Хогвартские встречи

— Ну вот, ты опять покраснела, — рассмеялся он. — Ты определённо лучше Пэнси. — Её щёки стали ещё более красными. — Этот поцелуй завёл меня намного больше, чем недавние поцелуи с Паркинсон. Звенящая тишина распространилась по помещению. Она оттолкнула его от себя. — Что ты имеешь в виду? — То, что я только что сказал, Грейнджер. Пэнси тебе и в подмётки не годится. Она толкнула его ещё раз и скрестила руки на груди. — Нет, меня интересуют другие твои слова: «Недавние поцелуи с Пэнси». Насколько недавние? Это произошло сегодня? — Он лишь кивнул в ответ. — Что?! — резко вскрикнула она, её голос прошёлся эхом по комнате. Она снова ударила ладонями по воде, брызги полетели ему в лицо. Он вновь закашлял, начиная терять терпение. — Грейнджер, ты уже второй раз это делаешь, — сказал он, поднеся палец к своему уху, её крик почти оглушил его. — А чего ты ожидал?! Как ты смеешь целовать Пэнси, а потом приходить и целовать меня? Отпусти! — Не очень приятно, да? — Что?! Мерлин подери, что ты несёшь? — Мне напомнить тебе, что ты всё ещё состоишь в отношениях с одним мерзким рыжеволосым подобием волшебника по фамилии Уизел? Она закачала головой. — Но это совсем другое. Он мой парень! — И что? Если ты можешь сосаться с Уизли, значит, я имею полное право делать то же самое с Пэнси! — Ты не имеешь на это никакого права! — Ну, в таком случае, — вздохнул он, — ты лицемерка. — Малфой приподнял подбородок девушки пальцами, а затем начал покрывать её шею поцелуями. — А теперь мы можем продолжить и перескочить ту часть, где ты брыкаешься и отталкиваешь меня? У меня было тяжёлое утро, и я отчаянно нуждаюсь в разрядке. Он хотел прижать её к себе ещё крепче, но она ловко выскользнула из его хватки и отплыла на безопасное расстояние. Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы совладать со своим гневом. Он не отрываясь смотрел на то место, где она только что стояла, прежде чем резко развернуться. — Грейнджер, я не в настроении играть в эти игры! — Ну, а я не в настроении трахаться с тобой. Иди и найди Пэнси. Я уверена, она устроит тебе разрядку. — Грейнджер, я понимаю, что был довольно мягок с тобой пару прошедших недель, но, пожалуйста, не думай, что эта мягкость имеет под собой какой-то другой, глубинный смысл. — Он сделал шаг вперёд, вынуждая её отступить назад. — Я всё-таки провёл много часов верхом на метле, у меня всё тело саднит, я устал и просто хочу оттрахать тебя до беспамятства. Она мысленно проклинала саму себя: её дыхание внезапно стало рваным после его пошлых сексуальных намёков. Проклятое тело! Как так? Оно в очередной раз предавало её. Он довольно хмыкнул. — Вот видишь, — он снова встал напротив неё и начал наступать, вынуждая пятиться назад. — Твоё тело реагирует на меня. Оно жаждет моей близости точно так же, как и моё: я изнываю от желания прикоснуться к тебе. — Единственное, чего жаждет моё тело, так это избавиться от тебя! — выпалила она. — Ну конечно, — произнёс он, растягивая слова. — Именно поэтому я и отсюда чувствую аромат твоей смазки. — О, какой же ты мерзкий! Поверить не могу, что занималась с тобой сексом, несмотря на то, что у меня есть парень, который любит меня! — Вот как? А мои чувства, значит, не имеют никакого значения для тебя?! — Я этого не говорила, — ответила она. — А вообще мне кажется, что единственное чувство, которое ты испытываешь, исходит исключительно из твоего пениса! — воскликнула Грейнджер. — В последний раз прошу, отпусти меня! — Если ты так настаиваешь. — Он пожал плечами. Одним быстрым движением он поднял правую ногу Гермионы и прижал её к своему бедру, а свободной рукой начал стимулировать клитор, отчего она невольно вздрогнула. Сжав зубы, она потянулась к его руке и попыталась убрать её. Когда он не дал ей это сделать, она вышла из себя. — Отвали от меня, Малфой! — О, прости, — с сарказмом извинился он. — Могу поклясться, что услышал, как ты просишь отпустить тебя. — Он коснулся клитора девушки большим пальцем, а затем запустил в её горячее влажное лоно два пальца. Она в ту же секунду вцепилась в его плечи, почувствовав волну наслаждения. Он воспользовался этим и приподнял её вторую ногу, заставив обхватить себя за талию. — Так ты об этом просила? Она посмотрела на него. — Почему ты это делаешь? Если тебе проще пойти к Пэнси, почему ты приходишь ко мне? У тебя же «золотые руки». Ты постоянно хвастаешься, что благодаря мастерству своих пальцев можешь заполучить любую девушку в Хогвартсе. — Я не хочу «любую». — Он переместил свои руки на её талию и приставил головку члена к её влажному входу. — Можем мы, наконец, потрахаться? Она упёрлась ладонями в его грудь, отталкивая от себя. — Драко Малфой, только попробуй войти в меня членом, побывавшим в Паркинсон, я тебя так заколдую, что тебе мало не покажется! — Я же уже говорил, Грейнджер, — медленно сказал он, словно объясняя простые истины маленькому ребёнку. — Я только целовался с Пэнси. Она хотела трахнуться, но я сказал ей, что у меня тренировка. — И это должно меня как-то впечатлить? — фыркнула она. — Ты же только недавно был на тренировке! Он покачал головой. — Да-а-а, — прорычал он, начиная злиться. — Но, несмотря ни на что, я уже час назад закончил тренироваться. Я мог трахнуть Пэнси, но не сделал этого. — И почему же? — Она посмотрела ему в глаза. — Глупая девчонка! — прошипел он. — Потому что! Я целовался с Пэнси, только чтобы проучить тебя. Я не притрагивался к ней с тех пор, как… — Малфой замолчал на полуслове, увидев, как её глаза расширились, загоревшись любопытством. — Договаривай, — настаивала она. — Я не могу… — вздохнул он. — Почему нет? — спросила Грейнджер, нахмурив брови. — Потому что! Я всё ещё ужасный собственник. Если я скажу… если скажу, что именно чувствую по отношению к тебе, ты начнёшь думать, что имеешь надо мной какую-то власть, хоть это и не так на самом деле. Я не хочу давать тебе какие-то ложные надежды. — Ну, тебе не о чем беспокоиться. Я никогда не влюблюсь в хорька вроде тебя. — Думаю, твоё тело другого мнения, — усмехнулся он. — Моё тело и моё сердце — не одно и то же, Малфой! Даже не смей думать по-другому. И кроме того… — Хватит. — Больше не сказав ни слова, он вошёл в неё одним мощным толчком, его член наконец-то добрался до своего рая. Она положила голову на его плечо и раздражённо простонала, закрыв глаза: — Так нечестно… — она прикусила губу, когда он снова толкнулся вперёд, буквально вдалбливаясь в неё. — Ты играешь не по правилам… Он рассмеялся, глядя ей в глаза. — Я же слизеринец, — ответил Драко и впился губами в пульсирующую венку на её шее. — Чёрт, Грейнджер! — он почувствовал тянущее ощущение внизу живота и понял, что долго не продержится. Драко не мог поверить в то, что он только что почти признался ей в своих чувствах. Он не сразу осознал это, но она медленно, но верно пробила себе дорогу к его сердцу. Сначала он только хотел преподать ей урок, воспользоваться ей, наказать. Но, несмотря на это, чем дольше они находились в обществе друг друга, чем чаще она улыбалась и заставляла его смеяться, тем быстрее эта гриффиндорка завоёвывала себе место в его сердце. Будь проклято его сердце! Будь оно проклято, пусть сгорит в аду! Грейнджер прикусила губу от наслаждения, когда Драко начал ещё жёстче вбиваться в неё. Она вцепилась в его плечи и прижалась к нему. Гермиона так жаждала его прикосновений, но в следующий момент он, к её удивлению, неожиданно замедлился, почти остановился. Она нахмурила брови, пальцами приподняла его подбородок и удивлённо посмотрела ему в глаза. Казалось, он пребывал в глубокой задумчивости, но, прежде чем она успела что-то сказать, Малфой наклонился к ней и нежно поцеловал её в губы. Она с готовностью ответила на его поцелуй. Драко с раздражением сглотнул комок в горле, почувствовав, как тёплая волна какого-то непонятного ощущения прошла по его телу. Она потянулась к нему. Сама! Во все предыдущие разы агрессором всегда был он. Именно он каждый раз настаивал, побуждал её к чему-то, так что ей не оставалось ничего другого, кроме как держаться за него, пока он доводил их обоих до вершины блаженства. К его удивлению, она тут же прильнула к нему и, крепко обхватив руками, запротестовала, как только он начал отстраняться от неё. Скорее всего, она даже не осознавала, что только что сделала. Понимала ли она, насколько поворотным был этот момент? Понимала ли она, что невольно сделала так, что ему теперь будет во сто крат сложнее когда-либо отпустить её и прекратить всё это? Почувствовав, что Драко снова замедлился, она пробормотала ему в губы что-то нечленораздельное и пошевелила бёдрами, чтобы он ускорился. — Что случилось? — спросила она со сбившимся дыханием. — Ничего, — ответил он, помотав головой. Он тяжело вздохнул, воздух вокруг них стал таким плотным, что ему было тяжело дышать. Он снова впился в её губы страстным поцелуем, на что она буквально замурчала, как кошка. Он ещё никогда не слышал, чтобы она мурчала от удовольствия. Это стало его точкой невозврата. Он испугался, что теперь не сможет так просто оставить её и прекратить их отношения. Толкнувшись в неё ещё три раза, он накрыл её клитор пальцами и начал ласкать его, пока не почувствовал дрожь, а потом обоих накрыл мощный оргазм. Чувствуя, как волна эйфории проходит через её тело, она откинула голову назад и улыбнулась, тем самым открыв Драко доступ к своей великолепной груди. Он взял в рот её правый сосок и начал сосать. Внутри него что-то перевернулось, когда она обхватила руками его голову и зарылась пальцами в волосы, поощряя это действие. Он поднялся с поцелуями к её шее, а затем к щеке, прежде чем поцеловать в губы. Он почувствовал, как она спустила свои ноги с его бёдер и отстранилась. Они оба зашипели, когда его обмякший член выскользнул из её тела. — Ты придёшь на матч по квиддичу на следующей неделе? — спросил он, пытаясь привести своё дыхание в норму. Он наблюдал за тем, как она выходит из ванны, даже не пытаясь прикрыть свою наготу. Она прикусила нижнюю губу и потянулась за своим полотенцем. Обернув его вокруг себя и закрепив узлом на груди, она посмотрела на него. — Я не могу. Мне нужно столько всего успеть. Матч — самое подходящее время для этого: все будут на игре, и я смогу спокойно заняться своими делами. Грейнджер засуетилась. Он давно заметил, что она начинает суетиться всякий раз, когда нервничает. Выйдя из ванны, он взял полотенце. Она повернулась к нему спиной и начала расчёсывать свои волосы. В её руках была массивная массажная расчёска, он видел, с каким трудом она распутывала густые локоны. Он встал за спиной девушки, накрыл её руку своей и забрал расчёску. К удивлению Гермионы, Драко начал расчёсывать её волосы. — Ты не придёшь на игру из-за своей занятости или из-за чего-то другого? Она медленно повернулась к нему и встретилась с ним взглядом. — Я… просто… не хочу разрываться и выбирать чью-либо сторону. Трое парней будут играть за разные команды, и каждый из них важен для меня. Он кивнул. — Ты уверена, что это единственная причина? — Если честно, Малфой, мне это кажется идеальной возможностью, потому что пока ты будешь на игре, всё твоё внимание будет направлено не на меня. — О, тебе так трудно противостоять мне? — спросил он дразнящим тоном и улыбнулся. — Именно, — это было единственным словом, которое она произнесла в качестве ответа. Выражение её лица было совершенно серьёзным. Прежде чем поспешно собрать вещи и уйти, оставив шокированного Малфоя одного, она посмотрела в его удивлённые серые глаза. Хлопнула дверь, но Драко так и остался стоять на том же месте. Его зрачки расширились в изумлении, а рот немного приоткрылся.