О бедном злодее замолвите слово

— У меня плохое предчувствие. – тихо сообщил Джи-Цун товарищам. Он специально улучил момент, когда Синь-Ина не было рядом, зато были все остальные члены команды. Джоу помнила, что, согласно канону, по дороге в Изумрудный чертог – место проведения турнира – а именно в ущелье Дан-Шонг на учеников и наставников Золотых небес напали бесы и твари клана Темной воды. Ожидались ловушки и множество неприятностей.       Увы, но сообщить все Атна-Мари сильно заранее было нельзя – настолько заблаговременное предчувствие не спишешь на хорошую способность к сканированию и умению улавливать малейшие эманации энергии ци.       — В ущелье неспокойно… — взволнованно добавил феникс. Скалистый и узкий Дан-Шонг как раз виднелся вдали.       — Что именно ты чувствуешь? – Атна, как командир группы, решил не разыгрывать привычный конфликт, а отнесся к предупреждению серьезно.       Цун неопределенно пожал плечами: — Опасность…       Из повозки, откинув матерчатый полог, высунулся обеспокоенный Ван-Сиин: — Кто-то разрядил все мои амулеты. У нас нет запаса энергии.       — Запасенные в дорогу зелья исчезли. – присоединилась к нему Тан-Чин-Сэ.       — Я бы и не думал проверять. Сундук заперт, но после слов Цуна… — признался артефайзер.       Это стало последней каплей. Лотосу было очевидно, что происходит нечто весьма скверное. Он поднял руку, давая сигнал к остановке.       — В чем дело? – поинтересовался наставник Ким-Джун, подъезжая к Младшекурсникам. Он отправился в эту поездку с учениками, как куратор отряда Атны.       Со стороны авангарда «каравана» донеслись недовольные возгласы: — Да что случилось? Почему встали? Что там у Младших?!       Лотос тихо объяснил монаху обстоятельства, сославшись на свои предчувствия и не упомянув Цуна, дабы не подвергать его опасности. Незачем привлекать к птичке внимание Темной воды.       Ким-Джун кивнул: — Я понял.       Он нахмурился и отправился поговорить с другими наставниками – кураторами отрядов Среднего и Старшего курсов.       — Что-то не так? – к Младшим подъехал Синь-Ин.       — Решили сделать привал перед ущельем. – как можно нейтральнее произнес лотос.       — Понимаю. Уже темнеет. – не стал спорить водник. Никто бы не заметил, как сильно он сжал поводья коня и тихо скрежетнул зубами. Если что-то не получится и все останутся живы, но узнают о подстерегающей ловушке – ему бы не хотелось, чтобы его запомнили, как того, кто советовал продолжить путь через место, впоследствии оказавшееся опасным.       — Остановимся здесь. Разбиваем лагерь. – распорядился вернувшийся учитель.       Небесные принялись ставить шатры. Им помогали прихваченные из Академии слуги-лодари. Наставники и Старшие ученики окружили место стоянки особо прочной защитой. Монахи ненадолго отлучились, дабы провести информационный ритуал и просканировать ущелье. О причине их отсутствия в лагере знали только Атна и Цун. Ким-Джун вернулся, когда на небе уже высыпали звезды, а в лагере вовсю полыхали костры.       — Бесы, ловушки, много тварей… — тихо сообщил он лотосу. – Ты был прав – сунься мы туда – были бы мертвы.       Атна-Мари мрачно кивнул.       — Они придут ночью. – напомнил он.       — Мы на возвышенности, барьер прочен, НАШИ ловушки выставлены, артефакты подзаряжены, мы их ждем. Это будет совсем иной расклад. – тихо сообщил монах.       Лотос старательно копил энергию и заранее плел нити особо мощного заклинания святой ци. В ущелье оно не возымело бы эффекта – зато под открытым небом врагам негде будет укрыться.       Феникс не слышал разговор Ким-Джуна и Атны, но и так все понял. По его прикидкам до атаки Темных осталось около часа. Он старался не упускать из виду Синь-Ина, чтобы тот не устроил еще какую-нибудь пакость. Но тот сидел у костра и выглядел обманчиво мирно.              — Вот ведь сволочь! И почему ты никак не умрешь, скотина! – мысленно ругался водник на лотоса.       Он осознавал, что теперь шансы проредить отряд крайне малы. Одно дело, если бы ученики и наставники ни о чем не подозревая сунулись в ущелье, а другое – окопались за его пределами, ожидая врагов.       Разумеется, можно было бы атаковать «караван» самому. Но мощи советника-демонолога, тем более еще не прошедшего трансформацию в демона, не хватит, чтобы гарантированно убить всех. Здесь собрались сильнейшие ученики Золотых небес и их учителя. Такие дадут серьезный отпор. Наверняка кто-то выживет и все расскажет. А это крайне нежелательно. Да и оставаться единственным выжившим – подозрительно. Спасшихся должно быть не меньше дюжины. И все они не должны ни в чем его подозревать. А значит – надо делать вид, что он на их стороне.              Все началось внезапно. Порождения Тьмы устремились из Дан-Шонга и направились к лагерю Небесных. Сработали первые размещенные по периметру ловушки, ночь распороли вспышки, визг и крики. Секунду спустя все на стоянке были на ногах и готовы к бою. Атна-Мари активизировал заранее сплетенное мощное заклинание против Темных. Золотой свет разошелся от него мощными волнами, словно круги от брошенного в воду камня. Лотоса окутало золотое сияние. На местность легла золотая сеть святой ци. Твари взвыли. Первая волна атаки захлебнулась, число врагов существенно сократилось.       Синь-Ин едва заметно поморщился. Его все больше раздражал Атна. Да и его заклинание причинило дискомфорт.       Трансформировавшийся каменный голем ринулся в атаку, круша врагов мощными ударами. Твари и бесы почти ничего не могли противопоставить его сокрушающей мощи.       Яо-Джань метал болотные огни, ловко уворачиваясь от выпадов противников.       Синь-Ин хлестал водными бичами. Синь-Фао приходилось проявлять усердие, чтобы не вызвать подозрений.       Но особенно отличились белый лотос и черный феникс. Джи-Цун парил в ночном небе, накинув призрачное черное оперение и истреблял бесов потоками Черного пламени. Его атаки идеально дополняли золотые искры, падающие с неба из огромного белого цветка, сотканного из солнечного света.       — Мы вместе. Мы рядом. Пусть мы не можем нормально поговорить, но можем сражаться плечом к плечу. – слышал Цун по эмпатической связи. Это были скорее не слова, а ощущения. И от них становилось невероятно тепло на душе.       — Ну и как тут можно не заметить? Идеальный тандем двух настроенных друг на друга аур. И почему вся Академия до сих пор не в курсе их отношений? – удивился Синь-Ин. – Людишки совершенно не умеют видеть.       Второй раз в жизни Цун призвал Черного феникса. Птица с криком и клекотом пронеслась над врагами, сея огонь, панику и смерть. Её появление сопровождалось радостными возгласами защитников лагеря.       Братья-наставники объединились для совместного удара. И удар этот был колоссален. От мощного потока гармонично переплетенной в боевое заклинание ци содрогнулась земля.       Боевые отряды Среднего и Старшего курсов проявили себя сильными и стойкими, но героями сражения, вне всякого сомнения были Младшие.       Вскоре бой был завершен. Ван-Сиин, истративший все силы на артефакты, лежал у догорающего костра, приходя в себя. Рядом устроилась порядком измученная Пэй. Тан-Чин-Сэ сейчас была подле потерявших сознание от перерасхода энергии Атны и Цуна.       После ее сменил Ким-Джун. Он осознавал, что все произошедшее не случайно – кто-то сообщил Темным о выбранном маршруте, разрядил амулеты, избавился от целительных зелий. В отряде предатель. Но кто?              Выспавшись и отдохнув, отряд продолжил путь. Благо, к тому времени немногочисленным раненным стало лучше, перерасходовавшие ци пришли в себя, а обезвредить или обойти заранее обнаруженные ловушки в отсутствие врагов было не сложно. Ехали молча и в задумчивости. И немного приободрились лишь к вечеру, завидев вдали темно-зеленые шпили башен Хатруны – города, где располагался Изумрудный чертог. У ворот, едва завидев документы участников турнира, стража с почтением пропустила «караван» внутрь. Копыта лошадей зацокали по цветной булыжной мостовой. На улицах пестрела толпа – все ярко и празднично одеты. На лицах людей – радость и оживление. Повсюду – изображения Изумрудного кубка, плакаты и сувениры с ним.       — Шелк «Сверкающий изумруд». – зазывал в свою лавку торговец. – Самый тонкий и прочный, а какой оттенок. Только взгляните!       — Изумрудные пирожки. – кричал лоточник, рекламируя выпечку с зелеными ягодами сун-шо и травяным тестом.       — Чай «Драгоценный изумруд». Лучший в городе. – заверял хозяин уличной чайной.       — С учетом того, сколько народу приехало в Хатруну поучаствовать и посмотреть на турнир – у торговцев горячее время. – подумал Джи-Цун.       — После того, как устроимся, выберемся в город? – с энтузиазмом предложил Ван-Сиин. – Я бы хотел на все посмотреть!       — Я не против. – предложил феникс.       — Будьте осторожны. – вздохнул Ким-Джун. Он понимал, что юношей и девушек не удержать, но очень переживал за них.              В Изумрудном чертоге проживал клан Риу, правящий Хатруной и окрестными землями. Они не участвовали в испытании, но являлись судьями, хранителями традиций и организаторами Изумрудного кубка – справедливыми и неподкупными.       После предъявления приглашения и всех необходимых документов, учеников и наставников проводили в отведенные покои вежливые лодари в длиннополых темно-зеленых одеяниях.       — Какое все вокруг ЗЕЛЁНОЕ! – возопила Джоу, схватившись за голову, едва мужскую часть отряда оставили в отведенной им комнате – чистой, простой, не слишком просторной, с ровными рядами одинаковых лежанок и… оформленной в изумрудных тонах. – Хорошо хоть деревья сейчас желто-красные. А то я бы не выдержал. Мне срочно надо на воздух.       — Недостаток красного вокруг, птичка? – насмешливо уточнил Атна.       — Как будто ты по белому не скучаешь. – буркнул феникс. – Меня устроят любые цвета, кроме зеленого.       — И чем вам зеленый не угодил? – Джань выразительно скрестил руки на груди.       — Количеством! – почти синхронно произнесли лотос и феникс.       — А ну как у них и еда ЗЕЛЕНАЯ? – с ужасом предположил Ван-Сиин.       — Это было бы слишком. – отмахнулся Хон-Дзю. – Быть того не может.       Переодевшись и освежившись с дороги, Младшекурсники отправились в город – посмотреть местные красоты. Все равно вопросами регистрации занимались наставники.              — Это мост Западная арка. – на правах гида вещал мастер магической пищи. – Старейший из мостов города. Если пройти по нему, а далее по улице Полумесяца до Площади фонтанов, можно увидеть Павлиний дворец. По его периметру расставлены сто двадцать семь медных павлинов.       — И откуда ты столько знаешь об этом городе? – поразился феникс.       Ван-Сиин гордо улыбнулся: — Специально читал перед отъездом.       Юные Небесные купили сувениры, угостились «Драгоценным изумрудом» в чайной. Внезапно треснувший чайник чуть не окатил Пэй кипятком. Цун тут был совершенно не при чем – после всего произошедшего ему было совсем не до отыгрыша проклятья. Тем не менее, пагода вздрогнула и сообщила, что желает отлучиться. Атна-Мари ощутил, что она в смятении. После недавнего боя все были несколько сами не свои, но девушка выглядела особенно подавленной. За общий столик в чайной она вернулась спустя целых пятнадцать минут, странно бледная и весь остаток вечера была крайне молчаливой. Все с тревогой посматривали на нее, но опасались расспрашивать.       — Мы могли бы поговорить наедине? – поинтересовалась Эль-Мин-Пэй у Атны, когда группа вернулась в Изумрудный чертог.       — Да, конечно. – кивнул юноша. Они вышли на один из уединенных балкончиков в дальнем конце коридора.       — Я много думала в последнее время. – с волнением начала красавица. – Ты был прав на счет проклятия – это очень серьезно.       Она закусила губу и несколько секунд молчала, после чего продолжила: — Все эти неприятные происшествия в Академии, нападение на наш отряд в пути, то, что произошло сегодня в чайной… Так больше продолжаться не может. Это опасно не только для меня, но и для окружающих. Прости…наверное, нам и правда не стоит быть вместе!       Лотос вздохнул – ему было неловко, что бедняжка еще и происки Темных восприняла на свой счет.       — Я понимаю. – произнес Атна как можно мягче. – Это большой риск, на который не имеет права наследница клана.       — Ты очень хороший, добрый и всегда будешь много значить для меня. – призналась пагода. – Мне искренне жаль, что из-за проклятья у тебя не может быть постоянной пары.       — Против временных увлечений проклятье не протестует. Я привык. – небрежно отмахнулся лотос.       — Друзья, соученики и одна команда на турнире? – с грустной улыбкой предложила Пэй.       — Именно так. – подтвердил Атна-Мари.       — Я напишу семье. – заверила пагода.       — Хорошо. – кивнул лотос. Он был рад, что история с помолвкой подошла к концу.              На следующее утро Изумрудного чертога достигла информация о том, что на турнир не пребудут в общей сложности представители двенадцати Академий. Все они подверглись в пути нападениям мощных Темных существ. Три «каравана» истреблены полностью, прочие потеряли бойцов по причине смерти и серьезных ранений и снялись с испытаний.       — Происходит нечто страшное… — мрачно думал Ким-Джун с тревогой глядя на своих учеников, бурно обсуждающих только что прозвучавшее объявление представителя Изумрудного чертога.