Хакер

      Думая о всём случившемся, Ёнхун никак не мог прийти к согласию внутри себя: одна сторона кипела, желая найти Чанхи, сжать его в своих объятиях и зацеловать до смерти; другая же держала обиду на Чхве из-за его поступка и несказанной проблеме; третья сторона хотела думать логически, не опираясь на чувства, старалась объяснить ситуацию с разных точек зрения, найти всему объяснение и причину.       Эти три стороны никак не хотели работать вместе, и настроение Ёнхуна скакало, как на американских горках: то он любил Чанхи до беспамятства, желая снова увидеть его, то в одну минуту хотел наорать на него, потребовав объяснений, а потом ударить по лицу, как вдруг начинал думать, каким бы был их разговор, если бы они сели спокойно поговорить обо всём.       Ким думал, что сойдёт с ума. Он уже пожалел о своём желании побыть с собой наедине. Чего парень только не делал, чтобы отвлечься: и дом убрал, и еду приготовил, и в игры играл, и фильмы смотрел, и книги читал. Ничего не помогало, абсолютно ничего.              Когда на часах было ровно пять, Чанхи уже был в магазине, обслуживая пришедшего покупателя. Ему нравилась его новая работа: магазинчик хоть и был маленьким, но окутан уютом и тёплой атмосферой, работники приветливые и всегда улыбаются. Хоть Чанхи и не встретил девушку, которая здесь работает, но в его голове уже созрел её образ: миниатюрная особа с длинными тёмными волосами, почему-то он думал, что девушка будет много говорить, но в то же время она сможет защитить себя и показать характер. Чхве очень хотелось познакомиться с ней.       Также на работе его нечасто посещали мысли о Ёнхуне. Парень старался вообще не думать о нём: помогать покупателям, следить за магазином и общаться с Минсоном и тётушкой Юн. Всё ведь легко, правда.       Чанхи фасовал последние напитки, как звоночки на двери зазвенели. Пришёл покупатель.       — Здравствуйте, — обернулся Чанхи и оторопел то ли от удивления, то ли от радости. Пришедшим покупателем оказался Сону. Ким и сам был не менее удивлён встречи. Но как только увидел друга, подошёл к нему и начал трясти за плечи.       — Ты издеваешься? Я столько искал тебя! Написывал! А тут захотелось зайти в магазинчик, и ты тут как тут! — возмущался Сону. По его поведению сразу можно было понять: он волновался. И не только он, Кевин и Чанмин, скорее всего, тоже беспокоятся.       — Прости, Сону, — вяло улыбнулся Чхве, ложа голову другу на плечо. Сейчас увидеть, услышать, почувствовать родного человека, лучшего друга было очень важно. Он столько держал все чувства и мысли в себе, что решил не скрывать своей слабости.       — Что произошло? — тихим успокаивающим голосом спросил Ким, заключая друга в объятия. Младший положил подбородок на голову Чхве и спокойно ждал ответа.       — Тебе и правда так интересно? — видимо, Чанхи было трудно вспоминать события того дня, но держать всё в себе тоже не выход.       — А ты как думаешь? Мы звали вас погулять, а ты написал, что вы расстались, и больше не выходил на связь. Мы очень переживали, — Сону посмотрел Чану в глаза, будто в душу, и выжидал хоть какой-то реакции на свою реплику.       Сону знал Чанхи как облупленного. Они дружили ещё со времён средней школы, где всегда были вместе; сидели практически вместе, ходили всегда вдвоём, а как на контрольных списывались у друг друга. Чанхи присутствовал на каждой игре Сону, который занимался футболом. Друг не стеснялся поддерживать его и со всех сил кричал придуманные кричалки. Ему было всё равно на смешки вокруг, ведь главное их слышал Сону и всегда улыбался, принося очередную победу.       А как Сону ждал его после олимпиад по информатике. Чанхи всегда волновался, а Ким отправлял его к нужному кабинету со словами «И это говорит мне Чхве Чанхи? Знающий всё на свете? Не смеши меня, ты напишешь эти задания за час и получишь первое место!» Сону и сам очень волновался, но каждый раз радовался победе старшего на конкурсах.       А как они напились в первый раз. Тогда они устроили вечеринку чуть ли не всем классом, собравшись у кого-то дома. Парни настолько много выпили, что, придя к Чанхи домой, сразу же завалились спать в обнимку, ни на кого не обращая внимания. На следующий день им, конечно, влетело за такое безрассудство, но свою первую пьянку и похмелье они запомнят на всю жизнь.       Созданные вместе воспоминания навсегда останутся в их памяти, но парни делали новые. За все прожитые года они успели узнать друг друга до самых нейронов, так что скрывать что-то просто не было смысла.       — Хорошо. Подожди пару минут, я закончу с товаром, — Сону охотно кивнул, оставляя друга со стеллажом. Сейчас ему нужно было морально подготовиться к разговору.       Через пару минут Хи подошёл к Киму и те начали разговор. Сначала старший хотел умолчать о долге отца и работе хакером, но понял, что от этого парня скрыть что-то он не сможет. И так долго водил всех за нос, надоело. Слишком мерзко от самого себя. Так что очень неохотно и боязно он посвятил друга во всю эту отвратительную историю с переплетением романтики и драматичным, трагичным концом.       Сону слушал его, не перебивая. Казалось, он даже не дышал. Чанхи боялся поднять на него глаза, так что весь свой рассказ смотрел либо в пол, либо в окно. Сону же поглядывал на старшего, замечая, как его лицо меняется. После окончания рассказа Чанхи ждал ответа, всё также потупив взгляд, а Сону тяжело вздохнул. Вот что на это можно ответить?       Чхве очень боялся, что и Сону уйдёт, бросит его здесь одного. Он ведь его лучший друг, хотя Чанхи не заставлял бы того общаться с ним. Он и сам понимал с таким, как он, не то, что общаться, с таким даже знаться не хочется.       Через пару секунд Сону двинулся с места, отдаляясь от Чанхи. На глаза парня накатились слёзы.       «Он уходит? Конечно, он уйдёт… Нечего ему водиться со мной. Так даже лучше», — Чанхи хотел было привести себя в порядок и просто уйти в каморку, дабы успокоиться, но видит протянутую бутылку воды.       — Выпей, — говорит тихий голос Сону, когда тот открывает бутылку и снова протягивает вперёд. Чанхи удивлённо пялится на него, но воду принимает.       — Это…       — Да, вода с вашего магазина. Не волнуйся, я заплачу, — уверенно говорит Ким, присаживаясь рядом. Места, конечно, немного, но сейчас совсем не до этого.       — Ты… ты совсем ничего не хочешь спросить или сказать? — отпив глоток воды, спрашивает Чхве, поворачиваясь к другу.       — А что я должен сказать?       — Неужели тебе… тебе не мерзко находиться рядом со мной? Ты не осуждаешь меня? Я же…       — В таких ситуациях люди идут и на дела похуже, — Чанхи был просто в шоке со всего происходящего. Его лучший друг не бросил его, он рядом и говорит такие вещи. — Как я понял, ты взламывал не особо богатые компании, которые только-только открылись или же каких-то плохишей. Возможно, ты даже хорошее дело сделал.       — Сону, ты хоть понимаешь, что говоришь?       — Я да. Взломал ты от силы компаний десять, и то только компания Ёнхуна из них стоит хоть что-то.       — А как же…       — Хоть то и большая компания, там водились плохиши, так что люди тебе ещё спасибо скажут. А компании Ёнхуна ты помог, так что считай и дела этого не было, — высказывал свои мысли Сону. В каком-то смысле он был прав: все праздновали крах той самой большой компании, ведь они запугивали весь город; про другие компании никто даже не знал, просто конкурентам не хотелось их развития, так что решили убрать их, пока это можно было сделать без лишних заморочек, а компанию Ёнхуна он спас. Да и не узнает его никто.       — Только больше этим не занимайся, — сердито начал Сону. — Хоть сейчас тебе повезло, не всегда удача будет улыбаться тебе.       — Да, — Чхве и сам знал, что заниматься этим он и не хочет, и не будет.       — Тогда осталась только одна проблема — Ёнхун, — парень подвинулся ближе, показывая пальцами один. Ким знал, как Ён дорог Чанхи, он видел их отношения и мог с уверенностью сказать: эти двое созданы друг для друга, их тянет, они не могут прожить друг без друга и состояние Чанхи тому подтверждение.       — А что с ним делать? Так даже лучше, нам просто стоит забыть друг о друге, — начал пессимистично думать Чан, сжимая бутылку в руках.       — Ты уверен? Чанхи, я же вижу твоё состояние, он нужен тебе, ты скучаешь…       — Какая разница? Чувства Ёнхуна настолько же важны, как и мои. Вдруг он не хочет видеть меня? — Хи резко повернул голову в сторону Кима, что тот даже отодвинулся от испуга.       — Это да, но, Чанхи, вам нужно поговорить. Спокойно поговорить. Выслушать друг друга и прийти к общему решению, нельзя заканчивать всё так.       На это Чхве не знал, что ответить. Определённо, Сону был прав, однако встретиться с Хуном было страшно. Нет, он не может сейчас этого сделать.       Ким заметил такое изменение в состоянии Чанхи. Старший стал слишком много думать, сомневаться и волноваться о чувствах других. Нельзя же забывать о собственной важности. Не только чувства Ёнхуна важны, как твои, но и твои важны, как его. Младший выдохнул и, похлопав друга по плечу, произнёс:       — Хён, запомни: вы вдвоём против проблемы, а не против друг друга, — Сону положил деньги за воду на кассу и ушёл. Сейчас Чанхи должен побыть один, всё обдумать хорошенько. Благо в магазине он был один: Минсон был на учёбе, девушка ещё не пришла, а тётушка уехала на день рождения своей дочери.       Чанхи принял нескольких покупателей, а когда сел передохнуть, дверь снова открылась. Он встал поприветствовать клиента.       — Здравствуйте, — он уважительно поклонился при этом мило улыбаясь. Девушка просто не смогла сдержать свою улыбку.       — Ты новенький? Чхве Чанхи, да? — радостно произнесла девушка, положив сумку на стул.       — А, вы девушка, которая здесь работает, — вдруг до Чанхи приходит осознание. Он так задумался о разговоре с Сону, что совсем забыл о ней.       — Да, — засмеялась она. Так её ещё никто не называл. — Меня зовут Сон Гаён, будем знакомы, — Сон протягивает руку, и Чанхи радостно отвечает на рукопожатие. Они хорошо работают вместе, разряжая атмосферу рабочего дня весёлыми разговорами.       Когда смена Чанхи приходит к концу, он осознаёт, что Гаён остаётся на ночную смену, ведь у Минсона сегодня выходной.       — Давай я останусь с тобой? — предлагает Чхве, снова надевая жилетку.       — Нет необходимости, иди домой, ты, должно быть, устал, — Сон тут же начинает отговаривать его от этой идеи, но видит, что на парня это не подействует. Он уже вернулся на своё место, не собираясь уходить. — Ладно, оставайся, но потом не жалуйся на усталость.       — Так быстро я не устаю, тем более завтра у меня выходной, — замечает парень, на что Ён только смеётся.       — Хорошо, хорошо, я замолвлю за тебя словечко перед тётушкой Юн.       — Буду очень признателен.       В весёлой атмосфере они работают целую ночь, а под утро их сменяет Минсон. В свой выходной Чанхи хочет просто поспать, но не может заснуть из-за разговора с Сону. Его мысли мечутся с одной стороны в другую.       Нет! Он должен забыть Ёнхуна, так будет лучше им обоим. Не нужно пытать себя этими мыслями и надеяться на хорошее и счастливое будущее с ним. Он должен просто забыть.              Целых две недели Чанхи и Ёнхун совсем никак не контактируют друг с другом. Один работает в магазинчике, пытаясь наладить свою жизнь, заводит новых друзей и встречается со старыми, ведь куда их денешь? Мама уже вернулась из санатория. Конечно, госпожа Чхве удивилась, узнав, что сын живёт у неё, а не с Ёнхуном. Но Чанхи постарался отмазаться, мол Хун уехал и что ему там делать одному. Но мама всё поняла. Она хотела поговорить с сыном, поддержать его, но решила не вмешиваться, пока Чан сам ей всё не расскажет. Он уже взрослый мальчик, сам может решить проблемы; она должна дать ему время самому справиться.       Другой же жил обычной жизнью: дом, работа. Последнее время Хун настолько уходил в работу, что начальник просто выгонял его домой, чтобы тот отдохнул.       «Это единственный способ забыться. Не спиваться же мне», — успокаивал себя Хун, каждый раз вспоминая, что Чанхи говорил нечто подобное: «А как мне по другому заработать столько денег за короткий промежуток времени? Себя продавать?»       Возможно, сам того не замечая, Ёнхун стал понимать Чанхи в некоторых аспектах.       Ким практически не выходил из дома, старался не трогать вещи Чанхи, чтобы они лежали именно так, как он их оставил, а потом сбрасывал его принадлежности со стола, крича: «Зачем ты это сделал?»       Самые страшные мысли окутывали его. Возможно, если бы они поговорили, всё было бы иначе?       Если Чанхи хоть как-то удаётся отвлечься в компании родных людей, то Ёнхун решил никого к себе не подпускать, мол сам справлюсь, всё хорошо.       Каждого настигла мысль, пойти поговорить, но каждому было страшно увидеться, услышать голос, понять, что даже после разговора ничего не изменится.       Дни сменялись один за другим, принося всё больше тем для размышления. Чанхи решил оставить всё в прошлом, сохраняя тёплые воспоминания о первой любви. Наверное, это звучит слащаво и заурядно, однако Чхве не хотел забывать Ёнхуна или свои чувства к нему. В то время, когда они были вместе, он был безмерно счастлив, так что не было причин стирать радостные деньки из своей памяти.       Со временем относиться к всему произошедшему стало легче. Или же Чанхи внушил это себе?       Ёнхун тоже перестал мучить себя и своё сознание, поняв, что этим делает только хуже. Он уже не пытался убежать от мыслей про Чхве, он пытался понять себя, принять всё случившееся и продолжить спокойно жить. Ким перестал работать, как сумасшедший, так что его самочувствие тоже радовалось смене настроения парня. Хун возвращался в обычное русло своей жизни, каждую ночь утопая в воспоминаниях.              — Всё, я пошёл! — Чанхи попрощался с Минсоном, который пришёл сменить его на работе, и направился обратно домой. К маме домой. — Точно! Нужно же зайти в магазин, купить продуктов, — Чхве пошёл обратно в магазинчик, в котором работал уже три недели.       — О, хён! Забыл что-то или решил помочь? — Кан, как обычно был в весёлом настроении, так что громко разговаривал, играя бровями.       — Размечтался, сейчас я здесь в качестве покупателя, так что будьте добры выполняйте свои обязанности, — с лёгким смешком произнёс Чанхи и подошёл к стеллажам, дабы взять нужные продукты. Кроме этих двоих, в здании никого не было, потому Минсон подошёл к другу.       — Ты сегодня хозяюшка? — Минсон знал, что Хи живёт с мамой, однако причину этого не знал. Но что-то подсказывало, что не от хорошей жизни Чан живёт с мамой, потому и не спрашивал.       — Можно и так сказать. Я же всё равно возле магазина, так почему бы и не купить чего-то?       — Что твоя мама попросила взять? — Кан помог Чанхи собрать нужную еду, после чего рассчитал его. Конечно же, давая маленькую скидочку, и отправил домой отдыхать.       — Маам, я дома! — закрывая за собой дверь, сообщил парень, заходя внутрь. Он прошёл на кухню и начал разбирать пакеты, когда мама подошла к нему.       — Так много всего накупил, — женщина удивилась, а потом Чанхи приветствующе обнял её и вернулся к сумкам. Его день проходил настолько хорошо, что Чхве даже не заметил пристального взгляда матери. Она хотела поговорить, она хотела узнать. Мадам Чхве видела мучения своего сына. Да, ему стало лучше. Да, он уже приноровился к этому состоянию. Однако материнское сердце чувствовало: её сыну тяжело, он очень беспокоится. Вот только о чём?       — Чанхи, — тихо начала женщина, подходя к парню. Она волновалась. Если бы Хи хотел, он бы сам всё рассказал, но он молчал. Она боялась реакции сына, понимая, что он сам может справиться. Но видеть его таким, чувствовать, что что-то не так, и ничего не делать она не могла. — Что-то случилось? В последнее время ты часто ходишь никакой…       Чанхи тут же оторвался от покупок. На самом деле он ожидал подобного разговора уже давно и был очень рад, что он не настаёт. Однако всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Он вяло посмотрел на маму, понимая, что хочешь не хочешь, а поговорить нужно.       — Почему Ёнхун к нам не заходит?       — Я же говорил… Он уехал… — Чхве отвёл взгляд. Он не любил врать. Никому. Однако после случая с долгом враньё будто стало частью его жизни. Он врал, чтобы мама не узнала о том, как он зарабатывает, чтобы Ёнхун вообще не узнал об этой проблеме.       — Чанхи, люди не уезжают так надолго, даже не звоня своим любимым. Вы поссорились? — женщина говорила ласково, осторожно, чтобы не спугнуть сына, который пошёл на контакт. Он должен был выговориться. Сейчас Чанхи был похож на маленького ребёнка, который совсем не знал, что делать. Единственный человек, который был рядом, был Ёнхун, и его потеря слишком ударила по Хи.       — Мы… поссорились, — едва слышно сказал парень, опуская взгляд. Женщина тихонько подошла к нему и заключила в долгие объятия. Чанхи любил обниматься, ведь так он чувствовал себя в безопасности, что он нужен, что он важен, что он любим. Он уткнулся лицом в мамино плечо, когда та стала ласково гладит его по растрёпанным волосам.       Тогда мама провела его на диван и Чанхи стал рассказывать всю историю. От и до. Было страшно. Он совсем не смотрел на маму, а та лишь крепче держала парня за руку, показывая, что она рядом. На моменте про хакерство голос Чанхи заметно вздрагивал, он часто облизывал губы и запинался. Его горло часто пересыхало, хотелось прекратить этот разговор. Однако Хи знал, что нужно продолжить. Мама имеет право знать обо всём. А когда закончил свой рассказ, вообще старался даже не дышать в сторону матери. Однако, когда он услышал её голос, то тут же повернулся.       — Чанхи, — начала женщина, всё так же держа сына за руку, не отпуская, — запомни: люди ссорятся и в этом нет ничего страшного. Ваши взгляды могут не совпадать, но это не делает вас не подходящими друг другу. Какими бы идеальными не были отношения, всегда присутствуют ссоры. Самое главное — это обсудить всё с любимым человеком, понять друг друга и прийти к согласию. Если вы не будете слышать и слушать друг друга, то не сможете спокойно жить вместе.       Хи был удивлён. Просто ошеломлён. Мама тут же начала говорить про их отношения с Ёнхуном, будто части с хакерством вообще не существовало. Однако именно за это он и был благодарен больше всего.       Мадам Чхве знала об отношениях Чанхи и Ёнхуна практически с самого начала. Чан сам ей обо всём рассказал, когда женщина заметила счастливое лицо сына и что тот стал часто куда-то пропадать. Ну как тут не понять, когда Чанхи каждый день не вылезает из телефона, всё время с кем-то общаясь. Тогда она спросила напрямую, и Чанхи честно обо всём поведал. Женщина приняла выбор сына. Да, сначала ей было непривычно, однако для счастья своего ребёнка она была готова на всё. Тем более, Ён был прекрасным человеком, который запал в душу госпоже Чхве сразу же.       Чан не смог спокойно сидеть. Он забрался в объятия матери, а та лишь мило посмеялась, прижимая парня крепче. Она была рада, что Хи рассказал ей обо всём, поделился и позволил хоть как-то помочь.       — Хи, вы должны поговорить, — очень тихо говорила мама, поцеловав сына в макушку. — Не держи всё в себе. Все мы люди, всем нам может быть больно и, если скрывать эту боль, будет только хуже. Ёнхун должен знать, что ты чувствуешь, а ты должен узнать о его состоянии, — мадам Чхве успокаивающим взглядом посмотрела на сына, а тот слегка кивнул головой. — Тогда давай выпьем по чашечке чая?       — Давай какао? — с надеждой в глазах попросил Чанхи, а женщина улыбнулась.       — Конечно, давай какао, — и скрылась в стороне кухни.       Когда у Хи был плохой день в школе или ужасное настроение из-за какой-то ссоры с Сону, мама всегда приносила какао в его комнату. Он делился с мамой всем, ничего не утаивая. Мадам Чхве давала сыну советы и была рада, когда на следующий день после ссоры, Сону приходил к ним домой, мальчики делали домашнее задание, а потом играли в игры, смеясь на весь дом.       Какао был особенным напитком для Чанхи.       Через пару минут госпожа Чхве пришла в зал с двумя чашками горячего какао. Чан отпил маленький глоток, и сладкий вкус распространился по рту. Парень любил сладкое, потому радостно улыбнулся, развеселив маму.       — Как день на работе? — госпожа Чхве любила слушать истории сына про его школу университет, а теперь и про работу. Чанхи приходит всегда весёлым после рабочего дня, значит коллеги отличные и работа в радость.       — Сегодня меня сменил Минсон, парень, про которого я говорил тебе вчера, а завтра я выйду на ночную смену. У нас сегодня был один покупатель. Он искал цветы для своей девушки, однако мы такого не продаём. Тётушка Юн пошутила, что нужно сделать отдел с цветами, — Чанхи рассказывал про свой день, когда телефон зазвонил. Глазами извинившись, он поднял трубку и через две минуты положил смартфон обратно.       — Что-то случилось?       — Нет, просто Гаён поссорилась со своим парнем и попросила поменяться сменами, так что завтра я буду работать до 6-7 часов вместе с Минсоном.       — Радикальная девушка, — засмеялась женщина, отпивая тёмное какао. Они о многом поговорили вместе, шутя и смеясь. Чанхи любил такие вечера: они с мамой сидели, попивая вкусное сладкое какао, разговаривая обо всём на свете, казалось, в такие моменты они становятся ещё ближе; Чанхи мог излить всю душу и остаться понятым, ведь их с матерью взгляды часто совпадали, после таких разговор ему становилось куда легче.