Случай, изменивший жизнь

Стоило им пройти в дом, как Том оставил новых обитателей и отправился в одну из комнат, чтобы позаботиться о Гермионе, которая все еще ощущала себя не очень хорошо. Сейчас это было наиболее важным делом. Экскурсию по дому и другие разговоры они успеют провести позже. А вот состояние девочки необходимо было улучшить сразу же. Мужчина уложил внучку на кровать и стал более внимательно изучать ее тело. Порой шипя на «светлых» волшебников, которые чуть не угробили собственного ребенка, Редлл напоил девочку зельями и оставил отдыхать. Ему стоило подготовиться к очищающему ритуалу, который он собирается провести для них всех чуть позже. Благодаря зелью, она сможет продержаться чуточку больше, давая им время на возможность больших действий. Гарри, Петунья и Дадли в это же время ходили по первому этажу довольно большого особняка. Это были робкие попытки узнать новую территорию. Петунья, по своему обычаю, отправилась в сторону кухни, пока Гарри и Дадли ходили по холлу и гостиной дома. Они не знали, что им можно, а что нельзя делать. Поэтому они просто сидели и ожидали хозяина дома. Но несмотря на это, они чувствовали себя довольно уютно в этом доме. Не было желания убежать или страха того, что с ними могут что-то сделать. Ждать пришлось не особо долго. Том спустился спустя минут 10, когда гости уже сидели на одном из диванчиков в гостиной и обсуждали картины, которыми были покрыты стены. И даже несмотря на всю любовь к картинам, которая у Дадли проснулась недавно, мальчик быстро заскучал. Он начал все время что-то делать, ведь энергия, которой в детях было очень много, так и вырывалась наружу. Том посмотрел на Дадли и просто вздохнул. Редлл никогда не имел дел с такими маленькими детьми, поэтому даже не знал, как того развлечь. — Дадли, спокойно. Подожди немного. — Мама, но мне скучно. Можно я хоть похожу тут. — Дадли. — Петунья, пускай ходит или бегает. В этой комнате для вас ничего опасного нет. Дадли чуть ли не засиял, стоило ему получить разрешение. И, несмотря на несильно довольную маму, мальчик спрыгнул с дивана и начал носиться по комнате, порой подбегая к Гарри в надежде утянуть его в свою игру. Но поняв, что это не получится, отстал от Поттера. А Гарри смотрел на брата и просто улыбался. Ведь это был не тот задира, который портил ему жизнь. Это был его брат! — Думаю, нам стоит многое обсудить. — Да, будьте добры. Объясните, почему нам пришлось все бросать и уезжать из дома? — Петунья была спокойна. Внешне. Но Гарри, который неплохо знал свою тетю, понимал, что та начинает злиться. И ей снова пришлось бросать свою привычную жизнь из-за него. Все ровно так же, как и в прошлый раз. Поттер ощущал груз вины и не знал, как он мог бы исправить тот вред, что причинил своей тете. — Петунья, я ведь тебе уже говорил. Я забрал Гарри и Гермиону к себе, чтобы они выросли нормальными детьми, а не покалеченными. Ты ведь знаешь, что их родители не особо заботятся о своих детях. — Но разве так можно? Просто забрать их и все? — Конечно нет. Я их украл, — Томас улыбнулся. И от этой улыбки побежал мороз у женщины, что не привыкла к такому. Настолько она была злорадной, что это заставляло ее задуматься, а правильно ли они сделали.\- И вас с собой забрал, чтобы эти двое не начали вас доставать. А то, зная Альбуса, с вами неизвестно что могло произойти. Этих двоих никто не отпустил бы просто так. Да ведь и ты не просто так обратилась ко мне. — И что теперь? Их ведь будут искать. Я знаю, что есть различные магические способы найти человека. Мама как-то рассказывала о них. — Это не поможет. Мой дом защищен. Даже сильнее, чем банк. Все же, я тоже не сильно хотел того, чтобы меня нашли всякие проповедники света, — на последних словах мужчина закатил глаза, явно насмехаясь над своими же словами. — Вас тут никто не найдет. И у нас будет время привести детей в порядок и обучить всему до их поступления в Хогвартс. — А? — Гарри, вы все равно будете обязаны пойти туда. Но у вас будет преимущество, — Томас усмехнулся, смотря на мальчика, который выглядел крайне удивленным. — Вам все равно придется столкнуться с Дамболдором и своей семьей. — Без этого никак? — Поттер все же надеялся на то, что они смогут избежать учебы в Хогвартсе. — Никак. Да и зачем бежать? К моменту вашего прибытия в школу у вас будет все, что поможет выжить в этом логове паука. Ты не останешься один, — мужчина вновь посмотрел на мальчика. — Ты испугался? Не замечал за тобой страха или чего-то подобного. — Я не хочу, чтобы мои дорогие люди страдали. — Теперь все будет по-другому. Теперь ты не один против мира. А теперь, раз мы уже все обсудили. — Постой, Томас, — Петунья перебила мужчину, все так же грозно смотря на волшебников, которые говорили и понимали лишь друг друга. — А что делать нам с Дадли? Вся наша жизнь там, на Тисовой улице. Моя работа, да и школа у Дадли. Все друзья, знакомые. — Муж есть? — Нет. Мы с Верноном давно развелись. — Это просто отлично, незачем нам этот мужчина. Работу найти можно и тут, а можешь и не работать. Для Дадли тоже все устроим. Не переживай, я все устрою, — Томас кивнул, принимая возмущения женщины. — Теперь все? А то мне надо подготовить все для ритуала. — Какого? — мальчик забеспокоился. Ведь сейчас, среди них, плохо было только Гермионе. Неужели ей плохо так, как он даже представить боялся. — Ничего страшного. Ритуал очищения. Каждый здравомыслящий волшебник проводит его раз в полгода, — Редлл пожал плечами, поднимаясь с кресла. — Некоторое время я буду занят. Свободные комнаты на втором этаже. Кухня, гостиная, библиотека. Все в вашем свободном доступе. Не рекомендую спускаться в подвал, там опасно. Ещё раз улыбнувшись новым жильцам, Томас покинул гостиную. Для него было непривычно видеть и слышать в своём доме кого-то ещё, а не только себя и некоторых его знакомых. Петунья посмотрела на племянника, который сидел в глубокой задумчивости. Это смотрелось немного странно. Пятилетний мальчик, глаза которого выдавали далеко не детские мысли. Женщина беспокоилась за этого мальчика, и ради него и Гермионы она была согласна остаться тут, в совершенно новом для себя месте. Да и иногда бывает, что перемены к лучшему. А сейчас стоило позаботиться об их быте. Дети не кормлены, спать не уложены, а время уже послеобеденное. Приготовив на скорую руку полдник, женщина устроила мальчишек в одной из комнат на втором этаже, как и говорил Томас. Сама же, найдя другую свободную комнату, она тоже прилегла отдохнуть. Прошло некоторое время, прежде чем их всех Томас снова собрал в гостиной. Пришло время, всё было готово. Ритуал они провели достаточно быстро и как-то даже обыденно. Не было ничего, что могло вызвать удивление или возмущение. Немного крови, слова заклинаний и окунание в небольшую купальню, что стояла всё в том же ритуальном зале. От самих детей не требовалось ничего, за них всё делал Томас. Порезал ладонь всех четверых его новых жильцов, напоил зельем, да и окунул в купальни. Петунья обошлась без окунания, но просто умылась той самой водой. Это несколько было похоже на крещение, за некоторым исключением, о чём и сказала Петунья, слегка ухмыляясь и вытирая лицо. — Петунья, это даже не удивительно. Всё берёт своё начало от магических ритуалов. Даже то самое крещение, о котором ты говоришь, тоже взяло основную часть от этого же ритуала, — пожал плечами Томас, накрывая детей полотенцами. Результат, который они увидели несколько позже, удивил их всех. Причём не в очень хорошем плане. Из детей, как и из Петуньи, стала будто бы вытекать тёмная дымка, что потом собиралась в клубок. Это выглядело пугающе, из-за чего Дадли и Гермиона, что пришла в себя после купальни, начали плакать, прижимаясь ко взрослым, что были рядом на данный момент. Несмотря на то, что Гарри тоже не понимал, что именно происходит, но не был так сильно испуган. Что-то ему подсказывало, что нынешний Том точно ничего плохого не сделает. — Не мог бы ты объяснить, что происходит? — Видишь ли, Гарольд, это блокатор, который на вас навесили или ваши родители, или же Альбус. Он не давал возможности вашему ядру развиться в полномерной силе и сковывал дары, что есть в вашей крови, — видя недоумение на лице своего внука, мужчина лишь вздохнул, понимая, как много работы им ещё предстоит. — Этот туман — это то, что было внутри вас. То, что не давало полностью развиваться и сдерживало таланты. Он вас останавливал. — Но ведь так нельзя, — возмутилась Петунья, с которой уже перестал идти туман. Как и с Дадли, который стоял рядом с матерью, крепко обнимая её. — Конечно нельзя, Петунья. Именно поэтому мы и убрали это всё с вас. — И что теперь? — спросил Поттер, смотря, как с него уходят последние клубы дыма. — А теперь вы начнёте учиться. Причём все четверо. Вам троим, — Риддл указал на детей, — придётся учить очень много. Как магловские, так и магические науки. Позже уже будем смотреть по вашим талантам, что кому лучше подходит. Такое всех устраивает? Несогласных не было. Компания поднялась наверх и отправилась на кухню, однако Томас их оставил, отправляясь в кабинет и ссылаясь на то, что у него и так много дел накопилось, пока он был занят ими. Однако Гарри предполагал, что ему просто надо было побыть наедине с собой, дабы принять новую для себя реальность. Поттер понимал, что им обоим будет нелегко. Да, даже сейчас они испытывают небольшой дискомфорт, находясь рядом друг с другом. Однако им обоим стоило бы поскорее примириться. Всё же они родственники. В первые дни всем было тяжело. Постоянное подозрение друг против друга. Отсутствие доверия, страх и множество ещё разных эмоций просто отравляло их общество. И даже несмотря на то, что Гарри с Томом вроде как поладили, но всё было понятно, что это только на первый взгляд. Томас, уже отринувший прошлый мир и живя в настоящем, спокойно общался со своим внуком, старался ему помогать, учить. Он привыкал к новым домочадцам. Спокойно разговаривал и учил их всех, даже не смотря на свою загруженную жизнь. Что было удивительно для Поттера, что Риддл немного приостановил свои изучения. Да, он порой давал им выходные или просто почитать книги, дабы заняться чем-то своим. Но большая часть времени у Томаса была посвящена именно его семье. Гарри же… Он так и не смог до конца простить Реддла, даже несмотря на то, что в своё время жалел о том, что убил его. Порой ему казалось, что вот сейчас всё вернётся и будет как тогда, в прошлом. Несмотря на всё, Поттер никак не мог отпустить прошлую жизнь. Да, после войны прошло достаточно времени, но те дни, что он вместе с Гермионой и Роном провели в лесу в поисках, сколько он воевал… Он просто это помнил. И понимал, что во всём вина Реддла. Это мучило их обоих, ведь они надеялись на то, что смогут жить спокойно. Ведь оба знали, что повторения этому уж точно не быть. И всё шло в таком темпе, пока это не надоело Петунье, которая не могла находиться в столь гнетущей обстановке. Она просто усадила двух волшебников друг напротив друга и заставила поговорить их. Сначала начал говорить Томас, как старший волшебник. Он спокойно говорил и рассказывал внуку о том, что сейчас всё изменилось. Что все они тут заодно. Что он сам теперь на стороне Гарри и не собирается причинять боль ни ему, ни остальным членам семьи. Томас расспрашивал младшего волшебника, что его беспокоит, как он может помочь. Для Гарри эти вопросы были столь непривычными, что первое время он смотрел на старшего удивлёнными глазами. Мальчик говорил, что всё нормально, хоть и сам понимал, что это было далеко не так. — Гарольд! — Томас! — Хватит притворяться. Все мы видим, что не все в порядке. — Но все в порядке. Том долго пытался выяснить, что же идет не так. Но Гарри не признавался. И даже Петунья, что стояла под дверью и слушала их разговор, хотела было уже сдаться и выпустить волшебников. Однако, пару слов, что вырвались у Томаса, что-то надломили в мальчике, и тот начал говорить. Он рассказывал обо всем, что его гложило. О том, какой была его жизнь тогда, что ему пришлось пережить и что испытать. Гарри кричал о своих несбыточных мечтах. Говорил о том, как его все обманывали. И то, что это продолжается даже сейчас. Томас смотрел на мальчика и молчал, давая ему возможность выговориться. Старший волшебник, да и тетя, понимали, что это именно то, что никогда не делал Гарри. Мальчик никогда не доверял взрослым свои проблемы, просто решая их сам. У него не было никого, чтобы даже просто выплакаться. Но сейчас были они. И они просто обязаны помочь им. — Я обманываю самого себя. Я притворяюсь сильным ради Гермионы, ради тети и Дадли. Но мне тяжело, — мальчик сам не замечал, как начал плакать, — Мне иногда кажется, что было бы всем легче, если бы я просто умер. Ведь не было бы столько проблем. Никто бы так сильно не издевался над Гермионой, тете не пришлось бы прощаться со своей жизнью, и все было бы по-другому. Да даже тебе было бы легче, если бы не я. А война? Если все снова повторится? Что будет, если я и в этот раз не смогу спасти людей. А если проиграем из-за меня? Что мне делать? Слушая тираду Гарри, Петунья заплакала. Неужели она так могла поступить с ребенком? Томас, в свою очередь, понимал, насколько сильно они были похожи. Особенно в том мире. Ему оставалось вновь донести до мальчика то, что он уже не единожды говорил. А Поттер все ему не верил. И еще многие говорили о том, что этот мальчик легко внушаем и довериться каждому? Да как бы не так. — Гарольд, теперь ты не один, — старший погладил внука по волосам, осторожно, едва касаясь его, — Мы тебе все поможем. Научим, расскажем, покажем. Ответим на твои вопросы. Ведь это очень важная часть взросления. Да, ты уже не станешь ребенком, и мы не будем сюсюкаться с тобой. Но поверь, мы не те чудовища. Петунья любит вас всех, ты ведь и сам это видишь. Она тебя даже от меня отбивает, — Томас слегка рассмеялся, вспоминая, как совсем недавно поругался с женщиной из-за того, что он, видите ли, «перенапрягает» ребенка, — И я. Ты посмотри, ну какой из меня тиран? — Самый настоящий, — мальчик едва заметно улыбнулся. — Молодой человек, я вас учу тому, что пригодится в жизни! — наигранно возмутился мужчина, но потом также едва заметно улыбнулся внуку, — Мы не те, что были там. Мы это мы. И ты это ты. Сейчас выбираешь ты, как жить. А война… Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы обойтись малой кровью. — Без крови… — Нет. Это невозможно. Дабы убрать такого паука, что схватил под себя всю страну, придется чем-то пожертвовать. И чем раньше ты это примешь, тем легче тебе будет в будущем. Но умрет тот, кто достоин смерти. Этот разговор вызвал у Гарри множество эмоций. Смущение, страх, надежда, злость. Но главное — облегчение. Да, он все равно до конца не может поверить. Но этого и не надо, сейчас по крайней мере. Поттер понимал, что доверие все равно будет нужно, но никто не заставляет его доверять им без достаточных оснований на это. Они будут ждать и не будут торопить. А Гарри, в свою очередь, все же попытается довериться им. После этого учеба продолжилась. Новички в магии все так же изучали основу, но теперь Томас позвал других людей для обучения. Он перестал навязывать свою компанию Гарри, как делал раньше. Все же в тот момент он думал, что там Поттер быстрее привыкнет к нему. Но оказалось, что все не так работает. Теперь же все было по-другому. Каждый день приходили разные маги, которые что-то объясняли, учили, рассказывали. И это было интересно всем. Даже Петуньи, которая не совсем понимала, для чего это надо было изучать ей и Дадли, ведь они не были волшебниками. Однако тут им все объяснил Реддл, рассказав о том, что в скором времени их магия может пробудиться. Что во время ритуала, который они потом проводили еще несколько раз, с них двоих спали все блокаторы, которые не давали развиться силе. И если Петунья будет слабой волшебницей, какой и была ее мать, то Дадли, возможно, будет волшебником. Не таким сильным, конечно, как двойняшки Поттер, но на среднем уровне, возможно. Тут только время покажет. И они учились. Все вместе. Каждый был отличен в чем-то своем. Гарольду отлично давались зелья и боевые искусства. У Гермионы были отличные успехи в Трансфигурации и Заклинаниях. А вот Дадли делал успехи в Травологии, Нумерологии и Астрологии. Для Петуньи открылись зелья, но тут никто не был удивлен, зная, как она относится к готовке. Столь скрупулёзно все нарезать, все делать по граммам. Поэтому, как только она попробовала сварить зелье, у нее все получилось. — Вот видишь, Петунья. Все получается! — как-то сказал ей Томас, наблюдая за женщиной и внуком, которые вместе колдовали над каким-то зельем. — Тшш, не мешай, — получил он в ответ. Так и шли дни. Недели. Спустя несколько месяцев Петунья попросила Реддла переместить ее к дому.