Ты мой маленький сад, который цветёт весной

Пока что я не понимала, что делать. В моей голове звучал только один вопрос: зачем? Зачем все это? Зачем я родилась на свет? Зачем он вообще появился в моей жизни? Почему я не могла повернуть время назад хотя бы на несколько лет, чтобы влюбиться в кого нибудь другого. Однако у меня не было ни сил, ни машины времени, одним словом, ни-че-го, чему я, честно говоря, не особенно радовалась... Пока в моей душе бушевали эмоции, а мой мозг думал о сделанном о случившемся, мои ноги унесли меня далеко-далеко. Я даже не заметила, что уже вечерело. Было темно. Сумерки появлялись, а закат медленно переходил в густую, туманную ночь. Я видела перед собой лишь какое то огромное высокое здание, где в нескольких окнах горел лучик света. Единственный лучик света. Я сразу узнала этот домик: это была моя школа, в которой я училась, и скоро должна была выпуститься и сдать экзамены. Как бы это странным ни показалось, но я, не ведая что творю, вошла в здание школы, взбудораженная какими то глупыми идеями, которым не суждено было воплотиться хотя бы потому, что я не имела особых сил и умений для этого. Если бы школа была живая, то она приняла бы меня не как радушная хозяйка; когда я вошла, меня обуял страшный холод и вечная мерзлота, словно я пришла не в учебное заведение, а одной ногой перешла в Антарктиду, и сейчас мне должен был встретиться какой нибудь северный пингвин. Этим пингвином оказался охранник, который тотчас подоспел ко мне. Когда он спросил меня, кто я, меня словно ударило током. Что мне было сказать? «Извините, я просто пришла полюбоваться цветами, стоящими в углу школьного коридора» - так бы я точно не ответила; а если бы я и ответила, то меня бы мигом вышвырнули из школы. А мне так хотелось пройти в школу! Что я, не сдержавшись, поинтересовалась: - Простите, а сколько сейчас время? Удивлённый моим весьма странным вопросом (ибо чтобы выкрутиться из какой нибудь ситуации, я предпочитала отвечать вопросом на вопрос), он сказал: - Эм, половина седьмого вечера. - Сколько?? - изумилась я, (вы бы подумали, что я специально сделала такую интонацию голоса, но нет: я действительно было шокирована). Ах, вы простите, но Инесса Ивановна тут? - Хм... Да, тут. На третьем этаже. А чего вам, собственно, нужно? - вдруг опомнился он. - Насколько я знаю, консультации по поводу сдачи экзаменов и факультативы, дополнительные занятия по игре на скрипке и органе давно кончились!.. - Я... э-э... пришла проведать мою любимую учительницу... - гордо заявила я. - А что? Я единственная, кто о ней вспоминает. А она небось устала, и ей нужен отдых и общение со мной.. Наверное... Хоть я и не была уверена, что он вот так просто впустит меня, но попробовать всегда стоит; а вдруг?.. С надеждой в голосе, я смотрела на него, пока наконец он не позволил мне войти. Я буквально не расцеловала его (просто на меня нахлынули самые счастливые и радостные чувства), я мигом помчалась к ней в кабинет, не теряя ни минуты. «Как он сказал? - гадала я, поднимаясь по школьной лестнице. - Третий этаж? А кабинет, собственно, какой? Хм...» - думала я, пока наконец не прибыла туда, зачем, собственно говоря, и пришла. Передо мной выросли одиннадцать дверей (да, школа у нас немаленькая!), и все на один лад: беленькие, цвета ореха, и темного дуба. Но кабинет нашего класса находился на четвёртом, а не на третьем! Что Инесса Ивановна забыла на этом этаже?!.. Тут меня охватил ужас и смятение. Кабинет Рональда, как бы это ни звучало, находился именно на третьем этаже!.. И его класс, а вернее, дверь его класса, была цвета грецкого ореха, и была она в самом дальнем конце коридора. Неужели ?.. Стараясь сохранить своё прежнее хладнокровие и кротость, расчётливость и решимость, я двинулась навстречу судьбе. Меня пугало не столько неизвестность, сколько страх. Ведь школу-то я, собственно, прогуляла! И весь день гуляла по городу вместо того, чтобы подготавливаться к выпускным экзаменам!.. А они были для меня очень важны, невзирая на то, что в их сдаче не было смысла. Мой смысл - совсем иной. И поменять его, просто вычеркнуть то, что я так люблю, я просто напросто не могу. Это выше моих сил. Когда я шла, у меня все плыло перед глазами. Тот диван, что стоял в углу - в темноте мне казалось, что это был человек. Я буквально сходила с ума. Сегодня довольно быстро потемнело - заметила я, смотря в широкое окно школьного коридора. Звезды выглянули и светили с чистого неба. А месяц... Он мне очень нравился. Недавно было полнолуние - и мне не спалось. Бледный Свет луны напоминал мне его глаза... Я сама для себя не заметила, как дошла до долгожданной двери. Не имея каких либо сил, я слегка постучала в дверь. Сомнений не было: в кабинете была Инесса Ивановна, и, похоже, ещё кто то. Ее голос, такой мелодичный, как струна арфы, сказал мне негромкое «войдите», и я, в смятении и робости, вошла. Все было как и в простом классе, какой был в обыкновенной школе; горело пять ярких светильников. Передо мной сидела моя русоволосая, румяная, но невероятно добрая учительница, с которой мы всегда находились в особых «отношениях»; не как учительница и ученица, а как две старые знакомые. Однако это не значит, что она мне делала поблажки в учебе. Я старалась сама, тем самым заслуживая ее «уважение», что ли. Видимо, она была не одна, потому что вдали я увидела чью то фигуру. Кого то она мне напоминала... Я было хотела поглядеть поближе, рассмотреть его (я точно знала, что это был парень), но мои раздумия прервал голос Инессы Ивановны: - Мейсон? - я обернулась на холодный и строгий голос моего учителя. - Это ты? - я кивнула. - Почему тебя сегодня не было в школе? Не успела я и договорить, как ЕГО голос заставил меня обернуться и ужаснуться: - Мейсон, а я и не ожидал новой, столь быстрой встречи с тобою... Видимо, ты меня не послушалась....