Верх твоего эгоизма

Поцелуй меня… У меня огонь по коже. Я горю. У тебя и у меня огонь по коже. Maximiliano Calvo, Aron Piper, Soleá Morente — Prendiendo Fuego (Поджигая Огонь)

      Девушка вдыхала аромат парфюма, а сердце начинало биться чаще с каждой секундой. Взгляд опустился на полностью чёрные и идеально чистые туфли человека напротив. Теперь взгляд поднялся немного выше, на широкие плечи, обтянутые тонкой тканью свитера под горло чёрного цвета. Девушка взглядом проскальзывает по талии юноши, обратно по плечам, по достаточно накаченным рукам парня и останавливается на костяшках. Они небрежно перевязаны бинтом, который немного просочился кровью.        Дорогой парфюм, качественной работы свитер, подчеркивающий хорошую форму парня, в идеальном порядке туфли на ногах и… Кровавые бинты на руках. Так странно и несовместимо.       Гермиона наконец медленно подняла голову и сразу встретила колкий взгляд серых, почти бесцветных глаз своими шоколадными. И в них она не видела отвращения, как раньше. Ведь действительно, весь этот год в Хогвартсе Малфой не лез к Грейнджер со своими унижениями. Да, мог иногда подколоть, но не так обидно как до 7 курса. Поэтому в груди девушки ещё в начале года начинала теплиться надежда на то, что отношение Слизеринского Принца к ней изменится кардинально. Конечно, теплилась эта надежда до недавнего признания Гарри.       — Грейнджер, ты спишь на ходу или как? Можно хотя бы немного смотреть, куда прёшь? — блондин говорил тихо, но от этого его голос не звучал менее уверенно и пугающе.       Гермиона встала как вкопанная, не зная что и ответить ему. Она растерялась при нахождении рядом с ним: стоило немного ей податься вперёд и она будет стоять вплотную со слизеринцем. Девушка всё это время смотрела на Малфоя снизу вверх, что ещё больше создавало вид жертвы в виде Гермионы. Неизвестно, сколько бы ещё они так простояли посреди пустого коридора, но Грейнджер, поддаваясь какому-то непонятному порыву, развернулась и быстрыми шагами пошла прочь.       — Стой! — она резко встала на повороте, услышав голос Малфоя. Она слышала приближающиеся шаги парня, поэтому бездвижно ждала дальнейших действий от него. А он остановился в метре от неё и взглядом прожигал дыру в спине, она практически чувствовала это.       — Чего ты хочешь от меня? — её голос уверенный, а сама еле сдерживает непонятно-откуда-взявшиеся-слёзы, в то время как слизеринец сдерживает себя и своё желание. И обоих постепенно накрывает волна понимания: они скоро не выдержат и проиграют.       — Тебя, — его голос спокойный, а сердце в груди бешено колотится, — я хочу тебя, Грейнджер, — Драко не может понять, что двигает им в этот момент и зачем он ей это говорит.       Гермиона оборачивается и непонимающе смотрит на юношу, надеясь, что в темноте коридора не видно её мокрых глаз. Пытается разглядеть на его лице ухмылку, чтобы убедиться в том, что Малфой просто издевается над ней. Но его лицо серьёзное, без намёка на ухмылку. И она всё равно не верит ему, прекрасно зная, как аристократы с детства научены скрывать свои эмоции от всех, а скрыть ухмылку — раз плюнуть.       Малфой понимает, что ему просто так не поверят. То же самое было с Поттером. Как говорится — плавали, знаем. Но почему эти гриффиндорцы не берут в расчёт одну весомую деталь: Малфои словами не разбрасываются, особенно Драко, для которого репутация важнее всего и осквернять её пустыми словами он не собирается, без разницы с кем, где и при каких условиях он ведёт разговор. Поэтому, дабы доказать всю серьёзность своих слов, которых было крайне мало, он быстро преодолевает этот метр между ними и впивается в мягкие девичьи губы, сминая их своими одновременно нежно и грубо.       А Гермиона не знает что делать: отдаться своим желаниям или же оттолкнуть парня, пока всё не зашло слишком далеко. Она так давно мечтала попробовать эти губы на вкус, так давно мечтала оказаться в объятьях этого человека. Но она понимала что это за человек. Сейчас ей надо было сделать выбор: её счастье, пусть и минутное, или же счастье Гарри.       Руки слизеринца в это время мягко сжимали тонкую шею девушки, а губы продолжали сминать чужие. Но в следующую секунду Драко притянул гриффиндорку за талию ближе к себе и в этот момент она сделала выбор — медленно приоткрыв рот, она встретила своим языком нетерпеливый язык парня, игнорируя скатывающуюся слезу по левой щеке. И Гермиона прекрасно знала, что ночью, захлёбываясь своими слезами под одеялом, будет ругать себя за это.       Блондин почти пожирал девушку, со стороны могло показаться, что он пытается засунуть всю её голову себе в рот. Все барьеры, которые стойко держались целый год, рухнули; крыша со скрипом, больно отдающимся в голове парня, начала съезжать; мозги медленно отключались, почти полностью отдав бразды правления слизеринцом его инстинктам и желанию, которое упиралось куда-то в нижнюю часть живота Гермионы.       Шатенка робко переместила свои руки на плечи парня, начиная активнее отвечать на его поцелуи. Приняв это за какой-то сигнал, Драко подхватил Гермиону за бёдра, заставив ту обхватить ногами его талию. Он переместил свои руки на упругие ягодицы девушки и сделал несколько шагов к стене, сильно впечатав Грейнджер в каменную кладку, от чего получил в ответ кровоточащую губу от её укуса. У обоих во рту сразу стало отдавать железом, но они не обращали на это внимания. Гриффиндорка ворошила руками волосы блондина и чувствовала как его член теперь упирается прямо в её промежность. Их отделяло всего лишь несколько кусков ткани и от этого сносило крышу ещё больше.       Тут Драко резко разорвал поцелуй и упёрся лбом в стену возле её уха. У него перед глазами стоит один только образ: зелёные, такие родные глаза Гарри. И приходит осознание того, что сейчас он может натворить если не остановит себя. Но откуда Поттер узнает об этом? Они же сейчас в ссоре, а значит и не обязаны хранить друг другу верность. Хотя зная гриффиндорское благородство, грязнокровка может побежать рассказывать всё своему очкастому другу. А может и не побежит, дорожа дружбой.       «Разве не этого ты хотел? Вот девушка из твоих грязных фантазий, ты уже между её ног, бери и еби»— внезапный голос в голове блондина заставил окончательно прийти в себя и осторожно поставить девушку на пол, поправить её кофту, развернуться и молча уйти в другую сторону, не обращая внимания на уже доставляющий боль стояк и тихий девичий всхлип позади.

***

      Волосы Гарри едва колыхались от несильно дующего ветра. Он облокотился о каменные перила башни и неотрывно смотрел вниз, в непроглядную тьму. Свет луны мягко падал на его лицо, делая кожу непривычно бледной. Может просто прогнуться через перила и полететь на землю? Стоит только захотеть и чуть податься вперёд. Но тут послышались чьи-то шаги на лестнице и Поттер медленно повернул голову к поднимающемуся человеку. На площадку астрономической башни плавной походкой зашла Полумна Лавгуд в одной тоненькой ночной сорочке голубого цвета.       Гарри улыбнулся уголками губ старой подруге, которая встала рядом с ним спиной к перилам. Она тоже улыбнулась привычной беззаботной улыбкой, немного откинув голову назад, давая ветру играть в её длинных светлых волосах.       — Здравствуй, Гарри, — когтевранка говорила своим плавным и немного странным голосом, закрыв глаза и продолжая улыбаться.       — Привет, — он ответил тихо и перевёл взгляд обратно вниз.       — Что тебя беспокоит? — юноша не удивился этому вопросу, зная проницательность Лавгуд, но ничего не отвечал, потому что даже не знал что тут можно ответить. — Меня вот беспокоят мозгошмыги. Они такие громкие и их так много возле головы Аманды, а она как раз спит на соседней кровати.       Парень сделал подобие понимающего вида, но продолжал молчать. Полумна опёрлась об перила точно так же как Гарри, только в отличие от него разглядывала ясное звёздное небо над головой.       — У тебя проблемы с твоей второй половинкой? — после этих слов девушка словила на себе немного растерянный взгляд Поттера, — Не волнуйся, я не знаю кто это. Просто ты такой счастливый последние пол года, было понятно, что у тебя кто-то есть. Но в этом месяце ты такой странный, — она наклонила голову и смотрела на Гарри грустным взглядом, — Вы поругались. И похоже сильно. Я как считаю: если ты любишь человека, ты будешь бояться его потерять. Поэтому советую тебе помириться с тем человеком и простить его. Кто знает, сколько нам осталось жить? Вдруг ты не успеешь? Мы живём один раз.       — Надеюсь, — Гарри хмыкнул, а Полумна вопросительно на него посмотрела, но промолчала.       — Небо такое ясное, видно все звёзды. Так красиво. Всегда пугает то, насколько оно огромное. У маглов даже есть такая штука, на которой они туда летают. Они такие умные, додумались до такого и обошлись без магии, это очень впечатляет.        Гарри лишь кивнул в ответ. Следующие пять минут они простояли молча, а когда Полумна вновь заговорила, парень немного вздрогнул, уже забыв о присутствии ещё одного человека.       — Я пойду, должно быть, мозгошмыги Аманды уже уснули. Спокойной ночи, Гарри, — и не дожидаясь ответа, девушка такой же плавной походкой начала спускаться с лестницы, на конце которой поднимался ещё один человек.