Хогвартские встречи

Гермиона тяжело вздохнула, почувствовав, как луч солнца, пробравшись в комнату сквозь оконное стекло, «затанцевал» на кончиках её ресниц, вырывая из глубокого сна. Она перевернулась и потянулась, растягивая ноющие мышцы. Поморгала, чтобы привыкнуть к свету, облизнула сухие губы и потёрла нос тыльной стороной ладони. Глубоко вздохнула, посмотрев в потолок, а потом закрыла глаза и накрылась одеялом с головой — её настигли воспоминания о вчерашней ночи.

«Прошлой ночью ничего не произошло…» — именно так она себя успокаивала… Прошлой ночи просто не было. Этого не может быть, она не могла позволить Драко Малфою прикасаться к ней, не могла позволить ему трахнуть её в душевой кабине. Этого не может быть, Драко не мог пригрозить убить Рона, если она будет трогать своего парня так, как трогала его. Этого просто не может быть…

Но как бы то ни было она знала, что бессмысленно это отрицать. Ощутив странную боль между ног, Гермиона наконец осознала, что она больше не девственница. Сделав нервный вдох, она подумала, что хотела бы остаться в постели навечно. Хотела бы изолироваться от внешнего мира и остаться под защитным балдахином своей кровати. Как она собирается объяснить всё это Рону? У неё были чувства к нему с самого первого курса, и только к концу шестого он нашёл в себе мужество предложить ей стать его девушкой. Рано или поздно Рон захочет перейти с ней на следующий этап, чтобы их отношения стали полноценными. Как она собирается объяснить ему отсутствие там барьера в виде девственной плевы, когда они решат заняться сексом? Она знала, что Рон не был дураком. Он определённо знает, что у женщин должна быть некая преграда, доказывающая их девственность. Как она собирается объяснить ему, что Драко Малфой уже позаботился об этом? Что Драко Малфой, его злейший враг, оттрахал её до потери пульса, что Драко Малфой уничтожил её для всех других? Несмотря на то, что она была на первом месте по успеваемости на своём курсе, она совсем не чувствовала себя умной в данный момент. Выбираясь из-под большого золотистого одеяла, она посмотрела на часы — полдвенадцатого. Ровно через час нужно идти на углублённое зельеварение… с Малфоем. Решительно отбросив тяжёлую ткань в сторону, она вздохнула и, встав с кровати, пошла в ванную. Осторожно открыв дверь, осмотрелась. Заметила, что на дверном косяке уже не висела мантия Драко, которую тот оставил там вчера. Она с облегчением предположила, что он, должно быть, ушёл на ранний завтрак. С опаской переступив порог ванной, она убедилась, что наложила на дверь заклинание запечатывания, чтобы вчерашняя ситуация не повторилась. Схватив расчёску, начала с остервенением расчесывать локоны непослушных волос, тщетно пытаясь обуздать их. Посмотрела на своё отражение в зеркале, чтобы проверить, изменилась ли она. Она выглядела точно так же, но что-то в ней определённо изменилось. Где-то внизу живота она чувствовала некую тянущую боль, свидетельствующую о том, что её тело жаждало чего-то. Она ещё не была готова признать, чего именно оно жаждало. Отложив расчёску, она увидела в отражении зеркала душевую кабину. Закусив нижнюю губу, обернулась и посмотрела туда со смешанными чувствами. Воспоминания о вчерашнем инциденте снова вернулись, чтобы преследовать её по пятам. Стоило ей лишь вспомнить, каково это было — быть прижатой к его рельефному телу, её дыхание стало прерывистым. Мысленно проклиная себя за то, что позволила своему сознанию так свободно плыть по волнам памяти, она буквально вживую ощутила на своей груди прикосновение его пальцев. Она вспомнила, как он теребил её соски, пока они не затвердели, а потом взял их в рот в то время, как его руки спустились к её ягодицам, лаская её мягкую бархатную кожу так, будто он больше всего на свете хотел забраться прямо внутрь неё и остаться там навсегда. Она вспомнила взгляд его ярко-серых, почти чёрных глаз, смотревших ей прямо в душу, пока его эрегированный член тёрся о стенки её лона. Закрыв глаза, она закусила нижнюю губу, вспомнив, как головка его члена прикоснулась ко входу в её влажное влагалище, которое так и молило его войти и заполнить её. Она сглотнула тугой ком в горле, с силой сжимая свои бёдра, чтобы успокоить растущее желание. Не в состоянии контролировать себя она вдруг вспомнила, как он входил в неё. Её щёки покрылись густым румянцем, дыхание сбилось. Он входит в неё. Выходит. Тихий стон сорвался с её губ. Жёстче. Быстрее. К своему удивлению она почувствовала липкую влагу между ног. Её шокировало то, как быстро она завелась, просто подумав о нём. Она вздохнула, почувствовав, как запульсировал клитор, отчаянно желая прикосновений Драко Малфоя. Желая, чтобы он коснулся её там. Потрогал пальцами. Растягивая мягкие влажные складки половых губ. Помогая ей освободиться от этого настойчивого пульсирующего желания. Она помнила обо всём… Нет! Она не могла пойти на поводу этих желаний. Ей нужно держать себя в руках. Мерлин подери! Это же Драко Малфой, о котором она только что грезила наяву! Ей нужно забыть о его прикосновениях и в первую очередь вспомнить о причине, по которой она должна его ненавидеть. Итак, Драко Малфой больше никогда не прикоснётся к ней. Почувствовав в себе новую решимость, она оделась в школьную форму и отправилась на занятие по углублённому зельеварению. Пройдя вперёд, к своему обычному месту, она села, открыла книгу и достала лист пергамента, чтобы делать заметки. Несколько минут спустя в класс вошёл профессор Снейп и велел открыть учебник на странице пятнадцать. Сегодня они научатся варить зелье против похоти. Гермиона закашлялась. Какое удачное совпадение… Приняв дозу данного зелья, она могла бы освободиться от этой странной похоти по отношению к Драко. Нет, не похоти… Страха. Она переспала с Драко только из страха. Кто знает, что он мог сделать с ней, если бы она остановила его? Да, именно это она будет себе повторять снова и снова. Через десять минут, когда Снейп рассказывал о списке необходимых ингредиентов для этого зелья, дверь распахнулась. Все развернулись и увидели, как в класс вошёл Драко Малфой под руку с Пэнси Паркинсон, которая облизывала свои губы и улыбалась так, словно только что раскрыла самую большую тайну человечества. Шлюха… — Ах, мистер Малфой, мисс Паркинсон, — начал Снейп. — Будьте так любезны объяснить мне и остальным ученикам, почему вы опоздали на моё занятие на одиннадцать минут? — спросил Северус, скрестив руки на груди, пока Драко и Пэнси занимали свои места на последней парте рядом друг с другом. Драко усмехнулся, посмотрев на приближающегося Снейпа. Гермиона заметила, что он выглядел далеко не так, как должен был выглядеть любой другой студент в такой ситуации. Он не был ни нервным, ни испуганным. Нет. Всё потому что слизеринец был уверен, что он в любом случае выйдет сухим из воды. Как и всегда. — Извините, профессор, — ответил Малфой, растягивая слова. Открыв учебник на случайной странице, он продолжил: — Я был уже на полпути к вашему кабинету, когда вспомнил, что оставил свой учебник по зельеварению у себя в комнате, — он с улыбкой качнул головой в сторону Паркинсон. — Я встретил Пэнси и попросил её сходить вместе со мной в спальню и помочь мне найти там книгу. Снейп посмотрел на Пэнси, которая тут же закивала, подтверждая его слова. Северус казался раздражённым, но он всё же кивнул и, сделав вид, что поверил в их историю, продолжил занятие. Гермиона закатила глаза и пробормотала что-то о несправедливости и неудовлетворительной дисциплине слизеринцев, активно поощряемой профессором. — Что это было, мисс Грейнджер? Гермиона тяжело вздохнула и закрыла глаза. Сделала глубокий вдох и, прочистив горло, попыталась улыбнуться. — Ничего, профессор. Снейп сверкнул глазами и уставился на неё, пока она прятала глаза, боясь взглянуть на него. Она молилась, чтобы он принял её ответ и продолжил урок. — Мисс Грейнджер, — начал он, подойдя к ней, его голос ожесточился. — Если вам не нравятся мои методы поддержания дисциплины, — он сделал паузу, приблизившись, — может быть, поведаете нам, как в сложившейся ситуации поступили бы вы? Гермиона открыла рот, шумно хватая воздух. Это что, вопрос с подвохом? Она задержала дыхание, в классе наступила гробовая тишина, никто не говорил ни слова, все с нетерпением и интересом ждали её ответа. Она прочистила горло, пытаясь найти нужные слова. — Профессор, — она наконец нарушила тишину. — Я полагаю, что, будучи главным старостой, Малфой должен служить примером для других учеников, поэтому такие проступки не должны оставаться безнаказанными. Я думаю, что у мистера Малфоя и мисс Паркинсон нужно хотя бы отнять факультетские очки за опоздание. Я бы даже назначила им наказание. Снейп смотрел на неё, раздумывая над её словами, а потом взглянул на Драко и Пэнси, которые бросали в спину Грейнджер убийственные взгляды. Она почти чувствовала их физически. — Вы действительно так считаете, мисс Грейнджер? — спросил Северус низким голосом. — Да, профессор, — кивнула она. — Они опоздали и прервали ваше занятие. — Хммм, вы правы, — задумался он. — Но согласитесь, мисс Грейнджер, в данный момент вы тоже мешаете моему занятию. — Гермиона нервно сглотнула, не понимая, к чему он ведёт. — Поэтому я думаю, что мистер Малфой и мисс Паркинсон обязательно извлекут пользу из своего наказания. Точно так же, как и вы, мисс Грейнджер, — сказал он, сверля её взглядом. Её сердце ёкнуло и рухнуло в пропасть. Она не могла поверить в это. Правило нарушили Малфой и Паркинсон, а Гермиону как-то угораздило получить наказание вместе с ними. Только Малфой мог втянуть её в неприятности на пустом месте. — Но, сэр… — Вы сами виноваты, мисс Грейнджер, — перебил её Снейп. — Это не первый раз, когда вы не согласны с моими дисциплинарными методами в моём же классе. Так что мистер Малфой и мисс Паркинсон будут знать, кого «благодарить» за полученное наказание. Гермиона закрыла глаза, зная, что Драко сжигает её своим взглядом. Таким убийственно-свирепым, что ей казалось, что она чувствует его на своей коже. — Мистер Малфой, вы будете отбывать наказание с мисс Грейнджер. Будете помогать мадам Пинс разбирать книги в библиотеке. Что касается вас, мисс Паркинсон, вы отправитесь со мной в Запретный лес. — Но, сэр… — возразила Пэнси. — А теперь, мисс Грейнджер, — произнёс Снейп, игнорируя мóльбы слизеринки, — за то, что вы посмели подвергать сомнению моё умение поддерживать дисциплину, поменяйтесь местами с мисс Паркинсон в конце класса. И оставайтесь там вплоть до дальнейших распоряжений. Гермионе оставалось лишь смиренно кивнуть. В уголках её глаз начали собираться слезы…