О бедном злодее замолвите слово

      Воздух заметно потеплел и пах приближающейся весной. Снег истончился, а небо было высоким и хрустально-прозрачным. Цун кутался в теплую одежду цветов Академии и едва заметно улыбался.       — Ты выглядишь невероятно довольным. – с теплотой отметил едущий рядом Дарр.       — Я и чувствую себя довольным. – признался феникс. – Очень приятно снова оказаться на свободе.       — Понимаю. – кивнул болотный. – И я тоже очень рад, что ты сейчас здесь. Яо-Бинши старательно держался поодаль и отвлекал разговором Хон-Дзю, давая возможность соклановцу побыть наедине с Цуном.       Заночевали юноши в небольшой деревушке, устроившись в одной большой протопленной и пахнущей травами комнате гостевого дома. Дарр долго не мог уснуть, глядя в полутьме на дремлющего феникса. Зрелище было приятным и умиротворяющим.       К середине следующего дня Небесные достигли цели. В лесу завелись мантикоры – огромные кошки с прочными шкурами и скорпионьими хвостами. Твари обычно селились в глухих чащах и не нападали на людей, но что-то заставило их сняться с привычных мест и перебраться поближе к человеческим поселениям. Это и стало причиной жалоб в Академию.       Тщательно расспросив местных и оставив лошадей под их пригляд, воины начали пробираться к тому месту, где по рассказам крестьян обосновалась стая хищников.       Вскоре обнаружились следы. А затем Небесные ощутили и самих мантикор. Кошки вышли навстречу, сверкая золотыми глазами с вертикальными зрачками. Они передвигались по снегу бесшумно и стремительно. Но в последний момент замерли, издав грозный предупреждающий рык.       Болотные и голем приготовились к атаке. Цун, меж тем, ощутил нечто странное. Он точно знал, что твари не желают зла и просто защищают свою новую территорию, в то время как с прошлой их прогнало нечто действительно опасное…       — Стойте! – юный феникс слышал свой голос словно бы со стороны.       — В чем дело? – удивился Дарр, но прервал заклинание.       Цун кратко сообщил свои выводы.       — Ты с ума сошел! – заметил болотный. Тем не менее поинтересовался: — У нас приказ уничтожить мантикор. Предлагаешь пойти и разыскать это опасное нечто?       В голосе ни малейшего осуждения, скорее – предчувствие грядущих неприятностей и долгой возни, вместо короткого боя с огромными ядовитыми кошаками.       — Предлагаю. – решительно кивнул феникс. – Надо устранить причину. Если это нечто доберется до деревень, мантикоры покажутся мелочью.       — Согласен. – поддержал Цуна Хон-Дзю. – Нельзя все так оставить.       Бинши лишь пожал плечами: — Я как все.       Под внимательными и настороженными взглядами тварей, отряд отступил для совещания.       — Оно там! – сообщил феникс, указывая в сторону глухой чащи. Он ощущал чуждое и неприятное присутствие всей кожей.       — Пойдем и разберемся. – кивнул Дарр.       Четверка максимально скрытно следовала в указанном Цуном направлении. И чем глубже они заходили в чащу, тем более жуткой и давящей становилась обстановка.       — Запах крови… — отметил Бинши, принюхавшись. Вскоре обнаружился и его источник – несколько растерзанных туш крупных животных, обагривших снег на небольшой поляне алым.       — Убивает для развлечения… Растерзал, но не съел. – мрачно хмыкнул Дарр. – И оно травит ядом…       — Не нравятся мне эти камушки. – Хон-Дзю указал на необычные куски скальной породы размером с быка и по форме сильно напоминавшие крайне грубые копии убитых животных. – Не бывает столь больших обломков так далеко от гор. Да и ближайшие горы совсем иного типа…       Договорить юноша не успел.              Оно было сильным, ОЧЕНЬ сильным, а еще длинным, как змея, покрытым прочной чешуей, ядовитым, совершенно невидимым и невероятно быстрым.       — ОСТОРОЖНЕЕ! – закричал Цун, отталкивая Дарра с траектории броска Зеркального василиска. В отличие от обычного, этот вид обращал в камень не взглядом, а прикосновением к чешуйчатому телу – любой его части за исключением клыкастой пасти.       Болотный осознал, что рядом прошелестело нечто огромное и больше всего похожее на порыв ветра или блики солнца. Феникс, получивший удар мощным хвостом по спине, начал оседать.       — Цун! – в ужасе закричал Дарр, подхватывая юношу.       Удачнее всех среагировал Хон-Дзю. Он моментально обратился в голема и ухватил неистовый «ветер» за хвост. Еще каменнее он стать не мог, а потому главное оружие змея было против него бессильно. Василиск принялся метаться, круша деревья и мелкую поросль, отправляя во все стороны смоченные отравой чешуйки. Бинши попытался атаковать ядом – но тут они с монстром были на равных – ни одной из сторон яд другой был не страшен.       Змей, впервые столкнувшийся с подобным неприятным раскладом, был немало удивлен. И оповестил об этом окружающих громким протяжным криком.       Оправившийся Цун взмыл вверх в потоке Черного пламени и обрушил всю его мощь на василиска, стараясь атаковать подальше от Хон-Дзю, все еще удерживающего опасную добычу.       Яо-Дарр применил технику Большого проклятья, раз уж яды показали свою несостоятельность в данном сражении. Проклятье должно было значительно ослабить способности змея. Бинши присоединился, сделав тоже самое.       Важно было не позволять василиску коснуться себя. Непростая задача, с учетом того, как сильно тот метался, отчаянно вереща.       — А-а-а! Не могу больше! Сейчас выскользнет! – заорал Хон-Дзю. В следующий момент удар хвоста впечатал его в дерево. Чешуя скользнула по каменным ладоням. Еще секунда и тварь окажется на свободе – мощная, невидимая и обращающая в камень все живое на своем пути. С учетом ее длинны – не спастись даже Цуну с его полетом…       Феникс и сам не знал, что именно применил, но с его рук сорвались черные перья – полыхающие и необычайно прочные. Они пропороли шкуру монстра сразу в нескольких местах. На снег хлынула ядовитая кровь василиска. Тот несколько раз конвульсивно дернулся и замер – он был мертв. Перья вспыхнули, но не исчезли, как большая часть магических проявлений любых заклинаний. Лезвия цвета обсидиана так и остались торчать в поверженной туше.       — Что это было? – поинтересовался Дарр в изумлении.       — Понятия не имею. – признался феникс, приземляясь. Он был очень сильно измотан.       Все присутствующие переглянулись…              — Мантикоры вернулись к себе. – воодушевленно сообщил Цун.       — Хмм… Ты понимаешь тварей, у твоих заклинаний материальное воплощение, василиск ударил тебя, но ты не окаменел. Если бы ты оказался бессмертным и умел становиться черным фениксом, я бы не сомневался, что ты дух. – Дарр одарил юношу очень внимательным взглядом.       — Эмм… Никакой я не дух. – не очень уверенно отмахнулся феникс. Он и сам не был до конца в этом уверен, но все же…       — Ты спас меня, приняв на себя удар василиска. И при этом сам остался жив. – напомнил болотный. – Я безмерно благодарен тебе, но ничего не понимаю…       — Я не знаю, как так вышло. – Цун смущенно пожал плечами. Разговор происходил в небольшой комнатке гостевого дома, отведенного ученикам в ближайшей деревеньке. Дарр и Цун разместились в одних покоях, Бинши и Дзю – в других. Феникса немного насторожило такое разделение, но он слишком устал, чтобы спорить.       — Надо посмотреть, что со спиной. – заявил болотный.       — Все в порядке. – начал отнекиваться Цун, хотя сам ощущал, что все далеко не безоблачно.       — Сам ты посмотреть не можешь – тут нет зеркал, а дело может быть серьезным. – продолжал настаивать Дарр.       После препирательств с Цуна стащили киинцу (одеяние с длинными рукавами, одевается поверх рубахи) и рубашку. Юноша был в немалом смущении – в этом мире аристократы традиционно облачались в два-три слоя одежды. Даже спать укладывались в специальном одеянии. Коллективные купания были мало распространены, а если и происходили, то также в укороченных штанах и рубахе, в компании самых близких. Без одежды феникса успел увидеть только Атна-Мари и… стражники в бытность юноши в плену. Но об этом вспоминать не хотелось. Кажется, еще в лазарете, но этот момент прошел мимо Цуна.       Так что теперь ситуация выглядела изрядно непристойно. Мысли Джоу, в прежней жизни много раз бывавшей на пляже, на этом фоне звучали тихо и как-то неубедительно.       — Так я и думал. Кровоподтек в пол спины. – сообщил болотный с волнением. Он старался глубоко дышать и не сильно пялиться на феникса. Это было довольно сложно.       — У меня есть лечебная мазь. – продолжил Дарр.       — Почти не болит… — попытался протестовать юноша. Но от холодного, пахнущего травами состава и правда почти сразу стало лучше. Болотный аккуратно втирал лекарство в кожу, немного массируя. Это было приятно.       — Эмм… Спасибо. – Цун поспешно оделся, стараясь не смотреть на болотного. – Уже поздно. Пора ложиться.       — Да. Доброй ночи. – отозвался Дарр.              Ночью Цуна опять мучили кошмары. Как и много раз до этого ему снились камера, холодный каменный пол, ощущение отчаяния и слабость во всем теле, смех тюремщиков и крики фениксов в соседних каменных клетках.       Юноша резко сел, приходя в себя.       — Цун, ты в порядке? – заботливо поинтересовался моментально проснувшийся Дарр.       — Эмм… Да. Просто плохой сон. – попытался отмахнуться феникс.       Болотный раздобыл ему травяное успокаивающее питье и устроился неподалеку: — Если не спится – можем просто поговорить.       — Спасибо. – едва заметно улыбнулся Цун. Он чувствовал себя немного лучше.              — Остановитесь! – отряд охотников Большого совета преградил четверке учеников путь и продемонстрировал Печать уполномоченных.       — В чем дело? – поинтересовался Дарр.       — С вами черный феникс. – отозвался один из охотников, явно старший по чину.       — Да. Я числюсь в Академии Золотых небес. – с готовностью сообщил Цун.       — Необходима проверка.       — Вам что, Знак не виден? – огрызнулся Яо-Дарр.       Охотник хмыкнул: — Это обычная процедура. Если все в порядке, то опасаться нечего.       — Ничего страшного. – обратился феникс к товарищу.       Он спешился и позволил просканировать свою ауру и свой новый Знак. А также показал охотникам свиток, подтверждающий его нынешний статус.       — Можете продолжать путь. – кивнул глава отряда, ознакомившись со всеми данными.       Дарр проворчал нечто неодобрительное. Возвращение в Золотые небеса прошло без особых происшествий.              Шин размял уставшие руки. День выдался сложный. Пришлось очень и очень много переписывать. А также заполнять бланки, вносить изменения и делать все то, что относится к работе младшего служащего. Темная вода исправно присылала инструкции. Судя по всему, планы этого клана успешно реализовывались. Лотос прекрасно представлял, какие последствия могут быть у мелких, точечных, но регулярно вносимых им изменений, а также утечки информации – особенно с учетом того, что составитель инструкций точно знал, куда именно следует бить, что вызнавать, где находятся слабые места системы. И… ведь таких незаметных агентов как Вэнь наверняка довольно много.       Шину невыносимо хотелось бросить все и сбежать – он думал об этом каждый день… Но надежно закрепленный магический маячок, снять который юноша не смог несмотря на многочисленные попытки, моментально сообщит Синь-Ину, если лодари покинет город. И поможет отследить его перемещения в дальнейшем. Лотосу очень не хотелось бы знать, что водник делает с теми, кто посмел его ослушаться.       — Я ведь мог покинуть страну. Или наняться в небольшой, но уважаемый клан. И зачем я только отправился к Ину? – с тоской думал Шин.       — Вэнь, пошли! С меня сегодня горячий ужин. Я еще не отблагодарил тебя за спасение. – голос Мифана раздался над ухом совершенно неожиданно и вывел из задумчивости.       — А? Да. Идем. – немного рассеянно кивнул юноша.              Юми довольно распушил хвост. Он искренне считал, что его комнатка в Академии – одно из самых уютных мест. Вишоэ удалось обустроить ее по собственному вкусу. На деревянном потолке сияли магические звездочки, на полках разместились приятные красивые вещицы. Лежанка, многочисленные подушки и любимые музыкальные инструменты дополняли обстановку.       Немного прибравшись, кот запер дверь своего уютного гнездышка и поспешил на кухню – готовить чай для господина Лойто. Теперь Юми официально числился его слугой, ибо главе клана по статусу полагался личный слуга из числа прошедших специальное обучение лодари.       На кухне вишоэ радостно приветствовали знакомые и приятели: — Как ты, пушистый хвост? Вода в котелке еще горячая. Как раз нужной температуры. А в корзинке остались нарезанные сладости.       — Как хорошо. Спасибо. – улыбнулся кот. Сервировав поднос, он направился в комнату господина Лойто.       Небесный весь просиял при виде вишоэ. Он забрал у него поднос и поставил на столик, а затем заключил Юми в объятия: — Я соскучился!       — Мы не виделись пол дня. – заметил котик.       — Это очень долго. – вздохнул юноша. – И меня печалит, что тебе приходится выполнять обязанности слуги…       — Мне не тяжело. – заверил Юми. – К тому же, только так я могу быть со всеми вами в Академии.       — В Академии – да. А потом? Ты достоин большего. – сообщил Лойто.       — Большего? – осторожно переспросил вишоэ.       — Да! Как на счет того, чтобы пожениться, когда я завершу учебу?       Юми покраснел и схватился за голову: — Госпожа Этну упадет в обморок от таких известий!       Лойто коварно улыбнулся: — Это значит – ты согласен?       — Конечно – да! – отозвался Юми.