Я не хочу быть главной героиней!

      Чарльз в последний раз пробежался по документу глазами и удовлетворённо вздохнув, поставил свою печать. Это был договор на покупку земли, где он собирался построить, в конечном счете, железную дорогу. Более чем прибыльная сделка. Многие аристократы предпочитали не работать, считая, что это выше их, но Алберси был не таким. Он наоборот всегда искал возможность обогатить и приумножить свои земли. Чарльз считал, что те, кто брезговал работой, были не более чем глупцами. Он же не собирался следовать их примеру.       — Ваша светлость, вы не пожалеете, об этой сделке, — проговорил его деловой партнер Винсент Хартли. Он был более чем рад, что они, наконец, подписали контракт, ведь эта сделка срывалась уже несколько раз. Хартли не знал, что это была за причина, из-за которой спокойный и хладнокровный герцог всегда срывался с места, но наверняка это было что-то важное. Однако его всё же интересовало, что же было важнее сделки, которая, в конечном счете, принесёт Алберси почти королевский доход?       — Мистер Хартли, подпишите здесь и поставьте свою печать, — голос секретаря герцога ворвался в его мысли, и он поспешно взялся за перо.       Рейзел Валентайн был высоким, но довольно худощавым мужчиной. У него были светло-русые волосы и синие глаза, его можно было бы назвать симпатичным. В любом случае, проблем с противоположным полом у него никогда не было.       Валентайн проследил за тем, как Винсент поставил печать на документе и мысленно облегчённо вздохнул. Наконец-то с этим договором было покончено, и теперь он мог более или менее вздохнуть спокойно. Эта сделка уже дважды были сорвана, но сегодня всё наконец-то завершилось. Получив документы в руки, секретарь беглым взглядом проверил подлинность печати и повернулся к герцогу.       — Ваша светлость, оставьте все остальные дела на меня, позже я представлю вам отчёт о проделанной работе, — проговорил Рейзел.       Валентайн был очень ответственным работником, а так же терпел все его причуды, которых в последнее время стало гораздо больше. Они были одного возраста и раньше вместе служили в одном полку. Именно там Рейзел и приглянулся ему, и Чарльз предложил ему работать с ним.       — Ты можешь идти.       Мужчина кивнул и развернувшись на пятках покинул клуб.       — Почему бы нам не выпить, чтобы отметить это дело? — Винсент сделал характерный жест рукой. — В Антураже одна из самых лучших коллекций бренди.       Не каждый день ему удавалось побывать в этом элитном джентльменском клубе, так что он собирался упускать этот шанс. Он ведь не был членом этого клуба, так как не являлся аристократом. Да Хартли был богат, но он был нуворишем. Нувориш никогда не сможет стать членом подобного элитного клуба.       — Вы правы, в Антураже одна из самых лучших коллекций бренди, — подтвердил Алберси и сделал жест рукой, подзывая работника клуба.       — Ваша светлость? — перед ним появился молодой человек лет восемнадцати и склонился в поклоне.       — Принесите бренди для меня и моего гостя, — распорядился Чарльз, и паренёк ещё раз поклонившись, практически убежал, выполняя поручение.       Буквально через несколько минут перед ними стояла бутылка первоклассного бренди не менее восьми лет выдержки. Наверняка аромат и вкус у него был великолепный. Цвет у напитка тоже был прекрасный яркий и насыщенный. Хартли дождался, когда работник клуба наполнит бокалы, а затем взял бокал в руки и медленно поднёс его к губам. Как он и предвидел, аромат был чудесный, он явственно чувствовал фруктовые ноты сливы и апельсиновой цедры. Вкус же у напитка был мягкий и бархатный с прекрасной структурой и длительным послевкусием мёда.       Чарльз рассеянным взглядом смотрел на бокал с бренди. Ему было абсолютно плевать на алкоголь, насколько бы звёздным он не был. Для него выпивка не представляла никакой особой ценности. Впрочем, коллекция выпивки в погребах герцогства была самой обширной в империи. Именно поэтому Ланчесте был завсегдатаем в его поместье. Хотя конечно причина была не только в этом.       — Это же Алберси, — послышался радостный голос Кристиана. Как говорится, как вспомнишь, так и выплывет. — И мистер Хартли тоже здесь, — он облокотился на спинку кресла и отсалютовал ему. — Приятно снова увидеть вас, Винсент.       — Это взаимно, ваше сиятельство, — мужчина протянул ему руку, и маркиз пожал её в ответ, — я слышал, что на купленной в последний раз земле вы построили новый универмаг.       Ланчесте лениво улыбнулся, он походил на хитрого лиса. Рыжие волосы и ярко зелёные глаза только усиливали это впечатление. Многие думали, что маркиз был тем ещё прожигателем жизни, но мало кто знал, что это было далеко не так. У этого мужчины было просто огромное состояние, которое он сколотил, открыв по всей империи и за её пределами, сесть универмагов. Правда откуда он взял деньги для того чтобы открыть своё дело, Хартли не знал. Ходил слух, что Ланчесте обчистил в карты несколько зазнавшихся наследничков. Хотя скорей всего это была не правда, ведь почти всем было известно о том, что маркиз ненавидел тех, кто играл в карты на деньги.       — Это верно, — подтвердил Кристиан и наклонил голову, — ещё один Престиж, открыл для покупателей свои двери.       — Не желаете присоединиться к нам и отметить это дело?       Ланчесте усмехнулся и покачал головой. Волосы, собранные в хвост и перевязанные зелёной лентой качнулись, вторя его движениям.       — Прошу прощения, но я вынужден отказаться, — ответил он и перевел взгляд на Чарльза, — к тому же, у меня серьёзный разговор с герцогом. Я надеюсь, что вы не против, что Алберси покинет вас?       — Отказываешься от выпивки, ты не заболел? — ехидная усмешка коснулась губ герцога. — К тому же, что это за важное дело? Пропала ещё одна твоя содержанка?       — Жустина не пропала, а уехала, — деловито проговорил маркиз и добавил, наливая себе в бокал из бутылки: — К тому же от выпивки я никогда не отказывался. Тем более от хорошей. — он поднёс к губам бокал и улыбнулся. — Бренди восьмилетней выдержки, неплохо.       Чарльз рассеяно вздохнул и поднялся на ноги, затем перевёл свой взгляд на делового партнёра и протянул ему руку. Хартли поспешно поднялся и пожал протянутую руку.       — Надеюсь, что мы ещё поработаем, ваша светлость, — проговорил Винсент.       — Обязательно, — коротко ответил Алберси и направился с маркизом к другому столику, подальше от лишних глаз.       Кристиан поставил свой бокал на столик, и вальяжно рассевшись на диване, подозвал работника.       — Чего изволите, ваше сиятельство? — к ним подошёл тот же самый паренёк, что недавно обслуживал его с Хартли.       — Кевин, принеси нам ещё одну бутылочку того замечательного бренди восьмилетней выдержки, — произнёс Ланчесте, кивая в сторону Хартли, который теперь сидел в одиночестве и наслаждался напитком, и хорошей сигарой.       Чарльз опустился в кресло и, облокотившись на подлокотник, посмотрел на маркиза. Выглядел тот неважно, хотя с первого взгляда это было не так уж и заметно. Лицо немного осунулось, а под глазами проглядывались тёмные круги.       — А тебе не хватит?       — Что я слышу, неужели великий герцог Алберси — главная ледышка империи волнуется обо мне? — насмешливо произнёс маркиз и послал ему воздушный поцелуй. — Я тоже очень люблю тебя.       — Та река до сих пор плачет по тебе, может, наконец, осчастливишь её своим присутствием?       — Ух ты, ещё одна угроза утопить меня, — продолжая посмеиваться проговорил Кристиан, а затем вздохнул. — Да не смотри ты так на меня, я не пил.       Чарльз скептически посмотрел на него, и Кристиан выдавил из себя подобие улыбки. Друг практически сверлил его своим пугающим и холодным взглядом. А ведь не так давно говорил, что ему на него наплевать.       — Я, правда, не пил.       Кевин почти бесшумно поставил перед мужчинами початую бутылку с бредни ,и так же молча, ушёл, оставив их снова вдвоём.       — Тогда где ты пропадал всё это время? — спросил герцог, прожигая его взглядом. — От тебя не было ни слуху, ни духу почти неделю. Я был более чем уверен, что ты в очередной раз пытался утопиться в алкоголе. Не думаю, что слова Кассандры никак не подействовали на тебя.       — Она рассказала тебе? — Кристиан плеснул себе ещё бренди в стакан и сделал небольшой глоток.       — Да и Кассандра была обеспокоена тем, что расстроила тебя, — ответил Чарльз, затем добавил, заметив, как Ланчесте смотрит на него: — Я ничего ей не рассказал. У меня нет привычки, раскрывать чужие секреты, такого рода.       — Верно, даже у тебя есть совесть, хотя возможно некоторые не согласятся с моими словами, — с усмешкой пробормотал маркиз, снова поднося бокал к губам и немного пригубив, отставил его на стол.       — Довольно странно слышать про совесть от тебя, — парировал Алберси.       Кристиан усмехнулся и пожал плечами.       — Знаешь, твоя мисс Сент-Джеймс довольно умная девушка, — произнёс он и посмотрел куда-то в сторону. — Возможно, она и так узнает обо всех моих грязных секретах. Такое большое шило в бочке не утаишь. Слухами земля полниться.       — Так не лучше было бы рассказать всё как есть, вместо того чтобы выслушивать сплетни, что далеки от правды, —  повторил Чарльз сказанные ранее Кассандрой слова.       — Но они не так уж и далеки от правды, пусть я и заткнул рты всем тем ублюдками… — Ланчесте замолчал и, схватив бокал с бренди, осушил его. — Кассандра, конечно необычная и очень умная девушка, но она все, же невинная девушка. Нечто подобное это слишком для неё. К тому же, я не хотел бы, чтобы юная мисс Сент-Джеймс узнала об этом. Определённо нет. Пусть эта маленькая шипучка и дальше считает меня беспутным повесой.       — Ты есть беспутный повеса.       Ланчесте улыбнулся и пожал плечами.       — В любом случае, я услышал тебя, — вздохнув ответил Чарльз, — я ничего не расскажу Кассандре до того времени, пока ты не будет готов.       — Не очень уверен, что это когда-нибудь произойдёт. — вяло усмехнулся Кристиан и плеснул себе в бокал ещё бренди, затем посмотрел на друга и спросил: — Может, всё-таки будешь? Я знаю, что ты не особо любишь выпить, но мне как-то не хочется сегодня пить в одиночестве.       Алберси ещё раз вздохнул и, не говоря ни слова, пододвинул к нему свой пустой бокал. Ланчесте тут же плеснул ему бренди, и Чарльз поднёс его к губам. Цвет бренди напоминал ему о волосах Кассандры.       — Если ты не пил, что делал всю эту неделю?       — Упивался в жалости к самому себе в отдалённом поместье маркизатства, — произнёс Олдридж, уставившись в свой бокал. — Винил себя в том, что ничего не знал и не смог предотвратить… — он поднял к нему глаза. — Ты ведь знаешь, всё по старой схеме. Моя любимая программа. Депрессия и все её «приятные» последствия.       — В твою любимую программу обычно входить заплыв по реке из всего, что горит. — напомнил герцог. — А теперь ты утверждаешь, что не пил?       Кристиан пожал плечами.       — Мне не хотелось, — он слабо улыбнулся и снова уставился в свой бокал, слегка покачивая его в руках. — Я просто сидел на чердаке и читал письма… — кривая усмешка коснулась его губ. — Правда до самого последнего, я так и не смог дотронуться. Точнее, не хотел к нему прикасаться.       Алберси подавил тяжёлый вздох и, осушив свой бокал, вновь наполнил его и поднёс к губам. А ведь у него ещё были вечером дела, ему нужна была трезвая голова. В противном случае… в противном случае он мог не сдержаться и натворить бед. Впрочем, до вечера он, так или иначе, должен был полностью протрезветь.       — Ладно, хватит уже предаваться хандре, в конце концов, я ещё успею к ней вернуться, — улыбнувшись, проговорил маркиз и, отпив бренди, поставил стакан с негромким стуком на стол. — Лучше расскажи мне о тех слухах, что летают по улочкам города. Словно ты ворвался в дом несравненной мисс Сент-Джеймс и прогнал явившегося к ней наследного принца. Тебя видели верхом на коне. На коне!       Кристиан многозначительно улыбнулся. Чарльз раздражённо цыкнул и посмотрел куда-то в сторону. Олдридж же вернулся к своему обычному приподнятому настроению. От былой подавленности словно и не осталось следа.       — Раз уж ты снова выполз на свет божий, будешь моим секундантом, — произнёс герцог, игнорируя сказанные ранее слова.       — Чёрт возьми, ты что, Джеймса на дуэль вызвал? — ошарашено уставился на него Ланчесте.       — Успокойся, это будет обычный кулачный поединок, — отозвался Алберси и криво усмехнулся, — не собираюсь я его убивать. Может немного покалечить, но не более того.       — Так, что всё-таки произошло, раз ты решил бросить в него перчаткой и вызвать на дуэль? — заинтересовано спросил Кристиан, доставая из-за пазухи портсигар и пододвигая к себе пепельницу.       Чарльз вздохнул и коротко рассказал о том, что было. Маркиз внимательно слушал его, изредка вставляя колкие комментарии относительно поведения Джеймса.       — Кто бы мог подумать, что он всё такой же самоуверенный придурок, — пробормотал Кристиан, последний раз затягиваясь и туша сигарету в пепельнице. — Я думал с возрастом у него прибавится ума, но видимо я переоценил его. Страшно представить, что будет с империей, когда он придёт к власти.       — Ты и меня помнится нарёк самоуверенным придурком, — насмешливо фыркнул Алберси. — Ставишь меня наравне с ним?       — Ах, неужели Кассандра наябедничала? — Олдридж прижал руку к голове и театрально вздохнул. — Я крайне разочарован в ней, впрочем… — он улыбнулся и посмотрел на него. — Тебе и без того прекрасно известно, что ты самоуверенный придурок. Вызвал наследного принца на кулачный бой. Подумать только…       Кристиан поднял свой стакан со стола и осушил его.       — Ещё и меня секундантом назначил.       — Я собирался попросить Байрона, если бы ты не объявился.       Ланчесте рассмеялся и покачал головой.       — Представляю, в каком он был бы восторге, главному судье империи в послужном списке как раз не хватает записи о том, что он был секундантом в дуэли наследного принца, — маркиз продолжая посмеиваться, посмотрел в сторону, а затем жестом позвал работника клуба. — Кевин, принеси нам с герцогом по чашке крепкого кофе и тосты с ветчиной и сыром.       Паренёк поклонился и убежал выполнять поручение.       — Это не дуэль, — возразил Чарльз, когда лишние уши ушли, — мне просто хочется несколько раз хорошенько ему вдарить. Возможно, тогда у него отпадёт желание заглядываться на чужих невест.         — Чужих невест? Невест? — непонимающе переспросил Кристиан, а затем уставился на него во все глаза. — Вот, чёртов сукин сын, ты наконец-то сделал ей предложение? Когда успел? Проклятие, и я всё пропустил!       Алберси насмешливо улыбнулся и покачал головой.       — Успокойся, я ещё не сделал предложение Кассандре, — он усмехнулся его недоумевающему взгляду. — Мисс Сент-Джеймс сама сделала мне предложение.       — Ого…       Ланчесте буквально лишился дара речи. Какое-то время он не знал, что сказать. В этот момент к ним подошёл Кевин с подносом, на котором стояли кофейник, две чашки с кофе и тарелка полная тостов. Бутылку с бренди и грязные бокалы он забрал и снова ушёл.       — Необыкновенная девушка, — немного придя в себя, пробормотал маркиз. Он взял в руку чашку с кофе и поднёс её к губам, делая глоток. — В любом случае, почему я не видел заметки в газете о вашей помолвке?       — Потому что я ещё не сделал подобающее предложение, — спокойно ответил герцог и взял один из тостов из тарелки.       — Ты оскорбился из-за того что Мисс Сент-Джеймс сама сделала тебе предложение тем самым задев твою мужскую гордость?       Чарльз посмотрел на него, вопросительно приподняв бровь.       — Ты, правда, думаешь, что нечто подобное и правда может задеть мою гордость?       — Нет, мне как раз таки с трудом верится в нечто подобное, — отозвался Кристиан и улыбнулся. — Поэтому я удивлён тому, что после предложения ты тут же не дал заметку в газеты и не нацелил на свою ненаглядную мисс Сент-Джеймс какое-нибудь сногсшибательное фамильное кольцо, которое издалека бы кричало о том, что она принадлежит тебе.       — Что-то подобное я и, правда собираюсь сделать, — подтвердил Алберси и сделал небольшой глоток из чашки с кофе. — Но после того, как сделаю полноценное предложение с цветами, кольцом и кучей свидетелей.       — Кучей свидетелей? — переспросил маркиз и насмешливо фыркнул. — Что-то подобное как-то с трудом вяжется с образом Кассандры. Мне кажется, она не особо любит быть в центре внимания.       — Она и не любит быть в центе внимания. — отозвался Чарльз.       Кристиан непонимающе посмотрел на него.       — Тогда зачем эта шумиха?       Герцог со вздохом поставил пустую чашку на стол и плеснул себе ещё кофе из кофейника. Терпкий аромат свежезаваренного кофе тут же окутал его, принося ясность в мысли. Хмель в крови начал отступать на задний план.       — А ты как думаешь?       — Неужели вы решили сделать это назло Джеймсу?       — Что-то типа того, — туманно проговорил Алберси.       — Вы очень странная парочка, но вы определённо стоите друг друга, — насмешливо фыркнул Ланчесте и перевёл своё внимание на тосты, которые с катастрофической быстротой испарялись с тарелки. — Думаю, мне стоит заказать что-нибудь ещё, кажется, у меня проснулся зверский аппетит.       Однако не успел Кристиан подозвать работника клуба, как к  нему подошёл какой-то мужчина и, наклонившись ниже, что-то тихо сказал. На лице маркиза отразился самый разный спектр эмоций.       — Что случилось?       — Нашли ещё один обезображенный труп  в парке недалеко от моего поместья, — нахмурившись, произнёс мужчина и раздосадовано поморщился. — И аппетита как не бывало.       Ланчесте допил кофе и, поставив пустую чашку на стол поднялся на ноги.       — Экипаж уже подан, ты идёшь?       Чарльз вздохнул и, не говоря ни слова, тоже поднялся на ноги. Ему тут же было подано пальто, которое он быстро накинул на плечи и направился к выходу.         В парке было людно. Количество зевак и репортеров просто зашкаливало. Несколько крепких констеблей не пропускали никого за ограждение. То там, то тут, можно было услышать обеспокоенные и напуганные голоса. Обрывки разговоров ветром разносились по улице. Чарльз уверенно шёл вперед, не особо вслушиваясь в слова прохожих. Кристиан следовал за ним. Во рту маркиза шаяла зажженная сигарета.       — У Байрона, наверное, сейчас очень сильно болит голова, — пробормотал Кристиан, затягиваясь в последний раз и бросая потушенную сигарету в ближайшую урну.       Стоило вспомнить о главном судье, как они увидели его стоявшим в нескольких шагах от них. На мужчине было надето коричневое вельветовое пальто, шляпы на голове не было, и его чёрные вьющиеся волосы были в небольшом беспорядке. Выглядел он, мягко говоря, недовольным. Рядом с ним стояла никто иная как мисс Шнейдерман, которая что-то объясняла ему, то и дела взмахивая своей тростью с ярким набалдашником, что сверкал в ярких весенних лучах, словно настоящая драгоценность.       — Джентльмены, прошу прощения, но дальше нельзя, — остановил их один из констеблей, но был проигнорирован.       — Байрон?! — громко окрикнул друга Кристиан, и судья тут же обернулся на его зов.       — Пропустить! — отдал сэр Кэнон короткий приказ, и мужчин тут же пропустили за заграждение.       — Мисс Шнейдерман, рад вас снова видеть, хоть и не при самых приятных обстоятельствах, — проговорил Ланчесте и протянул ей руку для пожатия. — Что тут происходит?       Он кивнул многозначительный взгляд на труп, который исследовали эксперты. Из-за работников ему мало, что было ничего видно, впрочем, Кристиан и не особо горел желанием увидеть подробности. Однако он заметил, что лицо жертвы было укрыто белой тканью. Было ли это сделано специально, или кто-то из следователей закрыл лицо, он не знал. Его взгляд скользнул по потрёпанной одежде, юбка была порвана, на ногах не было обуви. На хрупких, белоснежных запястьях виднелись, отметены от верёвки, а так же другие кровоподтёки. Женское тело было полностью покрыто синяками и ссадинами.       — Очередная жертва? — спросил Чарльз, подходя ближе и бросая пронизывающий взгляд на тело. — Снова работа этого ненормального?       Ада пожала протянутую руку маркиза и снова переключила своё внимание на Байрона.       — Это не он, — сказала она. — Я не верю, что это он.       Девушка поправила свои волосы, собранные под фетровую шляпу, затем достала сигарету и стала искать, чем под курить.       — Вот же, черт... — выругалась мисс Шнейдерман, понимая, что очевидно потеряла или вовсе в спешке не положила зажигалку. В конце концов, Ада прибыла первая на место преступления, едва успев умыться, и выглядела девушка крайне помято, что в прочем её ни капли не беспокоило. — Мне будут нужны результаты вскрытия, и я хочу, чтобы фотограф запечатлел положение жертвы, вплоть до мелких деталей.       Ада продолжала хлопать себя по карманам, зажимая сигарету в зубах.       — Черт, — повторила она.       — Мисс Шнейдерман, успокойтесь, — Кристиан достал из кармана своего пальто позолоченную зажигалку с какой-то эмблемой и дал девушке прикурить.       — Значит, вы думаете, что это случайная жертва, а не наш серийный убийца? — Чарльз бросил ещё один внимательный взгляд на тело.       В глаза тут же бросился жёлтый тюльпан, вплетённый в каштановые волосы убитой. Порыв ветра принёс нежный цветочный аромат и он, нахмурившись, понял, что этот запах был похож на запах духов, что он подарил Кассандре.       — Вы, правда, в этом уверены? — Алберси сложил руки за спиной и отвёл взгляд в сторону. — Это подражатель?       — Маньяк прежде работал с ювелирной точностью, а здесь весьма грубая работа, — Ада кивнула в знак благодарности Кристиану и затянулась. — Место преступления было похоже на произведение искусства, на красиво обставленную сцену и никогда… — девушка замолчала, а затем повторила с нажимом: — Никогда он не оставлял ни капли крови. Посмотрите же на эти брызги?       Ада ткнула тростью в запачканную брусчатку.       — Эта девушка была убита если не здесь, то неподалёку и привезена сюда, еще, будучи живой, — она почти торжественно посмотрела на него. — Все же предыдущие жертвы были найдены закоченевшими, мертвыми, без единой капли крови вокруг. Он подтирал все следы, оставляя следствию стерильную закрытую комнату без улик. Только тело. А здесь…       Ада закашлялась, затем сбросила пепел и снова затянулась, пытаясь успокоить нервы.       — Думаю, газетчики с вами не согласятся, ну или предпочтут не услышать вас, — со вздохом проговорил маркиз, кивая головой в сторону туда, где продолжала бесновать толпа зевак. — Пока мы шли, я слышал обрывки разговоров. Почти все уверены в том, что это всё тот же "душегуб". Так они его окрестили.       — Вы уже опознали жертву? — продолжая хмуриться, спросил Чарльз, наблюдая за тем, как несколько парнишек делают снимки тела.       Байрон как-то странно хмыкнул и бросил быстрый взгляд на Кристиана. Затем достал портсигар из кармана и, покрутив сигарету в руках, сунул её в рот.       — Жустина Тревор...       Ланчесте удивлённо вскинул брови и перевёл взгляд на тело. Теперь он смотрел на него с другими чувствами.       — Жустина... — пробормотал мужчина и, прикрыв глаза рукой, отвернулся. — Я был уверен, что она уехала к сестре за город. Она ведь оставила мне записку...       — А вот с этого места подробнее, — прервала его Ада.       Кристиан посмотрел в сторону. Теперь, когда он понял, что перед ним не просто тело неизвестной, а та кого он знал, более того делил постель. Ему стало не по себе. Он достал из кармана позолоченный портсигар и, сунув сигарету в зубы, пожевал её и прикурил.       — Вы наверняка уже знаете, что мисс Тревор моя... — он осекся и, нахмурившись, нервно облизал губы. — Была моей любовницей. Это не такой уж и секрет. В последнее время я не навещал её, был немного занят... Но где-то около двух недель назад Жустина прислала мне записку, о том, что в городе сейчас не безопасно, и она собирается пожить у сестры в пригороде.       — Вы ведь сохранили эту записку? — мисс Шнейдерман заметно оживилась. Теперь она нашла ниточку, за которую могла уцепиться и планировала размотать этот клубок.       — Да, думаю, что она должна лежать где-то у меня на столе в кабинете, — задумчиво пробормотал маркиз и как-то натянуто улыбнулся. — Всю прошлую неделю я не ступал на его порог, так что скорей всего она всё ещё в нижнем ящике стола. Мой дворецкий не имеет привычки выбрасывать мою корреспонденцию.       — Это замечательно, просто замечательно, — она затушила сигарету и аккуратно сжала бычок в ладони. — Чего же мы медлим? Я должна увидеть ее сейчас же.        — Мой экипаж стоит возле дороги, придётся потрястись немного в нём, — проговорил Ланчесте и сделал приглашающий знак рукой. — Прошу за мной, мисс Шнейдерман. Можно было конечно пройтись пешком, мой особняк стоит не так далеко за парком. Но боюсь, что все эти столпившиеся зеваки не дадут нам нормально пройти.       Чарльз бросил последний взгляд на жертву, его взгляд скользнул по длинным волосам и он подумал снова о Кассандре. Наверняка она узнает об этом, а может быть, уже знает. И настроения это ей конечно не прибавит. Как и ему тоже. Алберси сложил руки за спиной и отвернулся от тела.       — Я пойду с вами, мне нужно задать тебе парочку вопросов, Ланчесте, — буркнул Байрон, а затем подозвал к себе несколько следователей. — Погрузить тело в катафалк и доставить в морг, пусть наш патологоанатом как можно скорее осмотрит тело. Передай доктору Стоксу, что мне нужен отчёт о вскрытие к завтрашнему утру.       Он бросил быстрый взгляд на толпу людей и раздражённо цыкнул.       — И разгоните уже, наконец, это толпу зевак, тут больше не на что смотреть, — Кэнон отдал последнее указание и посмотрел на маркиза. — Идёмте.       — Я подозреваемый? — слегка улыбнулся Кристиан, последний раз затягиваясь и выбрасывая окурок в урну.       — Нет, это просто формальность.       — Не волнуйтесь, Кристиан, сомневаюсь, что вы к этому причастны, — Ада опёрлась на трость, нога все ещё побаливала, но это были лишь отголоски прежней боли.  — Но для нас важна любая информация. По крупице можно дознаться до истины.       — Рад слышать, что вы не думаете, обо мне плохо, Ада, — хитро улыбнулся маркиз, намерено прекращая обращаться к ней формально, раз уж она так же отбросила формальности. — Прошу.       Он открыл перед ней двери экипажа и подал руку, помогая забраться внутрь. Затем забрался следом, усаживаясь на сиденье напротив. Чарльз и Байрон так же расположились в экипаже.         — Добро пожаловать, в мою обитель, — проговорил Кристиан, открывая двери кабинета и пропуская Аду вперёд. — Прошу прощения за небольшой бардак на столе. Я не прикасался к документам всю неделю, а мой добросовестный секретарь просто складывал их на столе, чтобы они дожидались своего часа, пока я соизволю обратить на них своё внимание.       Маркиз прошёл до стола и начал рыться в ящике, проверяя письма и еле слышно что-то бормоча себе под нос. Кабинет Кристиана был обставлен очень органично. Вся мебель в комнате была одной светло-ореховой цветовой расцветки, словно вышла из-под станка одного и того же мастера. В кабинете не висело ни единого портрета, как было обычно принято, зато на одной из стен был прекрасный осенний пейзаж написанный маслом. Окно было завещано светлым тюлем и хорошо освещало письменный стол заваленный бумагами.       Возле стен стояли стеллажи полные книг, кто бы, что не думал, а он очень любил читать в свободное время. У одной из стен стоял большой кожаный диван и кресла в тон ему. На столике перед диваном стояли бокалы и пузатый хрустальный графин, наполненный каким-то скорей всего алкогольным напитком из разряда бренди или виски. Под ногами лежали пушистые персидские ковры, заглушающие стук каблуков о паркетный пол.       — Вот оно, нашёл, — Кристиан извлёк письмо с самого дна ящика и протянул его Аде.       Девушка взяла в руки лист бумаги, затем покрутила, просветила, потёрла чернила, рассмотрела каждую закорючку, а затем отдала Байрону.       — В вещдоки, — коротко сказала она.       Главный судья забрал письмо из её рук и бросив на него взгляд, лишь вздохнул. Однако свернул лист и, убрав его в конверт, положил к себе в карман.       — На первый взгляд обыкновенная любовная записка, — протянул Кэнон и посмотрел на маркиза. — У тебя есть алиби на вчерашний вечер?       — Я всю неделю был здесь, хотя если точнее там, — спокойно ответил Ланчесте, указывая пальцем вверх. — Предавался меланхолии и читал старую корреспонденцию.       С губ Байрона слетел ещё один вздох. Он сразу же понял, о чём шла речь, так как был прекрасно осведомлён о его прошлом. Даже более того помог ему разобраться с проблемами ещё будучи в начале своей карьеры.       — Хочешь позже поговорить об этом? — полюбопытствовал он, раскачиваясь на пятках.       — Нет, со мной уже всё в порядке, но меня очень трогает твоя забота, старина, — улыбнулся ему Ланчесте.       Байрон подавил вздох и покачал головой.       — Тебя кто-то видел помимо прислуги? — спросил он и перевёл взгляд на Алберси, который стоял у окна и смотрел на улицу.       Герцог словно почувствовал его взгляд и обернулся к нему.       — Нет, мы не виделись всю эту неделю.       — Прислуги будет достаточно, если не появятся другие улики, указывающие на господина Ланчесте, — спокойно проговорила мисс Шнейдерман, с интересом рассматривая картину на стене. — Знакомства с жертвой не достаточно для обвинений, даже при полном отсутствии алиби. Но мы вынуждены вас просить не покидать город до выяснения обстоятельств.       Ада вздохнула и перевела взгляд на немного обеспокоенного своим положением маркиза, затем на Байрона и снова на Кристиана.       — На данный момент вы свидетель, Кристиан, вам не о чем беспокоится, — решила она его подбодрить.       Кристиан пожал плечами.       — Не беспокойтесь, Ада, у меня пока не было в планах отправиться куда-то, у меня полно дел в городе, — он указал головой на заваленный бумагами стол. — В том числе и встречи с подрядчиками, которые определённо жаждут увидеться со мной. Да и куда ж я денусь, раз такое веселье намечается.       Ланчесте бросил выразительный взгляд на Чарльза.       — Впрочем, вы уже и без меня всё знаете от мисс Сент-Джеймс, она наверняка вам всё рассказала, — мужчина развёл руки в сторону. — Печально, что я узнаю обо всём самый последний. Хотя, одно весёлое события этого вечера, я уж точно не пропущу. Даже буду в первых рядах.              Ада вопросительно подняла бровь.       — Событие?       Алберси раздражённо цыкнул языком и подумал о том, что следовало всё-таки Байрона попросить быть секундантом и ничего не говорить Ланчесте до самого конца. Теперь же было поздно сожалеть об этом.       — О, нас ждёт грандиозный вечер, — продолжал веселиться Кристиан. — Видите ли, мисс Шнейдерман, наш всеми известный герцог, вызвал на дуэль наследного принца. Я буду секундантом.       — Это не дуэль, а просто кулачный бой, — Чарльз слегка поморщился и посмотрел в сторону. — Просто дружеский бой, что пройдёт в закрытом зале Антуража под пристальным наблюдением тренера по боксу.       Байрон недоверчиво уставился на герцога. Как-то с трудом вязалось слово дружеский бой, по отношению к этим двоим. Алберси заметив его взгляд, повёл плечами.       — Никто никого убивать не собирается и это не дуэль.       — Но ты попросил быть Ланчесте секундантом, — как бы между делом заметил главный судья.       Чарльз слегка улыбнулся.       — Это не более чем формальность, ранее я хотел попросить об этом тебя.       Кэнон аж подавился воздухом от неожиданности, и с трудом справившись с кашлем, пробормотал сиплым голосом:       — Только этого и не хватало в моём послужном списке...       — Весьма любопытно, — протянула Ада. — Надеюсь, вы не против, если я буду присутствовать? Мне крайне нравилось в столице посещать кулачные бои. Я даже делала ставки.       Девушка усмехнулась.       — И я бы поставила на вас герцог, — она улыбнулась Алберси. — Я достаточно хорошо знаю способности его высочества, чтобы быть в этом уверенной. А вы Байрон? На кого бы вы поставили?       Главный судья насмешливо фыркнул и покачал головой.       — Мне так же прекрасно известно, как о способностях его высочества, так и о способностях герцога, — проговорил он, а затем нахмурился. — Однако при всём моём уважение, мисс Шнейдерман, в правилах Антуража чётко обозначено, что посещать его могут только джентльмены, вы же оным не являетесь, даже если нацепили брюки.       Байрон окинул её внимательным взглядом.       — Так же в Антураж могут попасть только члены клуба, или гости членов клуба.       — Байрон, когда ты успел таким скучным? — насмешливо фыркнул Кристиан. — Хватит нудеть. — маркиз посмотрел на девушку. — Будете моим гостем, Ада, только вам придётся притвориться мужчиной и при всём моём уважении хорошо загримироваться, только слепой глупец примет вас за мальчика, вы очень изящная леди.       — Я не хочу в этом участвовать, — раздосадовано пробурчал Кэнон, затем видимо о чём-то вспомнив, бросил на неё озабоченный взгляд. — Впрочем, я не могу оставить вас без присмотра. Даже не представляю, как на это отреагирует Барингтон.       — Не волнуйтесь, сейчас мне не к чему притворятся мужчиной, но если понадобится, то уверяю, вы сами поверите в это, — Ада хитро улыбнулась.       — Вот и прекрасно, — просиял улыбкой Кристиан, судя по всему от хандры, что мучила его всю неделю, не осталось и следа. — Где-то у меня тут был чистый лист, — опустив взгляд, он принялся открывать ящики стола. — Нашёл.       Ланчесте быстро жмякнул печать на бумаге и что-то написал на ней.       — Прошу, не потеряйте, — продолжая улыбаться, проговорил он, протягивая приглашение. — Бой будет вечером в восемь часов, не опаздывайте.       — Не волнуйтесь, не потеряю.         Ада помахала листком, чтобы чернила быстрее высохли, а затем убрала его во внутренний карман.       — Вы что-нибудь слышали про пластический грим?         Спросила она, затем развернулась и взмахнула рукой, не дожидаясь ответа.       — До вечера, Чарльз, Кристиан… Байрон, — мисс Шнейдерман довольно ухмыльнулась. — вам лучше встретится со мной заранее. Что касается маркиза Барингтона, надеюсь, вы меня не выдадите?       — Я буду нем как рыба, к тому же, увы и ах, маркиз, в любом случае, не стал бы вести со мной светские беседы, сами знаете почему. — заговорщически подмигнул ей Кристиан, затем задумчиво посмотрел в сторону. — А насчёт встретить...       — Я сделаю это, не хватало ещё потерять вас из виду, — продолжал ворчать Байрон.       С губ главного судьи слетел ещё один горестный вздох. Ему казалось, что у всех здесь присутствующих отсутствует здравый смысл.       — Я всё ещё считаю, что это крайне идиотская затея, а вы все не в своём уме. Приглашение женщины в джентльменский клуб. Вы рискуете потерять своё членство в Антураже.       Ланчесте похлопал его по плечу.       — Не преувеличивай, — совершенно спокойно проговорил он.       — Вы правы, Байрон, я не в своём уме, — Ада покрутила пальцем у виска. — И именно это позволило мне достичь того, что я имею и раскрыть столько дел.       Ада направилась к выходу.       — Не прощаюсь, джентльмены.       Сказав это, девушка покинула кабинет, оставив мужчин одних. Несколько минут прошли в тишине, каждый думал о чём-то своём. Первым подал голос Кристиан, указывая на графин и стаканы.       — Байрон, хочешь выпить?       — Не откажусь, — буркнул мужчина и, расстегнув пальто, плюхнулся в кресло, вытягивая ноги и откидываясь на спинку. — Признаться честно, джентльмены я скоро сойду с ума. Эта неугомонная женщина сведёт меня в могилу раньше времени. Мне кажется, я уже седею.       — Нет, твои волосы всё так же черны, — деловито проговорил Кристиан, открывая графин и плеская в него виски. — Но если хочешь, я тебя пожалею.       Кэнон бросил на него подозрительный взгляд и отодвинулся чуть в сторону, прекрасно зная, на что способен маркиз. Если тому взбредёт в голову, он может вести себя так словно моральные устои общества не для него. Он нисколько не сомневался в ориентации Ланчесте, но так же знал, что это не мешало маркизу отпускать двусмысленные шуточки.       — Выпивки более чем достаточно.       — Ну как скажешь, — усмехнулся Кристиан.         Сегодняшним вечером Антураж был как никогда полон. Атмосфера в закрытом клубе стояла по истине волнующая. Разговоры в зале звучали громче, чем обычно. Выпивки было подано и выпито просто колоссальное количество. Дым от сигар был похож на туман, что стелиться по полу.       Чарльз сидел в кресле, наблюдая за тем, как в клубе с каждой минутой всё больше прибавляется людей. Было ли это связано с предстоящим боем или чем-то ещё, он не знал. Однако, то и дело постоянно ловил на себе оценивающие взгляды. Судя по всему, многим было известно о том, что сегодня должен был состояться его бой с Джеймсом.       Алберси раздражённо цыкнул и приложился к стакану с бренди. Вся эта шумиха определённо была ему не по душе. К тому же, он понимал, что сейчас многие из присутствующих заключали пари, кто же будет, в конечном счете, победителем.       — Волнуешься перед боем? — довольно улыбнувшись, спросил Кристиан, поглядывая на него поверх бокала с бренди.       — Почему я должен волноваться? — герцог вопросительно приподнял бровь и посмотрел на него в ответ.       — Ну наверное потому что сегодня в клубе собралась просто туча народа, все они наверняка пришли для того чтобы поглядеть на твой бой с наследным принцем, — деловито проговорил Олдридж смачивая губы небольшим глотком из своего бокала. — А ты совершенно точно не любишь находиться в центре внимания. Даже более того ненавидишь. Ты ведь у нас гордый и одинокий Дракон.       С губ Чарльза слетел раздосадованный вздох.       — И до твоих ушей добралась эта сказка.       — О да, добралась, — хитро ухмыльнулся маркиз, покачивая бокал в руке. — Кто бы мог подумать, что мисс Сент-Джеймс наречёт меня Лисом. — он указал свободной рукой на свою рыжую шевелюру. — Это всё из-за волос?       — Не думаю, —  коротко ответил Алберси, а затем добавил: — В любом случае, Кассандра утверждает, что это просто сказка, и к реальным людям она не имеет никакое отношение.       Кристиан пожал плечами, затем бросил взгляд в сторону и слегка нахмурился. Чарльз тоже перевёл взгляд и увидел группу молодых людей, среди них был молодой граф Рэклив, что так неудачно напился в ночь перед балом в честь дня рождения юной мисс Сент-Джеймс и едва не поставил в неловкое положение Элоизу. Впрочем, виновник этой неприятной ситуации был совсем не новый граф.       — Интересно принёс ли он ей извинения? — задумчиво пробормотал Кристиан.       — А разве это не ты должен был принести ему извинения? — насмешливо фыркнул Чарльз. — Это ведь ты подарил ему в тот день бутылку абсента. Впрочем, как истинный джентльмен, он конечно не должен тебя ни в чём винить. Ты ведь не против воли вливал в него напиток, просто подначивал того сможет ли он выпить больше чем ты.       — Верно, он сам виноват в том, что связался в тот вечер со мной, — слегка улыбнувшись, произнёс Кристиан и добавил: — В любом случае, танец со мной принёс юной мисс Сент-Джеймс больше пользы, чем, если бы она всё-таки танцевала с этим щёголем.       — Элоиза считает Стивена милым, ну или точнее славным, так сказала Кассандра, — как бы между делом проговорил Алберси.       Маркиз бросил быстрый взгляд на юного графа и скривился.       — Юной мисс Сент-Джеймс стоит держаться подальше от таких повес, она слишком наивна, если считает этого идиота славным.       — Странно слышать это от тебя.       Ланчесте лишь пожал плечами, но прежде чем успел что-то ответить рядом с их столиком остановился не кто иной, как Эдвин. Мужчина окинул их быстрым взглядом.       — Джентльмены, могу я к вам присоединиться?       — Барингтон? — Кристиан едва не подавился воздухом от неожиданности.       — Садитесь, — кивнул ему Чарльз.       Брат Кассандры несколько секунд задумчиво смотрел на него, затем опустился в свободное кресло и, сделав жест рукой, дал указание служащему клуба принести ему спиртное. Не прошло и пары минут, как перед ним стол бокал, наполненный бренди. Эдвин рассеяно вздохнул и сделал глоток, горло приятно обожгло.       — Я слышал от сестры о том, что произошло, — наконец проговорил мужчина и замялся, не зная как подобрать слова. — Алберси, вы…       — Можете не продолжать, — спокойно ответил герцог и, допив бренди из своего бокала, снова наполнил его.       — Нет, я должен сказать, что очень благодарен вам за то, что вы так о ней заботитесь, — поспешно выпалил маркиз и внимательно посмотрел на него. — Но я совсем не ожидал того, что из-за этого вы вызовете наследного принца на кулачный бой.       — Я был зол.       Барингтон поджал губы и покачал головой. Кажется, происходящее никак не укладывалось в голове. Он расслабил галстук и откинулся на кресле.       — Я бы понял, если бы вы выбрали шпагу, но кулачный бой…       — Шпага это слишком благородно, а я был очень зол, — слегка улыбнулся Алберси и, бросив быстрый взгляд на часы, поднялся на ноги.       — Вы были пьяны?       Чарльз расстегнул сюртук и кинул его на спинку кресло.       — Нет, я был вполне трезв, — ответил он и, бросив взгляд к выходу, увидел, что в Антураж вошёл Байрон.       В сопровождении главного судьи шёл молодой юноша. Он был невысоко роста, но поджарый, костюм по последней моде сидел на нем, как с иголочки, на голове у него был чёрный котелок, а на руке висел шерстяной плащ. Юноша снял котелок и отдал вместе с плащом швейцару, а затем протянул лист. Швейцар улыбнулся и пропустил его внутрь. Теперь юношу можно было разглядеть лучше. У него были коротко стриженные чёрные волосы, челка была уложена к затылку, выдающиеся скулы, тонкие губы, бледная кожа, лёгкая щетина, которой было не более чем сутки, чтобы это все еще считалось приличным. У него были густые брови и серые глаза. Именно эти глаза и выдавали в юноше никого иного, как мисс Шнейдерман. Но перевоплощение девушке удалось на славу, даже пружинистая походка, неотъемлемая казалось часть Ады, изменилась на прямую и жесткую.       — Неплохо, — одобрительно пробормотал Кристиан, наблюдая за реакцией мужчин, что видели Аду и не обращали на неё особого внимания, совсем не  примечая в ней девушку.       — Кто этот молодой джентльмен? — Эдвин так же с интересом смотрел за Кэноном и его спутником. — Ни разу не видел его в Антураже.       Ланчесте бросил на него быстрый взгляд, судя по всему, Барингтон так же не признал в этом парнишке свою возлюбленную. Это было забавно.       — Ты уже уходишь? — Кристиан перевёл взгляд на Чарльза, который ослабив галстук, закинул сюртук на плечо.       — Пришёл Доусон, хочу сказать ему пару слов и немного размяться, — ответил Алберси, и маркиз посмотрев в сторону, понял, что из-за того, что он отвлёкся на мисс Шнейдерман, не заметил вошедшего в Антураж владельца боксёрского салона для джентльменов Джона Доусона.       Это был невысокий коренастый мужчина с коротко стрижеными светлыми волосами и аккуратной бородкой покрывающей половину его лица. На нём был шерстяной серый пиджак, брюки в тон, белая рубашка и серый жилет. Голову покрывала бежевая кепи. Доусон был бывшим боксёром, что со временем прекратил свою карьеру и стал тренировать других. Несмотря на то, что Джон был простым человеком, аристократы с удовольствием посещали его салон и брали у него уроки.       — Доусон, — Чарльз подошёл к нему и протянул руку для рукопожатия, — благодарю, что пришли.       — Всегда к вашим услугам, милорд, — мужчина пожал протянутую руку и добродушно улыбнулся, его тёмно-карие глаза так же лучились добротой. У него был небольшой акцент, что выдавал в нём приезжего, Доусон не был жителем Империи.       — Отличный клуб, спасибо, что пригласили.       — Пройдёмте наверх, там есть зал и ринг, мне нужно переодеться — Алберси сделал жест рукой и подозвал одного из служащих клуба. — Подайте выпивку и закуски моему гостю.       — Да, ваша светлость.       Больше не говоря ни слова, он отправился на второй этаж и отправился в раздевалку.       Стоило герцогу скрыться на втором этаже, как Кристиан хитро улыбнулся. Плеснув себе ещё бренди в бокал, он сделал глоток, а затем поднялся на ноги.       — Джентльмены! До боя осталось всего ничего! — громко проговорил он, привлекая к себе всеобщее внимание. — Я более чем уверен, что вы все этим вечером покинули свои уютные дома, жён, а кто-то любовниц, ради этого боя.       — На что ты намекаешь, Ланчесте? — спросил один из джентльменов.       — Ни на что, я просто предлагаю сделать ставки, господа, — широко улыбнулся маркиз и поманил служащего клуба. — Кевин, принесу доску и мел!       Получив нужное от парнишки, Кристиан тут же написал на доске мелом имена и разделил на пополам жирной линией.       — Делаем ставки, господа! — снова повторил маркиз с ещё большим энтузиазмом. — Возможно, вам повезет, и вы обогатитесь на несколько сотен фунтов, а то и больше!       По толпе прошёлся шум. Многих снедало сомнения по поводу предстоящего боя. Почти каждый из них был более чем прекрасно осведомлён о силе тех, кто собирался драться. Герцог Алберси был, несомненно силён, но будет ли он драться в полную силу ведь его противник никто иной как наследный принц. К тому же, многие не понимали, зачем вообще был затеян этот бой.       — Я хочу сделать ставку, — внезапно вмешался юноша, который все это время молчал и не вмешивался в общий разговор, стоя подле Байрона. Голос у него был едва-едва сломавшимся, так, во всяком случае, казалось, но достаточно низким и твердым, чтобы не спутать его с женским. — Десять тысяч фунтов.       Он выписал чек, который тут же положил на поднос. Никто не стал разглядывать подпись на чеке, все ошарашено смотрели на парня, поставившего на кон ни больше не меньше, но годовой доход целого имения. Но если бы посмотрели, то могли бы увидеть знакомую фамилию.       — Вы принимаете мою ставку?       — Позвольте узнать, на кого вы ставите, сэр? — заикаясь, поинтересовался Кевин, взяв дрожащей рукой мел.       — На герцога Алберси.       — Великолепно! — широко улыбнулся Кристиан. — Первая ставка в пользу герцога! Кто следующий?       — Пожалуй, я тоже поставлю на Алберси, — поднял руку Кэнон и, быстро начеркав суму на чеке, так же положил его на поднос.       — Тысяча фунтов на принца! — поднял руку кто-то из дальнего угла зала.       В этот момент двери открылись, и в клуб вошёл Джеймс. На принце было надето темно-синее шерстяное пальто, шляпу он держал в руках. Он окинул всех быстрым взглядом, задержав взгляд на доске, а затем посмотрел на Ланчесте.       — Добрый вечер, ваше высочество, — отсалютовал ему со своего места Кристиан, его совершенно не смущало происходящее. Даже более того маркиз определённо наслаждался ситуацией.       — Добрый, — коротко ответил Джеймс, и больше не говоря ни слова, отправился на второй этаж.       На несколько долгих секунд в клубе наступила тишина, а затем голоса повалили, словно нисходящая снежная лавина. Каждый из тех, кто выкрикивал ставку, и свой выбор, были взбудоражены предстоящим боем, который должен был вот-вот начаться. Кевин едва успевал делать пометки на доске и собирать чеки с подноса.       — Почему вы не делаете ставку? — внезапно спросил Эдвин, когда Кристиан ненадолго опустился в кресло для того, чтобы налить себе, выпить. — Вы завели всех остальных, но сами так и не внесли чек.       — Потому что я не люблю азартные игры, — совершенно спокойно ответил Ланчесте. — Так что сам участвовать в этом я не буду.       Барингтон задумчиво нахмурившись, посмотрел на него. Нет, он, конечно, слышал какие ходят слухи об Олдридже, но не до конца верил в них. В конце концов, казалось, что его образу повесы как раз не хватает любви к азартным играм.       — А вы будете делать ставку? — улыбнувшись, спросил Кристиан, поглядывая на него поверх своего бокала с бренди.       — Я решил пока завязать с этим делом после небольшой перепалки с младшей сестрой, — ответил Эдвин и рассеяно вздохнул. — Не хочу выслушивать очередную порцию нравоучений о том, что это плохо.       Ланчесте насмешливо фыркнул и покачал головой.       — Мисс Сент-Джеймс права, это плохо, — продолжая посмеиваться, проговорил маркиз, — Однако, если вы поставите на Алберси, то выиграете. Чарльз определённо не собирается проигрывать сегодня.       — Я это уже понял, но всё равно воздержусь, — ответил Эдвин и посмотрел в сторону лестницы. На второй этаж начали подниматься люди. — Думаю, нам пора подниматься наверх.       — Вы правы, Барингтон, — подтвердил Кристиан и, допив бренди, поставил пустой бокал на стол. — Пойдёмте.       Он поднялся на ноги и проследовал на второй этаж.         Чарльз, задумчиво нахмурившись, смотрел в сторону и пытался не замечать того, что тренировочный зал Антуража полностью заполнен публикой, что жаждала увидеть что-то захватывающее. Он никому не говорил о предстоящем бое, кроме Кристиана, так что не было ни единого сомнения о том, кто всем всё разболтал. Об этом так же было известно Байрону и мисс Шнейдерман, но он был более чем уверен, что эти двое не стали бы рассказывать об этом кому-то ещё. Впрочем, возможно Ада рассказала об этом Кассандре. Он бы и сам ей всё рассказал чуть позже, когда представилась бы подобная возможность.       — Волнуешься? — услышал он голос Кристиана и обернулся к нему.       — Почему я должен волноваться? — Алберси вопросительно приподнял бровь, затем нахмурился. — Ты уже задавал этот вопрос.       — Да, но так и не услышал на него ответ, — напомнил маркиз и облокотился на столб. — Впрочем, выглядишь ты просто великолепно, так что можешь и не отвечать.       Герцог насмешливо фыркнул и повёл плечами. Не часто ему приходилось красоваться перед другими своим полуголым телом. Чарльз знал, что был хорошо сложен, так как никогда не пренебрегал своим телом, и почти каждый день посещал боксёрский салон Доусона.       — Уверен, что мисс Шнейдерман по достоинству оценит твои мышцы и позже обо всё расскажет мисс Сент-Джеймс, — ткнул пальцем ему в грудь Ланчесте.       — Говори тише, — Алберси бросил взгляд в зал там в первом ряду стояли Барингтон и Кэнон, рядом со вторым понятное дело была загримированная Ада.       Кристиан обернулся назад и помахал им.       — Им ничего не слышно, — улыбнулся он и снова повернулся к нему. — Джеймс закончил бинтовать руки, сейчас подойдёт Доусон.       Чарльз перевёл взгляд на кузена и увидел, что тот уже был готов. Высокий, хорошо сложенный, наследный принц определённо тоже не терял время и занимался собой. Густые чёрные волосы были зачёсаны назад, но несколько непослушных прядей падали на лоб. Джеймс выглядел очень серьёзным, в его синих глазах горела решимость. Герцог ухмыльнулся. Он так же не намеревался проигрывать этот бой.       — Джентльмены, — Джон подозвал противников и их секундантов для того, чтобы объяснить правила боя.       В зале наступила полная тишина, зрители так же вслушивались в правила. Пока не объявлено начало — удары запрещены, что количество раундов не ограничено, и каждый из них будет длиться три минуты. Все удары должны наноситься строго выше пояса, захваты тоже запрещены. Бой закончиться только тогда, когда один из противников упадёт или признает своё поражение.       — Это ты придумал последнее условие? — присвистнул Ланчесте и посмотрел на друга, что разминал плечи перед боем. — Видимо и, правда, был очень зол.       Чарльз лишь неопределённо хмыкнул, а Кристиан вышел за ринг, вставая рядом со столбом. Кожа герцога слегка блестела от пота, можно было видеть, как перекатываются мышцы на его спине пока он шёл в центр ринга. Босой и полуголый джентльмен в одних штанах. Маркиз усмехнулся, если бы здесь были настоящие леди, они бы попадали в обморок при виде подобного. Он обернулся и посмотрел на мисс Шнейдерман, серые глаза девушки поблескивали в предвкушении зрелища. Забавная девушка.       Бой должен был вот-вот начаться, оба противника стояли в центре ринга и молча, сверлили друг друга взглядом.       — Раунд первый! — громко объявил Доусон и отошел в сторону. — Начинайте, джентльмены!       Алберси сжал руки в кулаки и, встав в стойку, отступил назад. Он медленно кружил вокруг противника, ступая босыми ногами по рингу. Чарльз внимательно следил за движениями Джеймса, пытаясь предугадать его первый удар. Выпад последовал мгновенный, кузен провёл быстрый удар ему по рёбрам, который был заблокирован руками. В ответ последовал боковой контрудар и апперкот, который угодил точно в челюсть.       — У тебя всё такой же крепкий удар, — тряхнув головой, усмехнулся Джеймс, снова вставая в боевую стойку и начиная кружить по рингу, то приближаясь то отступая.       Чарльз ничего не ответил на его слова, лишь крепче сжал кулаки, продолжая наступать на него. Последовала ещё одна серия ударов, которые герцог с лёгкостью заблокировал. Он просто ждал, когда тот выдохнется, отбивая ещё несколько контрударов. Выждав подходящий момент, он нанёс резкий удар прямо по рёбрам, а затем ещё один. Удары были болезненные, но не настолько сильные, чтобы что-то сломать.       После окончания первого раунда, который прошёл в буквальной тишине из-за того, что все напряжённо следили за боем, начался ажиотаж. Те, кто не успели, или не захотели сначала сделать ставку, теперь выкрикивали суммы и просили их записать в участники. Кевин только и успевал собирать чеки и вносить на доску новые имени.       Второй раунд начался, и бой стал ещё более жёстким. Противники обменивались ударами, казалось, словно каждый хотел как можно скорее выбить дух из другого. Джеймс вошёл в ритм и нанёс ему несколько крепких ударов в живот, выбив воздух из лёгких и заставляя его отступать, а затем вновь наступать, нанося серию мощных непрерывных ударов. Принц пытался защититься, но ему всё равно прилетело по лицу. Из носа вытекла тонкая струйка крови. Джеймс вытер её рукой, бинты, которыми были обмотаны руки, тут же впитали кровь.       — Мне жаль, кажется, я слишком сильно ударил, — без тени раскаяния проговорил Алберси, — если для вас это слишком, вы всегда можете сдаться.       — Всё нормально, продолжим.       После четырех раундов напряжение только нарастало и в бою и в зале. Зрители пытались пробиться ближе, чтобы ничего не упустить. Кто-то выкрикивал ободряющие напутствия, кто-то советы по ведения боя. Ада была одной из тех, что подошли ближе всех, и казалось, что кричала она тоже громче остальных. Очень азартная личность.       Ада была настолько увлечена, что не заметила, как голос сорвался. Ей пришлось очень постараться, чтобы добиться хриплости и нужного тембра, но теперь девушке и вовсе не пришлось бы прилагаться усилий. Уже почти шепотом, наблюдая за тем, как герцог оттесняет запыхавшегося противника, произнесла:       — Аut vincere, aut mori.       Настолько Алберси яростно сражался в ее глазах. Этот с виду холодный мужчина, сейчас был полон огня. Он наносил быстрые и точные удары, своему противнику, подавляя того своей мощью.       — Время, джентльмены! — громко проговорил Доусон. — Раунд окончен!       Чарльз отошёл в свой угол и прислонился к столбу, затем опустился на табурет, Кристиан принялся обмахивать его полотенцем. Мышцы приятно болели, он совсем не устал, скорее наоборот, чувствовал какой-то подъём. Кровь кипела в венах от возбуждения.       — Мне кажется или ты намерен отправить его в нокаут в ближайшие несколько раундов? — спросил Ланчесте продолжая обмахивать его полотенцем.       — Я ещё не решил, — усмехнулся Алберси и поморщился от боли в подбитой губе, затем взял стакан с лимонадом и промочил им сухое горло.       Джеймс сидел в противоположном углу наискось от него и сверлил его злым взглядом. Они и до этого недолюбливали друг друга, а сейчас это чувство явно переросло в ненависть. Принц был побит, но у него всё ещё было предостаточно сил для того чтобы защищаться.       — Нет, в пару раундов это не закончиться, — отозвался Чарльз и сделал ещё один глоток. — К тому же, я ещё не до конца удовлетворён.       Кристиан насмешливо фыркнул и покачал головой.       — Ты ведь не собираешься сломать ему нос или что-то подобное?       — Нет, — коротко ответил Алберси, — не собираюсь.       — Время, джентльмены! — Доусон сделал знак. — Пятый раунд! Начинайте!       Алберси поднялся на ноги и последовал в середину ринга. Встав в боевую стойку, он мгновенно атаковал, но Джеймс закрылся руками, не давая ему нанести удары по рёбрам. Чарльз наседал на него, продолжая наносить быстрые и сокрушающие удары, которые  лишали присутствия духа и не давали пойти в наступление.       Кожа раскраснелась и покрылась капельками пота, дыхание слегка сбилось с ритма. Восьмой раунд подошёл к концу. В зале был настоящий ажиотаж. Если бы Чарльз обернулся, то увидел бы как нервно курят джентльмены, сжимая в руках сигары и стаканы с выпивкой. Кристиан сказал, что многие поставили на принца, так как не были уверены в том, что он будет драться в полную силу, и сейчас он нервировал их тем, что буквально изматывал Джеймса на ринге. Наверняка многие заметили, что он тянул время, а ведь мог закончить в прошлом раунде. Джеймс и сам наверняка понял, что над ним буквально издеваются.       — Заканчивай с ним в этом раунде, — посоветовал Ланчесте, подавая ему полотенце, чтобы тот обтёр лицо. — Если продолжишь на твоём лице появиться ещё парочка синяков. Мисс Сент-Джеймс это не оценит.       Алберси неопределённо хмыкнул. Впрочем, он и сам собирался закончить этот бой. Не то чтобы он устал, но мышцы на руках и ногах начали слегка подрагивать. Он на мгновение прикрыл глаза, перед ним встало испуганное лицо Кассандры. Чарльз поджал губы, руки произвольно сжались в кулаки. Сердце в груди отбивало ритм, гоняя кровь по венам.       — Время, джентльмены! — как всегда предельно вежливо проговорил Доусон. — Девятый раунд! Начинайте!       — Сделай его, Алберси! — крикнул кто-то из толпы.       Чарльз поднялся на ноги и, разминая плечи, направился в центр ринга. Краем уха он слышал одобрительные крики, но не особо обращал на них внимания. Встав в боевую стойку, он снова стал наступать, загоняя Джеймса в угол и нанося ему серию ударов. Кузен закрывался руками, пытаясь блокировать атаки, но это было в любом случае болезненно. Стиснув зубы, он терпел побои, а затем сам увернулся и так же пошёл в наступление, делая несколько свингов. Чарльз мгновенно среагировал, уклоняясь и нанося контрудар, а затем апперкот. Его удар попал точно в цель. Голова Джеймса откинулась назад, и принц упал навзничь.       На несколько секунд шум в зале прекратился Доусон подошёл к принцу и склонился над ним. Джеймс был в сознании, но в голове была сплошная каша. А перед глазами всё кружилось. Он застонал. У него совершенно не было сил, чтобы подняться и продолжить бой.       — Бой окончен, джентльмены! — объявил Джон, поднимая руку. — Победитель герцог Алберси!       И тут поднялся оглушающий шум. Мужчины что-то кричали. Кто-то радовался, а кто-то наоборот проклинал происходящее. Кристиан вернулся на ринг и ободряюще хлопнул герцогу по плечу, заставляя того морщиться от боли.       — Ты всё так же хорош, — проговорил Байрон, так же подходя к рингу. — У меня даже возникло желание попросить тебя о спарринге.       — В любое время к твоим услугам, — ответил Чарльз, вытирая лицо полотенцем, и мечтая принять ванну, или на худой конец душ, чтобы, наконец, смыть себя пот и переодеться в чистую одежду.       Он наблюдал за тем, как секундант кузена помогает тому подняться на ноги. Стоило Джеймсу встать, как он пошатнулся и облокотился на мужчину. Алберси удовлетворённо хмыкнул. Возможно после ему предстоит серьёзный разговор с дядей, но это определёно того стоило.       — Предлагаю это дело отметить, — сказал Кристиан, облокачиваясь на столб и приподнимая свой бокал в тосте. — Барингтон, присоединяйтесь.       Эдвин бросил быстрый взгляд на Алберси, что вытерев пот с лица, откинул полотенце в сторону. Сегодняшний бой заставил его посмотреть на герцога с другой стороны. Он рассеяно вздохнул.       — Почему бы и нет, — ответил он и так же поднял свой бокал с бренди.       — Байрон, и вы, «молодой человек», тоже должны присоединиться к нам, — хитро улыбнувшись, произнёс Ланчесте, сверкая зелёными глазами на Аду. — Что скажете о бое?       — Мой голос пострадал, — хрипло сказала Ада, — но мне грех жаловаться.       Барингтон окинул его быстрым взглядом, и, протянув стакан с лимонадом, спросил:       — А вы довольно азартны, поставили такую сумму на победу герцога, не боялись проиграть?       — Данный вклад надежнее, чем в банке, к тому же очень приятные проценты, — Ада взяла стакан, подняла вверх, поддерживая общий тост за победу герцога. — Я в вас не сомневалась.       Последние слова мисс Шнейдерман тихо произнесла привычным голосом, но все-таки достаточно громко, чтобы ее услышал Эдвин. Маркиз вздрогнул и, развернувшись во все глаза, уставился на молодого человека перед собой. Его взгляд прошёлся по его лицу и зацепился за серые глаза. Глубокие серые глаза. Резко помрачнев, он схватил девушку за руку и поволок в сторону, бормоча проклятия себе под нос. Подумать только она пробралась в мужской клуб! И зачем? Эдвин затащил её в угол и, прижав к стене навис, над ней сверля недовольным взглядом.       — Что вы здесь делаете?       — Не понимаю о чем вы, — прорычала Ада, не отводя взгляда, на секунду заставив Эдвина сомневаться в своих выводах. Но затем девушка покраснела, и это выдало ее с потрохами.       Барингтону захотелось схватить её за плечи и хорошенько встряхнуть, но он каким-то чудом сдержался. Вместо этого он на мгновение закрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Мисс Шнейдерман... Ада, проклятие, — он никак не мог успокоиться. — Зачем вы пробрались в Антураж? Боже, ещё и для того чтобы посмотреть на бой! Вам что Алберси нравиться?!       — Пропадите вы пропадом, Эдвин, — Ада уперла руки в грудь мужчины. — Конечно, нет, но я не могла упустить такой шанс и пропустить, как его высочество получает по своей напыщенной физиономии. И не жмитесь ко мне так, о то чего лишнего подумают.       Она сделала глубокий вдох.       — К тому же я заработала приятную сумму денег.       — Вы сведёте меня с ума, — пробормотал Барингтон.       В этот момент мимо них прошёл служащий клуба и вытаращил на них удивлённые глаза. Маркиз поспешно отошел от девушки, но даже так чувствовал взгляд парня на себе, пока тот не завернул за угол. Когда они вновь остались одни, Эдвин снова приблизился к ней, опираясь руками в стену по обе сторон от её головы.       — Что вы с собой сотворили? — он бросил на неё страдальческий взгляд. — Ада, умоляю, скажите, что это парик. Я не вынесу, если вы сотворили что-то со своими волосами.       Эдвин выглядел таким грустным, словно щенок, оставленный за порогом дома. Девушка улыбнулась и, убедившись, что в коридоре они снова одни, провела рукой по его щеке.       — Это парик и профессиональный грим, — она улыбнулась. — Можете быть спокойны, завтра я буду прежней.       На секунду Ада подалась вперёд и прошептала:       — Вы сказали, сведу с ума, но разве еще не свела?       Она легонько пробежалась пальцами по его подбородку и проскользнула под руку, высвобождаясь и отдергивая пиджак. Маркиз вздохнул и, покачав головой, улыбнулся уголками губ. Видимо ему оставалось только смириться.       — Увы и ах, вы правы, я сошёл с ума, — улыбаясь, согласился Эдвин и посмотрел на девушку. — Пожалуй, вы правы, на счёт того, что зрелище того как наследный принц получает по лицу стоит того, чтобы пробраться в мужской клуб. Но где вы достали... — он осекся, вспомнив хитрый взгляд Кристиана, и выругался. — Ланчесте дал вам приглашение, он всё знал.       — Да. Только я вам ничего не говорила, — девушка подмигнула. — Как по мне джентльмен из меня вышел вовсе неплохой. А что вы думаете?       — О, да, — рассмеялся маркиз и бросил на неё насмешливый взгляд, — а как вы кричали во время боя. Вы очень увлечённая личность. Если бы вы в конце не выдали себя, я бы возможно так ничего и не понял.       — Все ваше присутствие, маркиз, — Ада усмехнулась. — Рядом с вами мне хочется быть женщиной.       Мимо них прошел в обратную сторону служащий клуба, он покраснел и поспешил убраться. Барингтон проводил его взглядом и вздохнул.       — Кажется мне придётся заплатить этому молодому человеку, чтобы слухи о моей нетрадиционной ориентации не заполонили клуб, а потом и Империю. — с лёгкой досадой проговорил Эдвин. — Давайте спустимся обратно в клуб, наверняка все кроме Алберси уже на первом этаже.       Когда они спустились вниз, то увидели, что все и, правда, уже находятся на первом этаже. Кристиан вальяжно расположился в кресле, вытянув свои длинные ноги вперёд и сложив, их друг на друга. В его руке был бокал с бренди. Байрон так же сидел с выпивкой в руке.       — Смотри-ка, наши голубки вернулись, — с ехидной усмешкой проговорил Ланчесте, раскачивая бокал в руках.       — Присоединяйтесь, — кивнул им главный судья и, достав из кармана серебряный портсигар, быстро прикурил.       — Я скоро вернусь, — сказала Ада низким голосом и исчезла, на короткое время, когда же девушка вернулась, то опустилась рядом с Байроном, достала из внутреннего кармана внушительный конверт с выигрышем и подтолкнула к нему вместе запиской. — Уверен, вы лучше этим распорядитесь, чем я.       — Вы отдали Байрону то, что выиграли сегодня, как благородно, — улыбнулся Кристиан и, наклонив голову, посмотрел на неё.       — Никакого благородства, — усмехнулась Ада. — Я надеюсь, что моего дорогого друга, после столь широкого жеста, совесть заставит меньше придираться ко мне.       Кэнон посмотрел на неё и что-то еле слышно проворчал себе под нос.       — А вот и герой этого вечера вернулся, — широко улыбнулся маркиз, заметив спускающегося со второго этажа герцога. — Алберси, тащи свою задницу сюда!       Чарльз слегка поморщился, но всё же подошёл к ним и опустился в кресло, затем молча, налил себе бренди в бокал и так же молча, осушил его, а затем расслабленно откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.       — Как ощущения от победы? — не желал отставать от него Ланчесте, и герцог раздражённо цыкнув, посмотрел на него.       — Как обычно, — отозвался он, затем перевёл взгляд на Аду, — Вы говорили Кассандре о том, куда так наряжаетесь на сегодняшний вечер?       — Мисс Сент-Джеймс, очень помогла мне, дабы я не пропустил все веселье.       — Понимаю.       Алберси слегка улыбнулся и кивнул. Это было вполне в духе Кассандры. Конечно же, она захотела поучаствовать в этой авантюре. Будь у неё возможность, она бы и сама наверняка захотела прийти. Устало вздохнув, он достал часы из кармана и, щёлкнув крышкой, посмотрел на время.       — Пожалуй, я пойду, благодарю за поддержку, джентльмены, — Чарльз поставил пустой бокал на стол и поднялся на ноги. — Приятного вечера.         — Нам тоже пора, — сказала Ада после того как герцог ушёл. — Пойдемте, Байрон, я не переживу, если вам проломят голову, поэтому думаю самым разумным будет взять экипаж.       Эдвин нахмурился. Он знал, что между Адой и Кэноном ничего нет, но его всё равно беспокоило, что эти двое были слишком близки, по неизвестным для него причинам.       — Вы собираетесь домой? — маркиз непроизвольно вскочил на ноги. — Я мог бы проводить вас.       — Оля-ля, Барингтон, вы что, флиртуете с молодым человеком? — посмеиваясь, полюбопытствовал Кристиан и был удостоен недовольным взглядом.       — Я отвечаю за него, — ответил Байрон, вздохнув. Ему очень не хотелось участвовать в этом спектакле, но невольно ему пришлось поддержать игру. — Я провожу молодого человека до дома, а затем вернуть в участок.       — О, нет, — произнесла Ада. — Я уже сказал, что не отпущу вас с такими деньгами одного, мне все-таки хочется, чтобы они дошли по назначению. Поэтому сначала до участка, а затем я вернусь домой. Посадите меня в экипаж, который довезет меня до дома.       — Какая прелесть, — насмешливо проговорил Ланчесте, поглядывая на них снизу вверх. — Ну что же, приятного вечера.       Он помахал им рукой, а затем перевёл взгляд на продолжающего стоять Эдвина.       — Вы собираетесь остаться?       — Нет, я тоже ухожу, — не глядя на него, ответил маркиз и поспешил следом за Адой и Байроном.       Кристиан проводил его взглядом и рассеяно вздохнув, откинулся на спинку кресла.       — Насыщенный был день...