Хогвартские встречи

— А теперь, мисс Грейнджер, — произнёс Снейп, игнорируя мóльбы слизеринки, — за то, что вы посмели подвергать сомнению мои дисциплинарные методы, поменяйтесь местами с мисс Паркинсон в конце класса. И оставайтесь там вплоть до дальнейших распоряжений. Гермионе оставалось лишь смиренно кивнуть. В уголках её глаз начали собираться слёзы. Она поднялась и двинулась в нужном направлении. На середине пути, когда они пересеклись, в неё врезалась Пэнси. — Грязнокровка! — прошипела она. Гермиона запретила себе смотреть на Драко, решив расположиться слева от него. Стул громко проскрипел по полу, когда она вытянула его из-под парты. Она села, изо всех сил стараясь не расплакаться. — Ну, молодец, Грейнджер, — злым шёпотом сказал Драко, наблюдая за тем, как она смотрит прямо перед собой, игнорируя его и конспектируя слова Снейпа, который продолжил занятие. Он не мог поверить, что эта грязнокровка умудрилась сделать так, что они оба получили наказание. Его ещё никогда не наказывали — одна из прекрасных привилегий того, что твой крёстный — Снейп. Он мог выйти сухим из воды при любых обстоятельствах, а Грейнджер только что собственноручно всё разрушила. Бросив на Снейпа короткий взгляд, Малфой удостоверился, что тот, повернувшись к классу спиной, писал на доске подробные инструкции, коим ученики должны были неукоснительно следовать. Драко усмехнулся, решив, что она заслужила наказание. Повернувшись к Гермионе, он смотрел на то, как её рука усердно записывала всё, что было написано на доске. Пододвинувшись к ней, он накрыл правую руку девушки своей левой, мешая писать, и приблизился лицом к её уху. — Малфой, если придвинешься ещё ближе, я заколдую тебя до бессознательного состояния, — злобно заявила Гермиона. Он был близко. Слишком близко. Драко ухмыльнулся, пробравшись своей рукой под её мантию. Его ладонь легла на её бедро. Её кожа пылала словно огонь, по ноге побежали мурашки возбуждения, они поднимались всё выше, к спине, и она была бессильна против этого волнующего ощущения. Проклятие… Она не знала, почему решила надеть сегодня именно эту юбку. Может быть, из-за удобства снятия — ловко вынырнув из неё, можно будет быстрее отправиться спать в свою спасительную кровать, но сейчас она проклинала себя за то, что надела что-то настолько открытое и короткое. Что-то, настолько облегчающее доступ… — Малфой, — прошипела она. — Я уже получила одно наказание с тобой, и мне не хочется отхватить ещё одно, только потому что ты не можешь держать свои руки при себе, поэтому будь любезен, — сделав паузу, она потянулась к его пальцам, — убери свою руку. — Она шлёпнула его по ладони. Брови Драко взлетели вверх. — Ну, а чья это вина, грязнокровка? — спросил он с язвительной ухмылкой. Гермиона снова потянулась, чтобы сбросить его руку, но он лишь сильнее сжал её бедро — так, что она ахнула. Он засмеялся. — Перестань сейчас же, или тебе не поздоровится! — Я так хочу оттрахать тебя прямо сейчас, — прошептал Драко и, игнорируя угрозы, начал ласкать её бедро. В ответ на этот пошлый комментарий Гермиона посмотрела в его сторону со злостью во взгляде. — Зачем тебе я, если у тебя есть Пэнси, которая готова отсосать твой член в любой момент? Драко усмехнулся, услышав из её уст нецензурную лексику. Она ревновала — это было видно по гневу в её глазах и по колкости слов. Попалась! — Грейнджер, хочу трахнуть тебя так, чтобы твоё тело вконец обессилело и чтобы ты не могла двигаться несколько недель, — продолжил он, наблюдая за тем, как она быстро взглянула на Снейпа, прежде чем повернуться к нему. — Малфой! — свирепо прошептала она. — Позволь прояснить ситуацию: я ненавижу тебя! Меня от тебя тошнит! Предупреждаю тебя в последний раз! — Т-с-с, тише, Грейнджер, нехорошо угрожать сыну Пожирателя смерти. Гермиона задохнулась от этих слов. Его отец и вправду был Пожирателем смерти, но, к счастью для неё, Драко им не был. Она не заметила у него никакой метки на руке вчера, иначе никогда не подпустила бы его к себе. Даже потеряв голову. — Малфой, последнее предупреждение! Но она не смогла сформулировать свою реплику до конца, почувствовав, как его рука двинулась дальше и каким-то образом заставила её раздвинуть бёдра. Его пальцы уже теребили светло-каштановые кудри её лобковых волос — лаская, дразня, слегка подёргивая. А потом его рука поднялась выше и достигла своего вожделенного пункта назначения. Жаркие волны удовольствия прошлись по её телу. О Боже, только не это! — Грейнджер, ты так много болтаешь, — он быстро накрыл её лобок ладонью и погладил его, чувствуя мягкость шёлковой ткани нижнего белья. Он нервно сглотнул и сделал глубокий вдох, дотронувшись до неё. Он мечтал прикоснуться к ней ещё со вчерашней ночи. Когда они были в ванной, Драко сдержал свои порывы, и это стоило ему невероятных усилий — он в ту же секунду хотел снова схватить её, отнести в комнату и оттрахать до потери пульса. Но ему было нужно, чтобы до неё дошла вся серьёзность его слов: если она когда-нибудь прикоснётся к Уизли так, как касалась его, он убьёт его. Запустив руку в её трусики, он нашёл клитор и потёрся об него пальцами. Он играл с ней, лаская её, но не проникая внутрь. Гермиона застонала, закрыв глаза и наслаждаясь ощущениями, которые он пробуждал в ней. Она тонула в этих чувствах, забыв о том, что вновь позволила ему касаться себя. Она ненавидела его. Ненавидела всем своим существом, но его прикосновения сводили её с ума. — Драко-о-о… — простонала она, сама того не осознавая, на что тот довольно хмыкнул. — Т-с-с, — ухмыльнулся он. — Ты же не хочешь привлечь внимание Снейпа? Гермиона снова застонала, и Драко закрыл глаза, чтобы держать себя в руках. От одного вида извивающейся от его пальцев Грейнджер член встал колом. Всё, что он хотел, это уложить её на стол и оттрахать — быстро и жёстко. — Грейнджер… — произнёс он, тембр его голоса опустился на октаву ниже, когда один из пальцев вошёл в неё. — О-о… — тихий стон непроизвольно сорвался с её губ. — Мерлин, — он сглотнул тугой ком в горле, почувствовав, как стенки её влагалища обхватили его палец. — Ты такая узкая и мокрая! Не могу дождаться, когда мой член снова будет вбиваться в твою дырочку, — хрипло признался он вполголоса, погружая в неё второй палец. Он неотрывно двигал ими, входя и выходя из неё, задав определённый ритм. Он хмыкнул, когда она начала двигать бёдрами в такт, принимая его пальцы в себя при каждом толчке и мягко отталкивая их, а затем снова прижимаясь к ним. Она прикусила губу до крови, только чтобы не издавать звуков. Драко шумно выдохнул — его член болезненно запульсировал, желая разрядки. Малфой хотел, чтобы прямо сейчас они оказались где угодно, но только не здесь. Он чувствовал её тягучую смазку на своих пальцах и внезапно осознал, что ему не терпится попробовать её на вкус. Ему нужно показать ей, что никто, кроме него, не подарит ей таких ощущений. Он хотел, чтобы она чувствовала отвращение от любых прикосновений Уизли. Хотел, чтобы он, Драко, отпечатался у неё в мозгу и тёк по венам вместе с кровью, разрушая её на всю оставшуюся жизнь, чтобы она знала, что только он может довести её до такого состояния. Ей казалось, будто её тело пылало в огне. Лоно увлажнилось, буквально насквозь пропитавшись смазкой, она потеряла способность рассуждать здраво, в голове не осталось ни одной связной мысли. Рон никогда не доводил её до такого состояния… Что именно она чувствовала? Желание? Сильное возбуждение? Страсть? Она хотела его. Нуждалась в нём. Он был нужен ей. Она издала глухой стон, почувствовав, как большой палец его руки коснулся её клитора, слегка надавив. Она вдохнула аромат Малфоя, и нестерпимая волна удовольствия отозвалась в ней с новой силой. Горло стянуло, словно она была готова заплакать. — Драко, пожалуйста… Я больше не могу… Я чувствую… — Что ты чувствуешь? — хрипло спросил он. — Я хочу… — Чего ты хочешь? Гермиона снова застонала, схватившись за край парты. Открыла глаза, чтобы проверить, не смотрит ли кто-нибудь на них. Она благодарила Мерлина за то что, все либо уснули, либо, как ни странно, следили за ходом занятия. Это был самый первый раз, когда Гермиона не следила за уроком, и всё это «благодаря» Малфою. — Т-с-с… — прошептал он, вводя свои пальцы ещё глубже. Кровь быстрее побежала по его венам на фоне её стонов и мольб. Он хотел оказаться внутри неё. Трахать её до потери сознания так, чтобы она наконец уяснила: — Ты должна вбить себе в голову, что ты моя, — хриплым голосом приказал он. — Ты должна вбить себе в голову, что Уизли никогда не заставит тебя чувствовать то, что ты чувствуешь сейчас. — О-о… — простонала она. Гермиона не знала, что может краснеть ещё сильнее, чем до этого. После его слов по её лбу потекли капельки пота, горло стянул тугой ком неутолимого желания. Ещё ни с одной девушкой Драко не чувствовал того, что ощущал сейчас. Она была такой мокрой, такой податливой… И она реагировала на все его действия быстрее, чем любая другая девушка до неё. Это открытие поразило его. Гермиона схватилась за руку Драко, впиваясь ногтями в его бледную кожу. Движения большого пальца, которым он ласкал её нежный клитор, ускорились. Её дыхание участилось, мышцы влагалища начали сокращаться вокруг его длинных изящных пальцев — приближался оргазм. — Да, вот так, — произнёс разгорячённый Драко. — Кончи для меня, Гермиона. Услышав, как его соблазнительные губы произнесли её имя, она почувствовала, как тело изогнулось в сладкой судороге. — Драко-о-о… — простонала она, проклиная небеса за то, что они были не одни. Он продолжил ласкать её нежные складки, пока она не пришла в себя после оргазма, а затем вытащил руку и дочиста, до последней капли облизал свои пальцы. Она была на вкус, как клубника со взбитыми сливками. Этот вкус был просто божественным! И он пристрастился к нему. Занятие скоро закончилось, и, прежде чем Драко успел сказать хоть что-то, Гермиона пулей вылетела из класса, желая оказаться далеко отсюда — так далеко, насколько это возможно. Гермиона проклинала себя за слабость. Она пыталась. Правда пыталась. Но она снова позволила Малфою вести свою игру с ней, и она снова оказалась бессильна против него. В припадке злости и ярости она не обращала внимания, куда идёт, и вскоре, больно ударившись об кого-то, упала. Она открыла рот, чтобы возмутиться, но замолкла, заметив взгляд Рона, который извиняюще улыбался ей. — Чёрт, Миона, я не заметил тебя, — сказал он и, всё так же улыбаясь, подал ей руку, чтобы помочь встать. — Ничего страшного, Рон, — она улыбнулась ему в ответ. — Это я не смотрела, куда иду. Он кивнул и окинул её внимательным взглядом. — У тебя всё нормально, Миона? Гермиона внутренне запаниковала, но всё же улыбнулась, а затем внезапно бросилась в объятия своего парня и поцеловала его в губы. Рон попытался оттолкнуть её, но Гермионе было нужно выбросить Малфоя из головы. Она толкнула Рона к стене коридора и углубила поцелуй, опустив руки к мужским бёдрам. Проникла языком в его рот, массируя и лаская так, как это с ней делал Малфой. Когда она оторвалась от него, Рон тяжело задышал, переводя дух — было очевидно, что он не привык к такой агрессивной настойчивости Гермионы. — Давай уединимся в более подходящем месте? Прежде чем Рон обрёл дар речи, Гермиона потянула его за руку вниз по коридору, направившись к спальням. Но она не заметила мелькнувшую за углом тень и этот ожесточённый взгляд серых глаз, которые с яростью наблюдали за тем, как они уходили…