Случай, изменивший жизнь

На один момент все замерло. Казалось, что люди, сидевшие в этой комнате, даже перестали дышать, пребывая в глубоком шоке. Все же все думали, что хорошо скрыли свои планы от того, кто мог бы испортить абсолютно все. Да и Лили и Джеймс должны были играть как отвлекающий фактор для директора, забрав все его внимание на себя, как обычно это и было. Директор всегда общался с четой Поттеров и не отпускал их до последнего, а те и рады. Ведь такой великий маг обратил на них свое внимание, приблизил к себе. Это такая честь для них. И все разговоры до прихода Люпина были об этом. Гарри услышал много нелестных слов в сторону своих родителей. Но не всегда мог в это поверить. Неужели Лили совершенно не беспокоилась о здоровье своих детей? Но сейчас все шло не по плану. Директор должен веселиться, а не стремиться в дом темных волшебников, которых он так сильно презирает. Но реальность такова, что теперь надо действовать быстрее, и у них нет времени на всякие реверансы. Вальбурга начала командовать домовиками, раздавая указания о том, чтобы те подготовили детей, обмыли и нарядили в белые рясы. Сами взрослые тоже отправились приводить себя в нужное состояние, выпивая какие-то зелья и надевая мантии. Гарри наблюдал за этим всем и вновь не понимал, а что, собственно, происходит? Что опять с ними хотят сделать? Парень, конечно, слышал, что будет проводиться какой-то ритуал. Но для чего именно он был? Единственное, что он понял, так это то, что они хотят устроить помолвку с кем-то. И вот тут, уже в который раз, Гарри просто проклинал то, что не интересовался традициями и бытом чистокровных магов. Ведь для них это было нормой, которая помогала им жить без каких-либо откатов и проклятий. С другой стороны, а с чего бы он интересовался? Интересы Поттера, как и интересы Уизли, всегда были довольно ограничены. А чего еще ждать от мальчишек? — Миссис Блэк, у нас больше нет времени, — серьезно сказал Малфой. — Я удивлен, что директор еще не тут. Видимо, его все же смогли задержать. И нам стоит поторопиться.

***

— Да. Вы правы. Спасибо, что помогаете нам, лорд Малфой. На этом диалог был завершен, а все члены их небольшой компании стали спускать вниз, в ритуальные залы. Гарри полетел следом за ним. Возможно, сейчас он и получит объяснение того, что видел недавно. По крайней мере, была на то надежда. Однако, Гарри казалось очень странным, что за все это время, что они с сестрой были у Блеков, они не сказали ни слова. Вернее, что-то пытались на своем детском, но не больше. Хотя им ведь было уже по пять лет. Гарри вспоминал, что в прошлой жизни он уже разговаривал. С ошибками, да. Но Дурсли все равно учили его. А тут? Либо они были настолько испуганными и замкнутыми, либо он даже не знал что. Это было чертовски странно. Они спустились быстро. Было видно, что тут готовились основательно и долго. Зал был вычищен, круги нарисованы и заполнены различными рунами, о которых парень даже не знал. Однако, все те, кто собрался сегодня в этом зале, явно все знали и понимали. Тут Поттер чутка даже завидовал им, все же понимание того, что ты сейчас будешь делать, очень многое решает. Но сейчас было не самое удачное время, чтобы даже думать об этом. — Бабуля, — испуганно прошептала Гермиона, потянув свои руки к Вальбурге. — Сириус, — захныкал маленький Гарри. — Да, малыш. Гермиона. Не бойтесь, больно не будет, — было видно, как Сириусу самому становилось плохо от того, что ему придется сейчас сделать. Но зато это потом поможет им. Волшебники ускорились, каждый вставая на заранее подготовленное место и беря в руки ритуальные ножи. Сириус начал зачитывать катаран, который знал, скорее всего, наизусть. Магия стала витать в воздухе, искриться. И тут у Гарри создалось ощущение, что его куда-то несут, подальше от этого места. Почему-то ему не дают посмотреть то, что будет происходить. Но разве ему не обещали, что он увидит ВСЁ? Или же это из-за отдачи магии, которая была во время ритуала? Если так, то тут ничего он не мог поделать. Бестелесное тело отлетело куда-то назад, за дверь, что вела в ритуальный зал. Он слышал приглушенные голоса, но не более этого. Ни происходящего, ни точных, четких слов. Гарри вновь не знал ничего. И, спрашивается, а для чего он тут? Зачем его отправили смотреть на это всё? А после просто выгнать за дверь, чтобы он ничего не увидел. Однако его возмущения очень скоро прервала какая-то трель, а после топот. Как оказалось, трель была обозначением того, что кто-то незваный, но приглашенный ранее. А топот. Это так торопились спуститься вниз Джеймс, Лили и Дамблдор. С ними был еще какой-то человек, но Гарри просто не знал, кто это. Стоило им спуститься и открыть дверь, как и Гарри смог вновь проникнуть туда. Чтобы увидеть картину, которую он видел раньше. Четыре мага против четырех. — Что вы делаете с нашими детьми? — чуть ли не кричал Джеймс, пытаясь подойти к алтарю, где лежали дети и тихо хныкали, но они сторонились родителей. — То, что вы не делали с детьми сами. — Все эти ваши ритуалы — пережиток старого. Зачем нам этим заниматься? Это все противозаконно сейчас. Я не для того работаю аврором, чтобы самому законы нарушать. — Джеймс… — начал было Сириус, но в этот момент в него полетело атакующее заклинание от того, к кому он обращался. Обычный «Экспелиармус», но после первого удара было ощущение, что Джеймс на этом не захочет останавливаться. Сириус успел защититься. Нападать, как понял Гарри, крестный даже не собирался, понимая, что это могло потом выйти большой проблемой для всех. Но и Джеймс не собирался останавливаться, что и было ожидаемо, бросаясь заклинаниями в своего бывшего друга всё больше и больше. Очередной «Экспелиармус», «Аларте Аскендаре» и даже «Бомбарда». Однако все остановилось в один момент, когда Дамблдор положил руку на плечо Поттера-старшего, и тот в одно мгновение успокоился. Этот момент уже никого не удивил, ведь только слепой мог не понять воздействия старшего волшебника на своих последователей. — Хватит, мальчик мой. Думаю, сейчас они одумаются и вернут детей. Ведь так? — А если нет? — тут вступила в разговор Вальбурга. — Это также и мои родственники. Внучатые племянники, если быть точнее. Мой сын — крестный. Мы в своем праве. Также вам не стоит забывать, что Лили и Джеймс сами отдали нам детей. — А теперь, на правах родителей, они их забирают. — Да. Мы забираем их домой. И теперь вы не увидите их. Лили победоносно улыбнулась, осознавая силу того, что она — мать! Да и Джеймс выпятил грудь, гордо смотря на своих бывших друзей. Они осознавали свою силу над другими. Это смотрелось крайне глупо. Однако смешно не было никому. Сириус и Ремус стояли с палочкой наготове, никто не знал, чего ждать от этих людей. Очередной подставы? Нападения? Или еще чего? Никто не мог предположить, чем могла закончиться встреча. — Завтра. Завтра мы вам их отдадим. Всё ровно так, как и условились, — спокойствию Вальбурги можно было только позавидовать. — Нет. Нам они нужны сейчас. Дети должны быть рядом с родителями в такой замечательный момент. — Это еще какое событие? Улыбка директора стала больше, счастливее. Гарри чувствовал то, что что-то тут было явно не так. История круто поменялась, и поэтому могло быть что угодно. Однако довольное и добродушное лицо Дамблдора просто кричало о том, что он счастлив и уверен в себе и будущем. Неужели всё идет по его плану? И каким бы этот план ни был, он точно не сулил ничего хорошего ни для детей, ни для взрослых, которые решились вступиться за детей. — Как это вы не знаете? У Лили и Джеймса будет ребенок. И дети должны быть рядом в такой момент. Поприветствовать своего нового братишку. Ну или сестренку. — Но ведь они сами отдали их, — в этот момент удивились все. Как они могли отдать своих детей ради вечеринки по случаю. Нового ребенка? Гарри не понимал своих родителей. Неужели они настолько сильно не любили их? Пока Сириус, Ремус и Вальбурга вели разговоры с директором и его компанией, Абракас, делая мелкие шаги, приближался к детям. Гарри наблюдал за ним, стараясь увидеть то, что он хотел сделать. Мужчина не переставал что-то шептать, даже когда рядом с ним шла битва. Его взгляд был направлен на спорящих волшебников, дабы отслеживать их движения. Никто не подозревал Малфоя, они были заняты руганью между собой. И это было странно, ведь Малфои — семья аристократов. Темных, по мнению Дамблдора, волшебников. И его так спокойно оставили без внимания. Гарри же, смотря на Малфоя-старшего, не мог сдержать слез. Как же он был похож на Драко, когда тот вырос. Вернее, наоборот, Драко был очень сильно похож на своего деда, даже больше, чем на отца. Поттер не мог передать словами, как сильно он скучал по белобрысому чуду. Но увы, Драко никогда не был его. Но смотря сейчас на Абрахаса, возникала надежда. Может, в этом мире у них всё получится? — Ego, maior de gente Malfoy, consensum do ad sponsalia heredis Malfoy et heredis Potter. Fiat, — прошептал Абракас, делая на ладони небольшой надрез и капая кровь на алтарь. И тут произошла вспышка. Ее свет нельзя было не заметить, поэтому спорящие волшебники обратили внимание, оставляя спор позади. Какой может быть спор, какая может быть дуэль, когда всю комнату озарила яркая вспышка. Ее мог не заметить только слепой, а среди волшебников таковых не было. Зато были те, кто хотел просто забрать детей от этих чокнутых аристократов. Но стоило Дамблдору, а он единственный из оппозиции, кто быстро пришел в себя, в сторону алтаря, как на его пути выросла Вальбурга, не давая проходу. Гарри был очень тронут защитой бабушки. — Не трогай детей. — Девоч… — по-обычному начал говорить директор, но быстро замолчал, стоило ему увидеть взгляд женщины. — Мы хотим лишь забрать их домой. — Нет, мы их не отдадим. — Вальбурга, мы не можем забрать детей у их законных родителей, — холодно произнес Абракас, подходя к женщине и укладывая руку на ее плечо. — Пора их отдать. — Но… — Нет. Детям пора домой. Такой подставы он не ждал. Гарри был удивлен, что тот, кто совсем недавно защищал его, проводил ритуал, так спокойно отдает их в руки этого безумца. С другой стороны, лорд Малфой ведь провел ритуал. Победная улыбка на лице директора лишь взбесила. И не только дух Гарри, но и Сириуса с Ремусом, которые, придя в себя, все так же пытались защитить детей. Они знали, что если Поттеры произнесут слова отказа тут, в ритуальном зале, то они больше не будут их крестными. Что тогда они не смогут помочь этим детям. — Отпускайте нас, иначе вас ждут огромные проблемы, — прошипел Джеймс, стоя напротив друзей. Палочка в его руке была направлена на Сириуса. И тот понимал, одно неправильное движение, и в него, буквально в один миг, будет направлена атака. Хоть Блек и знал, как атакует Джеймс, но увернуться вряд ли бы успел. — Нет. — Хорошо, — Вальбурга перебила своего сына и ответила вместо него. — Мы вам их вернем. Медленно развернувшись, женщина отправилась к алтарю и забрала детей. Подарив им по последнему поцелую, она спокойно передала Гермиону в руки матери, а Гарри в руки отца. Родители же, тоже смотря на Блэков с победной улыбкой, не особо беспокоились за комфорт ребенка. И после этого они вернулись домой. Дети были брошены в комнату, а родители удалились вместе с Дамблдором в другую комнату. И только старенький домовик, который всегда присматривал за наследниками, появился, чтобы узнать, как дети. Он покормил их и помог помыться, тихо повизгивая от радости, что что-то да удалось сделать. Уложив детей спать, он исчез, оставляя после себя тишину. Однако она продлилась не особо долго. Через пару часов в детскую комнату зашел Джеймс. Гарри видел, что тот был не особо трезв. — Теперь вы послужите свету. Не просто так будите сидеть у нас на шее. Эта фраза насторожила Гарри. Однако то, что Джеймс быстро ушел из комнаты и не ударил детей, даже удивило. Раньше он не мог себя сдерживать. И только потом все встало на круги своя. Оказалось, что беременность у Лили была очень тяжелая. Ей не хватало собственной магии и магии Джеймса, чтобы выносить дитя. Поэтому им показался идеальным вариантом — выкачивание из детей. Сначала, первые несколько месяцев, хватало и того, что дети просто находились рядом. Тогда маленький Гарри и Гермиона были счастливы, ведь мама их обнимала, целовала и прижимала к себе. Перестала делать больно. Это было самое лучшее время. Они сидели дома всей семьей, и все было хорошо. И никто не обращал внимания на хмурого Джеймса, по которому было видно, что тот не хотел этих прикосновений. Но вскоре этого оказалось мало. Дети перестали бояться, переживать. Они успокоились, и магии стали выпускать гораздо меньше, чем раньше. Как Поттер понял из разговоров родителей с Дамблдором, дети очень сильно боялись родителей, из-за чего магия постоянно защищала их. Но стоило им привыкнуть и успокоиться, как и магия успокоилась. Почему директор так сильно переживал за этого ребенка, было непонятно. Однако, с его подачи, Джеймс снова начал грубо относиться к своим детям. Все это время, до рождения ребенка, из Блеков больше никого не было. Те приходили к Поттерам, но их никто не пускал на порог. Как слышал парень потом, Джеймс натравил проверку авроров на дом, обосновывая это тем, что в доме очень много запрещенных артефактов и вещей. Они, естественно, и были, но Вальбурга вовремя успела все спрятать. После этого, дабы не натравливать на себя беду, Блеки остановились в своем рвении и больше не появлялись на пороге. Рождение ребенка было счастливым моментом для Лили и Джеймса. Однако их счастье омрачилось новостью о болезненном состоянии малыша. Он был почти мертвецом, ведь нуждался в крови и силе, чтобы выжить. И, что было естественным, младенцу подходила только кровь его брата и сестры. Разрешение на сбор и переливание было получено сразу же и не раздумываясь. После этого все и началось. Все внимание родителей, естественно, было сосредоточено на новорожденном. А старшие дети часто сталкивались то с врачами, то с родителями. И часто проводили время в постелях, так как после сбора крови у них просто не оставалось сил. Прошло несколько лет, прежде чем старшим детям разрешили покидать дом. И то ненадолго. Максимум пару дней. Разрешено было ходить в гости к тетке. К Петунье. Гарри удивился, когда в первый раз увидел такую знакомую, но в то же время и совершенно чужую тетю. Однако не это было самое странное. Ни Лили, ни Джеймс не знали, кто был мужем Петуньи. И просто оставляли детей. Иногда двоих, иногда кого-то одного. В зависимости от того, кто и когда нужен был дома. И только тут дети расслаблялись. Они познакомились с Дадли, подружились с ним. Однако мальчик очень боялся играть со своими братом и сестрой. Они казались ему настолько хрупкими и маленькими, что даже прикоснуться было боязно. Но он все равно играл.А Гарри рыдал. Он так завидовал себе тому, маленькому. В детстве он мечтал дружить с Дадли, и тут его мечта исполнилась. Но родители стали о них забывать. Возможно, это было и хорошо, у Герми и Гарри появилось больше времени, больше возможностей для развития. Бывая у Петуньи, дети стали чаще разговаривать, учились что-то делать. И даже магические всплески, что у них порой случались, не пугали тетушку. Наоборот, та была счастлива за племянников и помогала им справиться со страхом. _______ Гарри будто бы вынырнул из сна. Сначала уже знакомая темнота, а потом свет, и вот он снова в кабинете у Лессы. Пытаясь осознать, что его путешествие в прошлое закончилось, парень пытался осознать всё, что он увидел. — Ну и как тебе? — М? Ну, многое для меня стало шоком. — Родители, да? — Да. Но у меня несколько вопросов. Почему меня тогда вышибло из зала? Почему Дамблдору нужен мой брат? — А вот это вот вам придется выяснить самому. — Что? Почему? Кому «нам»? — Тебе и Гермионе. Я верну ей память, но немного позже. Сейчас это будет лишним. — Но что теперь? — А теперь тебе придется учиться. И жить. Когда придет ваше время, мы снова встретимся.

***

И вновь тьма окутала Гарри, пока тот думал над ответом. Однако парень уже начал привыкать к такому отношению от Лессы. Всё же, как он понял, так будет продолжаться и дальше. Очнулся мальчик в той же самой комнате, из которой он исчез ранее. И увидел свою сестру, что мирно посапывала рядом. Пришло время всё изменить.