Дар или проклятие?

      Вокруг Василисы стояли три огромных зеркала, в них виднелись остальные, но в двух из них сама девочка не отражалась. Повинуясь наставлению прадедушки, она начала часовать над одним из тех, в котором не было её копии.       Слой за слоем флер окутывал его. Зеркало странно потемнело и будто покрылось сеточкой трещин. Довольная результатом, Огнева подошла к единственному нормальному зеркалу и осторожно тронула его гладь. Та пошла рябью. Переход был готов заранее.       Вздохнув, черноключница надела ту самую маску, её личину, вторую сущность, и представила, как бы она выглядела, будь человеком. В мыслях непроизвольно возникли тёмные волосы, немного бледноватая кожа, льдисто-голубые глаза. Жёсткий взгляд, взгляд настоящего часовщика, поставленная осанка и показная бессердечность, скрывающая отзывчивость и переживание за каждого. То ли само подсознание направляло её, то ли ей просто хотелось бы так выглядеть.       Василиса шагнула вперёд, покидая эту комнату, покидая этот мир. Внезапно в висках запульсировало, девочка вырвалась из зеркального коридора, оказавшись там же, откуда только что ушла. И теперь Огнева была не одна: она чувствовала это всем своим нутром.       Боль утихла, и часовщица подняла взгляд. Её снова окружали несколько зеркал, она вышла из другого и теперь отражалась только в нём… А рядом стояла ещё одна девчонка.       Волосы цвета вороного крыла за спиной, ледяной взгляд. Василиса невольно сравнила её с Фэшем, уж очень была похожа. А на лице — ярко-алая маска, будто пламенем охваченная, с россыпью рубинов. Она была похожа на маску Огневой, что до сих пор была на ней, только цвет отличался.       Девочка чувствовала, будто сознание разделилось. Вот она смотрит на неё, вот — на себя, а после снова на неё… Перед глазами зарябило от такой частой смены ракурсов.       — Не волнуйся, милая, ты скоро привыкнешь.       Родион Хардиус словно возник из воздуха, мигом рассеивая зеркала. Они снова стояли в его гостиной, будто ничего не произошло.       — Знакомься со своим новым ликом… Кейли Огнева, твоя «четвероюродная сестра», правнучка Астариуса, о которой никому неизвестно. Потеряла родителей и была принята под крыло Чёрной Королевы, стала обучаться у неё за свои неизведанные способности, позволяющие создавать такие временные сдвиги, что и не снилось, лишь силой мысли... Ничего не напоминает?       — Сила осталась у обеих в равном количестве? Теперь две Огневы владеют флером? — в один голос произнесли Кейли и Василиса.       — Да, но лучше пусть дар второй пока останется неизведанным. Для сокрытия нашей маленькой проделки в тайне, — он заговорщически подмигнул, наблюдая за ними. — Да снимите вы уже маски, опасно ведь!       Они одновременно сорвали и убрали их.       — Прошла посвящение у феи и получила часовое имя Ландыш, — услышав это, они вздрогнули. — Выбери, как ты будешь работать дальше… — тем временем продолжал прадедушка. — У вас одна на двоих душа, мысли и память. Ты точно каждое мгновение будешь знать, что происходит с другой твоей половиной, мысленно общаться… Залезть в другое тело — вообще не проблема. Важно верно распределить роли и стараться следить за тем, что должна и не должна знать каждая твоя половина.       — Василиса продолжит быть ключницей на виду, сведя градус непонятных и подозрительных действий к минимуму, в то время, как незаметная и никого не интересующая Кейли уйдет в тень раскрывать заговоры, страховать издалека, словно страж, — теперь говорила только что нашедшая грань Василиса, чем очень порадовала прадеда.       — Молодец, учишься контролю. И отличное решение, на самом деле. Главное — помни, что никто не должен проводить параллели между двумя девочками. Не советую раскрывать этого даже самым близким. Догадаются — не опасно, если ты им доверяешь, но проси держать в тайне. Чем меньше людей в курсе, тем вероятнее, что те, кому не надо, не узнают об этом. Ясно?       — Да. Спасибо большое! — девочка снова повеселела, даже очень, почти плясала от восторга, которому дала волю. Родион Хардиус кивнул, оставшись довольным.       — Давай я перемещу Кейли в ваше время, — он снова вызвал флер, что закружился вокруг тени и пропал вместе с ней.       — Вы пригласили Марка, чтобы попытаться повлиять на него, да? — внезапно спросила Огнева.       — Да, во мне всё-таки теплится надежда, что маг древности сможет облагоразумить мальца… — он усмехнулся. — Хотя я совершенно не уверен, но попытаться стоит. Нет — посмеёмся над его неблагоразумностью вместе.       — Сама хотела предложить, — снова улыбнулась часовщица. — Вот сейчас начнёт насмехаться над тем, что мы с Фэшем что-то не переживём или не сможем увидеть, а ведь на деле он на поводу у алчности ничего не сумеет… Хотя, признаюсь, мне слегка его жаль.       Продолжить они не успели: с грохотом отворилась большая двойная дверь, за которой стояла Черная Королева и остальные, немного взволнованные ребята, но лишь Ляхтич оставался равнодушен.       — Вовремя мы закончили, — шепнула Василиса прадедушке, тот согласился.       — Что тут происходит?! У меня за спиной! — возмущённо запричитала явно разозлённая повелительница лютов. А черноключница? Ей хотелось смеяться в голос от ощущения, что они сейчас нарушили кучу правил и вообще вне закона.       — Прости, что увёл у тебя из-под носа свою дорогую правнучку! — начал извиняться совершенно не раскаивающийся Родион Хардиус.       — Эта затея мне с самого начала не понравилась! — продолжала бабушка.       — Зато мы разобрались, — вставила девочка, с показным раскаиванием теребя носком балетки ворс ковра.       — Ну хоть что-то хорошее! — Нерейва подошла к ним и, схватив Василису за запястье, потащила вон.       — До свидания, спасибо большое! — только и успела бросить Огнева.       Все ребята поочерёдно поговорили с Родионом Хардиусом, правда длилось это недолго, разумеется, по инициативе Чёрной королевы. Чуть больше, чем через полтора часа они уже выдвинулись обратно и вскоре были в Чернолюте.       — Ну, рассказывай, — потребовала бабушка, оставшись с Василисой наедине.       Черноключница кратко поведала о периоде наложения заклятия, цели и возможных виновниках. Королева внимательно выслушала и вымученно выдохнула, а после отпустила её. Девочка понеслась во двор, где только что заметили её вторую параллель — Кейли.       Ребята толпились вокруг, пока Маар по очереди представлял всех новоприбывшей. Огнева появилась как раз, когда все уже познакомились с «ещё одной Огневой».       — Что тут происходит? — удивлённо-заинтересованно выдала она, наблюдая за ними.       — Твоя четвероюродная сестра Кейли приехала с экзаменов, — воодушевлённо поведал Броннер, подталкивая её ближе.       — Кейли? — выдала черноключница. — Я читала о тебе, но чтобы вживую... Приятно познакомиться! Василиса.       — Мне тоже! Значит, это, говорите, Часовой Круг? — Кейли обвела взглядом присутствующих и явно осталась довольна.       — Пожалуйста, пусть у меня будет хотя бы одна сестра, благосклонная ко мне! – тем временем довольно громко взмолилась Огнева.       — Что, Дейла с Нортом — такие себе родственнички? — подняла брови её тень, а после кивнула, самостоятельно отвечая на свой вопрос. Молчание затягивалось, и скоро она продолжила. – Слушайте, я пойду, найду Грозу, а? Сто лет хотела размяться, позаниматься… Приятно было познакомиться со всеми вами!       С этими словами Кейли произнесла про себя числовое имя «Ландыш». За спиной тут же возникли два насыщенно синих узорчатых крыла с россыпью чёрных пятен по краю. Они переливались в свете солнца и в целом были невероятно красивыми. Девочка взмыла в воздух, удаляясь к тайному уголку, где должна была тренироваться подруга.       Василисе же не было суждено пообщаться со своими друзьями. Внезапно перед ней появилась Мендейра, довольно встревоженная и разозлённая. Нутром она почувствовала, что что-то не так.       — Там… твой отец.       Внутри у Огневой всё похолодело.       — Эй, ты чего, Кейли? — спросила порядком удивлённая переменой на её лице Гроза.       — Ничего, — ответила та, полностью сосредотачиваясь. — Знаешь, я устала с дороги, лучше пойду отдохну.       С этими словами тень улетела, но не в свою комнату. Она приземлилась на оконную раму по соседству, откуда отлично просматривалась вся сцена, в которой участвовала настоящая девочка. Детали её не волновали, а вот окружающее пространство — другое дело.       — Он взбешён и хочет поговорить по душам? — оправившись от шока, предположила черноключница, но не сомневалась, что так и есть.       — Да. Иди, тебя проведут, — с этими словами первая советница улетела, всё ещё в плохом расположении духа после встречи с Нортоном-старшим.       — Простите, ребят, — часовщица коротко кивнула и упорхнула, выискивая своего проводника глазами, и вскоре заметила фигуру внизу. Клокер смиренно оглядывал округу, а потом заметил её и рукой подозвал ближе.       Кейли спустилась на землю рядом, в тень, и поспешила накрыться крыльями, становясь невидимкой и тенью следуя за собой же.       Василиса глубоко вздохнула, когда ей указали на дверь небольшого кабинета, и толкнула её, проходя вперёд и специально на секунду придерживая, дабы позволить своему «стражу» шагнуть следом. Но потом решила, что глаза и уши пригодятся снаружи. Там свою вторую сущность и оставила.       Нортон восседал на массивном стуле и смотрел на огонь в небольшом камине. Тот потрескивал, изредка пускал искры и отбрасывал свой отблеск на светлые волосы мужчины, отражался в светло-зелёных глазах.       — Отец? — слегка холодно позвала девочка, скрещивая руки на груди и смотря на него очень пристально.       — Василиса, — тот приветственно кивнул и указал на сиденье рядом с собой, так же близко к пламени.       Она приняла приглашение, но продолжала молчать, явно демонстрируя, как ей хочется услышать, зачем он здесь.       — Признаться, я не ожидал, что ты окажешься настолько настойчивой и, надо заметить, опрометчивой, чтобы продолжить борьбу за ключи и пойти на такие рискованные ходы. И что ты собираешься делать дальше? — мягко спросил мужчина.       — Ты говоришь, что лучше было остаться в том подземелье, дожидаясь, пока явится Елена и прикончит меня? — Огнева не выражала особых эмоций, говорила прямо, но всё равно проскользнула в фразе насмешка и желчь.       — Всё-таки ты моя дочь, я не позволил ей поступить с тобой так жестоко. Ты бы пожила немного в Черноводе, а потом, как мы и договорились с Белой Королевой, переехала бы в её замок и училась там.       — Правда? — черноключница зло улыбнулась. — Во время нашей встречи её величество не было таким великодушным. Мама, — это слово девочка произнесла одними губами, — даже прямо заявила, чтобы я не старалась встретиться с ней.       — Ты виделась с ней? — доброта ушла, оставив жёсткость, приправленную лёгкой удивлённостью.       — Хах, она лично провела мне посвящение. Правда, представилась другим именем, да и облик изменила… Разве что камушки никуда не делись.       Нортон-старший шумно вздохнул, но говорить ничего не стал.       — Как там Елена? — внезапно поинтересовалась Василиса опять же с мрачной усмешкой.       — Попрошу повежливее обращаться по отношению к человеку старше тебя.       — Напротив, она явственно продемонстрировала, что недалеко ушла по психологическому развитию, когда напала на двенадцатилетнюю девочку, не владеющую часодейством, да ещё с намерением убить. Прости, но у меня нет желания отзываться о ней вежливо, тем более, учитывая, что я не сделала ничего, чтобы заслужить такую ненависть к себе.       — Да, ты мешаешь ей уже своим существованием! — с усмешкой выдал отец.       — Моя мама мешает ей своим существованием. Да, она любит тебя, а я явственно напоминаю о ней.       — Меня поражают твои познания. Неужели Чёрная Королева поведала тебе столько?       — Да, бабушка была со мной откровенна, но Время тоже может рассказать многое. И, знаешь, не её тебе нужно ненавидеть. И не меня, и тем более не маму. Просто вы были слишком вовлечены, чтобы посмотреть на ситуацию под другим углом. Не полагаться на веру в ненадёжного человека, а исходить из правдивости слов более доверенных личностей.       Отец долго смотрел на неё, будто пытался прочесть, что утаено в маленькой головке, а после серьёзно ответил:       — Ты говоришь так, будто знаешь куда больше нашего… Странновато, не находишь?       — Да, странновато, — Василиса вдруг весело улыбнулась. — Я хочу подкинуть тебе тему для размышлений, всего-то. И очень надеюсь, что ты прислушаешься, как к взрослому человеку, отвечающему за свои слова, а не как к малолетке, болтающей о монстрах под кроватью. Прислушаешься и придёшь к правильным выводам.       Мужчина смотрел ей в глаза, ожидая, когда она сломается и потупится, но девочка держала взгляд жёстким, таким же, как и у него. И голова была поднята так высоко и гордо… И как он упустил, когда наивная, по его мнению, малышка стала такой взрослой?       Кейли уловила едва слышимые перешёптывания за поворотом, а через пару секунд увидела заворачивающих за угол Марка и Норта. Они узнали, кто сейчас с кем разговаривает, и решили подслушать, искренне надеясь, что об этом никто не узнает.       По-детски мальчишки прислонились к двери, эфера звукопоглощения на ней почему-то не было.       Брови Василисы взлетели вверх, и прежде, чем до этого молчавший отец успел что-то спросить, приложила к губам палец, прося молчать. Покачала головой и, поднявшись, бесшумно подошла к двери, дёрнула её на себя, благо, та открывалась внутрь. Порядком удивлённые и определённо не ждавшие такого ребята упали прямо к её ногам, очень поразив Огнева, причём в самом плохом смысле.       — Что вы себе позволяете, молодые люди? — жёстко спросил он, подходя вплотную к ним.       — Мы… — промямлил вскочивший Норт, потупив взгляд в пол, златоключник поднялся следом.       — Ничего не хочу слышать. Марш отсюда. Ваше поведение непозволительно!       Уже в следующую секунду их и след простыл.       — Папа… — начала Василиса, поворачиваясь к нему. — Не со мной нужно бороться. Не меня нужно бояться. Это не я рушу ваши жизни. И я никогда, НИКОГДА не повернусь против тебя. Несмотря ни на что, ты мой отец. Мы семья, а значит, я буду бороться за тебя, а не против. Но я не хочу получить огненный крест в спину, когда буду прикрывать твою, а я буду это делать. Пожалуйста, осознай это. Это и то, что далеко не всё может быть тем, чем кажется.       С этими словами Огнева тоже покинула пределы комнаты, скрываясь где-то за поворотом. Но Кейли могла наблюдать за тем, как отец смотрит ей вслед, а после устало падает на стул и тяжело потирает лоб. Да, сейчас он мало что понимал… Но в глубине души теплилась надежда, что папа послушает её и правильно поймёт. И мало того, что это предотвратит многие тяжкие события и его ошибки. Это будет многим для неё.