Я не хочу быть главной героиней!

      Толкнув двери ногой, Байрон вошёл в свой кабинет. В его руках была стопка документов, которые он тут же положил на свой стол, и устало вздохнул.       — Сэр, как прошло последнее заседание? — спросил Клайв, раскладывая документы на своём рабочем столе. После сортировки он собирался отнести их в архив и заняться отчётами которые ему поручила мисс Шнейдерман.       — Как обычно, — буркнул Кэнон, снимая свою судейскую мантию, и аккуратно вещая её на вешалку. — Ненавижу свою работу…       — Опять малолетние воришки из неблагоприятного района? — помощник обернулся к нему и внимательно посмотрел на него.       — Да, — устало выдохнул мужчина и, опустившись в кресло, ослабил узел галстука. — Отправил их работать на судно вместо казни, которую требовали эти чёртовы….       Байрон раздражённо ударил по столу и затих. У него и без того проблем хватало из-за того чёртова психа, так он свесил на свою шею ещё парочку новых. А ещё эта маленькая всезнайка, которая всё время пыталась запихнуть свой нос в каждую щель. Она постоянно заставляла его волноваться о том, не стала ли она следующей жертвой, а может, попала в какую-то другую передрягу. После того как она прибыла, на его голове явно прибавилось седых волос, а ведь ему ещё не было даже тридцати.       — Ну, по крайней мере, сегодня всё тихо-мирно, — пробормотал себе под нос Кэнон. И он надеялся, что всё продолжится в таком же темпе.       — Если вы о мисс Шнейдерман, то день ещё не закончился, сэр, — проговорил Хиггинс, поправляя свои очки.       — Не надо, вот даже думать об этом не смей, — поморщился главный судья, — стоит только вспомнить, то тут же накликаешь беду.       — Вы к ней слишком предвзяты, сэр, лично, по-моему, мнению, Ада весьма умна, — улыбнулся его помощник и, взяв в руки документы, направился к дверям. — Я в архив, вам что-то нужно?       Не успел Байрон ничего ответить, как двери открылись и в кабинет вошли Ада и Кассандра. Обе девушки были явно чем-то взволнованы, ну а мисс Шнейдерман выглядела несколько потрёпано. Опять она во что-то вляпалась, — мысленно застонал Кэнон и поспешно поднялся на ноги.       — Ада, что с вами на это раз случилось? Вы словно попали под колёса кэба. — проговорил он, а затем перевёл взгляд на вторую посетительницу. — Добрый день, Мисс Сент-Джеймс.       — Добрый день, сэр Кэнон, видите ли, Аду пытались похитить, — деловито ответила Кассандра, помогая девушке пройти до кресла.       — Что?       — С кэбом вы угадали, любезный коллега, — без тени иронии сказала Ада, когда Кассандра помогла ей опуститься в кресло. — Меня чуть не затолкали и не увезли в неизвестном направлении посреди оживленной площади.       Девушка вздохнула, растирая ушибленную ногу, увидев взгляд, Байрона она добавила:       — И в этот раз для этого я ничего не делала, — мисс Шнейдерман болезненно поморщилась, видимо задев ушиб. — Мы просто решили прогуляться по магазинам, как вы мне и советовали.       Ада с серьёзным выражением лица процитировала главного судью:       — «Мисс Шнейдерман, вам следует сменить гардероб и слиться с местным обществом. Вы привлекаете много внимания».       — Да вы просто магнит для всякого рода неприятностей, — пробурчал Кэнон, а затем обеспокоенно вздохнул. — Клайв, вызови Линли, чтобы он осмотрел мисс Шнейдерман! — заметив её взгляд, он решительно проговорил. — И не смотрите на меня так, Ада, вам может только казаться, что с вами всё в порядке, а на деле это может быть не так. Я не успокоюсь, пока вас не осмотрит врач.       Хиггинс перевёл взгляд на документы в своих руках, затем вздохнул и, положив всё обратно на стол, отправился к дверям. Байрон проводил его взглядом, затем снова посмотрел на девушек, которые уже расположились в креслах.       — Мне нужны подробности.       — Думаю, стоит начать с того, что я отделилась от мисс Сент-Джеймс и от сопровождения, — начала рассказывать девушка. — Когда я возвращалась обратно, передо мной затормозил кэб. Это был один из тех кэбом, что берут в найм, поэтому это не привлекло моего внимания. Возницы часто лихачат, когда хотят подзаработать. Но затем распахнулась дверь, и меня схватили за запястье, — она закатала рукав и продемонстрировала уже едва проступившие на запястье синяки. — Меня втащили внутрь. Я растерялась и поэтому не оказала сопротивления. Но я смогла разглядеть нападавшего, насколько это было возможно в той ситуации.       Ада замолчала и после паузы добавила:       — В кэбе сидела женщина.       — Женщина? — одновременно воскликнули Кассандра и Байрон.       — Ада, вы её рассмотрели? — нахмурился Кэнон. Сначала он подумал, что это мог быть тот псих, хотя это совершенно на него не похоже на его стиль. Однако теперь, после её слов о том, что это была женщина, решил, что это что-то новенькое. — Может, было что-то, на что вы обратили внимание? Любая деталь может помочь.       Кэсси обеспокоенно посмотрела на Аду. Значит, похитительницей была женщина. Она закусила губы. Кто это мог быть? И зачем ей нужна была мисс Шнейдерман? Куча вопросов и ни одного ответа.       — Мисс Сент-Джеймс, вы в порядке? — заметив её напряжённое состояние, спросил главный судья. — Может чая?       — Лучше чего-то покрепче, — на автомате ответила Кассандра.       — Кофе?       — Нет, я имела в виду бренди или что-то подобное, — отозвалась девушка, продолжая витать в своих мыслях.       — Я бы тоже не отказалась, — сказала Ада. — В конце концов, во всей этой ситуации есть одна жертва, — она выдержала паузу. — Бутылка бренди, которой я огрела эту нахалку и которая осталась в кэбе. Лицо нападавшей было закрыто. Но у неё были каштановые волосы и тонкие губы, светлая кожа, одежда была не дешевой, на шее висело какое-то украшение, разглядеть лучше мне не удалось, возможно, какая-то побрякушка. А еще у меня возникло чувство, что я уже видела ее где-то прежде и этот вскрик, когда я ударила ее…       Ада замолчала и глубоко задумалась.       — Почему у вас с собой была бутылка бренди? — нахмурился ещё больше Кэнон. — Разве ранее вы не сказали, что отправились обновить гардероб в компании мисс Сент-Джеймс? — он резко замолчал, в его взгляде мелькнуло понимание. — Нет, не нужно ответов, я всё прекрасно понял. Вы снова отправились покупать контрабандную выпивку, не так ли? Ради всего святого, Шнейдерман, если вам так нужна была эта чёртова бутылка бренди, вам стоило просто попросить её у меня!       Байрон что-то пробурчал себе под нос и, развернувшись на пятках, направился к небольшому шкафу, который служил вместо бара. Открывая дверцу, мужчина продолжал ворчать, но достал бутылку бренди и два стакана. Затем бросил лёд и, открыв бутыль, разлил огненную жидкость по стаканам.       Кассандра с интересом наблюдала за действиями главного судьи. Байрон Кэнон почему-то напоминал ей добродушного медведя из мультика, который она смотрела, когда была маленькой. Подобное сравнение заставило её улыбнуться.       — Держите, — мужчина протянул девушкам выпивку и только потом сообразил, что сделал. — Мисс Сент-Джеймс, может вам не стоит это пить?       — Всё в порядке, сэр Кэнон, — улыбнулась Кэсси, поднося стакан к губам и пробуя напиток. Одобрительно хмыкнув, она сделала ещё несколько глотков. — Этот бренди очень хорош.       — Очень странно слышать это из ваших уст, мисс Сент-Джеймс, — пробормотал Байрон, обеспокоенно поглядывая на неё.       — Эта бутылка, возможно, спасла мне жизнь, — фыркнула Ада, приняв из рук судьи стакан. — Честное слово, Кэнон, будь вы всегда таким добрым, я бы в вас влюбилась.       Поставив, таким образом, в тупик судью, Ада сделала глоток и урвала время для того, чтобы все обдумать, зная, что какое-то время главный судья будет переваривать услышанное и лишь затем, начнет возмущаться. Но к тому моменту она наверняка успеет сделать выводы. Кто мог желать от неё избавиться или запугать? Кто-то знает о ее истинном статусе? Нет. Это вряд ли. Хотя и не стоит отметать этот вариант.       — Женщина, женщина… — пробурчала Ада себе под нос.       — Не заговаривайте мне зубы, мисс Шнейдерман, — раздражённо проговорил Кэнон, когда понял, что его пытаются сбить с толку. — И о чём вы там бормочите постоянно?       Байрон поднял взгляд к потолку, призывая себя к терпению. Он не должен терять самообладание, хотя ему казалось, что ещё немного и у него начнётся дёргаться глаз. Почему эта женщина не осознаёт, что подвергает себя опасности, разгуливая в этих злачных переулках. Да ещё и мисс Сент-Джеймс с собой туда потащила. Алберси от этого явно будет не в восторге.       И стоило только подумать о герцоге, как двери кабинета открылись, и перед ним предстал Чарльз собственной персоной. На мужчине был надет тёмно-синий костюм, серое пальто было не застёгнуто, так же при нём не было перчаток, что явно говорило о том, что он собирался в спешке. Возможно, выбежал из дома в том, что был, только накинув пальто. Даже очки забыл снять, и теперь они поблескивали серебристыми оправами с цепочкой на его переносице.       Окинув кабинет быстрым взглядом, Алберси тут же подошёл к Кассандре и опустился перед ней.       — Вы в порядке?       — Да со мной всё хорошо, — зачаровано проговорила Кэс, смотря в его глаза сквозь стёкла очков. — Это ведь не меня пытались похитить, а Аду.       — Мисс Шнейдерман, как вы? — Чарльз бросил мимолётный взгляд на Аду, а затем снова посмотрел на Кассандру.       — Не отвлекайтесь и не беспокойтесь обо мне, со мной все в порядке, — ответила Ада. — Кэнон уже вызвал врача.       Девушка улыбнулась, но затем нахмурилась.       — Как бы мне не было трудно это говорить, мы ведь не можем исключать и личные обиды и то, что это может относиться как-то к делу и мисс Сент-Джеймс, — вздох слетел с ее губ, она сделала глоток, чувствуя, что у неё начинает болеть голова, скорее всего из-за запоздалой реакции на произошедшее. — Байрон, я хочу быть с вами откровенна и восстановить события ближайших дней, но так как эта информация довольная личная…       Ада отставила в сторону стакан, бледность почти ушла.       — Я хотела бы поговорить с вами наедине.       — Хорошо, давайте отойдём, — согласился Кэнон, и поспешно подошёл к девушке, помогая ей подняться на ноги.       Поскорее бы пришёл Линли, ему совершенно не нравилось, что мисс Шнейдерман выглядела такой бледной. Байрон перевёл взгляд на Чарльза и Кассандру.       — Мы оставим вас ненадолго, не забывайте, что двери открыты и в любой момент в кабинет кто-то может войти.       Алберси посмотрел на него и вопросительно приподнял бровь.       — Кэнон, ты, правда, думаешь, что твои последние слова уместны? — с иронией в голосе спросил он. — В любом случае, я не собираюсь что-то делать тем более в кабинете главного судьи.       — Всякое в жизни бывает, — спокойно ответил Байрон и повторил, — в любом случае не забывай, что дверь открыта.       Ада опёрлась на Кэнона. Она была почти невесомой.       — Уверена, что Кассандра сможет унять бурю под именем Алберси. А пока… — девушка подкусила губу и пошатнулась. Ногу она, похоже, растянула и каждый раз, наступая на нее, испытывала простреливающую боль.       — Такими темпами мы никуда не уйдём, — вздохнул главный судья. — Заранее, прошу прощения за мою вольность, мисс Шнейдерман.       Сказав это, он поднял девушку на руки и решительным шагом направился к дверям. Ада удивлённо охнув, вцепилась в его плечи. Кассандра проводила их взглядом и как только за ними закрылась дверь кабинета, вновь посмотрела на Чарльза, который терпеливо ждал того момента, когда её внимание будет направленно на него.       Алберси подумал, что он достоин памятника просто за то, что сдерживался всё это время. А ведь внутри него в настоящий момент бушевала настоящая буря. Мисс Шнейдерман правильно сказала, сравнив его с этим стихийным бедствием. Услышав о том, что случилось он бросил своего делового партнера прямо в середине сделки одного в Антураже. Если сделка в конечном итоге сорвётся, то он не особо удивится. Однако не было ничего важнее Кассандры, потому что он понял, что вся его жизнь теперь вращается только вокруг этого маленького и нежного создания.       — Кажется, это происшествие отвлекло вас от какого-то важного дела, — проговорила Кэсси, опуская взгляд вниз и примечая, что его галстук небрежно развязан, наверное, он ослабил его, когда спешил сюда.       — Это так, — подтвердил Чарльз, не отрывая от неё своих чудесных аквамариновых глаз.       — Мне жаль, — слабо улыбнулась она и спросила: — Это было очень важно?       Алберси кивнул, а затем ответил:       — Да это была важная деловая сделка, — он нежно провёл рукой по её лицу, — однако нет ничего важнее вас, Кассандра. В любом случае, я не обеднею.       Девушка хмыкнула и наклонила голову в бок. Верно, она помнила о том, что Герцог Алберси является самым богатым человеком в империи. Об этом ей не раз говорила Элоиза, а так же мама.       — Вы расскажете мне о том, что же произошло? — спросил он и наконец, поднялся на ноги, возвышаясь над ней.       — Да, но сначала сядьте.       Кассандра тоже встала на ноги и, взяв его за руку, подтолкнула к креслу, на котором она только что сидела. Он был таким большим и сильным, что смешно было даже пытаться сдвинуть его с места, однако он подчинился и опустился в кресло.       — Я мог бы просто сесть рядом с вами в другое кресло и… — он не договорил, потому что, в этот момент, девушка ловко опустилась к нему на колени, и ему осталось только обнять её.       — Вы что-то сказали? — улыбнулась Кэсси, хитро поглядывая на него из-под опущенных ресниц. — Может вам неудобно и мне встать?       Рука, обнимавшая её, крепче сжалась на талии. Он ни за что не собирался отпускать её от себя. Как же было приятно держать её в своих объятиях и ощущать нежный цветочный аромат, исходящий от её кожи и волос.       — Не вздумаете, меня всё устраивает, — проговорил герцог, скользя второй рукой по её спине. — Просто это было немного неожиданно.       — Разве? — девушка придвинулась ещё ближе к нему и обняла, поудобней устраиваясь в его объятиях. — Я просто следую совету Ады, пытаюсь успокоить бурю.       Алберси насмешливо фыркнул.       — Как думаете, я справляюсь с этим заданием? — спросила она, отстранившись от него.       — У вас великолепно получается, моя принцесса, ваш дракон, спокоен и империи ничего не угрожает, — хрипло рассмеялся он, а затем притянул её к себе и приник её губам. Кэсси тут же откликнулась на ласку и теснее прижалась к нему углубляя поцелуй.       — Чарльз…       Его имя вместе со стоном сорвалось с её губ. Её голос звучал сипло из-за того, что внутри неё словно всё сдавило от накатившего желания. Оно горячей волной наслаждения окатило её, лишая возможности здраво мыслить. Нетерпеливая и настойчивая она вновь потянулась к его губам, запуская пальцы в его волосы и прижимаясь к нему ещё ближе. Герцог позволял ей целовать его, отвечая на каждое движение её губ и языка. С каждой секундой их ласки становились всё более жаркими и жадными. Алберси прижимал её к себе, целуя с медлительным, но всепоглощающим пылом.       Она каждую ночь думала о том, как он ласкал её тогда на благотворительном балу. Вспоминала об этом и грезила, мечтала о том, чтобы это вновь повторилось. Поэтому почувствовав, как его пальцы нетерпеливо задрали ткань юбки и скользнули по её ноге, лишь одобрительно замурчала.       Чарльз переключился на её шею, нежно скользя губами по коже и изредка покусывая особенно чувствительные местечки, словно знал, что именно это ей и нравится. Кассандра буквально таяла в его руках, жар внутри нарастал. Она нетерпеливо поёрзала на его коленях, ощущая толчки его возбуждённой плоти.       — Кассандра… — его бархатный голос обволакивал её сознание. Он впился пальцами в её бёдра, прижимая ближе к себе. Их губы вновь встретились в голодном поцелуе, девушка беззастенчиво шарила руками по его плечам и спине, наслаждаясь их твердостью.       Её хотелось раствориться в нём, стать с ним единым целым и почувствовать, наконец, его в себе. Эротические видения наполнили её возбуждённый мозг. Поэтому, когда Алберси прервал поцелуй, она протестующе застонала и снова потянулась к нему, ища его губы. В этот момент послышались шаги за дверью кабинета, и девушка, мгновенно придя в себя, поспешно отстранилась и соскользнула с его колен. Кто бы это ни был, но он прошёл мимо. Кассандра и Чарльз переглянулись.       — А сэр Кэнон довольно проницателен, — проговорила Кэсси, чувствуя, как горят её щёки.       — Не зря он всё-таки главный судья, — ответил герцог, его взгляд скользил по её разрумянившемуся от страсти лицу и задержался на губах, которые слегка припухли, после их поцелуев. В ярко-голубых глазах до сих пор пылала страсть. Казалось, если бы она подошла к нему чуть ближе, она могла бы сгореть в этом пламени.       — Верно, не зря, — согласилась она и опустилась в другое кресло. Ей следовало держаться от него подальше, потому что она не была уверена в том, что в один прекрасный момент не набросится сама на этого мужчину. Она никогда не думала, что может быть такой, но рядом с Чарльзом буквально загоралась.       Алберси глубоко вздохнул и улыбнулся своим мыслям. Кассандра прекрасно справилась с тем, чтобы успокоить бурю бушевавшую внутри него, однако сейчас в нём горел огонь желания, и это было не менее опасно. Впрочем, держать собственное желание в узде он уже привык. Но следовало отвлечься.       — Я до сих пор жду, когда вы расскажете мне о том, что же произошло, — напомнил он и сложил руки вместе.       — Ах, верно, — встрепенулась девушка. — Однако, я думала, что вы всё уже знаете.       Чарльз кивнул.       — Я знаю, но мне хотелось бы услышать историю от вашего лица.       — Вот как, — Кэс посмотрела в сторону, словно вспоминала произошедшее. — Как вы знаете, мы с мисс Шнейдерман были в бутике мадам Вивьен, мы отправились туда потому что Ада захотела обновить гардероб. Вы ведь помните, что её одежда несколько отличается от того, что привычно в обществе.       — Да, — коротко ответил Алберси.       По его взгляду было понятно, что его совершенно не интересует стиль мисс Шнейдерман, что бы она не носила. На самом деле Кэсси не была уверена в том, что Чарльз вообще помнил, в чём именно была одета Ада прямо сейчас.       — После посещения бутика мадам Вивьен мы отправились прогуляться дальше, моя горничная Мэри и охранники, которых вы ко мне приставили, были с нами, — продолжила она рассказывать.       — Чья это была идея отправиться в тот злачный район? — спросил Алберси и поморщился. — Впрочем, не отвечайте, вы определённо не могли знать, что именно там продают контрабандную выпивку.       — Но это именно я заговорила о том, что хотела бы попробовать бренди, так что это была моя идея, а не Ады. — ответила Кэс, догадываясь, что герцогу известно практически всё. Наверняка помимо тех двух охранников было ещё несколько его людей, что следили за ними.       — И откуда у вас эта любовь к крепким напиткам? — рассеяно вздохнув, спросил Чарльз, бросая быстрый взгляд на два пустых стакана. К тому же ранее он явственно почувствовал вкус бренди, когда целовал её.       — Вы теперь из-за этого думаете, обо мне плохо? — полюбопытствовала Кассандра, поглядывая на него. — Я перестала вам нравиться?       Мужчина рассмеялся и покачал головой.       — Не знаю, существует ли в этом мире что-то способное оттолкнуть меня от вас, — ответил он с улыбкой. — И это точно будет не алкоголь. Только единственное, прошу, сильно не злоупотребляйте этим делом.       — Для этого у меня нет причин, так что не волнуйтесь, — произнесла она и добавила: — в любом случае, я знаю свою меру.       Ещё один смешок слетел с губ герцога.       — И каким же образом вы её выяснили?       — Пусть это останется моей тайной, — поспешно ответила Кэсси, в очередной раз, понимая что сказала лишнее. Ну, надо же было ей ляпнуть про то, что она знает свою меру. Откуда, чёрт возьми, благородная юная леди могла знать что-то подобное?       В этот момент двери без стука распахнулись, и в кабинет буквально влетел Эдвин, следом за ним шла его невеста, на лице которой застыло выражение презрительного ужаса. Словно она вошла не в кабинет главного судьи, а в гнездо с тараканами. Впрочем, для нормальной благородной леди это было, наверное, одно и то же.       Маркиз подбежал к ней и окинул обеспокоенным взглядом с ног до головы.       — Кэсси, ты в порядке?       — Да со мной всё хорошо, — заверила его девушка и добавила. — Это, в конце концов, не меня пытались похитить, а Аду?       — Что?! Мисс Шнейдерман пытались похитить?! — удивлённо переспросил Эдвин. Стоявшая всё это время в дверях Сара подошла ближе. На её лице застыло странное выражение. Кэсси бы даже сказала, что она выглядит обеспокоенной. С чего бы ей волноваться за Аду?       — Я думала, ты уже знаешь, поэтому и прибежал.       Барингтон нахмурился и покачал головой.       — Нет, я слышал только о том, что на площади какая-то леди выпала из экипажа и что ты там была, я подумал, что… — он осекся. — Впрочем, это неважно.       Эдвин огляделся и только сейчас увидел Чарльза. Осознав, что сестра находится в кабинете только в компании герцога Алберси, он помрачнел.       — Так твои дела это встреча с мисс Милиган? — полюбопытствовала Кассандра, поглядывая на брата.       — Нет, мы встретились не так давно, — ответил Эдвин, хмуро поглядывая на Кэс. — Но сейчас более важно, почему ты находишься наедине с Алберси.       — Эдвин, дверь была открыта, и как ты видел, когда вошел, мы просто сидели рядом, — спокойно произнесла девушка. — Ты ведь не собираешься снова обвинять меня, не разобравшись до конца в ситуации?       Барингтон раздосадовано вздохнул. Кэсси была права. Это было бы досадно поругаться с сестрой в тот же день, когда они, наконец, смогли поговорить и помирится.       — Ты права, прости меня, — согласился он с её словами. — Но где Кэнон и мисс Шнейдерман?       Не успела Кассандра ничего ответить, как двери открылись и на пороге кабинета оказались главный судья с Адой на руках. Признаться честно выглядели они словно влюблённая парочка. В общем, довольно мило.       — Барингтон, и ты здесь? — затем его взгляд задержался на Саре. — Мисс Милиган.       Ада напряглась, можно было показаться, что она смутилась, затем подтянулась и что-то шепнула на ухо Байрону. Тот кивнул девушке, а затем аккуратно посадил ее в кресло и встал за ее спиной, словно охранник. Выглядело это довольно забавно.       — Я рад, что вы все здесь, потому что надо прояснить, некоторые моменты…       Но не успел Кэнон договорить, как в приоткрытую дверь постучали, и в кабинет вошли доктор и Хиггинс. Помощник главного судьи окинул быстрым взглядом собравшуюся компанию и, пробормотав неловкие слова приветствия, схватил документы со своего стола и покинул кабинет, направившись видимо, как и собирался ранее – в архив.       — Прошу прощения, меня просили зайти и осмотреть мисс Шнейдерман.       — Линли, вы как раз вовремя, — проговорил Байрон, — у мисс Шнейдерман подвёрнута лодыжка, возможно, есть ещё какие-то травмы, ведь она выпала из кэба.       — Боже, леди, да у вас был насыщенный день, — сказал Гарри и поспешил к пациентке. Он поставил свой саквояж на стол и начал осмотр.       Эдвин же нахмурившись, смотрел на Аду, рядом с которой продолжал стоять Кэнон. Не слишком ли эти двое были близки? Словно между ними что-то было. Но если они и были близки, то его это не должно было касаться. Однако, не смотря на эти мысли, он отчего-то почувствовал новый прилив раздражения.       — Доктор, скажите, этот след могла бы оставить женщина, — спросила Ада, когда врач осматривал ее руку.       — Вполне, моя дорогая, — ответил Линли, бросая внимательный взгляд на ссадины пациентки. — Для этого не нужно большой силы, да и вы на вид хрупкая. Как вам удалось обойтись без переломов, не представляю.       Он покачал головой и стал наносить мазь, из-за чего Ада скривилась и, шипя, прошептала Кэнону:       — Можешь ещё налить бренди, — она не заметила, как перешла на ты, сейчас девушку это волновало меньше всего, к тому же она часто обращалась к судье неформально, как к коллеге и товарищу, но вдруг ощутила прилив стыдливости, столкнувшись глазами с мужчиной. И тут же отвернулась, уставившись на свою руку.       Байрон лишь вздохнул, он почти привык к тому, что девушка могла быть бесцеремонной и фамильярной, но всё же, это слегка смущало его. Поэтому чтобы отвлечься от этого, он поспешно плеснул новую порцию спиртного в стакан Ады.       — Сильно не налегайте, — обеспокоено проговорил он, — не хочу, чтобы вам стало плохо.       А может между ними и правда что-то есть? С интересом наблюдая за Адой и главным судьёй, подумала Кассандра. К тому же, Байрон был с ней таким внимательным, пусть ворчал на Аду, но это явно был показатель его заботы о ней. Из них определённо вышла бы хорошая пара. И, кажется, ни одна она об этом подумала. Эдвин, практически не отрываясь, смотрел на Кэнона и мисс Шнейдерман. Однако, кажется, маркиза подобное открытие совершенно не радовало. Мужчина выглядел так, словно он… Ревновал?!       Кассандра бросила быстрый взгляд на Сару, которая слегка морщась, стояла рядом с Эдвином, казалось, что мисс Милиган испытывала дискомфорт не только из-за того, что находилась в столь неподобающем для леди месте, но было так же чувство, словно ей было больно.       — Сара, с вами всё хорошо? — вежливо поинтересовалась Кэс.       — Д-да, просто мигрень разыгралась, — выдавила из себя девушка.       — Тогда вам стоит присесть, чтобы я вас осмотрел, — тут же проговорил Линли, — как только закончу с мисс Шнейдерман.       — Всё в порядке, мне просто нужно будет выпить лекарство и всё пройдёт, — поспешно ответила Сара, она явно не хотела, чтобы её осматривали.       — Вам не стоит так беспечно относиться к своему здоровью, Сара, — сказала Ада. — Прошу, доктор, позаботитесь о мисс Милиган. Нельзя заставлять леди мучиться.       Девушка буквально не спускала с Сары взгляда, а голос ее звучал очень холодно, не смотря на показную доброжелательность. Уловив эти нотки, Кэнон положил руку на плечо Ады. Он понимал её чувства, но им следовало быть острожными, очень осторожными.       Почувствовав прикосновение руки судьи, Ада взяла себя в руки. Что на неё нашло? Почему она вдруг утратила хладнокровность? Но стоило ей подумать о том, что в том кэбе могла быть невеста брата Кассандры, трезвость рассудка отказывала ей. Нет. Это не могла быть она. Какой в этом смысл? Но Байрон сказал, что исключать этой возможности нельзя. И он все равно планировал допросить Эдвина и Сару при первой возможности в более неформальной обстановке, но всё сложилось так, как сложилось и вот они здесь.       "Предоставь это Кэнону", — сказала себе девушка, делая большой глоток бренди и чувствуя, как горло обжег алкоголь.       — Простите мне мой тон, я неважно себя чувствую, — произнесла Ада. — Вам всё же не следует пускать своё состояние на самотек. Мигрени коварны.       Сара вздрогнула и слегка побледнела. Девушка явно чувствовала себя неловко. Было ли это из-за головной боли, или из-за того что она находилась в подобном месте, Кэсси не знала. А может, дело было в чём-то другом. К тому же кажется, мисс Шнейдерман была отчего-то враждебно настроена к этой любительнице драконов.       — Я предпочла бы, чтобы меня осмотрел мой семейный доктор, — нервно закусив губу, произнесла мисс Милиган и отступила на шаг назад, словно готова была вот-вот броситься бежать.       — Насколько мне известно, ваш семейный доктор это мистер Хэвлок Томсон, уверен, он не стал бы возражать если бы я вас осмотрел, юная леди, — успокаивающим тоном проговорил Гарри, — тем более, вы выглядите не очень хорошо.       — Мисс Милиган, мистер Линли является нашим семейным врачом, я уверяю вас, он прекрасный специалист, — сказал Эдвин, переводя непонимающий взгляд с Ады на Сару.       — Нет, я… — девушка ещё больше побледнела, казалось ещё немного и грохнется в обморок, лишившись чувств.       Вся эта сцена заставила Байрона нахмуриться. Если до этого он был настроен скептично к сложившейся ситуации, впрочем, и сама Ада, не смотря на резкость, не верила, что это могла быть мисс Милиган, то теперь ее поведение казалось более чем подозрительным.       И все-таки сомнения его гложили.       Ада же казалось, отстранилась от всего происходящего, о чем-то задумавшись. Похоже, девушка так же анализировала, пытаясь понять мотивы такого поступка, если это была мисс Милиган. В конце концов, разве дамы решают так свои вопросы?       Хотя Кэнон, будучи судьей, знал, что женская ревность может привести к последствиям куда более плачевным, чем может показаться на первый взгляд. Женщины далеко не безобидные хрупкие цветочки, какими могут показаться поначалу.       — Кажется, вас смущает это место, понимаю, оно не подходит для леди, — заметил Линли, на его взгляд девушка явно испытывала дискомфорт, это было заметно по тому, как она время от времени брезгливо морщила свой нос. Нежное создание. — Я могу осмотреть вас в своей клинике, она находится буквально в паре кварталов.       — Д-да, меня это устроит — поспешно ответила Сара, в её взгляде промелькнуло презрение, когда она окинула ещё одним взглядом комнату. Что именно не устраивало девушку было не совсем понятно, ведь кабинет главного судьи был вполне респектабельным на вид.       — Доктор, позаботитесь о мисс Миллиган, — сказал Байрон, когда девушка с воодушевлением взяла под руку Эдвина. — Барингтон, а тебя я хотел бы попросить остаться. Мне как раз хотелось переговорить с тобой, и я бы все равно послал за тобой позже.       Видя изумленное лицо Эдвина, Кэнон добавил:       — Ничего такого, и все-таки это важно. Поэтому я настаиваю, чтобы твою невесту сопроводил доктор, а ты сможешь последовать за ней чуть позднее.       Ада посмотрела на Кэнона, кажется, понимая, что тот задумал. Впрочем, она и сама склонялась к тому, что если Сара была в этом замешана, то все, что происходило не более чем фарс, и она ни за что не признаётся, а если нет, то лишнего стресса добавлять девушке не хотелось. Справиться о том, где находилась мисс Милиган, можно было и у маркиза. Это было довольно логично, учитывая характер их отношений. Например, Ада не сомневалась, что Чарльз наверняка знал, где и с кем находится Кассандра, даже не смотря, что их статус ещё не был узаконен.       Посмотрев на Кассандру и то, как словно пёс на страже, с ней рядом стоит герцог, она улыбнулась. Что-то подсказывало Аде, что эти двое нашли друг друга и теперь уже не расстанутся.       — Мисс Милиган, пройдёмте за мной, мой кэб стоит возле здания, — проговорил Линли, и девушка поспешно последовала за ним. Перед тем как уйти врач обернулся к Аде и сказал: — Мисс Шнейдерман, пожалуйста, держите ногу в покое и следуйте всем тем инструкциям, что я написал для вас в рецепте.       Как только двери кабинета закрылись, с губ Байрона сорвался усталый вздох и он, отойдя, наконец, от Ады, словно опасность миновала, направился к своему столу. В его руках блеснул серебристый портсигар, и через мгновение, достав сигарету, он прикурил.       — Что за гнетущая атмосфера? — полюбопытствовала Кассандра, поглядывая на Аду и Байрона. — Вы знаете, что оба выглядите так, словно что-то скрываете. К тому же, то, как вы говорили с мисс Милиган, наталкивает на странные мысли. Вы её в чём-то подозреваете?       — Кэсси, не говори глупостей, в чём можно подозревать мою невесту? — нахмурился Эдвин, затем маркиз повернулся к главному судье. — Байрон, что происходит? Зачем ты собирался вызвать меня?       — Скажи, Эдвин, ты весь день был со своей невестой? — спросил Кэнон, глубоко затянувшись, а затем стряхивая пепел в пепельницу. — И еще, мне нужно точно знать, что случилось в тот день между вами тремя…       Он замолчал, глядя на Аду, пытаясь понять насколько девушка готова говорить о произошедшем. Она кивнула.       — Вам ведь известно, что произошло сегодня? — Ада вздохнула. — Дело в том, что человек, который пытался затянуть меня в кэб – женщина. И основные приметы совпадают с вашей невестой…       Девушка замолчала.       — Я не хочу подозревать мисс Милиган и тем более ставить ее в неловкое положение, но я не могу исключать…       Заметив, что Аде каждое слово даётся нелегко, главный судья решил перехватить инициативу. Он впервые видел эту девушку сконфуженной, такой похожей на леди, а не на опытного следока, что невольно проникся сочувствием.       — Эдвин, дело в том, что мы не можем вычеркнуть из подозреваемых Сару, если у неё нет алиби. Но прежде чем допрашивать саму мисс Милиган я решил... мы решили, — вдруг исправился Байрон, и это резануло Эдвину слух, словно его ткнули под рёбра ножом. — Что лучше спросить у тебя, так как вы довольно близки. К тому же восстанавливая события, начиная с приезда мисс Шнейдерман, я сделал вывод, что у Сары вполне себе имелся мотив.       — Я так понимаю, что мисс Шнейдерман «всё» тебе рассказала, — холодно проговорил маркиз, намекая на то, что Ада побывала в его объятиях и это видела Сара. Мужчина пытался справиться с неизвестным для него чувством, которое буквально кипело внутри него. — Это полная нелепость, мисс Милиган не могла быть причастной к попытке вашего похищения.       Он обеспокоено посмотрел на девушку, что напряжённо сжимала стакан с бренди в руках. Она выглядела такой беззащитной, слегка потрепанная и в ссадинах, Эдвин поймал себя на мысли, что ему хотелось защитить её. Сбрасывая с себя наваждение, маркиз тихо сказал:       — Мне жаль, что вам пришлось пережить подобное, мисс Шнейдерман.       Он отвёл взгляд в сторону, а затем посмотрел на Кэнона, который до сих пор ожидал ответов на свои вопросы.       — Нет, я не был с мисс Милиган весь день, мы встретились совсем недавно, ранее Сара, кажется, была в центральной библиотеке, — задумавшись на мгновение, ответил Барингтон. — Тогда мне придётся проверить это, — вздохнув, ответил Байрон и крайне удивился тому, что Ада смиренно опустила голову и уставилась в стакан. Ни одного колкого замечания, даже звука с ее стороны. Это было очень непривычно. — Вы в порядке?       Он слегка наклонился, что бы увидеть лицо девушки, которое показалось ему покрасневшим.       — Похоже у вас жар.       Ада подняла свои серые глаза на Кэнона.       — Всего лишь стресс и алкоголь, — она вымученно улыбнулась. — Не стоит переживать.       — Вам лучше вернуться в особняк и лечь в постель, — сказал главный судья, обеспокоенно хмуря брови. — Как только станет что-то известно, то я сообщу вам лично.       Ада неуверенно улыбнулась, а затем посмотрела на Эдвина.       — Простите, что снова доставляю вам неудобства, если бы я знала, как сложится тогда, то предпочла бы пройтись пешком.       Она хотела извиниться, но вышло как-то смазано, слово она жалела о том, что ей пришлось тот вечер провести в компании маркиза. А теперь она ещё обвиняла, пусть и косвенно, его невесту. Впервые Ада понимала, почему люди часто умалчивают свидетельские показания, врут и недоговаривают. Ей никогда прежде не приходилось беспокоиться о том, что почувствует другой человек, но почему ее так волновали чувства Эдвина?       Может потому, что он был честен с ней? А она в свою очередь не могла ответить ему взаимностью.       Барингтон встретил её взгляд. Отчего-то ему показалось, что она держит на своих маленьких плечах слишком тяжёлый груз.       — Никаких неудобств вы мне не доставляете, мисс Шнейдерман, — слабая улыбка коснулась его губ, в зелёных глазах поблескивали икорки. Взгляд, которым он на неё смотрел, был неимоверно нежным и тёплым. — Я бы в любом случае не смог бы пройти мимо вас и оставить в таком виде на дороге.       Эдвин рассеяно вздохнул. Ему нужно было уйти следом за Сарой, но его не оставляло чувство беспокойства за Аду, которая выглядела такой хрупкой и болезненной.       — Алберси, вы ведь отвезёте мою сестру и мисс Шнейдерман обратно в герцогство? — пересилив себя, спросил Барингтон.       — Да, — коротко ответил Чарльз.       — В таком случае, не смею никого больше задерживать, — проговорил Кэнон и затушил сигарету в пепельнице. — Ваших и показаний мисс Сент-Джеймс мне будет достаточно, а так же свидетельств рыцарей, чтобы возбудить дело.       Ада кивнула.       — В таком случае, нам действительно пора вернуться, — она нахмурилась. — Слухи распространяются быстро и я уверена, что они достигли уже поместья. Не хотелось бы, чтобы за мисс Сент-Джеймс волновались её родные.       Мисс Шнейдерман отставила стакан в сторону, так и не допив до конца, и встала. Боль пронзила ее лодыжку, но она не показала вида. А трость бы мне пригодилась, — подумала Ада и усмехнулась этой мысли. Похоже, теперь она действительно ей пригодится, во всяком случае, пока нога не пройдёт. Но стоило ей сделать шаг, как она пошатнулась. На это среагировали сразу двое – маркиз и судья – подхватив девушку по обе руки.       — Вы уверены, что спуститесь сами по лестнице? — обеспокоено спросил Эдвин.       — Я ведь поднялась, не без помощи мисс Сент-Джеймс, но…       — Тогда ваша лодыжка ещё не распухла, — заметил Кэнон.       — Я уверена, что… — Ада осеклась, потому что она столкнулась со взглядом Эдвина и тут же отвернулась, посмотрев на Байрона, высвободив одну из рук. — Я справлюсь.       — Вы очень опрометчиво относитесь к своей репутации и здоровью, — внезапно проговорил Барингтон, все ещё держа девушку за руку, словно не желая ее отпускать.       Главный судья посмотрел на своего друга, затем на мисс Шнейдерман и усмехнувшись предложил:       — Тогда может быть тебе позаботиться о том, чтобы мисс Шнейдерман благополучно села в кэб, — он пожал плечами. — Вам в любом случае по пути.       — Ты прав, — мгновенно ответил маркиз, словно ухватился за представившуюся возможность, и в следующее мгновение подхватил Аду на руки. Девушка даже пискнуть не успела. — Удачного дня, Байрон, надеюсь, что ты как можно скорее схватишь этого похитителя и отправишь его за решётку.       — Маркиз, что вы… — девушка вцепилась в пиджак Эдвина. — Вам вовсе не обязательно было брать меня на руки!       — Я просто донесу вас до экипажа, мисс Шнейдерман, — проворчал он задетый тем фактом, что когда Байрон носил её на руках, она не сопротивлялась. Мрачнее с каждой секундой он добавил: — Уж потерпите несколько минут моё общество.       — Почему это выглядит так, словно мой брат пытается соревноваться с сэром Кэноном, — пробормотала Кассандра, которая с интересом наблюдала за тем, что происходило в кабинете главного судьи.       Просто романтическая пьеса, не иначе как, — подумала она, провожая взглядом Эдвина несущего на руках Аду.       — Вы как всегда очень наблюдательны, мисс Сент-Джеймс, — усмехнулся Байрон, затем посмотрел на герцога. — Береги её.       — Всенепременно, — ответил Алберси и, взяв девушку под руку, повёл к дверям. — Удачного дня, Кэнон.       — Удачного.       В следующее мгновение они вновь оказались в водовороте работающих полисменов и сыщиков. Чарльз держал её за руку, а второй рукой придерживал за плечо, стараясь, чтобы как можно меньше людей могли коснуться её. Наконец они смогли протолкнуться к выходу и выскользнули через массивные двери на улицу.       — Всё в порядке? — обеспокоенно спросил герцог, внимательным взглядом окидывая её с ног до головы, а затем нежным жестом заправляя несколько непослушных прядей её за ухо.       — Просто прекрасно, — улыбнулась ему девушка и, посмотрев в сторону, заметила, что Эдвин стоит рядом со ступеньками, до сих пор держа на руках мисс Шнейдерман. — Пойдёмте.       Ада вспыхнула и замолчала, а затем пробурчала под нос, так что только Эдвин мог расслышать.       — И вовсе мне не неприятно ваше общество, — она надулась. — Но почему-то меня сегодня никто не спрашивает, а просто…       Она замолчала, отвернувшись, чувствуя на себе пристальный взгляд маркиза. Да что это со мной такое?! — злилась на себя девушка. Сердце у неё безумно билось в груди, словно ей пришлось пробежать все это расстояние, а не прокатиться на руках этого мужчины.       — Вы можете поставить меня на землю, — она подняла на Эдвина свои серые глаза, которые потемнели до глубокого насыщенного оттенка мокрого асфальта, и призналась: — Мне очень неловко.       Ей не хотелось почему-то, чтобы маркиз думал, будто дело в нем. Нет, дело было в ней. В том, что она чувствовала себя маленькой, хрупкой и беззащитной в таком положении, чего не позволяла себе очень и очень давно. А самое отвратительное было то, что ей это было приятно.       Смотря в его глаза, она словно утопала в море зелени на безмятежном лугу.       — Кто бы мог подумать, что вам может быть неловко, — усмехнулся Барингтон, и его улыбка стала мальчишески озорной. — Я думал той, что стояла измазанной с ног до головы в саже, посреди самого людного квартала не знакомо это чувство.       — Кажется, вам вдвоем очень весело, — произнесла Кэсси, подходя к ним и привлекая к себе внимание.       Она с интересом поглядывала на брата. Его светлые волосы мягко шевелил ветер, в изумрудных глазах поблескивали искорки, а улыбка была просто сияющей. Стоило признать, что Эдвин Грей Сент-Джеймс был просто убийственно обворожительным мужчиной.       Ада покраснела и снова отвернулась. Она не знала, что сказать. Ей было все равно, что думают о ней окружающие люди, особенно если она преследовали цели, необходимые ради дела. Но сейчас она не могла отделаться от щекотливого ощущения в районе солнечного сплетения и пунцовых щёк.       На Байрона она не злилась, понимая, что транспортировка, таким образом, была вынужденная мера, но за последние несколько минут она испытала целый спектр чувств от злости и возмущения, до совершенно ей не знакомых.       Алберси сделал жест рукой и к ним тут же подъехал элегантный экипаж с гербом его рода на дверце. Впрочем, герб был не только на дверце кареты, так же он был вышит на подушках, как заметила Кэс, оказавшись внутри, возможно он был ещё где-то. В следующее же мгновение Чарльз сел рядом с ней.       Эдвин помог забраться внутрь Аде и последним оказался в экипаже. В конечном счете, ему не оставалось ничего иного как сесть рядом с мисс Шнейдерман. Дверца была закрыта и на несколько мгновений внутри возникла, неловка тишина.       — Мисс Шнейдерман, если вас будет укачивать, сразу сообщите, — проговорил герцог, как только экипаж тронулся и послышался мерный стук копыт по мостовой.       Ада кивнула и отвернулась к окну. Краска постепенно сошла с ее щек, и она задумалась, пытаясь восстановить события, произошедшие за день. Она должна была вспомнить все в мельчайших деталях, проанализировать, составить картину преступления…       Но в какой-то момент их слегка качнуло на ухабе, и легкая девушка оказалась непроизвольно ближе к маркизу, почувствовав тепло его тела. Все мысли тут же вылетели из головы. Она не знала, как сбросить это напряжение и попыталась отвлечься.       — Простите, Кассандра, мне жаль, что наша прогулка закончилась вот так. — Ада сложила руки на коленях. — В следующий раз я не буду столь беспечна.       Больше всего ей хотелось это оказаться в ванной и смыть с себя грязь и пыль, но вдруг она поймала себя на мысли, что ей хочется почему-то растянуть это мгновение. Ей впервые не хотелось решать загадку. Она очень боялась узнать правду. А что если это действительно леди Милиган? Чего ей было опасаться? А что если Сара в ней разглядела то, что она пока не в состоянии была разглядеть сама.       Ада бросила быстрый взгляд на Эдвина и снова уставилась в окно.       — Не переживайте, Ада, мне очень понравилась наша прогулка, не смотря на то как она закончилась, — Кэсси рассеяно вздохнула, её взгляд скользил по рукам Чарльза, а если бы они были только вдвоём он мог бы вновь её обнять и не только… Она тряхнула головой сбрасывая наваждение. — Я надеюсь, что мы сможем её повторить, после того, как вы поправитесь.       Девушка подняла взгляд и заметила хмурый взгляд брата, в экипаже было не очень светло, но девушка могла поклясться в том, что щёки Эдвина окрасил лёгкий румянец. С чего бы ему краснеть? Могло ли это быть из-за Ады, которая сидела рядом с ним?       — Уверена, что в следующий раз наша прогулка пройдёт гладко и без каких-либо происшествий, — проговорила Кэс.       Барингтон скептически хмыкнул. Ему почему-то казалось, что в следующий раз эти двое снова смогут найти неприятности на свои хорошенькие головки. Он собирался держаться подальше от Ады Шнейдерман, а в итоге получалось, что ему наоборот следовало держать её постоянно на виду. Да, именно поэтому, он теперь будет присматривать за мисс Шнейдерман. Это нужно только для того чтобы обезопасить Кэсси и Элоизу, ведь они часто бывали в обществе Ады. У него больше не было каких-то других, более личных причин, для того, чтобы присматривать за этой девушкой.       Карета в очередной раз дернулась, и хрупкое женское тело снова оказалось прижато к нему. От мисс Шнейдерман невообразимо приятно пахло. Эдвин нахмурился и, опустив взгляд вниз, понял, что смотрит на женские коленки обтянутые тканью. Проклятие, она снова была в брюках!       — Главное, что вы в порядке, — Ада глубоко вздохнула. Она поняла, что начала привязываться, ещё немного, и она сможет назвать Кассандру подругой. А чувства всегда мешали делу. Всегда.       Девушка вспомнила родителей. И от этих воспоминаний ей стало тяжело дышать. Ей более не хотелось терять близких. Совершенно. Может потому она никого к себе не подпускала.       Снова тряхнуло, и она почувствовала, как ее рука случайно накрыла руку маркиза в попытке за что-то ухватиться, чтобы удержать равновесие. Несколько секунд она не находила в себе сил, чтобы отнять ее, а когда смогла, то сжала пальцы в кулак, словно пыталась сохранить тепло руки Эдвина.       — Со мной всё в порядке, а вы кажется, всё время забываете, что это вас пытались похитить, а не меня, — ответила Кэс, с интересом наблюдая за происходящим. — Вам следует хотя бы немного подумать о себе и позволить нам позаботится о вас. Я ведь права, Эдвин?       Мужчина удивлённо посмотрел на неё. Почему она обратилась к нему именно в тот момент, когда он размышлял о том. Почему Ада так поспешно убрала свою руку? Может, ей было неприятно к нему прикасаться?       — Да ты права, — согласился он со словами сестры. — Вам следует больше заботиться о своём здоровье, мисс Шнейдерман.       Может, ей было неловко? А вдруг она и, правда, близка с Кэноном? Если это так, то его поведение, наверное, показалось ей нелепым.       — Эдвин, о чём ты так сосредоточенно думаешь? — ворвался в его мысли голос Кассандры.       — Ничего такого, — поспешно ответил мужчина.       — Я никогда не жаловалась на своё здоровье, — Ада улыбнулась. Улыбка вышла милой, хоть и не была до конца искренней. — А беспокоюсь о вас, потому что…       Потому что на мне была ваша шляпка, и я не могу исключать того, что вас, а не меня, планировали похитить, но этого Ада вслух не произнесла.       Она снова посмотрела на свою руку, которая ещё недавно касалась руки маркиза. Она уже не чувствовала его тепла, а ее рука вновь стала холодной, как бы она не старалась его сохранить.       «Зачем? Неужели им действительно настолько удалось меня напугать, что я подсознательно ищу защиты? Но почему у этого мужчины?»       Она посмотрела в окно, когда они поехали под мостом, и в стекле отразилось лицо Эдвина. Он был красив, но сейчас его лицо омрачала какая-то дума. Ада подумала, что улыбка ему куда больше к лицу и что ей хотелось бы, чтобы этот человек снова улыбнулся. Ему не следовало хмуриться. Дело разумеется не в ней. Возможно, он переживает из-за своей невесты?       — Я уверена, что мисс Милиган не причастна, и ее алиби подтвердиться, — выпалила Ада, смотря на Эдвина через отражение. Она боялась повернуться и столкнуться с этими зелёными глазами. Почему то она сразу теряла уверенность, ее голос дрожал или вовсе теряла дар речи, когда их взгляды сталкивались.       — Да, наверняка так и будет, — ответил Барингтон, который даже не вспоминал о своей невесте, пока мисс Шнейдерман не заговорила о ней. В данный момент его больше заботило то, что девушка даже не смотрела на него. Неужели он ей настолько неприятен. Ранее она сказала, что это не так, но наверняка это было сказано просто из вежливости.       — Эдвин, ты уверен, что у тебя всё в порядке, — обеспокоенно спросила Кассандра, — ты мрачнее тучи.       — Не преувеличивай, — отмахнулся он от её слов. — Это просто лёгкое беспокойство из-за… — маркиз осекся, бросив быстрый взгляд на Аду, которая продолжала смотреть в окно, словно могла увидеть там что-то очень важное. — Я волнуюсь за Сару, у неё болела голова, вдруг это что-то серьёзное.       Кассандра недоверчиво приподняла бровь. Что-то она не заметила, чтобы он вообще вспоминал о своей любительнице драконов. Наверняка думал о чём-то другом. К тому же это наверняка было связано с Адой, не зря он посмотрел на неё.       — Голова твоей мисс Милиган забита драконами, с ней всё будет прекрасно.       — Не язви.       Увидев в отражении взгляд маркиза, Ада отвернулась от окна и посмотрела прямо на него.       «Что это? Беспокойство. Из-за меня?» — но прежде, чем она успела сделать какие либо выводы, Эдвин объяснился.       «Конечно, он волнуется из-за своей невесты. Это логично», — но почему-то Ада сама не верила в свои слова. Ей хотелось спросить, почему он так посмотрел на неё, но прежде, чем она сделала это, кэб остановился, достояно резко, чтобы они снова сместились, оказавшись ближе всего на несколько секунд. И все слова вылетели из головы, потому что они снова смотрели друг другу в глаза.       — Кажется, мы добрались до больницы, — прошептала Ада, а затем затараторила. — Спасибо, вам за помощь, маркиз. Боюсь, Кэнон был прав, и лестница оказалась бы мне не по зубам.       Но Эдвин казалось, не слушал ее, а продолжал смотреть ей в глаза, накрыв своей рукой ее руку, специально. Да, Ада была уверена, что он сделал это специально, чтобы посмотреть на ее реакцию, и она не смела ее отдёрнуть.       Барингтон словно зачарованный смотрел на девушку перед собой. Если бы он наклонился чуть ближе то мог бы… Словно обжёгшись Эдвин дёрнулся назад, отпуская руку Ады, однако всё ещё ощущая под пальцами нежность женской кожи. Он мог бы прижаться к ней губами и…       Закрыв на мгновение глаза, маркиз призвал себя собраться с мыслями. Это было словно какое-то наваждение.       — Я навещу вас завтра, до приёма, чтобы узнать как ваше самочувствие, — проговорил он и, открыв дверь, выскользнул из экипажа. — Удачного дня, Алберси. Кэсси.       — Удачного дня, Барингтон.       — Эдвин, ты тоже будь осторожен, — махнула рукой Кассандра, поглядывая на брата. У неё накопилось очень много вопросов после того, что она только что видела. — Поговорим завтра.       Ада вздохнула.       — Хорошего дня, — а затем прикрыла глаза и добавила, после того как дверца была закрыта. — Я и забыла, что приём уже завтра.       — Верно, завтра будет грандиозный приём в честь дня рождения Лу, она очень его ждёт, — подтвердила Кэсси, когда экипаж снова тронулся со своего места. — Будет очень много гостей.       Она посмотрела на Чарльза и подарила ему немного дразнящую улыбку.       — Очень много гостей, — повторила она, а затем добавила: — так что никто не заметит, если парочка из них сбежит на балкон.       Алберси ничего не ответил, лишь улыбнулся ей в ответ.       — Что ж, в таком случае мне придётся постараться и встать на ноги к этому моменту, — Ада улыбнулась и отвернулась к окну, а затем как бы невзначай сказала. — До поместья ещё около получаса езды и если вы мне простите слабость и вольность, то я немного вздремну.       Девушка прикрыла глаза. Словно говоря: я не могу оставить вас наедине прямо сейчас, но могу сделать вид, что меня здесь нет.       — Мы разбудим вас, когда прибудем на место, — ответила Кассандра и тут же почувствовала, что Чарльз взял её за руку, а затем поднес к губам и поцеловал в тыльную сторону ладони. — Что вы делаете? — одними губами прошептала она. Ада не успела закрыть глаза, как он уже начал приставать к ней.       — Я ещё ничего не делаю, — прошептал Алберси и, наклонившись, нежно поцеловал её в уголки губ. — Совершенно ничего.       Кэсси хотела было ещё что-то сказать, но все разумные мысли вылетели из её головы, и девушка позволила герцогу снова поцеловать её.       Ада сделала вид, что ничего не замечает, к тому же она действительно устала, но ее губы тронула едва заметная улыбка. Она была рада за этих двоих и где-то совсем малость завидовала. Разве это не чудо иметь рядом человека, к которому тебя тянет как магнитом, и иметь право прикоснуться к нему, оберегать его, наслаждаться им. С этими мыслями девушка провалилась в дрему.