Elite: Star Wars

Борт корабля-носителя класса «Drake» «Звездный Феникс», гидропонный отсек.

— Проснитесь и пойте, мистер Вольф, проснитесь и пойте… — сказал неизвестный человек в синем пиджаке. Произошла вспышка, за человеком появился вид на огромный зал с летающими тарелками, людьми и неизвестными существами, словно парламентский совет. — Нет, я не хочу сказать, что вы спите на работе. Никто не заслуживает отдыха больше вашего. И все усилия мира пропали бы даром, пока… э-эм-м… — он замялся, а вид за ним изменился, теперь было какое-то здание с 4-мя башнями. — Скажем просто, что ваш час снова пробил, — он немного помолчал, а снова после продолжил. — Нужный человек не в том месте, может перевернуть мир. Ещё одна вспышка, пустынная планета с атмосферой. — Так проснитесь же, мистер Вольф. Проснитесь, вас снова ждут великие дела, — в конце речи мужчина улыбнулся, а после произошла ещё одна вспышка…

***

Первое, что я почувствовал перед тем, как очнуться, была боль. Болело казалось… нет не казалось, болело и правда все. Я попытался пошевелиться, и это вышло с трудом. Было ощущение, что тело не мое, будто поместили в неудобный комбез или скаф без мускульных усилителей. Затем я открыл глаза, по крайней мере попытался, только с четвертой попытки у меня это вышло. Перед глазами все было размыто и тускло, покрыто будто красноватой пеленой. Поднеся руку к глазам, это вышло уже легче, чем открыть эти самые глаза. Я ощутил приятное покалывание в мышцах, после чего боль в теле, что донимала меня все это время, не давая сосредоточиться, постепенно стала утихать. Смотря на руки расфокусированным взглядом, я в какой-то момент усмехнулся. Не знаю, это из-за головной боли, что началась, как-только тело прекратило ломить или из-за размытого обзора, но мне казалось, что мои руки какие-то не такие. Прислушавшись, я услышал странные звуки. Они были глухими, как будто я находился под водой. И тут меня охватила паника. Ко мне пришло осознание, что вот уже минут пять я не дышу. От страха я рефлекторно попытался вдохнуть, что у меня не вышло, из-за этого я ещё сильнее запаниковал. Сделав гребок руками, ощутил, что уперся ладонью во что-то мягкое, а попытавшись ощупать это, не успел даже осознать, к чему же я все же прикоснулся, как я тут-же рухнул куда-то вниз. Ощущение свободного падения и удар об что-то твёрдое заставили меня немного успокоиться, но ощущения беззащитности начала накрывать меня с головой. Полежав так секунд двадцать, понял, что задыхаюсь. Еще одна попытка сделать вдох привела к боли в груди, после чего в попытках приподнять тело я ощутил жар, и тут же из лёгких полилась какая то слизь. Она выходила комками, оставляя отвратительное послевкусие крови и горечи. Сразу после того, как эта жижа покинула мои легкие, я наконец-то смог вдохнуть. Воздух пробирался в легкие с хрипом и обжигающей болью, но у меня было такое чувство, что это был мой самый сладкий вдох за всю жизнь. Так продолжалось где-то с минуты две, и огонь в лёгких стал наконец утихать. Полежав в позе эмбриона неизвестное количество мне времени, продолжая тяжело дыша и приводить свои мысли в хоть какое-то подобие порядка, я наконец смог взять себя в руки. Паника отступила. Перевернувшись на живот, я попытался встать, но у меня ничего не получилось — руки разъехались в разные стороны, и я снова упал, приложившись носом об пол. Полежав так пару секунд, приподнялся на локтях и посмотрел на свои руки. И тут я завис, пялился на них минуты три не меньше. Это были не мои руки! Они были абсолютно чёрными, повернув их ладонями вверх, увидел, что там они были светлее. Такой контраст сразу бросается в глаза, да и вообще его легко можно наблюдать после долгих солнечных ванн, тыльная сторона рук будет темнее, нежели ладони, и это из-за того, что кожа загорает неравномерно. Проведя ладонью по предплечью, я снова завис. Руки не просто были чёрными — нет, они были покрыты шерстью. Короткой, слипшийся от слизи, абсолютно чёрной шерстью. Ещё раз взглянув на ладонь, заметил, что вместо ногтей теперь когти, длиной в полтора сантиметра, слегка изогнутые и тоже черные. — Фто хут просхх... — хотел я было выругаться, но ничего кроме непонятных звуков так и не смогло покинуть мой рот. — Кха-Кха… В попытке сказать ещё что-то я зашелся кашлем. Остатки слизи покидали лёгкие с явным возмущением, оставляя после себя жгучую боль как после поедания перца. Делая резкие вдохи, я с каждой секундой начинал успокаиваться. Не время было паниковать. Я стал прокручивать последние события, которые помнил. Уход с базы Стражей, подготовка к погружение в гиперпространство, нападение Таргоидов… — Напхак Тарг… Кхе-Кхе… Нападение Таргоидов! — выплевывая последний комок слизи, я наконец-то смог более-менее нормально говорить. Но по сравнению с обычным мой голос был слабым и хриплым, а также какой-то не такой, каким я его помнил. Казалось, будто говорил и вовсе не я, а кто-то другой. — Бля… Что за хрень происходит? — ругнулся я снова, пытаясь подняться. Но и эта попытка не увенчались успехом. Оставив бесполезные попытки подняться, я решил хотя-бы сесть и осмотреться. Сделав неуклюже движения и перевернувшись на спину, я оттолкнулся руками и оперся на стену, до которой дополз. Переведя дыхание… — Будто марафон пробежал… Бля, — в очередной раз всматриваясь и послав все по эротической дорожке, я все же начал оглядываться. Первое, что я решил оглядеть, это свое тело. А взглянуть было на что. Чёрная короткая шерсть, все еще покрытая непонятного цвета слизью. Знаете, говорят еще серо-буро-бармалиновый — приблизительно, такой же цвет был у этой хрени. Но на этом все сюрпризы не заканчивались — как только я протянул ноги и смог увидеть не только свои ладони, я понял, что я голый… Эм, да это не так уж и страшно, слава космосу я был один. Так, я отвлекся. В общем первое, что кинулось мне в глаза — это естественно то, как выглядели ноги. Они стали более длинными, с четырьмя пальцами, вид их был не такой как у человека, что натолкнуло меня на абсурдную мысль о том, что сейчас я не в своем теле, а в каком-то кошаке-переростке. После этого взгляд мой перешёл на другое необъяснимое нечто, что подтверждает мою теорию о кошке. Хвост. Да, это был обычный хвост, только вот по сравнению с хвостом обычного кота, который был не длиннее двадцати сантиметров, этот явно был побольше. Не меньше метра это уж точно. Продолжая обследовать свое (?) тело, внутри меня поднималась паника, почему-то я вспомнил тот прикол от Аники, когда я оказался в той пижаме. Вздрогнув и медленно, почти не дыша, я приподнял руку и прикоснулся к голове. — Нет, прошу… Что угодно, только не это. Шепча про себя молитву из этих слов, я прикоснулся сначала к щеке, потом перевёл ладони на скулы и дальше в сторону ушей. Но там ничего не было. Я продолжал поднимать руки, попутно обследуя голову, которая также была покрыта короткой шерстью и когда я уже хотел было вздохнуть, я нащупал их. Уши. — Нет. Нет… Нееееееет!!! (Прим.соавтора 1: Энакин бы услышал зов отчаяния за триллионы световых лет, но этого не будет, ха-ха. П/С-2: Зато этот крик души услышали мы: 3) Мой истерический крик прошёлся по всей комнате, углубился в коридоры носителя и с издевательским тоном возвратился ко мне. Все так — я стал котом. Грёбанным, огромным, котом!!! Моему отчаянию не было предела. Единственное, на что сейчас был способен мой мозг — это паника. Услышал, как что-то в паре метров от меня, с шумом и брызгами, лопнуло и снова окатило этой слизью, и я перевел взгляд туда. Присмотревшись, оказалось, что это был такой же здоровый кот, как я, только отличался разве что блеклыми белыми полосками. — Приплыли, теперь все мы коты… Где тут шлюзовая, я хочу выйти, — с полным сарказма голосом проговорил, продолжая смотреть на барахтанья моего брата по несчастью. Я бы помог, честно, да вот ещё не полностью могу контролировать свое «прекрасное» тело. Тяжело вздохнув, я продолжил пытаться подчинить себе нерадивое тельце. Попытка сжать ладонь в кулак закончилась несколькими дырками в этой же ладони. Я поморщился. Почему никто не сказал, что у меня такие острые когти?! А да, я ведь один. Не считая продолжавшего повторять все тоже, что и я, мужика в образе кота… Попытка номер хрен знает сколько подчинить себе тело. Прогресс на лицо — я уже не раню себя когтями, могу согнуть ноги и даже пошевелить пальцы на них. Хвост все еще в состоянии мохнатой баварской сосиски с конвульсиями, иногда подающий сигнал о том, что так же часть моего тела. В глазах уже не рябит и пропала красноватая пелена, а также мне показалось, что мой слух улучшился. На глаза опять попала эта слизь. Проведя рукой по голове еще раз. Конечно, перед этим я долго говорил себе о том, что в кошачьих ушах ничего страшного нет. Я ещё кое-что понял — волос у меня нет, то есть они есть, но не как у людей. Ну понимаете, нет длинной шевелюры, а просто сплошной шерстяной покров. Но это не настолько плохая новость, как оказаться не в своем теле. Я снова посмотрел на свои ноги. И как на таких ходулях ходить? Надеюсь, не придётся ходить на четвереньках, тогда уже лучше сразу в шлюз выйти, вакуумом подышать. Сжав пальцы на одной из ног, увидел, как выдвинулись ещё более длинные и изогнутые когти, чем на руках. Мда, прям мечта для того, кто занимается экстремальным альпинизмом, обувь с шипами ему будет не нужна. Встряхнув головой, пытаясь привести мысли в голове хоть в какое-то состояние порядка, а то они скачут как припадочные — единственное чего добился, так это нового приступа головной боли. Надо прекращать заниматься самобичеванием и наконец-то разобраться, что тут, мать его, происходит и где я нахожусь. Посмотрев на того, кто был рядом со мной, и поправив свои мысли с: «Я — один, на мы — вдвоём», понял, что парень наконец начал осознавать всю прелесть ситуации. Он уже перестал отхаркивать слизь из легких и лежал на боку, продолжая иногда кашлять остатками слизи. Похоже, ему хуже чем мне, потому как я пришёл в себя намного быстрее. Но все равно, сил подняться или подползти к нему нет, да и возможности. Новое тело я все еще очень плохо контролирую. — Ах да, вот дурья башка, — ругнул я себя наконец-то додумавшись оглядеться вокруг. — Что за… Увидев окружающее меня пространство, я вздрогнул, мой взгляд уперся в подвешенный к решетчатой стенке красновато серый мешок, в котором что-то шевелилось. Переведя взгляд дальше, увидел точно такой же мешок, затем ещё и ещё их было не меньше сотни. Повернув голову в другую сторону, мой взгляд уперся в голограмму на стене, по которой постоянно проходила рябь. Понять, что на ней было изображено, не получалось, хотя то, что мы все еще на носителе, меня радовала. Только вот из-за обновленного вида мне было слишком тяжело понять, что это за комната. Такие голографические панели были практически в каждом помещении, на них отводилась важная информация о статусе корабля и оповещения от капитана. Посмотрев на потолок, увидел, что освещение работает на минимальной мощности, но этого хватало, чтобы все отчетливо видеть, или это также последствия от получения нового тела? Не знаю. Но что уж точно, так это то, что не я один оказался в такой ситуации. Тот парень, что недавно «родился», все ещё не пришёл в себя, но мне уже сейчас видно, что его ментальное здоровье также, как и у меня, пошатнется. Интересно, как долго мы будем приходить в себя и сможем принять то, что теперь мы — коты. Пока я был в беспорядочных мыслях, новорождённый перестал отхаркиваться и произнес пару слов: — Хде… Кха-кха… Я… Кха-кха… — после пары отхаркиваний он не менее громко, чем я, задал вопрос. — Где я чёрт возьми?! Он начал оглядываться и заметил меня. — Ты кто? — Такой-же вопрос, — ответил я с сарказмом. Мне неизвестно кто он и что он, как и я, такое. — Дуэйн… Кха-кха… Симмонс, — и далее опять отхаркивался. — Твою-ж… Дуэйн?! — Мы знакомы? — Макс Вольф… Вот теперь оба шокировано смотрели друг на друга. Ни я, ни он, не могли произнести и слова из-за той ситуации, в которой оказались. Такая неловкая тишина продолжалась минуты две, потом Дуэйн заговорил: — Слушай, извини за тупой вопрос, но что с твоей внешностью? — А я знаю? Ты тоже изменился, и по внешности мы оба теперь коты, — Дуэйн застыл, я же повернулся к остальным «коконам». — Похоже как и остальные… Коконы располагались в случайном порядке — некоторые были под потолком, некоторые прикреплены к стенам, а некоторые и вовсе «росли» с пола. Вся эта картина наталкивает меня только на очень противные мысли. — «И как столько слизи-то отмывать потом… А нет, я имею ввиду — откуда вся эта дрянь?» — Слушай, вопрос на двоих: мы где находимся в плане системы? — спросил Дуэйн. — Спроси что попроще, не то чтобы «Ответь, в какой мы системе космоса». Я до сих пор не могу понять, в каком из помещений на носителе мы сейчас находимся. Да и я не так уж и давно вылез из этого кокона, мысли все еще путаются, — как только я закончил говорить, послышался булькающий звук, и уже нас двоих окатило слизью, а на пол упало тело. — Да твою ж… — выругался я, отплевываясь от слизи. — Опять эта гадость в рот попала, вкус у нее отвратительней чем у старого заплесневелого бутерброда. — А вот это нехорошо, — пробормотал Дуэйн, привлекая мое внимание. — Что тако… Твою мать. Это ещё что такое?! — Похоже на ещё одного превращенного. — Да я как-бы заметил. Только вопрос: Кто это? — Думаю, когда он придёт в себя, мы и узнаем. — Ну судя по тому, сколько времени ты валялся в состоянии эмбриона, то приблизительно 10-15 минут будем играть в игру «Угадай кто?» — Ха-ха, у тебя даже в такой ситуации сохранилось чувство юмора? — на слова Дуэйна, я только пожал плечами, снова переводя взгляд на не дышащего кота-переростка. — А он не задохнется? Он же лежит на спине, — снова заговорил Симмонс. — Не должен. Я тоже на спине катался перед «воскрешением». — Ну и шуточки у тебя. — Какая ситуация, такие и шутки, не нравится — можешь не слушать. На этой «приятной» ноте мы замолчали. Вокруг нас слышались лишь странные звуки бульканья и барахтанья нового тела. Минуты пять, парень или девушка, пока еще не знаю, лежал на спине, потом начались редкие попытки вдохнуть, что ему, конечно, не получилось. Позже тушка перевернулась на бок и выблевала целую лужу слизи. Фу, ну и гадость. Сразу после этого был слышен хрип, который доказывал, что парень начал дышать, и только по прошествии десяти минут «новорожденный» попытался что-то сказать. Первая попытка, как и все до этого, увенчались провалом. Зато вторая — была успешной. — Матерь божья, что произошло? — сказал или, как оказалось, сказала она, судя по голосу. — Это пытаемся и узнать, — ответил я с сарказмом. Она повернула голову на мой голос и вздрогнула, увидев. После она начала осматривать себя с ног до головы, после чего глубоко вдохнула и после раздраженно спросила. — Что вы со мной сделали?! Кто вы такие?! И где мы?! — Во-первых — ты по внешности похоже на кошку, во-вторых — я Макс, если ты не помнишь, он Дуэйн, третье — чёрт и бог знает где. На её ли… Кхм… Морде, или, всё-таки, лице, был шок вперемешку с непониманием ситуации и ужасом. Мда, такие-же ощущения я испытал, когда я переродился… Опять неловкая тишина, что простояла тут минут 5, после женщина спросила: — Вы… кто? — будто не веря переспросила она. — Бывшие люди, — сказал Дуэйн, со смешком. — Насколько мы помним. — Ха-ха, как смешно. Что случилось с нами? — спросила женщина. Переглянувшись с Дуэйном и не зная, как ответить, мы пожали плечами. Эта головоломка, пока что, была нерешаемой. — Ладно, по вашим лицам сразу видно, что это слишком тяжело объяснить. — Объяснить то можно, но понять… — сказал я рассеяно. — И как же? — Нападения Таргоидов. По крайней мере, это последнее, что я помню. — Сразу скажу, это было больно, эта… Э… Трансформация, во! — сказал Дуэйн, пытаясь подобрать слово к этому явлению. После небольшой паузы мы синхронно вздохнули, после чего засмеялись. Пусть ситуация и не была самой лучшей, но хотя бы я уже не один. — Ладно ребята, вы уже ходили осматриваться? — Ходили? Ты, наверное, шутишь?! Я едва-ли привыкнул к этим… Лапкам, — выплюнув последнее слово, ответил я. — Слушайте, сверхтупой вопрос всплыл: догадались, кто первой счастливой персоной будет от такого превращения? — спросил Дуэйн. — Да… И мне это не нравится. Не хочу слушать визги Алеси, что она стала, по её мнению, милой и пушистой. — Согласен. Кстати, может пойдём отсюда? Хоть я и не брезгливый, но мне противно тут находиться, — сказал Дуэйн, попытавшись встать, но поскользнулся на слизи. — И пахнет тут не слишком приятно. — Это из-за того, что тут много биологических жидкостей, — прислонившись к стене, стрельнула с руки остатки слизи, заговорила женщина. — Мне очень интересно, кто виновен в том, что мы стали такими. — Может, Таргоиды? — спросил Дуэйн. — Маловероятно. Это им не нужно, да и не в их стиле оставлять кого-то в живых. — Согласна. Кстати, похоже, у нас улучшился нюх, раз вонь чуем лучше. — Забыл спросить, как вас зовут? — спросил я её. — Диана Миллер — глава медотсека. — Приятно познакомиться. Ну что, пошли отсюда, похоже будут появляются и другие, — указал я на остальные коконы. — Им нужна будет помощь. — Да я только за, только бы научиться правильно стоять на новых ногах, — ответил мне Симмонс. — Это не должно быть слишком сложно. Для начала поймите, так как у нас ноги как у кошек, мы не можем ходить как когда-то, попытайтесь встать на носочки. Кошки пальцеходящие, — после своих слов, Диана сразу приступила к попытке встать. На удивление, пусть она и упала несколько раз, но она все же смогла встать. Её ноги дрожали, похоже, от непривычки, но она уже могла делать неуверенные шаги, опираясь на стену. — Ей богу, мы как малые дети, что учатся ходить, — сказал Дуэйн, делая резкие попытки подняться. — Притормози, гонщик, ты же себе все ноги так переломаешь, — сказала Миллер, пряча улыбку за ладонью, потому как это больше было похоже на оскал. — После того, как я поднялась, я поняла, что то, что ты сказал, не так уж и далеко от правды. Наши кости довольно мягкие, сломаться от падения не смогут, но если напрягать их слишком сильно, то запросто. — Знаешь, Дуэйн, я наоборот ощущаю себя как после попойки на Новый Год, так-что хватит ныть и учись ходить как… Как обычно. — Да иди-ты, кот чеширский. — Сказал тот, который сам является котом, — усмехнулся я в стиле того самого Чешира. Встав, опираясь на стенку, я пытался сделать шаг, всё еще пошатываясь, но, конечно, мне не получилось, так как я чуть снова не упал. Спасла меня от поцелуя с полом одна из полок, что была недалеко. — Твою мать, это намного сложнее, чем кажется. — Ну же, ну же, у вас почти получилось, — смеясь, подбодрила нас Диана. — Мы не дети! — крикнули в унисон я с Дуэйном. Если так будет продолжатся, то я разорву всё к чертям собачьим, правда тут меня привлекла одна деталь. — Эм, народ? — Что? — Откликнулась Диана. — Вас не смущает то, что мы без одежды? Всех словно током шибануло. Такое ощущение, что я сейчас вижу красноту смущения сквозь шерсть со слизью, хотя это и звучит бредово. Окей, вторая задача — найти одежду, чтобы дальше не краснеть как помидор. Радует только, что часть коконов прилипает в самых нужных местах. — Хе-хе, давайте сосредоточимся на том, что мы еще не можем нормально ходить, — я попытался разрядить ситуацию. — Д-да, поддерживаю, — заикнулась Миллер. Это, похоже, будет самое смущающее обучение в моей жизни, будто сама судьба над нами подшучивает, и глядя иногда на свои руки, я задавался вопросом: «Сколько веса они могут поднять?» Похоже, после такого можно поднять до десятков килограмм груза без усталости, только вот у нас сейчас одна проблема — наша походка. Пытаясь делать максимально твёрдые шаги, но ноги все еще дрожали, я прошёл вперёд, хотя и держась за стену, но ощущения, что я наконец-то снова могу ходить, радовало как подарок на День Рождения. Наслаждаясь этим трогательным моментом, я как раз проходил под одним из коконов, как вдруг опять услышал этот булькающий звук. Подняв голову, я увидел как мне прямо в лицо несется поток слизи. Ёбанный в рот этого казино! Потом ощутил, как меня что-то ударило, и я упал. Причем больно упал. — Еб вашу-ж мать, через три прогиба вторичного приема с привкусом кокоса! — прижатый к полу, изливал я свое негодование на этот мир (Соавтор-1: Ибо нефиг материться). — Почему именно на меня?! — Сейчас помогу! — задыхаясь смехом, сказал Дуэйн, но не успел и шагу ступить, как плюхнулся в слизь. — БЛЯТЬ! ХВОСТ! — Положите его на колено, так жидкость быстрее выйдет из легких, и хватит ржать, у нас как бы сейчас не такая ситуация, — серьёзно сказала Диана, подходя к нам, держась за стеллажи. — Да-да, прости, — продолжая хихикать, сказал Симмонс. — Тяжёлая бля… — поднимал тушку, что давила на меня. — Сколько в нём жира? — Да ты сам не маленький, в тебе сейчас под два метра роста, кстати, — упрекнула Миллер. — Ну извините, я не знал, — я пожал плечами. Как только тушку очередного превращенного перевернули на бок, он тут же начал блевать. Не самая приятная картина, скажу я вам. В это же время я смог освободиться и уже более уверенно подняться на ноги, потирая ушибленный бок, одновременно выжимая шерсть от слизи. Слава космосу, а то я думал, что останусь в лежачем положении навечно. — Так, и кто же тут у нас? — смотрю на приходящего в себя новое живое существо. — Судя по строению головы, это женщина. — С чего ты это взяла? — У неё более короткая… Морда. — замявшись, сказала Миллер. — Теперь у нас два на два? — спросил Дуэин, но тут же резко замолчал из-за строгих взглядов от нас. — Без пошлостей можно? — серьёзно упрекнул я его. — Простите, — вжался глава службы безопасности. — Проехали. Лучше дождаться, когда она сможет говорить, а то я уже предчувствую целую кучу вопросов. Как и с другими, наша новая кошечка пришла в себя через пятнадцать минут и, после первой — стандартной — неудавшейся попытки заговорить, она подала голос. — Кто вы?! Где я?! — заговорила чересчур милым голоском кошка. Окраска была как у сервала, только цвет шерсти белая. — Я Макс, это Дуэйн это Диана, а ты… — Макс? Ты… такой миииилый, — эта фраза всех вогнала в ступор. — Ч-что? — услышав слова девушки, я от шока даже отступил на шаг, чуть снова не поскользнувшись на слизи. — Это что, такой костюм? Боже, какая милота, дай мне поносить, — сказала умоляющим голосом, у неё даже зрачки расширились и ушки прижались. — Да ты… Алесия, черт побери, это ты?! — Да, а ты что не узнал? — Так, стоп, — прервал нас Дуэйн. — Алесия, вдохни и выдохни, успокойся и просто взгляни на себя. Сделав все, что сказал Дуэйн, Алесия взглянула сначала на руки, потом на ноги, а потом и вовсе начала ощупывать себя. Все мы, в целях своей же безопасности, сделали несколько шагов назад, и не зря. Сразу после этого прозвучала сирена, как при разгерметизации корабля. В этот момент мои уши невольно прижалась к голове, что вряд ли я сейчас смог бы сделать осознанно. — Вааай, это правда? Вы не прикалываетесь? Я стала кошечкой? Блин, я ещё и Сервал, обожаю эту породу, — начала тискать себя. Я пригляделся к её ушкам, и действительно — большие, как у Сервала. Я сделал мысленный фэйспалм. — Алесия, прошу, убавь громкость, нам уши еще нужны, — скривившись, взмолил Дуэйн. — Простите. — А вам не показалось странным, что мы можем внятно говорить? Особенно, с такой пастью? — спросил я, пытаясь отвлечь Алесию. — Это единственное, что тебя волнует? Правда? — посмотрела на меня Диана как на идиота. — Ну простите за мой глупый вопрос, просто сейчас не такие умные личности говорят. — Ну, ты прав, но все же… — Так, хватит. Мы, как бы, хотели понять, в каком помещении находимся, забыли? — прерывая почти начавшуюся ссору, напомнил Симмонс. — А что тут понимать? — пожала плечами Алесия — Мы в гидропонном отсеке. — А ты откуда знаешь? — Выпучили мы глаза, смотря на девушку… Кошку? — Все просто, я заходила сюда за дополнительным горшком для моего Шепчущего растения*, он скоро должен был начать цикл почкования. — Он же нереально редкий! И очень болтливый, хуже, чем земной попугай, — сказал Дуэйн. — Эй! На родной планете он звуками привлекает насекомых и мелких животных, а ещё от него приятно пахнет, — она принюхалась, сморщившись при этом. — Намного лучше, чем здесь. Я тоже принюхался — мда, пахнет точно не фиалками, и мне показалось, или стало вонять еще сильнее, чем раньше? — Так, ладно, раз мы уже знаем, в какой части носителя мы находимся, назревает логичный вопрос: «А как, собственно, мы тут оказались?» — Спроси, что попроще. Я был на мостике при атаке Таргоидов. — Я тоже, — поддакнула Алесия. — А я был в оружейной, и последнее, что я помню, как в нее забегал отряд Глазкова. — Я была в медотсеке когда… — она не закончила, когда за ее спиной повторилось тоже, что и раньше — ещё один кокон лопнул, но теперь уже её окатило слизью. — Фу, ну и гадкая у этой анатомической жидкости консистенции. Помогите мне перевернуть его. — Какой-то гребанный конвейер, — прокомментировал все происходящие Симмонс. — Такими темпами мы никогда не поймём, что с нами произошло. Я в акушеры не нанимался. — О, поздравляю папаша, у вас мальчик! — Между прочим, у меня жены не было, так-что нифига я не папаша. — Тогда дедушка? — Что?! — Так, хватит. Диана, так-как ты доктор, то и управляй всем этим парадом массового рождения, а мы с Дуэйном пойдём поищем тех, кто уже пришли в себя. — остановил я начавшуюся ссору. — А мне что делать? — озадачилась Алесия. — Помоги Диане привести в себя этого парня, мы тут только мешать будем, если останемся. — Ладно, но если найдете Анику, то отправьте её сюда. — Зачем? — нахмурился Симмонс. — Ну как «Зачем»? Она, ведь, так же, как Макс, будет в отчаянии от того, что стала кошечкой. — Эмм… Ладно, — завис Дуэйн. После этого мы вышли из комнаты. Сразу, как только мы ушли, позади нас прозвучал ещё один стук — кто-то родился. Решив не задерживаться, мы отправились вперёд. Здесь остались Диана и Алеся, так что все должно быть хорошо. Только вот меня начал волновать вопрос: «Как нам уследить за всеми рожденными?» На носителе не меньше пяти сотен человек… хотя сейчас было бы правильнее говорить «кошек», так как я сомневаюсь, что только часть от команды превратились. Да и… все ли остались живы? — Макс, смотри, — отвлек меня от раздумий Дуэйн. — Что там? — Это же вход во второй ангар. — Хочешь взглянуть, что стало с кораблями? — Не только, оттуда можно будет проверить состояния Носителя. — Точно, панель управления ведь и там была. Сразу после это мы подошли к панели, чтобы открыть дверь. — Система безопасности отключена, — задумчиво сказал Дуэйн. — Это плохо? — Да нет, коды доступа я помню. Просто я думал, что придется их вводить каждый раз, чтобы открыть какую-нибудь дверь, — он провел рукой над панелью и ничего не произошло. — Видишь, чипа идентификатора нет. — Дай я попробую, — проделал тоже самое и с тем же результатом. — У меня тоже нет. Придется заново его имплантировать. Открыв дверь, мы прошли по коридору, оставляя за собой мокрые следы. Эх, потом замучаемся вычищать от них весь корабль. Зайдя в помещения, в котором на стенах были терминалы — они все были вне сети носителя — прошли еще несколько коридоров. Мы с Дуэйном вошли в ангар, и первое, что бросилось в глаза, это слой пыли. — Не знаю, сколько времени прошло, но не меньше нескольких месяцев это точно, — размышлял я вслух. — Похоже на то. Радует только, что здесь не воняет тухлятиной. Осматривая помещение, в котором стояла моя боевая «Анаконда», мой взгляд уперся в сдвижные створки ангара, и я выругался. В ней была дыра диаметром не меньше трех метров с характерными зеленоватыми краями от воздействия коррозийной ракеты Таргоидов. Только щит носителя не давал выйти атмосфере из него. — Мда, ремонтной бригаде тут много работы по восстановлению, их даже не открыть, края загнуты вовнутрь. И знаешь, что я еще понял? Теперь у нас скафов, считай, нет. — Твою ж… Точно, а еще одежды с обувью. И как с этим быть? — Думаю, часть этих проблем сможет решить корабельный синтезатор, а вот что делать со скафандрами, я не представляю, эту задачу надо будет дать нашим инженерам, пусть поломают над ней голову. Пойдем на корабль, у меня где-то были старые комбезы, только нужно будет сделать дырку для хвоста. — И помыться не помешает, эта слизь уже начала подсыхать и ещё сильнее вонять, — принюхавшись, он поморщился. — Точно. Кстати, за это время я уже более-менее привык к ходьбе на пальцах, даже удобно стало, если конечно не задумываться, как переставлять ноги. Хотя хвост все еще мешал, особенно его спонтанные движения, из-за них я несколько раз на него наступил. Это чертовски больно, будто кто-то придавил твою руку в тисках. Подойдя к шлюзовой «Анаконды», я провел рукой над панелью доступа, но ожидаемо ничего не произошло, пришлось вводить код доступа. Как только шлюз открылся, мы с Симмонсом вошли во внутрь. Я решил пока ничего не проверять, на носителе итак будет куча проблем по его ремонту. Мы направились к каютам за комбезами, а потом сразу же в душ, чтобы наконец смыть с себя эту слизь. Приведя себя в порядок, я наконец-то смог рассмотреть себя в зеркало. — Мда, я прям красавчик, ничего не скажешь. Главное — широко не улыбаться, особенно в темноте. Вообще, я и правда не так уж и плохо выглядел. Шерсть короткая, что радовало, чёрного цвета с редкими белыми волосками. После того, как умылся, я так же смог хорошо рассмотреть свои руки, на которых были подушечки. На удивление они были не на всю ладонь… А что вы хотели? Я никогда не интересовался ксеноанатомией, хоть и собирал для корпорации «Vista Genomics» генетические образцы на планетах, которые их интересовали. В общем, подушечки были только на ладони и кончиках пальцев, которые оканчиваются не ногтями, а острыми, слегка изогнутыми когтями длиной в полтора сантиметра. Ну а лицо, или уже морда, почти ничем не отличается от морды большого кота… леопарда, кажется. Форма морды продолговатая, с острыми, абсолютно белыми клыками, резцы типичны, как и у всех хищников, а вот дальше пошли отличия — у кошек не бывает коренных зубов для твердой пищи, а вот у меня есть. Кстати о пище — как только о ней подумал, мне сразу захотелось есть, хотя нет — жрать. Где-то у меня тут были питательные батончики. — Макс, ты ещё долго? Алесия пришла, — позвал меня Дуэйн. — А как она узнала, что мы тут? — спрашиваю, выглядывая в коридор. — Да вас и искать не надо, за вами мокрый след остался, особенно от хвостов, — сказала она, заходя в коридор. — Скольких вы уже вернули в мир живых? — выходя с корабля прихватив с собой стопку чистых полотенец, спросил я. — Кстати, вот одежда. Она, конечно, не женская, но подойти должна, а ещё иди сходи в душ — от тебя несёт за километр. — О, спасибо. Уже почти двадцать человек вылупились, — просветила она меня, уходя вовнутрь корабля, но в конце кинула. — И сам ты воняешь. — Сколько у тебя еще осталось комбезов? — спросил Дуэйн после того, как Алесия ушла. — Еще одни. — Немного. — А что ты хотел? Чтобы у меня этих комбезов на весь экипаж носителя были? — Да, согласен, бред, — почесав затылок, смутился Дуэйн. — Нужны техники, потому как я не сильно знаком с корабельным синтезатором. — Если нужны техники, то тебе нужно вернутся в гидропонный отсек, — выходя из корабля, сказала Алесия. — А ты быстро. Ладно, походу придется вернуться, — тяжело вздохнул я. — Нас опять обольет слизью? — Если не будете смотреть куда идете, а так, не должно. — Понятно. Тогда возвращаемся? — Вы идите, я а пойду на мостик. Может, камеры ещё в порядке, посмотрю, вдруг ещё где на носителе творится такое. — Хорошо, будь осторожен, а то кто знает, что случилось, пока мы были в отключке. После ухода Дуэйна, мы с Алисией пошли назад за техниками или за теми, кто знаком с синтезатором. По дороге в гидропонный отсек я вдруг кое-что вспомнил и тут же спросил: — Кто-то из высшего командного состава очнулся? — Когда я уходила за вами, как раз очнулся капитан, а вы поняли, сколько мы времени были в отключке? — Забыли, прости, но судя по тому, в каком состоянии ангар, похоже, мы проспали несколько месяцев. — С чего такие выводы? — На носителе есть автоматическое очищения воздуха, но пыль в ангаре для кораблей все равно есть. Я как-то слышал разговор механиков, которые ругались из-за того, что эта система не идеальна. Какой бы крутой она ни была, все равно за несколько месяцев на полу будет тонкий слой пыли. — Вот как? А я и не заметила. Подходя к гидропонному отсеку, в нос ударил резки запах гниения, причем намного более резкий, чем раньше. Походу, моя чувствительность к запахам усилилась, или же эта жижа и правда начала разлагаться, что не есть хорошо. Гидропонный отсек такими темпами превратится в источник биологической угрозы, а скафандров у нас сейчас нет. Зайдя в дурно пахнущий отсек с тусклым освещением, мы стали искать тех, кто очнулся между стеллажами, на которых когда-то росли растения, а сейчас выступающие в качестве крепежа для коконов. Дойдя до того ряда, в котором мы и очнулись, я увидел Диану, которая помогала прийти в себя очередному вылупившемуся. — Ну как у вас тут? — спросил я у женщины. — Все в порядке, насколько это возможно, — она повернула голову ко мне. — Вижу, вы уже нашли одежду? — Да, комбезы были у меня на корабле, дырку для хвоста уже сделал, — с усмешкой сказал я. — Я так понимаю, этих комбезов на всех не хватит. — Найдём техника, который разбирается в синтезаторе, эта проблема в тот же момент исчезнет, — протягиваю ей пару полотенец. — Кстати об этом, где капитан? — Спасибо, — поблагодарила Диана, попутно забирая полотенце и начиная вытирать своего пациента. — А капитан вон там. Посмотрев в сторону, в которую указала Диана, я увидел Далтона, который, опираясь на стенку, пытался подняться, но из-за непривычки тут-же свалился. Поблагодарив Миллера, я подошёл к мужчине, который снова попытался пойти, но снова упал, только в этот раз я успел его поддержать. — С возвращением в мир живых, — хмыкнул, сказал я. — Ты… — Макс Вольф, — представившись, я помог капитану устоять на новых ногах. — Как вы себя чувствуете? — Не очень. Последнее, что я помню, это как на нас напали Таргоиды. — Я тоже это помню, но сразу после того яркого света я проснулся здесь, весь в слизи и с новым телом. — Капитан! — один из недавно вылупившихся позвал Далтона. Он уже мог ходить, но было видно, что ноги все еще дрожали. — Эм… — Я Макс. — Приятно познакомиться. Я это, странную установку нашёл. — Странную? — Да, я из технического персонала и хорошо помню, что такой установки не было в гидропонном отсеке. Да и выглядит она… необычно. Переглянувшись с Винсентом, я сказал отвести нас туда, где находится эта установка. Когда мы прошли к одной из стен отсека, то увидели, что ранее незамеченные мной жгуты сосудов тянулись от коконов к чему-то знакомому. У меня было смутное ощущение, что я где-то уже это видел. Вот только вспомнить не могу, где именно. И тут меня осенило. — Гребанные Стражи!!! Похоже, зря мы исследовали их базу.