но отстраняться не стал.
Чуть помедлив, к ним подошла Оксана Кирилловна. Одной рукой она обнимала Ило, а второй теребила подол пальто.
— Прошу, прости меня, Влад, — женщина неуверенно подняла глаза и продолжила: — Я испугалась и действовала… опрометчиво, так и не разобравшись в ситуации. Я верю, что ты и… Жук — больше не один и тот же человек. Прости меня.
Друзья удивлённо посмотрели на Оксану Кирилловну. Спустя пару секунд ошарашенный Влад аккуратно протянул руку и дотронулся до её плеча.
— Я ни в чём вас не виню, Оксана Кирилловна. Вы не могли поступить иначе, ведь на вас была ответственность за другого человека, — парень улыбнулся, и когда получил ответную улыбку, продолжил: — Я сам испугался, потерял доверие к самому себе. Я… начал ненавидеть себя. Поэтому я понимаю вас, — он склонил голову перед ней. — И благодарю, что приняли меня таким.
В маленькой комнатке повисло уютное молчание. Вдруг Дэн шумно выдохнул и навалился на друзей. Адреналин, что поддерживал его все это время, иссяк, и парня резко подкосило от боли. Отбитые бока и придавленная нога напомнили о себе.
— Боги, Дэн, как ты? — всполошилась Лизка, придерживая его и помогая добраться до скамейки.
— Чёрт, да тебя неплохо отделали! — нервно воскликнул Влад, осматривая пострадавшего.
— Да, знаешь, твои друзья те ещё…. — Дэн хотел договорить, но, поймав взгляд медика, тут же умолк. — Ладно, проехали!
Влад полез за аптечкой, всё той же, которой он лечил Оксану Кирилловну. Им повезло, что медикаментов ещё было достаточно.
«Если мы продолжим калечиться такими же темпами, то дальше придётся туго» — нервно подумал студент. — «Надо поторапливаться».
— Теперь нам нужно решить, что будем делать дальше, — заключил Влад, обрабатывая повреждения.
— Да, но сначала не помешало бы узнать, чье испытание будет следующим, — парировал Дэн.
— Не то чтобы у нас осталось много вариантов, — нервно улыбнулась Лизка, глядя то на Ило, то на Марго.
Оксана Кирилловна нахмурилась и тут же закрыла цыганёнка спиной, сделав шаг вперёд.
— Не нужно приписывать сюда Ило! Он ещё ребенок, и у него не может быть испытания!
— Извините! — тут же отступила девушка и примирительно подняла руки.
— Без обид, малёк! — кивнул Ило Дэн, заработав гневное шипение от медика и обещание долгих мук, если он ещё раз дёрнется.
На секунду повисла тишина, а потом все снова посмотрели на Марго. Девушку пробрала дрожь. Почему это все на неё уставились, будто только она во всём виновата? Она не должна им ничего рассказывать!
— Не смотрите так на меня! — огрызнулась она, отступая к стене.
— Пожалуйста, Марго, ты должна нам рассказать, — мягко начала Оксана Кирилловна. — Испытание затрагивает не только тебя, оно может причинить боль другим…
Женщина кивнула на Дэна, невольно прикасаясь к собственному боку.
— Просто скажи нам, к чему быть готовыми, пожалуйста, — тихо добавила Лиза.
— Почему вы думаете, что будет моё испытание? Может, это испытание Ило! — повысила голос Марго, одной рукой указывая на мальчика.
— Он ребёнок, Марго. И не испорчен, как мы! Даже если и будет испытание, то точно не такое ужасное, как у нас! — пока Оксана Кирилловна говорила, Лиза нервно улыбалась, вспоминая свои детские кошмары. Они были явно хуже пары монстров. — Ты осталась последняя, Марго.
В накаляющейся атмосфере девушка чувствовала себя загнанной в угол. Зачем они прицепились к ней? Почему у мальчишки не может быть испытания? Да с чего они взяли? Кто они такие, чтобы она им рассказывала? Что они сделают? Утешат её, скажут ей слова поддержки? Знаем, проходили уже! Это ничего не исправит и не заглушит боль, сидящую внутри.
— Марго, мы все тут многое пережили, и это помогло нам многое понять и переосмыслить, а главное — мы все стали командой, так почему ты не доверяешь нам? — Лизка сделала пару шагов к Марго, примирительно подняв руки. — Попробуй так сделать, и ты сама увидишь, насколько легче тебе станет. А мы будем знать, к чему нам готовиться.
— Мне не станет легче! Эту боль нельзя заглушить, а ваши нравоучения мне не помогут! Мне ничто не поможет, и я не собираюсь ничего рассказывать вам! — Марго говорила вполне твердо, хоть голос у неё и начинал дрожать. Почему все разом ополчились на неё? Они ей не друзья и не приятели. И то, что они многое прошли и хорошо узнали друг друга, не означает, что они стали ей близки. Откуда здесь, чёрт возьми, так много этих дружбо-магических розовых соплей? Эти люди всё равно не поймут её боли. У них такого не было.
Тяжело вздохнув, Влад оторвался от Дэна и окинул девушку холодным и пристальным взглядом.
— Девочка, тебе не надоело ныть? — хмуро спросил он. — Ты не задумывалась о том, что сама вбиваешь гвозди в крышку собственного гроба? С самой первой встречи ходишь вся такая отстраненная, бедная, и твердишь об одной боли, не обращая внимания на то, что мы находимся в чёртовом фильме ужасов? — его голос вдруг из тихого и вкрадчивого стал насмешливым. — Хорошо-хорошо, давай по-другому! Забей на нас, Маргарита, подумай только о себе. Не осуждаю, знаю, что для каждого важнее он сам и его эго. Только вот выживание каждого из нас зависит от того, насколько хорошо мы будем действовать сообща. И сейчас своим эгоизмом ты топишь общую лодку.
— Вот именно, Марго, ты должна рассказать нам, если не ради общего выживания, то хотя бы ради своего! — попыталась образумить девушку Оксана Кирилловна.
Марго стояла, как оцепеневшая. Да как Влад посмел так унизить её! Что он о себе возомнил?! Думает, что он самый умный? Думает, так легко справиться с болью! Да он никогда не испытывал то, что испытала Марго. Его сердце не рвалось на части, его мир не разбивался на части. Ничего этого не было, а он еще смеет судить её! Да если бы не они все, она бы не вляпалась в эти испытания.
— Да может мне пофиг на своё выживание, и уж тем более на ваше! — вылетело у Марго, и она тут же замолкла. Девушка хотела сказать совсем другое.
Ило замер, неверяще глядя на разыгравшийся спор. Они, те люди, которые, как он считал, находились выше потакания своему эгоизму… Они сами предлагали поддаться сиюминутной выгоде. Почему?.. Они ведь доказали, что выше этого, выше навязанных страхов…
Мальчик почувствовал, как глаза начало щипать. Он проглотил всхлип и сделал шаг назад. Потом ещё один и ещё, пока не упёрся спиной в дверь диспетчерской. Оксана Кирилловна была настолько увлечена спором, что даже не заметила этого.
— Почему вы такое говорите? — зашептал он, и всхлип сорвался с его губ. Ило зажмурил глаза, чувствуя, как по щекам катятся слёзы, и уже громче спросил: — Зачем вы предаёте себя?
И после, не оглядываясь назад, развернулся и побежал.
Слова повисли в тишине, воцарившейся в маленькой комнатке. Оксана Кирилловна глупо посмотрела на свою пустую ладонь, где минуту назад была рука мальчика и, встрепенувшись, попыталась его окрикнуть, но была перебита Марго. Переполненная гневом и обидой, девушка рванула за ребёнком, бросив на бегу: «Я найду его и докажу, что это не моё испытание!» — после чего скрылась во тьме метро.
— Дура! — в сердцах крикнул Влад и вскочил с места. Обернувшись к друзьям, он отдал команду: — За ними, живо!
* * *
Почему Ило убежал? Что не так с этим мальчиком? У ребёнка не может быть испытания? Бред, конечно, у него не будет такой боли, как у Марго, но это не отменяет возможности существования самого эпизода. Теперь она должна найти мальчика раньше, чем все остальные. Она снимет с себя все подозрения! Хоть Марго и выбежала из диспетчерской прямо за Ило, она все равно быстро потеряла парнишку. Оказавшись возле турникетов и окинув взглядом зал, она кинулась в сторону подземных переходов. На самом деле, Марго и предположить не могла, куда мог побежать мальчик. Но ей необходимо было добраться до него быстрее, чем это сделают остальные. «У ребенка не может быть испытания», — ну да, ну да, как же. Страхи есть у каждого, возраст не имеет значения. Содержание их, конечно, может отличаться, но… страх и ошибки есть у каждого. Но почему все ополчились на неё? Чем она хуже этого мелкого? Какой смысл им что-то рассказывать? Они не смогут помочь! Нельзя починить то, что не знаешь, как устроено. Свет в бесконечных переходах становился всё тусклее, а стены всё уже. Темнота обступала Марго со всех сторон, заставляя ежиться от холода. Девушка втянула голову в плечи и поплотнее запахнула чужое пальто. Шаги и тяжёлое после бега дыхание оставались единственными звуками в гулкой акустике тоннелей. Лампы над головой тревожно мигнули, но в красный не окрасились. Хорошо, возможно, сбегать одной в пространство, меняющееся каждую минуту, было не очень разумно с её стороны. Девушка свернула с очередной развилки и задумчиво выдохнула облачко пара, понимая, что температура значительно упала. Возможно, это все-таки была чертовски большая ошибка. Но Марго в этом ни за что не призналась бы. — Ило-о-о! — закричала девушка в пустоту, и её голос эхом разнёсся по туннелям. Глупости, конечно же, он не отзовется. Может, стоит заглянуть в одно из технических помещений? Но только Марго приготовилась потянуть за ручку двери, как эхо её голоса внезапно вернулось назад. — Ило-о-о… Девушка дёрнулась и обернулась. Какого чёрта? Она сейчас не издала ни звука! Вторя эху, за дверью начали работать механизмы и греметь насосы. — Ило-о-о, Ило-о-о! Гремело эхо в узких, как кишки, туннелях, смешиваясь с механическим грохотом и жужжанием механизмов. Марго бежала, будто звук мог на неё напасть, и чувствовала, как задыхается от паники, холода и бега. Сердце стучало в ушах, когда девушка пробиралась через трубы и свисающие с потолка провода, но каждый раз она вылетала на одну и ту же развилку. Она ходила по кругу! Чёрт, чёрт, чёрт! Зачем она ушла ото всех? Куда, куда теперь бежать? Ей невозможно страшно. Кто гонится за ней? И почему именно за ней? Это испытание Ило уже началось? Нет, нет она не хочет умирать. Не из-за такой дурацкой ошибки! Надо было идти искать мальчишку с остальными. Может, его вообще уже нашли, а про неё и забыли. И она умрет здесь одна. Сквозь шум и хаос прорвался новый звук, и Марго остановилась. То ли у неё совсем съехала крыша, то ли она отчетливо слышала чьи-то всхлипы. Девушка сделала ещё пару шагов и опять вышла на неизменную развилку. Там, под тусклой лампой, сидел, сжавшись в комок, мальчик. И плакал. — Ило?.. Ребёнок вскинул голову, услышав тихий голос. Это действительно был Ило. Марго победно улыбнулась. Она успела. Она нашла его раньше всех. Но тут же ее улыбка угасла, когда девушка поняла, в каком мальчик состоянии. Ило, который всё их путешествие был отрешенным, почти безэмоциональным, сейчас плакал. — Они… они виноваты в её смерти… — вдруг прошептал Ило, смотря Марго в глаза. — Он-ни приходили и приходили… И-им б-было всё равно на неё… — он опустил голову, обхватив её руками. — И он-на умерла! Ошарашенная Марго стояла напротив. Что… что произошло у этого мальчика? Девушка тихо подошла к стене, опустилась на колени рядом с мальчишкой и легонько коснулась его рукой, но тот тут же отбил её, посмотрел зло, загнанно, как маленький дикий зверёнок, и то ли зашептал, то ли зарычал: — Н-ненавижу людей… — Почему ты ненавидишь людей? — тихо спросила Марго. — Они ис-спользуют… — Кого? — уточнила девушка, теперь уже точно убеждённая, что у Ило все-таки есть испытание. — Других, — сглотнул слёзы Ило, а потом добавил: — Всех, вообще-то. — Тебя использовали? — ребёнка всё же удалось приобнять. — Луладджи — маму… — Она умерла? — спросила ещё тише Марго, поглаживая мальчика по спине. Ещё чуть-чуть… — Они уб-били её… Хотя мама отдавала им всё… — Как они её убили? Давай же, расскажи, мальчик… — Они приходили и требовали, — говорил парнишка, — не обращали внимания на её состояние… Потому что им было на неё всё равно. — Куда они приходили? Тебе было страшно? — Марго заглянула ему в глаза. Девушку посетила мысль, что его мать могла быть нищей цыганкой, нелегально проживающей в городе и связавшейся с бандитами. Это бы объяснило её смерть. И мальчик мог стать свидетелем. А это дало бы подсказку об испытании. — Нет, мне было жалко маму! — ответил Ило, вытирая слёзы. — Они что-то сделали с ней? — не успокаивалась Марго. Ну же, говори! Пазл почти сложился! Ило вдруг замер, подавившись воздухом. Он наконец-то понял, почему Марго так обходительна. Ей не было жалко его, она не сочувствовала его утрате. Девушка только хотела разузнать все подробности, чтобы выжить на его якобы «испытании». — Ты такая же, как они! — вдруг глухо бросил Ило, не глядя на обманщицу. Он встал, сбросил её руку и сделал шаг назад. — Ты врёшь ради собственной выгоды… Тебе, на самом деле, всё равно. Марго поднялась следом и было хотела ему что-то ответить, но Ило продолжил, пятясь назад: — Тебя волнуют только свои проблемы! Из глаз мальчика текли слёзы, а сам он дрожал, как осиновый лист. Его последние надежды рухнули, оставляя его среди монстров, маленького и одинокого. — Ты, как они, проклятая манипуляторша! Девушку передернуло. Она не использовала никого ради своей выгоды! Она не такая. Она никогда так не делала. Да что вообще это мальчишка себе позволяет? Это она его нашла и была готова его выслушать, а не те, другие. Марго открыла рот, готовя гневную тираду, да так и застыла. Застрекотали лапы, и мир начал погружаться во тьму, в которой остался лишь голос, тихий и горький. Детский, но такой, что обиды в нём хватило бы столетнему старику. — Но я не такой. Моим монстрам… им я всегда отдам что-то взамен. Свет полился кровью в узкий коридор. Мальчик не улыбался и не смотрел в её сторону. Из чёрных зёвов проходов за его спиной на Марго смотрела плоть. Девушке стало так страшно, что она смогла только закричать. Плоть двинулась, заскрипели её сухожилия, длинные ломаные конечности с костяным хрустом ударились об пол. А потом она взвыла. Марго побежала. Пространство менялось прямо вокруг неё, но девушка неслась, балансируя на тонкой грани реальности. Сердце билось как сумасшедшее, легкие гудели от нехватки воздуха, она бежала без остановки, перепрыгивая через толстые трубы, ныряя в узкие проходы, а сзади её подгонял вой. Справа мелькнул проход, и Марго, не задумываясь, нырнула в него и захлопнула за собой дверь, задержав дыхание. Казалось, сердце девушки билось настолько громко, что ее с лёгкостью могли бы найти. Пусть это всё закончится…. Звуки постепенно стихали, но дыхание всё еще было тяжелым. Уже точно стало понятно, что испытание Ило началось. Они говорили, что такого не может быть. Но нет. Они ошибались, а она была права. Девушка нахмурилась, чувствуя противоречие. Почему Ило так спокойно стоял в окружении этих монстров? Почему сказал те странные слова, будто на другом языке?.. Успокоив дыхание парой вдохов-выдохов, Марго открыла глаза и осмотрела место, в которое попала: малюсенькое помещение с одинокой аварийной лампой под потолком, тонувшей в проводах и трубах, и больше ничего. Когда за дверью совсем всё стихло, девушка подумала, что здесь оставаться нельзя и нужно найти остальных. Если она попала в испытание Ило, то и они тоже. Марго обернулась обратно к двери, желая поскорее выйти наружу. Дверь. Где чёртова дверь? На том месте, где она была, осталась просто бетонная стена. Твою мать! Беглянка начала судорожно ощупывать руками стены. Холодный бетон обжигал ладони. Нет, нет, нет! Этого не может быть. Выхода больше нет. Она плакала. В маленьком пространстве стало слишком зябко, тело пробила дрожь. Если бы она не погналась за Ило… Но тогда она не смогла бы доказать, что и у него есть испытание. А теперь, наверное, они его точно уже нашли, а она… она просто тут умрет. Марго вытерла слёзы и второй раз стала шарить руками по бетонным стенам, в надежде, что дверь чудом появится. Выдохшись, она опёрлась о стену и сползла вниз. Девушка обхватила руками колени и заплакала. Она одна. Ей никто не поможет. Погасла лампа, и пространство схлопнулось. Кажется, Марго кричала. Тьма была хрустально чистой и мертвенно холодной. Она напомнила о могилах. Выпустите отсюда! Кто-нибудь… Это всё они виноваты, придурки! Если бы они не выводили её из себя… если бы они, вместо того чтобы ополчиться на неё, помогли допросить этого мелкого заморыша… Если бы они просто… Согласились принять её боль. С потолка назойливо стала капать вода, отмеряя минуты, часы, и Марго казалось, что она тонет в вязком, как патока, времени. Как трудно дышать в мире, где есть только звук. Кап. И сейчас своим эгоизмом ты топишь общую лодку! Нет, это не так! Она не эгоистка. Она ведь пыталась выслушать Ило, помогала Дэну. А могла бы просто этого не делать. Она… ну хорошо, она не была честна с Ило. Её тогда больше беспокоило, как не сдохнуть. Но разве это не естественное желание? Разве они сами так не говорили? И вообще, она понимает, что её выживание зависит от коллектива. Может, она и подвергла опасности окружающих, её вынудили! Она не эгоистка, нет, это они эгоисты, они хотели, чтобы она им все рассказала, но что бы изменилось? Ничего. Они все, даже Дэн, которому она помогла, восстали против неё. Почему она должна была им рассказывать? Что они сделали бы, когда узнали? Пожалели? И на этом всё! Ничего не вернуть, ничего не исправить. Ха, да они вообще-то бросили её, а сейчас, вероятно, уже нашли Ило. А её точно, точно решили бросить. Это они эгоисты. И её боли им не понять. Никогда. Какой-нибудь Лизе не разбивали вдребезги сердце. У нее была боль, но точно не та, что у Марго. Ни у кого из них не разрушался весь их мир, так просто, за одно мгновение. Нет. Кап. Копить и отрицать, строить иллюзии счастливой реальности — тактика с плохим финалом. Девушка не могла не переживать боль, ведь чем больше времени проходило, чем больше она мысленно возвращалась в тот миг, тем сильнее страдала. Она не отрицала её, боль реальна, и Марго не способна бороться с ней. Она же, в отличии от Лизки, не жила в мире иллюзий! То, что Он отравлял ей жизнь — не выдумка. О да, Марго помнит, как оправдывалась перед подругами за грязное платье после того, как он водил её в очередное «прекрасное» место. Да не интересен ей этот закат! Важнее, что там было грязно, сыро, и летала куча противных насекомых. Определённо, не то, чем можно похвастаться! Или когда ждала часами, приготовив прекрасный ужин. Он, понимаете ли, очередному своему дружку помогал. Реальность! Почему она осознала это только сейчас? Мир не рухнул в один миг. Он был гнилым всегда. Марго делала вид, что проблемы нет, рассказывала окружающим, натянув фальшивую улыбку, что всё отлично. И с такой же улыбкой говорила это и себе. Правильные девушки всегда прекрасны и счастливы. Они никогда не плачут. Возможно… возможно, она жила в иллюзиях, возможно, прятала и копила боль. Нет. Всё… всё не могло быть иллюзией. Он был реальным. Авантюрист, свободолюбивый со странным юмором, который так нравился её подругам — такой он был. Но не в её воздушном замке. Кап. Пока ты упиваешься болью, она так и будет пожирать тебя изнутри. Но эту боль невозможно заглушить! Марго не подвластна ей. Её мир потерял краски, сердце разлетелось на мелкие кусочки. Она была обманута другими и самой собой. Тогда. Тогда пустота и заняла все пространство. Как она могла смягчить это? Как могла заставить себя забыть его? Невозможно противостоять страданию, которое уже тебя поглотило. А как ещё ведут себя те, кого бросили? Плачут, слушают причитания подруг и родителей, которые утешают тебя и проклинают обидчика. Это правильно? Кап. Ты как они, проклятая манипуляторша! Но она не манипулирует людьми. Да, ей хочется, чтобы её пожалели. Как им может быть не жаль её, ведь они видели, как она страдает. Она же это хорошо показывала. Но… на самом деле, она хотела рассказать кому-то, что с ней произошло, но ей просто нравилось, как они сами добивались этого, и сколько внимания ей уделяли. На самом деле, она наслаждались этим. Ведь она была главным героем момента. Чёрт. Да, она все-таки манипулировала ими, упиваясь собственной значимостью. И если задуматься… а кто Марго без этого? Она… она ведь жила только ради внимания других. Вела себя так, как повела бы себя правильная девушка. Это всем так нравилось. Да, получается, что она гребаная актриса театра имени самой себя. Больше у неё ничего нет. Родители, которых интересует только то, что они выглядят счастливой семьёй, подруги, с которыми надо контролировать собственный язык, чтобы не поползли никакие слухи, да университет с нудной педагогикой, в который она поступила потому, что… ну, так от неё ожидали. Это была правильная специальность. Но за ней самой, за её жизнью и опытом нет ничего. Только раздутое эго. Она отвратительна… Кап. Знаешь, красотка, чтобы там у тебя не произошло, только ты решаешь, как относится к своей проблеме. И как же к ней относиться? Как относиться к разбитому сердцу? К разорванной душе? К поглощающей боли и ощущению собственной никчёмности? Забыть всё и жить дальше? А это возможно? Нет, конечно, нет. Даже не с осознанием того, что жизнь ещё хуже, чем она думала, а с тем, что в этом виновата она сама. Это нельзя решить или исправить, не руками такого пустого человека, как она. Всё, что у неё осталось — ненастоящее и бессмысленное, даже… она сама. Дэн, с этим невозможно что-то сделать… — Жалко выглядишь! — вдруг сказал чей-то голос. Мигнул и разгорелся тусклый алый свет. Девушка подняла голову вверх и сразу же закрыла рот ладонью, чтобы не закричать. Перед ней стояла она же. Только что-то было не так. Вроде бы точно такая же, но подбородок приподнят, взгляд смотрит прямо, и в нём нет ни капли страха. Волосы, хоть и растрепаны, но выглядят куда аккуратнее, чем у настоящей Марго. Пятна, оставшиеся от макияжа, вроде есть, но лицо выглядит чище, чем у неё настоящей. Даже пальто Дэна, которое сильно велико, сидит на двойнике как влитое. Она вся лучше. — Забилась тут, как маленькая мышка, — скучающе бросил клон, возвышаясь над оригиналом. Марго молчала, ошарашенная, даже не в состоянии пошевелиться. — Кстати, ты ничего не потеряла? — ехидно спросила копия, и вытащила из кармана плаща записку. Ту самую. Марго пробило током. Нет-нет-нет!«Прости, солнце, что пишу это так. Мы слишком разные и слишком волевые, чтобы принять всё как есть. Мы утягиваем друг друга на дно. Я хочу это закончить. Я уехал за мечтой, в своё дальнее путешествие. Надеюсь, ты найдешь кого-то достойного себя — ты заслуживаешь счастья. Прощай, и удачи тебе, Рита.»
— Да, и он не выдержал, хотя держался дольше всех, — задумчиво рассуждала лже-Марго, сминая послание в руках. — Эх, а ведь он был таким удобным! Хорошенький, наивный, нравился и родителям, и перед друзьями было кем похвастаться, правда же? Марго не верила своим ушам. Что она, чёрт возьми, несёт?! — Замолчи! — крикнула настоящая, но тут же прикусила язык и пожелала об этом. Это испытание Ило, а не её. Это его испытание! — А помнишь, как Макс повел нас на крышу? Как говорил, чтобы мы не боялись, и крепко держал нашу руку! Он был сумасшедшим романтиком, — вслух вспоминала лже-Марго, прикрыв от удовольствия глаза. — А помнишь как нам это надоело, и он ради нас отказался от того, что так ему нравилось? Да, он был хорошим мальчиком. Марго не могла ответить. Всё было не так! Просто её пугали заброшки, а Макс постоянно ошивался там. Лазил по крышам и приглашал её с собой, хотя девушка боялась высоты (да и вообще, это небезопасно и незаконно). Устраивал походы, хотя она терпеть не могла природу. И, в конце концов, он отказался и от этого. Нет, не из-за неё, а ради неё. — Ох, а вспомни, как мы ему готовили и ждали его каждый день, а он стал опаздывать к ужину или вообще не приходить, оставаясь ночевать в общаге, — продолжала копия. Марго и вправду любила готовить, и поначалу Макс всегда приходил к ней на ужины, но потом всё чаще стал находить отговорки: то он с друзьями в общаге поел, то в столовке. А ведь Марго всегда так старалась для него! И всегда ждала. Девушка вспоминала, прокручивая в памяти все их счастливые ужины. Милые беседы, вкусная еда. Она внезапно остановилась. Нет, в действительности все было не так. Уставший молодой человек, её монологи и вкусная еда. Марго не помнила… она не помнила, чтобы когда-нибудь слушала. Он… он из-за этого стал избегать ужинов?.. — О, а помнишь его друзей, тех странных хиппи, или как их там? Странно одевались, бренчали на своих гитарках — чудики, да и только. Только эти чудики постоянно уводили Макса! Если бы его увидели в этой компании наши друзья или родители, то это точно плохо бы отразилось на нашей репутации! И что же мы сделали? Мы избавились от его друзей. Рассорить было несложно, потому что Максу не нужна была такая компания. Это портило его. И у него были мы, — подделка скомкала бумажку и выбросила её в темноту. Это было не так, Марго не разбивала их компанию. Они сами все перессорились, потому что им не нравилась Марго. И Макс защитил её и остался с ней. — Такой идеально приручаемый парень, созданный нами, взял всё-таки и бросил. Скотина, подорвал нам всю репутацию. Все труды насмарку! Эх, он был идеально созданным Кеном. Он даже как-то особо и не сопротивлялся, не то, что предыдущие, Сережа и Глеб. Они бы не поддались нам, и с ними было не выстроить идеальную картинку. А как же Настя завидовала, м-м-м… Она даже пыталась увести Макса. Наивная, он был создан нами, он был нашей игрушкой. — Что ты несёшь?! Замолчи, замолчи, грёбаный монстр! — закричала Марго, вскакивая на ноги. Она оказалась в сантиметрах от самой себя, смотревшей гордо и без капли раскаяния. Другая Марго рассмеялась. Казалось, её смех стал отдаваться по всему помещению, будто стены смеялись тоже. Девушку охватила дрожь, и она вжалась в стену. — Ты ещё не поняла? — улыбнувшись, спросила копия. — Я — это ты! Ты и есть монстр, Маргарита! — Нет, это не правда! — замотала головой Марго. — Манипуляторша и стерва. — Замолчи, замолчи! — закричала девушка и закрыла уши, чтобы ничего не слышать. — Я не такая, я отказываюсь в это верить! — Ты пользовалась ими! Тебе было удобно! — чеканя слова, говорила лже-Марго. Холодная, как лёд, красивая, как зима. Она не была лучшей копией Марго, она была настоящей Марго. Той, кем она была всегда. — Почему ты не признаешься в этом самой себе? Почему ты убегаешь от правды? Прими себя… или я займу твоё место! В одно мгновение копия оскалилась и кинулась на оригинал. Марго чудом успела отскочить в сторону, больно ударившись обо что-то рукой. Ручка, это была ручка от двери! Дверь открыта! Девушка что было сил толкнула её плечом и выбежала из комнаты.* * *
Место было странным и удушающе безнадёжным. Тихие, словно подземные склепы, переходы сменялись шумными и ревущими техническими отсеками. Они снова проходили через депо, но такое маленькое и несуразное, что там с трудом помещалась пара поездов, выходили на станции, причудливые и разные, будто собранные из разных кусков, будучи то слишком большими, способными вместить в себя хоть целую улицу, то нелепыми, обрубленными на половине или даже на трети, позволяя заглянуть за край чернеющей бездны. Тоннели, узкие и широкие, наполненные трубами или пустые, могли меняться прямо у них на глазах, обрубая всякую надежду вернуться назад. Оксана Кирилловна неслась впереди, злая и решительная. Взволнованная Лиза, передавшая ей свой фонарик, придерживала хромающего Дэна, а Влад, постоянно оглядываясь, замыкал строй. они не знали, где искать Ило и Марго. Друзья давно запутались в бесконечной системе тоннелей и переходов, но не могли позволить себе остановиться. А ещё было непонятно, чьё же испытание началось. Оксана Кирилловна прибавила ходу, но была остановлена мягким голосом сзади. Запыхавшиеся Лиза и Дэн пытались отдышаться, а Влад аккуратно придержал женщину за плечо. — Не волнуйтесь, с Ило не могло ничего случится. Возможно, его уже нашла Марго. — Это может быть опасно! А вдруг сейчас начнется её испытание? А он ребёнок, он беззащитен! — нервно размахивала руками женщина. Она действительно беспокоилась: что сможет сделать маленький мальчик? Один. Он и так уже слишком много повидал здесь, но всегда был под её защитой. А теперь? Где он? Что с ним? Почему он вообще убежал? — Не переживайте, Ило храбрее всех нас вместе взятых, он точно не пропадёт! — улыбнулась ей Лиза, но её улыбка тут же сползла, когда она вспомнила заплаканные глаза ребёнка перед тем, как он выбежал из диспетчерской. — Интересно, что мы такого сказали? — Разве не понятно, что у него тоже далеко не всё в порядке? — раздражённо хмыкнул Дэн. — Один в метро, в наше-то время. Да и видели, как он смотрел на всех? Как загнанный зверь, напуганный, но готовый разобраться с любым, кто пересечёт границы. И это, блин, явно не из-за школьных хулиганов, — на этих словах Оксана Кирилловна вздрогнула и опустила взгляд, чувствуя, как всё внутри заполняется ненавистью к самой себе. Она и не заметила… сначала была обеспокоена разговором по телефону, потом — всей ситуацией в целом. Конечно же, она беспокоилась об мальчике, но даже не находила в себе сил поговорить с ним. Женщина сжала кулаки, понимая, что всё это время боялась ещё большей ответственности. — Для шкета, пережившего и так много ужасов здесь, наш спич о эгоизме стал последней каплей, вот он и не выдержал, — хмуро закончил парень. — Бедный ребенок, тут и взрослый может свихнуться! — проговорила Лиза, тяжело вздыхая. — Чёрт, к сожалению, мы потеряли самообладание, наши страх и инстинкт самосохранения взяли верх. И что мы имеем — потеряли двух членов группы! — иронично подытожил Влад. Дэн сбросил с себя руку подруги, давая ей передохнуть, а сам привалился к стене около очередной развилки. Его, как и всех, беспокоило, куда убежали Ило и Марго. Марго — даже больше. Он точно не мог сказать, что чувствует к ней. Влечение… Да, возможно, но не такое, как к другим девушкам, не совсем физическое. Марго не была сногсшибательной красоткой, но имела внешность эталонно-милую и по-домашнему… уютную? Дэну казалось это сравнение странным, но именно так он её и оценивал. Но тот налёт раздражения, боли и гнева почти полностью скрывал и портил это чувство уюта. Так какое у нее может быть испытание? Девушка-загадка, вечно всех отталкивающая и вечно печальная. Что она сможет сделать одна? Она слаба и хрупка. Нельзя её бросать. И вдруг пространство заполнил пронзительный крик. — Марго?! — испуганно спросила в воздух Лизка. Но Дэн это уже не слышал. Он среагировал молниеносно, адреналин вновь заиграл в нём. Парень забыл о своих ссадинах и боли и побежал. Марго в беде. И он спасёт её! Влад, Лиза и Оксана Кирилловна отреагировали не сразу, и когда они обернулись назад, Дэна уже и след простыл. На том месте, где минуту назад была развилка, теперь остался только один проход. Влад резко схватил Лизу за руку, так, что та вздрогнула от неожиданности, но, опомнившись, нашла в темноте руку Оксаны Кирилловны. — Это чтобы больше не разделяться! — произнес Влад, поочерёдно глядя на женщин. — Черт… — он злобно выдохнул. — Мы потеряли ещё одного.* * *
Ило бродил по длинным тихим коридорам. Ему не хотелось возвращаться назад. Эти люди, которые стали ему так близки за все время, проведенное в этом непонятном и страшном месте, оказались такими же ублюдками, как и другие. Он ошибся, как же он глубоко ошибся. Нет, хороших людей нет. Всем нужна какая-то выгода. Его мама была хорошим человеком. И что Они сделали? Они иссушили ее. Она делала всё для своих родственничков: залечить рану, вернуть мужа, да даже вывести акне на лице у сына двоюродной сестры. Всё, что бы они не просили, она делала, а сама угасала — их скупость и эгоизм убили её. Твари. Какие же люди твари. Ило шаркнул ногой и сжал книгу покрепче. Вдруг за углом послышались голоса. Это они. Предатели. Он услышал взволнованный голос Оксаны Кирилловны. Кажется, она сильно переживала за него. Но тогда, в диспетчерской… она была за всех, хотя и заботилась о нём, прямо как мама. Мальчик вынул маленькую старую книгу из кармана штанов и крепко сжал её в ладони. Слёзы сами потекли по его щекам. Мама… Он всего лишь хотел встретится с ней. Ило не знал, что всё так получится. Послышался голос Дэна, которого нехило подбили на испытании Влада. Он был единственным из них, кто не нападал на Марго. Он же вырос в богатой семье и вечно из всего извлекал выгоду. Но сейчас… сейчас он не поддался страху и стадному инстинкту. Влад, чьё прошлое повергло всех в шок, всегда действовал ради себя, но на испытаниях был вожаком их группы. А Лиза, чудачка ещё та, но тоже пережившая столько боли, всегда была жизнерадостной и тепло к нему относилась… Даже сейчас она переживала за него. И все же, пройдя через столько испытаний вместе с ними… нет, они не плохие, страх и чувство самосохранения сыграли с ними злую шутку. Ило было хотел уже вернуться к ним, но, услышав знакомый женский крик, побежал в ту сторону, откуда он раздавался.* * *
Дэн рванулся назад. Он не мог точно сказать, где кричали, но это явно была Марго. Она где-то недалеко и в беде. Что могло произойти? Лампы все ещё белого цвета, а значит, испытание не началось. Дэн свернул и оказался в помещении с подъемниками и старыми поездами. Ремонтный цех, по всей видимости. Он перегнулся через перила балкона, окружавшего это место по периметру и соединенного с мостками. Единственная лестница вниз была на другой стороне, и парень побежал в сторону одного из переходов. Неожиданно, дверь одного из боковых помещений распахнулась, и из-за неё выпала заплаканная Марго. — Рита! Господи, Рита, что с тобой? — судорожно сыпал вопросами Дэн, пытаясь понять, цела ли она. Что-то на подкорке сознания кричало о том, что девушка выглядит странно, но, не найдя причину, парень пропустил этот факт мимо. Марго тут же кинулась к нему и крепко обняла, как не обнимала еще никогда. Она сильно тряслась и плакала. Парень тут же прижал хрупкое девичье тело к себе. В голове снова промелькнула мысль, что в те разы, когда он звал девушку Ритой, та реагировала по-другому, но он снова отогнал назойливые воспоминания, понимая, что сейчас есть более насущная проблема. — Дэн, нам нужно бежать, он… — она глотала слёзы. — Он найдёт нас! — взволнованно прошептала Марго, вглядываясь в его лицо. Парень кивнул и тут же, перехватив её руку, потянул за собой. Они побежали вперёд, пересекая мосты и лестницы. Дэн старался держать Марго рядом, но складывалось ощущение, будто она его ведёт и держит. Они завернули за угол и оказались на точно такой же ремонтной станции, но с другим расположением поездов. Парень и девушка перешли на шаг, а затем и вовсе остановились. — Кажется, мы оторвались, — совершенно спокойно произнесла Марго, но тут же изменилась в лице и занервничала: — Мне… Мне было так страшно, Дэн. Если бы не ты! Я думала, что умру! Спасибо, спасибо, что спас. Она обняла его. Вообще, Дэн мог зваться экспертом в области прикосновений, почувствовав их за всю жизнь невероятное множество. Деловые, партнёрские, скучающе-вежливые, неуверенные, предвещающие очередную просьбу, и, конечно же, романтические. Парень неловко похлопал подругу по спине. Эти объятья были именно такими: плотными и гибкими. Такие обычно предвещают флирт на грани эротики или, может, увлекательную ночь. И это определённо не были движения девушки, только что избежавшей встречи с очередным монстром, и они не были похожи на Марго, дергающуюся от любого тактильного контакта. Чушь, это точно она. Возможно, в ее крови играл адреналин, и вот еще секунду, и она резко отстранится, испугавшись своих эмоций. Всё время испытаний она была холодна к нему, хотя Дэну, безусловно, нравилась её загадочность. А теперь, возможно, пришло время раскрыться и довериться ему?.. Только парень слабо верил, что испытание Влада могло настолько их сблизить. — Кто за тобой гнался, Марго? — спросил Дэн, немного отстранившись, но Марго снова прижалась к нему. — Это был мой бывший! — заявила она, плача ему в кофту. — Максим… он был сумасшедшим, таскал меня по заброшкам, заставлял паркурить с ним по крышам или даже ночевать на них! А его друзья, хиппи, конченные наркоманы, они… как-то раз, они чем-то меня накачали, что я не помнила, как оказалась дома! — она продолжала говорить без умолку, всё сильнее и сильнее прижимаясь к Дэну. — А когда ему что-то не нравилось, он… Он мог… — Ублюдок! — рыкнул Дэн, сжав кулаки и оскалившись. Внутри начала подниматься волна раскалённой ярости, и все подозрения ушли на дальний план. Таких парней он презирал: поднять на девушку руку — значит, быть слабаком. — Дэн, ты же защитишь меня? — уже без слёз, глядя опухшими глазами, спросила Марго. Она разместила голову у него на груди, обхватив руками торс. Только сейчас Дэн посмотрел на неё, чувствуя, что с каждой секундой его разум становится всё яснее и холоднее. Распущенные каштановые волосы с фиолетовыми концами, хоть и растрёпанные, но смотрящиеся скорее мило, чем неряшливо, покрасневшие глаза и грязное лицо, расчерченное дорожками слёз удивительным образом делали её… эстетичной? В контексте какого-нибудь фильма ужасов, конечно. Его плащ, более чистый, чем Дэн его помнил, не просто висел на ней простынёй, а будто подчёркивал её хрупкость и миниатюрность. — Дэн, что-то не так? — со странной требовательной интонацией спросила Марго, прижавшись ещё плотнее. Парень аккуратно высвободился и сделал шаг назад, прямо к краю мостика. Девушка ещё ни разу не упомянула о боли, никак не отреагировала на Риту, вела себя слишком тактильно, хотя раньше вырвалась из любого объятия… О, чёрт. Кто мог за ней гнаться, если испытание ещё не началось? Или началось… но не здесь. Проведя столько времени в этом месте, они уже выучили, что всё начинается, когда загорается красный свет. Сейчас же лампы были обычные — белые. Дэн сам не заметил, как оказался прижатым к краю мостика. — Ты чего? — спросила Марго… нет, лже-Марго. — Мне же страшно, вдруг он вернется? — Ты не Рита! — угрожающе сказал парень. Копия снова притворилась заплаканной и напуганной. Вот только взгляд был раздражённым. — Почему ты это говоришь, Дэн? — чуть не плача, прошептала та, другая, в беспомощном жесте протягивая руку. Снова не последовало никакой реакции. Парень точно убедился, что перед ним двойник. Он стал отходить в сторону, но другая Марго зажала его в угол, оставляя прыжок с балкона единственным выходом. Лампочки заморгали и засветились красным светом. — Куда ты собрался, Дэн? Решил бросить меня одну? — спросила копия, тесня его к перилам. Парень попытался вырваться, но тварь была сильнее. Некий подсознательный блок не давал ему поднять на неё руку. — Или я тебе не нравлюсь? Дэн словно бессчетное количество раз просыпался от кошмара в холодном поту, заново переживая его. Он наблюдал, как губы девушки пополнели, налившись ярко-алым, скулы заострились, а волосы пышным каскадом рассыпались по плечам и спине. Она сделала шаг, заставив качнуться упругую грудь, такую объёмную, что задирала и надрывала ткань майки, оголяя тонкую талию и не давая запахнуться его плащу. Качнула широкими бёдрами и проговорила низким, томным голосом, проникающим сразу в грудную клетку: — Я не нравлюсь тебе такой? Я не заслуживаю своего прекрасного и богатого принца? Дэн в ужасе мотнул головой, делая шаг назад и еще сильнее вжимаясь спиной в перила, и с трудом удержал крик, наблюдая за дальнейшими метаморфозами. Монстр, уже ни капли не напоминающий Марго, взревел, взмахнув тонкими руками с настолько длинными и изогнутыми когтями, что они без труда могли оцарапать пол. Губы продолжали набухать и увеличиваться, пока не свесились до грудной клетки. Бледная как мел кожа натянулась, плотно обхватив череп, когда лицо закрыли ресницы — длинные и пушистые, как огромные лапки мухи. Дистрофичное тело вытягивалось, разрывая одежду и ломаясь под весом огромных грудей, с гулким звуком упавших на бетонный пол. Кости хрустели, рвались мышцы и сухожилия, тело скрылось за отросшими волосами. Существо походило на паука на четырёх костлявых конечностях, с острыми когтями и длинной и тонкой подвижной шеей. Монстр прыгнул. Дэн, ускоренный адреналином, смог отскочить в сторону, из-за чего туша пролетела мимо и скрылась этажом ниже, проломив собой ограждение. Не теряя ни секунды, парень рванул в сплетение переходов, как можно чаще ныряя в узкие проходы и труднодоступные монстру места. Что-то резко выскочило ему навстречу, и он, не успев избежать столкновения, оказался на полу. — Слезь с меня! — истерично завизжали под ним, и парень быстро перекатился в строну. Не успел он проанализировать ситуацию, как Марго, грязная, растрёпанная и заплаканная, вскинула голову и удивлённо выдохнула: — Дэн?! — Рита? — настороженно и всё ещё ошарашенно спросил парень. Девушка вздрогнула от обращения и отшатнулась. Дэн почувствовал, как гора свалилась с плеч. «Это моя Марго!» — ликовал в мыслях он. — Я, я монстр? — внезапно спросила она, сглатывая слёзы. — Что? — он растерянно моргнул, не улавливая мысль. — Дэн, я… Девушка не успела закончить фразу, как пространство разрезал низкий рёв. Они синхронно вздрогнули, и секундой позже Дэн уже был на ногах. Он требовательно протягивал руку Марго, сжавшейся на полу испуганным комочком. — Давай, Рита, нам надо найти остальных, или хотя бы куда-нибудь спрятаться! — девушка нерешительно посмотрела на его руку. — Ну же, оно может появиться в любую секунду! Марго сглотнула и всё же приняла помощь. Парень и девушка запетляли по коридорам, пока не свернули в первое попавшееся помещение. Дэн захлопнул дверь и осветил комнатку, оказавшуюся технической кладовой. Он быстро вытянул из ведра самую крепкую на вид швабру и заблокировал ею дверь. — Мне… Мне страшно, Дэн! — хныкала Марго, трясясь от слёз и страха. — Всё хорошо, всё будет хорошо! — успокаивал её он. — Ты же веришь мне? Девушка снова почувствовала боль от воспоминаний и жалостливо посмотрела на друга, а потом усилием воли прогнала призрак прошлого. Теперь… она верит. — Что произошло, Рита? — осторожно спросил Дэн, глядя спутнице прямо в глаза. — Не называй меня так! Я ненавижу это имя, — сказала она немного отодвинувшись, хотя места и так было мало. В дверь что-то ударило. Грохот пронесся по маленькому помещению, и Марго невольно прижалась к Дэну. — Я очень боюсь, Дэн, — произнесла, дрожа, Марго. — Все будет хорошо, она не прорвется сюда, — успокаивающе заявил парень, не зная, кого он больше пытается убедить. — Давай, давай поиграем с ним… — провибрировал низкий голос из-за двери. — Давай приручим его! — Заткнись, замолчи! — истерично закричала девушка. Дэн аккуратно обнял сжавшуюся в комок спутницу. Он не был пессимистом, но подумал, что живыми они уже вряд ли смогут выбраться. Хотя… если… а если он поможет Марго с её испытанием? В конце концов, каждое из уже прошедших заданий заканчивалось принятием самого себя под воздействием внешних факторов. Надо лишь чуть-чуть ускорить процесс. — Марго, что произошло у вас… с Максимом? — осторожно спросил парень. Он не знал, можно ли было верить монстру, пускай и являющемуся воплощением самой девушки. — Расскажи, расскажи ему, Марго! — заорала уродливая копия, костлявыми лапами долбясь в дверь. — Расскажи ему, какой ты монстр! — Нет, это не я, — Марго затрясло, и она захлебнулась слезами и закрыла уши ладонями, услышав рев монстра. — Тише, тише, — стал успокаивать её Дэн, нежно опуская её запястья вниз. — Смотри только на меня, — сказал он, взяв её за подбородок. — Я ничего не сделала! Я просто хотела, чтобы все было идеально, — протараторила Марго. — Впусти меня, и мы сделаем его идеальным, — довольно заурчал монстр, с большим усилием выламывая дверь. — Его… его друзья и вправду были ужасными людьми, они совершали кучу опасных и незаконных авантюр и вечно впутывали в это Максима… Я избавила его от них, — сквозь слезы продолжила исповедь девушка. — Что ты сделала? — переспросил Дэн. — Ну же, мы одно целое, Марго! Впусти меня, и он станет нашей идеальной игрушкой! — Я просто их рассорила, они… они были не нужны ему, у него была я! Я ждала его дома и готовила ему, я была идеальной девушкой! Родители гордились, знакомые одобряли, а подруги завидовали и восхищались. И он должен был быть таким же! Так правильно! — Точно-точно, это он еще долго продержался! Серёжа и Глеб бросили нас сразу, потому что они не смогли стать идеальными! — мурчал монстр. — Ну же, впусти меня! Мы больше не налажаем и сделаем Дэна своим идеальным Кеном. — Что значит «правильно»? — спросил парень, не обращая внимания на крики монстра. — Так, как надо! — повысила голос Марго, впервые прямо встретив его взгляд.— Так, как должна выглядеть идеальная девушка с грёбаной идеальной картинки. Меня так обучили, ясно? Я думала… я всю свою чёртову жизнь думала, что это нормально. Что нормально отыгрывать свою социальную роль, не просто пряча настоящие чувства, факты, да, блин, саму реальность за красивый фасад, а полностью отрицая ее. Только тогда тебя заметят, отдадут должное, — она порывисто смахнула слёзы робко заглянула в глаза Дэну, пытаясь уловить в его взгляде понимание. И она его нашла. — Потому, что это положено тебе по статусу, — продолжил за неё парень. — Потому, что таким положено быть. — Да… — Марго прикрыла глаза и опустила голову, продолжая цепляться за его руку, как за последнее, что связывало её с реальностью. — Когда ты примерная дочка из образцовой семьи. В ней ведь всем, на самом-то деле, на друг друга плевать. Это семья, которая ездит на отдых каждым летом, выкладывая постановочные фото в соцсети, в которой любят друг друга только на камеру или перед чужими глазами. В которой дочь замечают не как личность… а только за правильное поведение. Дэн обнял девушку и тоже прикрыл глаза. Он больше не слышал монстра, он слушал её. — Быть подходящим — единственный способ получить внимание, — подхватил парень, — которое в детстве ты путаешь с любовью. — И потом живёшь всю жизнь с чувством, что пустоту внутри могут заполнить только чужие взгляды… чужие слова. С убеждением, что всё, не подходящее под эфемерное «правильно», может сломать тебе жизнь… разрушить воздушный замок. И ты начинаешь бороться. Ломать, отрицать всё, что тебе неудобно, учишься выходить победителем из каждой ситуации. Тебе как-то всё равно на других, если они встали на пути. Я стала… хотя нет, — Марго горько хмыкнула, — всегда была мразью и эгоисткой, готовой на всё, чтобы мир вокруг соответствовал моему о нём представлению. И знаешь, что самое смешное? Что это представление даже не принадлежало мне. Дэн, я монстр… — Марго, посмотри на меня, — парень поднял её голову и продолжил: — Послушай, я тоже не святой. Ты не представляешь, сколько дерьма можно совершить от скуки, имея деньги, авторитет и вынужденное общество тупых придурков. Мы не виноваты в том, что не знали, что такое любовь и дружба. Ты не виновата, Марго. Твои родители заменили в твоём сердце чувство любви на внимание, а личные качества на какие-то глупые стандарты, — он улыбнулся тепло, хоть и печально. — Но посмотри, красотка, мы всё же поняли свои ошибки! Ни один человек, взгляд, слово, ничто больше не властно над нами! Мы можем начать всё с начала и научиться любить, дружить и видеть мир таким, каков он есть. Марго не отрывала взгляда от лица человека, единственного в мире, казалось, который её понимал. Почему… почему она не заметила этого раньше? Ведь он ещё с самого начала не сдавался и пытался найти к ней подход. Несмотря на то, что она вечно ныла, игнорировала его или огрызалась. Но как бы Марго себя ни вела, он не оставил её. И она благодарна, действительно благодарна. — Давай сделаем это вместе, — улыбнулась она в ответ. Монстр исчез, а коридоры озарил мягкий белый свет.***
Ило бежал на крик Марго. Пространство расступалось перед ним, давая дорогу. Крик был недолгим, видимо, её испытание началось. Последнее испытание. Марго больше всех не нравилась Ило. С самой первой минуты он почувствовал, что она принадлежит к тому типу людей, которые используют других ради своих целей и еще вечно обижаются, привлекая внимание. Она хотела использовать его, чтобы спастись на испытании. Глупая, у него нет испытания. Ило пробежал мимо технического отсека, затем через мостик. Мальчик хотел посмотреть, что же за испытание у стервы. Ему не доставляло труда ориентироваться в изменяющемся пространстве. Наконец, Ило увидел монстра: его тонкие руки с длинными и изогнутыми когтями ломились в подсобное помещение. Видимо, там и была Марго. Ребенок подошел ближе и встал прямо за спиной монстра. Тот, занятый своим делом, никак не отреагировал на присутствие постороннего. Ило слышал голоса Марго и, кажется, там ещё был Дэн. Девушка за дверью бормотала о страхе, снова о своей боли, о каком-то Максиме. Боль, боль, боль! Она вечно твердила о ней. Ило стал прислушиваться дальше. Так, значит, Марго учили быть правильной. Значит, это родители вложили в неё, что нужно вести себя так. Луладджа, мать Ило, никогда не закладывала в мальчика ничего подобного. Какими бы заявлениями ни сыпали в адрес цыган, его мать была другой. Она не побиралась на вокзалах, она в принципе ничего не брала за свои услуги. Она была доброй, слишком доброй, милосердной, и это её сгубило. Марго же воспитывали по стандартам — бери, если это украсит твой статус, а если нет — измени это, будь идеальной, чтобы тобой восхищались. Теперь понятно: девушка не знала, как жить по-другому, поэтому вела себя так. Она не плохой человек. Даже может, с помощью Дэна, ей удастся по-настоящему изменить свое поведение. И почему-то Ило казалось, что так и будет. Значит, никого. Он надеялся, что мама простит его. Мама… Воспоминания о ней снова заставили его глаза наполниться слезами. Если бы мама узнала, что из-за него невинные люди оказались в другом мире, где им пришлось сразиться со своими страхами и пороками, которые могли запросто их убить, она бы не простила его. Ило потёр рукой маленькую книжонку — единственное, что осталось от Лулладжи. Как бы сильно он не хотел встретится с ней, нельзя отнимать у кого-то жизнь, чтобы вернуть другого. Мальчик размахнулся и выкинул книгу куда-то в темноту. Мама бы точно гордилась им. Монстр исчез, дверь подсобки открылась, и Ило спрятался во мрак.* * *
Измотанные и измученные Дэн и Марго шагали по туннелю. Парень держал спутницу за руку, а она шла чуть позади. Они молчали, это испытание сильно измотало обоих. Всё было кончено. Дэн скривился от боли, перешагивая очередную трубу и мысленно стал пересчитывать заначки, молясь, чтобы хватило на лечение. Внезапно Марго притормозила. Дэн обернулся, думая, не стало ли ей плохо. Но девушка лишь смотрела куда-то в пол, нервно заправляя за ухо прядь волос. — Спасибо, — коротко и тихо произнесла она, но парень всё равно услышал. — Да ладно тебе, Марго, мы теперь квиты! — пошутил он. — Ты только поэтому меня спас? — спросила она, все так же не глядя ему в глаза. — Я бы тебя и так спас, не оставлять же такую красотку в беде, — подмигнув, ответил он. — Но почему? Я ведь эгоистичная, постоянно ною, да и относилась к тебе ужасно! Но ты всё равно был готов спасти меня, — непонимающе вскинула голову Марго. — Мне не важно, как ты себя ведёшь, мы все не без греха, понимаешь? Я… не знаю на самом-то деле. Может, я просто почувствовал родственную душу, — он подошёл к девушке, рассматривая внимательно, будто впервые. — Наверное, распознал схожесть. Маска та же, модель только на женскую поменяли, — Дэн улыбнулся, и Марго улыбнулась в ответ. — Улыбка тебе идет куда больше, чем слезы. Девушка решительно шагнула вплотную к другу и внезапно спросила с хитринкой: — Можешь закрыть глаза, пожалуйста? Парень быстро справился с удивлением и, улыбаясь, повиновался. — Я сделаю всё, что угодно прекрасной лед… — хотел пошутить он, но был приятно прерван. Девушка, краснея, как маков цвет, встала на носочки и мягко, трепетно коснулась его губ, обрывая на полуслове. Это был легкий, нежный поцелуй, в который она пыталась вложить всю свою благодарность. Марго, привыкшая только брать, впервые решила что-то поделиться своим чувством. Мгновение парень стоял, как столб, ошарашенный таким невинным, но смелым действием, но буквально через секунду с радостью ответил на поцелуй. Дэн слегка приобнял спутницу, её руки переместились на его грудь. И когда девушка в последний раз коснулась губ, даря последние капли благодарности, парень осознал, что только что произошло. — Ох, если это и есть совместное обучение искренности, — с ухмылкой начал Дэн, открыв глаза, — то я готов проводить на наших уроках хоть всё свободное время! — Ещё одно слово, и я предпочту обучаться заочно! — шутливо огрызнулась Марго. — Я вас понял, миледи, — шутливо поднял руки парень. — Слушаю и повинуюсь! Они тихо рассмеялись и продолжили путь в поисках своих друзей.* * *
Влад, Лиза и Оксана Кирилловна брели по туннелям метро, не разнимая рук. Они не знали, где находятся сами и не знали, где искать отбившихся от группы. Женщина сходила с ума от беспокойства за пропавших, и только оптимизм Лизы и непоколебимая уверенность Влада спасали её от истерики. Прошло не больше пары часов, когда многочисленные переходы привели их на станцию, с которой всё началось. Влад ухмыльнулся, когда понял, насколько далёкими кажутся те события. Глупые споры, предвкушение приключений и бесстрашие перед неизвестностью. Глубоко внутри задумчивый голос шепнул, что если они отсюда, конечно, выберутся, то это приключение пойдет им всем на пользу. Влад перевёл взгляд на подругу. Она бодро рассказывала что-то Оксане Кирилловне, своей улыбкой, казалось, делая это место чуточку светлее. Он больше не допустит, чтобы тень накрыла это прекрасное лицо. Он не позволит его солнцу погаснуть, ведь только благодаря свету этой девочки ему удалось сохранить в себе человечность. С противоположного конца станции стали приближаться силуэты. Двое. Влад напрягся и спрятал женщин за собой. Но через пару мгновений они увидели, что силуэты принадлежат Марго и Дэну. Лиза первая подбежала к ним и кинулась с объятиями, а следом за ней подошли Оксана Кирилловна и Влад. — Фиговые из вас следопыты, — подколол друзей Дэн после окончания приветствий. — Но мы всё равно рады вас видеть! — Выглядите помято, что произошло? — спросил Влад, осматривая их, все ещё державшихся за руки. — Хотя знаете, можете не объяснять, вижу, что у вас всё супер! — сказал он и подмигнул Дэну. Марго, поняв, о чем речь, тут же, краснея, выдернула руку из ладони Дэна. — Вы не находили Ило? — спросила Оксана Кирилловна, от волнения заламывая руки. — Я видела его, но как только началось моё испытание, мы разделились! — ответила Марго и тут же пожалела об этом. Женщина гневно посмотрела на девушку. — Как ты могла бросить ребенка? Ты хоть понимаешь, что могло с ним произойти? — стала закипать Оксана Кирилловна. — Я здесь! — звонкий детский голос раздался за их спинами. Ило вышел из тени как ни в чём не бывало, с книгой в руках. Женщина тут же набросилась с объятиями на мальчика. — Ило, где ты пропадал, мы так волновались! Ты не ранен, с тобой всё хорошо? — она стала тщательно осматривать мальчика, но вдруг Ило впервые обнял сам её, отчего женщина опешила. — Спасибо вам большое! Вы очень хороший человек! — быстро сказал Ило, пряча лицо у неё на плече. Они простояли ещё пару секунд, пока ребенок сам не разорвал объятия, сделав пару шагов назад. — Спасибо вам всем! Вы показали мне ценность жизни. Вы показали мне то, насколько важен бывает второй шанс, — он улыбнулся одними глазами и закончил, — Простите, меня, пожалуйста! — Ило, малыш, что ты такое говоришь! — воскликнула Оксана Кирилловна, сжав его ладонь в своей. — Тебе не за что перед нами извиняться, это мы виноваты, что поддались страху и напугали тебя! — ласково проговорила женщина, сжимая руку сильнее. — Да, прости нас, Ило, мы правда наговорили тогда лишнего. И ты, Марго, прости нас! — виновато сказала Лиза, посматривая то на Ило, то на Марго. — Давайте уже все обнимемся и больше не будем ссориться! — Лиза расставила руки в стороны и снова прижала всех к себе. Никто не сопротивлялся, ведь они стали единым целым, оказавшись глубоко под землей и пройдя через все свои страхи. Они сплотились, и, казалось, что эти чужие люди стали куда важнее родных. Платформу вдруг озарил яркий свет. Вспышка тут же ослепила глаза. Шум мчащегося по рельсам поезда отдавался гулом вокруг. Поезд. Он приехал. Пара секунд, и прямо около них стал тормозить поезд с настоящим машинистом, который внимательно смотрел на пути. Этого не могло быть. Старый состав затормозил так, что скрип тормозов ударил по ушам. Ребята поежились. Двери с грохотом открылись, лампы внутри светили мирным белым цветом. Неужели это конец? Поезд стоял и не собирался уезжать, будто бы и впрямь ждал только их. — Видимо, делать нам больше нечего… — уставшим голосом проговорил Влад, придерживая Дэна. — Вы думаете, это конец? — подала голос Марго, стоящая неподалеку от Ило. Она украдкой посмотрела на мальчика, но тот лишь слабо улыбнулся. — Ну пока не проверим — не узнаем! — бодро сказала Лизка и, протянув руку Владу, а тот — Дэну; Марго — Оксане Кирилловне и Ило. И они шагнули в вагон. Ничего не изменилось, поезд стоял и даже не думал двигаться, но напряжение немного спало и они расцепили руки. Женщина расслабила хватку на руке Ило, и в этот момент маленькая ладошка мальчика выскользнула из ее руки. Он сделал шаг назад и снова оказался на платформе. — Ило, что ты делаешь, вернись! — закричала взволнованная Оксана Кирилловна и кинулась за ним, но ребенок щёлкнул пальцами, и двери вагона закрылись. — Простите меня! — проговорил сквозь капли слез мальчик — П.р.о.щ.а.й.т.е… — По буквам произнес слабый голос. Поезд тронулся с места, и станция опустела.
