Боль с вишнёвым привкусом

*Три года спустя*

      Что может произойти с человеком за три года? Кажется, вроде, это не такой уж и большой срок, но на самом деле это целая жизнь в какой-то мере. Три года — это даже не месяц, не год, а целых три. За это время может произойти уйма всяких событий, влияющих в той или иной степени на человека. Он может жениться, развестись, обзавестись детьми или же выиграть какой-нибудь чемпионат, стать счастливым дядей или счастливой тетей. Это ведь целая кладезь различных событий, наполненных всякими эмоциями. И счастьем, и горем, и радостью, и любовью, и ненавистью.       Но что делать, если все три года ты не просто прожигал жизнь в прямом смысле этого слова, так ещё и не смог найти ничего достойного в ней? Лишь пил, гулял и имел все подряд. Именно так и происходила все три года жизнь Вишни в различных городах. За это время он успел проехать большую часть Америки, повидать сотни различных интересных мест и узнать все виды любви и женской ласки, но так и не смог найти себе ту самую. Каждый раз, когда ему казалось, что он влюбляется, мужчина просто уходил, стирая за собой все границы, лишь бы вновь не наступить на те же грабли. Вообще, прошлое его не отпускало. Или он не хотел отпускать его.       Несмотря на вселенскую обиду, он всячески пытался разузнать о происходящем в Сентфоре через старого друга Майкла, и сегодня он ехал к себе домой спустя столь долгое время благодаря Тёрнеру. Тот настучал, что у брата родился сын, и ягодному непременно захотелось повидать своего маленького племянника. Как никак, они с Итаном все равно братья, и Ви не может оставаться в стороне, когда в его жизни происходит такое большое событие.       И вот, снова поезд, и картинки за окном начинают медленно двигаться, постепенно сменяясь друг за другом. За это время мужчина так сильно привык к поездам и постоянным разъездам, что иногда не может уснуть без этого своеобразного «чух-чух». Он одет с иголочки. Синий костюм, белая рубашка с расстегнутыми пуговичками сверху, чуть раскрывающими чёрно-белое изображение дракона, от которого он не избавился с тех пор, хотя первое время очень сильно хотелось. Уложенные назад гелем волосы и парочка спадающих на лоб кудряшек, обворожительная улыбка и глаза, чистые, как утреннее небо. Безумный красавец, сводящий женщин с ума одним лишь томным взглядом.       Дорога оказалась быстрой и на удивление слишком лёгкой. Ягодный все время переживал, что не сможет выйти из вагона и вновь очутиться в родном городе, но весь мандраж куда-то исчез, как только он вдохнул аромат свежего летнего сентфорского воздуха. Родной запах, полный всякой всячины, начиная от нежного аромата цветов, и, заканчивая сгнившей травой и мусором. Вишня улыбнулся. Да, он скучал по этому странному, но такому родному и любимому запаху. Та же суета на вокзале, те же уставшие лица людей. Ничего не поменялось, лишь он стал немного другим. Чуть более грубым и чёрствым, теперь мужчину сложнее вывести на чувства, зато дурачливость никуда не исчезла, а прибавилась в двойном размере.       Спортивная сумка никак не сочеталась с изящным костюмом, однако другой у него просто не было. Эта любимая, когда-то подаренная Аароном. После того случая, когда они так перепили, что разнесли половину квартиры Вишни и испортили его вещи. Хиллу стало настолько стыдно от своего поведения в тот момент, что он оплатил весь ремонт и купил другу новую сумку, теперь не выпускаемую им из рук в каждой поезде. И почему он вспоминает об Аароне каждый гребаный день своей жизни? Прошлое никак не может его отпустить, и ягодному постоянно хочется вернуться назад, в старые добрые, где были только он и Аарон и их дружба, полная радости, веселья и безудержного счастья.       Вишне не хотелось возвращаться в свою квартиру, но и идти в отель ему казалось глупой идеей, поэтому квартира оставалась единственным вариантом. Спокойно и не спеша он двинулся, идя по знакомой тропинке, ведущей в нужную сторону. Когда Ви уезжал тут было холодно, деревья стояли голыми и полностью в снегу, а птички и вовсе не пели. Сейчас же природа в полном своем расцвете. Красивая, особенная, волшебная. Вообще, Вишне всегда нравилось наблюдать за Сентфором именно летом. Тут всегда чувствовалась какая-то загадочная атмосфера, а прогулки по ночам были безумно весёлыми и запоминающимися. Абсолютно ничего не изменилось. И даже мусор остался в тех же местах, где и был до этого.       Вот мужчина уже и подобрался ко дворику. Он остановился около своего любимого Форда, огладил рукой теплую от солнышка поверхностью капота, ожидая собрать ладошкой грязь, скопившуюся на машине, но она оказалась чистой и даже блестела в каких-то местах. Кто-то явно хорошо за ней ухаживал, пока Вишня находился в отъезде. Ягодный улыбнулся собственным мыслям, ещё раз провел рукой по излюбленной машине, наконец-то решившись зайти в подъезд.       Все тот же лифт с грязными и изрисованными стенами, тот же отвратительный запах чего-то сгнившего, к которому привыкаешь спустя определенное время. И эта дверь темно-коричневого цвета, обитая какой-то странной кожей, немного потёртая и такая родная. Он до сих пор чувствует здесь запах ее духов, и это сводит с ума. Почему ягодный так и не смог выкинуть из головы ее образ, так больно бьющий его каждый раз, когда он видел похожую девушку. Хотя похожих и быть не могло. Она уникальная в своем роде, и ему никогда не забыть тех прекрасных минут, проведенных с ней. Хоть и закончилось все так плачевно… Хоть и не может он теперь строить отношения с другими, вечно боясь той же боли.       Вытащив ключи из расщелины между порогом и бетонным полом, Вишня открыл дверь в квартиру. Внутри пахло старостью, все заросло пылью и ощущение одиночества стало таким невыносимым. Было не лучшей идеей вернуться сюда, но назад дороги нет. Ягодный смахнул с зеркала в спальне ладонью пыль, улыбнувшись собственному отражению. Ему нравилось, каким статным он стал выглядеть за это время. Он давно не чувствовал себя настолько привлекательным, как сейчас. И, пожалуй, это был единственный плюс от его отъезда из Сентфора.       Бросив сумку куда-то на пол, мужчина распахнул дверцы шкафа, наткнувшись взглядом на ту самую любимую кожанку. Пусть он и отдал тогда Аарону одну, у него всегда была и вторая в качестве запасной. Он как-то выкрал ее из кабинета друга, забрав себе. Хилл, правда, догадался обо всем практически сразу же и ругать ягодного не стал. Списал это на его особую любовь к вещи, дизайн которой разработал именно он. Да, Вишня и правда безумно любил эту косуху с изображением дракона. Он изобретал этот чертов дизайн почти два месяца и расстаться с единственной вещью, сделанной от и до им самим, у него не вышло. Мужчина провел пальцами по кожаной ткани, ощутив это родное и приятное прикосновение. Сколько бы Ви не пытался убедить себя в уходе из банды, этого так и не произошло. В душе он был, есть и всегда будет истинным драконом.

***

      Встреча с братом прошла удачно, хоть Итан и не был рад такому резкому появлению своего близнеца, но разговор по душам состоялся. И ещё теперь Вишня умеет держать правильно младенцев на руках, хотя пока надобности в этом умении он не видит. Детей заводить ему ещё не с кем, да и не собирался он пока что.       Получается, дело было сделано и можно было ехать в очередное путешествие, но что-то останавливало ягодного. Каким-то случайным образом ноги мужчины привели его к казино. Он сам и не понял, как оказался возле закрытой двери, не заметил, как постучался в знакомую дверцу правильной комбинацией, заученной наизусть много лет назад.       — Вот это да, Вишня?! — дверь распахнулась и перед Вишней предстал Бурый, практически не изменившийся с их последней встречи. Лишь прибавил себе чуток морщинок и стал немного шире.       — А ты все также стоишь и принимаешь гостей. Жизнь течет, а Бурый не меняется, — Ви приобнял мужчину по-дружески за плечи, обменявшись с ним рукопожатиями.       Они прошли во внутрь. Все те же стены и столы, даже и персоны были теми же. Ничего не поменялось, и вся атмосфера навела на ягодного ностальгию. Ему захотелось сесть за один из столиков и сыграть в покер с Хиллом, либо переиграть Бурого в преферанс или же учить малыша Майки правильно шулерить. Нет, это место никогда его не отпустит и навсегда останется родным и таким дорогим. Здесь вся его жизнь.       — Кто-то на месте есть, кроме тебя? — Вишня снова обратился к Бурому, внимательно изучающему задницу одной из танцовщиц, по иронии танцующей в том самом серебристом костюмчике, что был тогда на О’Нил в первый ее рабочий день.       Ягодный улыбнулся горько и искренне одновременно. Какое-то особое тепло растянулось по всему его телу, заставив мужчину вспомнить тот день в красках. Их с Сарой спор, его идиотскую попытку ее напоить, ее удар ему между ног и их взгляды друг на друга. Разговор с Аароном, в котором он признался другу впервые в особенности своих ощущений к этой особе. Все так давно было, но словно вчера. И почему он уехал? Жизнь все равно не изменилась, а тоска по общению с лучшим другом усилилась настолько, что стала невыносимой прямо сейчас.       — Тёрнер, если только. Найдешь его у Аарона в кабинете. Он теперь там часто обитает после твоего ухода, — и дракон исчез в ту же секунду за скрывшейся в коридоре танцовщицей.       Вишня улыбнулся, понимая, чем сейчас оба будут заниматься. Он ещё раз взглянул на зал, обведя его целиком и полностью, вдохнув аромат алкоголя с примесью сигаретного дыма. Снова широко улыбнулся, ощутив знакомые нотки голоса позади.       — Нихуя себе, Ви, ты всё-таки решился приехать? — Тёрнер с особой радостью в голосе обратился к мужчине, крепко обняв его за плечи. Ему плевать, что все смотрят. Он безумно соскучился по этому кучерявому. Признаться честно, Майкл устал от вечной серьезности Аарона и искренне не понимает, как Вишня все время проводил с ним столько времени и не уставал от его занудства. Благо, теперь Хилл появлялся в казино в лучшем случае раз в неделю, иногда и раз в месяц.       — И я рад тебя видеть, малыш Майки. Смотрю, ты повзрослел, стал таким накаченным. От девок отбоя нет, да?       Ягодный радостно обнял друга в ответ, пытаясь внимательнее рассмотреть изменившегося Майкла. Взрослое лицо, появились морщинки, ничуть не портящие его привлекательность, атлетичное тело, просматривающееся даже через оковы дорогого костюма. Парень времени зря не терял, в отличие от самого Вишни.       — Ты тоже изменился, — дракон оглядел друга с головы до ног, остановившись взглядом на проглядывающемся из-под рубашки изображении дракона, — но в душе остался тем же драконом. Ты ведь тогда не серьезно говорил об уходе?       Они расположились за барной стойкой. Буквально через пару секунд перед мужчинами материализовалось по бокалу с виски, и разговор завязался сам по себе, словно и не было трёх лет отъезда Вишни.       — Я был резок и импульсивно отреагировал на действия Аарона и Сары, но не жалею о сделанном. Мне нужно было это время, чтобы кое-что понять, — ягодный сделал глоток темной жидкости, ощутив внутри любимый вкус.       Где он только ни был, но столь вкусного виски ещё не пил нигде. Вишня не знает, где драконы заказывают этот офигенный напиток и, пожалуй, это его бесило все время отъезда. Зато какое сейчас блаженство — выпить и почувствовать тот самый вкус, будоражащий каждую клеточку организма.       — И что же ты понял? — Тёрнер держал бокал в руке, рассматривая, как переливается жидкость от лёгких потрясываний рукой.       — Невозможно забыть то, что ты любил так сильно, точнее кого… В общем, как бы я не бежал от прошлого, оно все равно вернулось в мою жизнь.       Мужчина посмотрел на свое отражение в темной жидкости, улыбнувшись. Да, это определенно то, чего ему так сильно не хватало все это время. Вот эти беседы с друзьями, вся эта любимая атмосфера. Настоящий дракон всегда останется таким, как бы он не пытался убрать из себя эту кровь.       — Скучаешь по ним? — Майкл бросил на вишнёвого пронзительный взгляд своих зелёных глаз, увидев, как голубые огоньки посмотрели на него с грустным отливом.       — Не поверишь, но безумно. Сегодня дома наткнулся на фотку с Аароном, вспомнил старые добрые. Квартира до сих пор пахнет Сарой, а в особенности те вещи, что она носила. Идиотизм чистой воды. Они меня предали, а я все равно по-прежнему их люблю. Как это вообще называется?       Вишня выпил залпом содержимое бокала, отставив его в сторону. Бармен собирался налить ему ещё, но мужчина сделал запрещающий жест рукой. Он поднялся с барного стула, мотнул головой Майклу, и тот двинулся за ним. Они шагнули в коридор с кабинетами, где Вишня остановился около двери в свой.       — Там все так, как и было прежде. Аарон лишь прибрал весь бардак, который ты тогда учинил в пьяном бреду и все. Он надеялся, что ты вернёшься.       Майкл открыл дверь, и Вишня с особым удовольствием оглядел чистый кабинет, откуда ему в нос резко ударил знакомый аромат виски и мяты. Хилл даже ароматизатор оставил в покое, хотя его всегда раздражал этот запах. Ягодный прошёлся вдоль всего помещения, улыбаясь каждой вещи в нем. Все, абсолютно все здесь напоминало ему старые добрые, и это заставляло этого не снимать улыбки в течение десяти минут, пока он не закончил осмотр. Мужчина сел в любимое кресло, откинувшись назад. Он достал из ящика бурбон, налил в бокал и выпил. Удивительно, но все действительно лежало на излюбленных ему местах, и руки самопроизвольно выполняли знакомые действия.       — За машиной тоже наш мистер серьезность ухаживал? — Вишня закурил, стряхнув пепел в ту самую пепельницу-дракона.       — Да, хотя я предлагал ему помощь, но он всячески отказывался. Видимо, боялся, что я что-нибудь сломаю, — Тёрнер сел на один из стульев, изящно поправив ворот рубашки. — Кстати, о том, что ты там говорил про прежние чувства к Аарону и Саре. Ви, сколько бы люди не делали гадостей друг другу, мы все равно помним хорошее, если этого хорошего было больше. А мне кажется, что в вашей троице хорошего было гораздо больше, чем плохого. Вот поэтому ты и не смог их забыть.       — Может быть, ты и прав, — ягодный взял в руки единственную стоявшую в его кабинете фоторамку, где внутри было изображение его и Хилла, лет десять назад. Такие счастливые, беззаботные и невероятно веселые. Вишня невольно улыбнулся, точно убедившись в том, как же он скучает по другу.       Мужчина прошёлся ещё раз по кабинету, оценив всю чистоту и заботу, приложенную Хиллом к помещению. Неужели это не доказательство того, как сам Аарон сильно любит Вишню? Ухаживать за вещами друга, что, возможно, никогда больше и не появится здесь, дорогого стоит.       — Слушай, а они где сейчас живут? У Аарона или у Сары? — Вишня посмотрел на резко улыбнувшегося Майкла.       — Аарон купил какой-то небольшой домик, типа поместья. Сказал, что ребенку там будет лучше. Короче, у Хилла просто старость уже проявляться начала, вот и все. Могу адрес накалякать, если нужно, — Тёрнер взглянул на наручные часы.       — Да, давай адрес, и это, не знаешь случайно, где мои такие? — ягодный бросил взгляд на часы дракона, улыбнувшись.       Майкл достал из кармана пиджака связку ключей, отрыл нужный и подал Вишне.       — Не поверишь, но в твоём сейфе, — Ви радостно улыбнулся, забрав ключ и мигом открыв сейф, принявшись рассматривать содержимое: сложенная в несколько раз кожанка, фирменные часы, ключи от кабинета и самого казино, травматический пистолет с особой гравировкой, какое-то странное кольцо, пачка денег и фотокарточка.       — М-да уж, я тогда точно психанул, — мужчина ухмыльнулся своему же поступку, разобрав все вещи по своим местам. Лишь кожанку оставил там же, ибо ее просто некуда было убрать.       — А вы с Аароном любите психовать просто так, — Майкл закатил глаза, заметив, как Вишня взял в руки оружие и прицелился в одну из бутылок, выстрелив. Стеклянная тара мгновенно разбилась, разлетевшись по полу. — Узнаю старого доброго Ви.       Оба мужчины засмеялись, переглядываясь как-то особенно. Была между ними какая-то необычная связь, родная. Ви всегда видел в Тёрнере своего преемника, именно он заставил Аарона принять когда-то мальчишку Майкла в банду. Ягодный всему его обучил и теперь зачастую замечает в нем свои повадки, особенно после столь долгой разлуки. На самом деле, по малышу Майки Вишня тоже безумно скучал и рад, что первым, кого он встретил из старых знакомых, оказался именно он.       — Держи адрес, успеешь ещё сегодня, если поедешь сейчас. Бурый может тебя отвезти, — дракон протянул другу бумажку с адресом.       — Я на такси, спасибо. Рад был повидаться, малыш Майки, — Вишня по-братски обнял парня, взъерошив его волосы.       — Я тоже. Ты к нам надолго?       Тёрнер поправил прическу, недовольно хмыкнув. Он не ненавидит, когда ему так делают.       — Возможно, навсегда.       Ягодный смиренно улыбнулся, вызывая попутно такси. Он не спеша покинул казино, ещё раз оценивая слишком значимое для него место своим теплым взглядом. Он не сможет снова отсюда уехать. Слишком тут ему хорошо.       Такси подъехало к назначенному времени, и мужчина, расположившись удобнее, начал размышлять о том, что он скажет Аарону, как поведет себя с Сарой. Ему одновременно и хотелось увидеть этих двоих, ведь они слишком ему дороги, несмотря на все то, что натворили, и также не хотелось, ибо в голову мгновенно ударят не самые лучшие воспоминания. Но держать зла он больше не хочет и не может. Пора бы отпустить злосчастное прошлое, никак не дающее ему жить по-человечески.       — Шеф, останови тут, пожалуйста, — Вишня маякнул водителю, и тот послушно припарковался около магазина с детскими игрушками.       Ягодный вошёл в здание, осматриваясь. Тёрнер когда-то сообщил ему, что у Хиллов родилась дочка, и Вишня не был бы собой, если бы не купил что-нибудь малышке. Сделать выбор среди огромного количества различных игрушек оказалось непростой задачей для мужчины, но всё-таки его глаз пал на среднего размера розового фламинго с причудливыми глазками. Купив подарок, он продолжил свой путь, оказавшийся длинным и даже немного долгим. Только Хилл мог купить себе, как выразился Майкл, поместье на другом конце города, куда нужно было переться практически два часа. Вишня уже в сотый раз проклял Аарона, когда они наехали на очередную кочку. С горем пополам и множеством мата он всё-таки доехал до нужного места, расплатившись с водителем. Хотя за такую езду он бы ему и рубля не дал, но придется.       Перед взором дракона открылся небольшой двухэтажный дом из кирпича с огромной верандой и собственным бассейном во дворе. Неплохо, однако, Хилл устроился. И что имел ввиду Тёрнер, когда говорил, что дом небольшой? Для Вишни это был большой дом. Ягодный прошел к входной двери по каменной дорожке, поставив палец на звонок. Какой-то странный страх возник в его голове, когда он нажал на кнопку звонка. Дверь открывалась мучительно долго, и когда она всё-таки распахнулась, перед ним предстала Сара.       Повзрослевшая, похорошевшая, счастливая и круглощекая в силу сразу же бросившегося мужчине в лицо положения. Округлившийся животик выпирал через лёгкую ткань летнего платьица, вызвав у Вишни умиление в чистом виде. Вся злость и ненависть куда-то резко исчезли, а в сердце поселилась огромная радость. Такой счастливой он ее ещё никогда не видел. Стоило прождать три года, чтобы увидеть ее такую.       — Мамочки, мне не кажется, да? — Сара осторожно протянула руку к лицу мужчины, дотронувшись до щеки. Она удивлённо его рассмотрела, ощутив реальное прикосновение на коже. На ее лице заиграла такая широкая улыбка, что Вишне захотелось заключить ее в крепкие объятия, что собственно он и сделал.       Резко, нежно и осторожно, чтобы не причинить ей боли. Он крепко обнял ее за талию и прижал к себе настолько, насколько позволил ее животик.       — Офигеть, ты такая взрослая стала! Сара, да ты теперь настоящая женщина! — Вишня оставил едва ощутимый поцелуй на пухленькой щечке, широко улыбнувшись.       Сара по-прежнему молчала, пытаясь сообразить, что происходит, и как здесь оказался Вишня. Она вновь и вновь касалась его лица ладошкой, убеждаясь в его реальности.       — Ты чего молчишь? Да я это, я, — мужчина рассмеялся причудливой реакции девушки, — не рада мне что ли?       — Я…боже, Ви, как можно не радоваться тебе? Я безумно скучала! И вообще не надеялась, что ты когда-либо захочешь с нами увидеться. Так, — она помотала головой, словно попыталась развеять картинку, ещё раз убеждаясь в том, что это не сон, — проходи. Вот тебе тапочки, — она наклонилась, вытащив из шкафчика пару домашних тапок, — давай сюда пиджак повешу.       Вишня снял туфли и пиджак, осматриваясь. Огромное и светлое пространство с кучей различной мебели и всякой всячины, которую всегда любил Хилл. В голову ягодного резко бросилось воспоминание, где Аарон рассказывал о своей мечте, связанной с большим домом. Значит, материализовал всё-таки.       — А где малышка? Я тут ей купил кое-что, — Вишня стал высматривать маленькие ножки среди всего пространства, крутя в руке игрушку.       — Боже, Ви, не стоило, — Сара отвела мужчину в гостиную, поставив перед ним чашку с чаем и различные вкусности, — сейчас позову ее. Думаю, фламинго ей понравится.       Ягодный отпил несколько глотков из чашки, закусывая все это дело пирожным. Он чуть не поперхнулся, когда Сара привела за ручку практически точную ее копию, только в уменьшенном виде. Те же голубые глазки, та же обворожительная улыбка, блондинистые длинные локоны и очень милое личико, словно у маленького ангелочка. Хотя, собственно, мужчине именно так и показалось.       — Вай, какая принцесса. Как тебя зовут, ангелочек? — Вишня поднялся с дивана, опустившись перед девочкой, внимательно рассматривающей его, на корточки.       Малышка испуганно осматривала мужскую голову, а потом неожиданно для дракона улыбнулась и крепко его обняла.       — Папа говорил, ты хороший! — детским высоким голоском пролепетала она, заставив Вишню улыбнуться. Он бросил непонимающий взгляд на Сару, радостно рассматривающую все происходящее.       — Аарон часто показывал старые снимки и рассказывал о тебе, — уточнила О’Нил, садясь на кресло.       Вишня поднялся на ноги, взяв малышку на руки. Он сел совместно с ней обратно на диван, усадив ее на своих коленках. Девочка изучала каждый сантиметр его лица своими маленькими пальчиками, щекоча его кожу, но он гордо терпел каждое прикосновение.       — И как тебя всё-таки зовут, принцесса? — не унимался мужчина, никак не прекращая удивляться схожести двух девушек.       — Джуди, — она заметила контур татуировки, проступающий через открытую ткань рубашки, загадочно посмотрев в сторону Сары, уплетающей за обе щеки пирожные.       — Нет, Джу, даже и не думай. Вишня тебе не раскраска! — строго пробурчала О’Нил, делая глоток чая.       Вишня заинтересованно посмотрел на Сару, закатившую глаза. Она никогда не могла отказать Джуди в ее прихотях, за что Аарон всегда ее ругал, хоть и сам постоянно баловал малышку.       — Тату, — Сара указала рукой на нужное место на своей груди, — она знает, что это такое. Так вот, в прошлый раз дракон Аарона был обведен всеми цветами радуги, и мы потом еле-еле это отмыли.       Девушка с улыбкой вспомнила один из совместных вечеров, заметив, как Вишня улыбнулся ей в ответ, а потом медленно расстегнул все пуговички на рубашке, оголив изображение дракона.       — Неси свои фломастеры и рисуй, хоть красок ему добавит. Только забери сначала фламинго, он теперь твой, — мужчина сам удивился своей собственной доброте.       Джуди похлопала в ладошки, несколько раз подпрыгнув прямо на коленках у ягодного, убежала с фламинго в руках и вернулась через пару минут с маленьким чемоданчиком, доверху забитым фломастерами различных цветов. Она умело выбрала один из них, начав творить.       — Пожалеешь потом, — Сара никак не могла нарадоваться происходящему.       — Да пусть, зато ей весело, — он улыбнулся, начав наблюдать за действиями малышки.       — Если честно, я до сих пор не верю, что ты реален, — О’Нил погладила себя по животу, довольно улыбаясь.       — Мне надоело держать на вас зло. Я люблю вас, что бы там ни было. Думаю, и вы меня тоже, раз столько всего делали в мой отъезд, — он совершенно спокойно говорил, словно на нем не двигалась постоянно Джуди и не щекотала его кожу фломастерами. — Добавь здесь малиновый, будет кстати, — мужчина оценил картину, подав девочке какой-то маркер. Она приняла его и с удовольствием раскрасила нужное место в этот цвет.       — А вы хорошо ладите, — Сара взяла телефон в руки, запечатлев момент на фото.       — Где же Хилл? — Вишня почесал затылок, избавляясь от резкого ощущения нервозности из-за щекотки.       — Приедет скоро. Думаю, он ездил в тир, чтобы пострелять. Короче, я просто его немного вывела из себя и чтобы не кричать на меня, он и свалил на пару часиков, — девушка виновато улыбнулась, опустив взгляд в пол.       — Твой характер и так оставляет желать лучшего, а в беременность ещё хуже, наверное. Часто его выводишь, да?       Вишня окончательно расслабился, поняв только что одну очень важную вещь — он бы никогда не смог заменить Аарона для Сары. Они идеально сочетались друг с другом с самого начала, а ягодный просто влюбился, так и не поняв изначально, что все было бы зря. И теперь он видит, какое счастье могло разрушиться из-за ошибок этих двоих. Плевать, что в итоге проиграл он, получив целую порцию боли и мучений. Зато какое счастье — видеть, как результат большой любви сейчас колобродит по его коленкам, тщательно изрисовывая его татуировку.       — Ага, ну не могу я ничего с собой поделать, хоть и понимаю, что иногда это бывает чересчур. Но Аарон мужественно терпит где-то неделю, а потом молча уезжает в тир. Его Майкл спалил, а я делаю вид, что не знаю его настоящего места пребывания.       О’Нил прислушалась к звукам в прихожей, предвкушающе улыбнувшись.       — Я дома, малышка! — громкий голос Хилла вывел Вишню из состояния блаженства.       Сара подмигнула ягодному, пройдя в прихожую. Она обняла мужчину, страстно поцеловав в губы. Он нежно погладил ее животик, ощутив, как по руке что-то несильно ударило.       — Бьётся, да? — совершенно счастливо произнес мужчина, ещё раз приложив руку к животу.       — Да, и мне вообще-то очень больно, а ему, видите ли, нравится, — девушка обидчиво надула губы, стукнув его кулаком в грудь.       — Прости, — Аарон сделал милое лицо, поцеловав Сару в мочку уха, — у нас гости что ли? Что за туфли? — он заинтересовано взглянул на мужскую обувь, проходя вперёд.       Каким же было его удивление, когда он увидел, как Джуди сидела на коленях Вишни и мирно рисовала прямо на его татуировке, пока ягодный помогал ей выбирать цвет для следующей секции. Аарон не поверил своим глазам, ещё раз обойдя гостиную.       — Папа! — малышка вскочила и бросилась в объятия к Хиллу. Он осторожно поднял ее на руки, поцеловав в щёчку.       — Что тут происходит? Черт возьми, неужели это правда ты? — Аарон опустил дочь на пол, подойдя к другу.       Несколько секунд долгого рассматривания друг друга увенчались крепкими братскими объятиями. Они определенно скучали друг по другу. Вишня заметил новые черты во внешнем виде друга, улыбнувшись этим изменениям. Ему показалось, что Хилл стал более домашним и таким спокойным, семейным и счастливым. Ягодный знал, что главной мечтой главаря драконов всегда была большая семья, и сейчас он ее исполнил в полной мере. У хозяина казино есть любимая жена, да именно жена. Ви заметил обручальные кольца на пальцах обоих. Есть и маленькая дочка, искренне любящая его ни за что, и скоро будет ещё один малыш. Искренняя радость за друзей наполнила черствое мужское сердце, разлившись по всему телу.       — Не поверите, но сейчас я понимаю, что лишь мешал вашему счастью. Знаете, а я искренне за вас рад.       На полном серьезе произнес Вишня, и вся троица расположилась на диване, а Джуди обратно принялась разукрашивать татуировку дракона.       — Что ты делал все это время? Мы пытались тебя найти. — Хилл поднялся со своего места и принес виски, разлив его по бокалам, один из которых протянул другу.       — Придавался любовным утехам с различными женщинами, полностью прожигая свою жизнь, — горько подытожил Вишня, отпив из бокала пару-тройку глотков.       — Только не пей много, пожалуйста, а то ты потом плохо пахнешь, — Сара прижалась к мужчине, взяв его руку в свою.       — Не буду, — Аарон оставил нежный поцелуй на губах возлюбленной, ухмыльнувшись тому, как Вишня всячески показывал ему его положение. — Ой, да не каблук я! — Хилл швырнул в друга подушкой так аккуратно, чтобы не задеть дочь.       — Ладно-ладно, так и быть, мистер я делаю все, что скажет мне моя любимая жена. Кстати, а почему на свадьбу не позвали? — обидчиво бросил ягодный, резко вздрогнув от действий малышки. Она потянула волоски на его груди так сильно, что ему стал неприятно.       — Звали, звонили, но ты не приехал. Да и свадьбы не было, мы просто расписались. — О’Нил заметила, как ягодный внимательно изучает их с Аароном, улыбаясь, словно видит что-то весьма приятное, а не тех людей, что заставили его мучаться.       Дракон снова смотрит на малышку, а потом на ее родителей. Счастливые, красивые. Он определенно хочет себе такое же счастье. И обязательно найдет. Теперь он точно в этом уверен. И никуда Вишня больше не уедет. Нет, не сможет. Эта семейка растопила в нем лёд, куда он теперь без них? Каждый человек заслуживает прощения, тем более слишком родной человек. Теперь Ви понимает многие вещи, и простить Аарона с Сарой оказалось не так уж и сложно.       — Сам-то когда женишься? Скоро потискаю твоих детишек? — Хилл не мог налюбоваться тем, как хорошо Вишня ладит с Джуди.       — А вот на вашей красотке и женюсь, — вполне серьезно произносит ягодный, вызывая недоумение у обоих родителей малышки. Сара внимательно смотрит на Вишню, а потом на Аарона, понявшего теплый посыл слов друга.       — Ну что, принцесса, пойдешь за меня замуж? — Вишня обратился к малышке, закончившей свой шедевр.       Она задумчиво рассмотрела доброе лицо мужчины, потискала его за уши, дернула пару раз за нос, а потом слишком умилительно произнесла:       — За такого красавца — да! Все девочки в садике мне будут завидовать! — Джуди чмокнула Вишню в щёку, как всегда это делала с Аароном, вызвав у всех взрослых в комнате смех.       За свое счастье нужно бороться, и Вишня обязательно начнет эту борьбу завтра, а сегодня… Сегодня он насладится прекрасным вечером в компании своих старых друзей, безумно любящих его несмотря ни на что. И он тоже любит их просто так, ведь именно эти люди смогли его многому научить. Не без боли, конечно, но, а как иначе? Ничего не бывает просто, да и боль тоже не бывает простой. Вишня смог пережить это отвратительное ощущение внутри себя, смог он и вернуться туда, где все началось. Он искренне рад за своих друзей, а они теперь, в свою очередь, сделают все, чтобы их друг был счастлив и больше никогда не испытал боли.