"Две жизни"

Какой чистый воздух! Деревенскому не чета, разумеется. Но после свихнувшейся от жары Москвы - разницу не заметить трудно. В каждом моменте есть что-то хорошее. И если удастся сконцентрироваться именно на положительной стороне, и полностью абстрагироваться от ужаса происходящего, становится легче. На первый взгляд кажется, что между размашистыми ударами и острыми вспышками боли, нет просвета. Но если постараться, в этот миллисекундный временной зазор можно умудриться вписать полноценный, глубокий вдох. И это тебе не пресыщенный выхлопными газами столичный коктейль, а самый натуральный кислород. Сначала Максим отчаянно сопротивлялся. До тех пор пока думал, что это уличная гопота, не иначе как сдуру, отважилась напасть на почти двухметрового представителя закона. Потом его вырубили, и некоторое время он думать не мог. А очнувшись связанным по рукам и ногам в салоне движущегося в неизвестном направлении автомобиля, наконец-то все понял. Понял, и даже испытал облегчение. Естественно ничего хорошего его не ожидало, но находиться в состоянии неизвестности, было намного хуже. Уже почти невыносимо. Настолько, что он даже подумывал, пока что в шутку, а не пойти ли к Карпову самому, чтобы поставить вопрос ребром. Загородная поездка происходила в молчании. Либо похитители использовали какие-то иные средства общения, либо понимали друг друга без слов. Повязка закрывала глаза Максима, и единственное, что он мог сказать определенно - злодеев было двое. В этой машине. Возможно были и другие. Хотя вряд ли начальник СКМ, бросил на Перепелицу всю свою гвардию. Значит, скорее всего, только эти. Едва Максим понял, откуда растут ноги, сразу же сформировались подозрения относительно личностей похитителей. А когда, добравшись до места назначения, эта парочка с легкостью извлекла его из салона, отпали и последние сомнения. Братья Карамазовы. От того, что в стенах ОВД, они довольно-таки неплохо общались, у Макса не возникло иллюзий, что этот факт как-то смягчит его положение. Подумаешь, пару раз вместе бухали! Кто он, и кто Карпов! Жизнь-то каждому дорога. Под размашистые удары двух пар берцев, ППСник вновь утратил способность к мыслительной деятельности. Повязка давно слетела, обнажив пугающую темноту ночного леса. Только это уже не было принципиальным. Его лицо залеплено землей, а лица гоблинов скрыты масками. Профессионалы в некотором роде. Всю свою жестяную науку знают назубок. Когда болевой шок был преодолён, сознание вновь прояснилось. Судя по усердию, с которым Толя и Коля его обрабатывали, Перепелица понял, что убивать его не будут. Разве что случайно. Если б ему была уготована высшая мера, вряд ли опера стали бы так потеть. Максим не ошибся. Довольно-таки скоро всё закончилось. Напоследок сослуживцы вывернули его карманы. Сломали сим-карту, и забрали наличность. Скорее всего, не ради наживы, а чтобы усложнить пэпосу задачу возвращения в город. После того, как Карамазовы уехали, Перепелица полежал еще немного, прислушиваясь к ощущениям. Вроде ничего жизненно-важного не отбили. Вполне терпимо. Всё же правильную он выбрал стратегию: не рыпаться, усугубляя своё положение. Как результат – он жив, и относительно здоров. По следам протектора гоблинской машины, Макс вышел на шоссе и двинулся в сторону города. Попутки тормозить даже не пытался. Вряд ли кто-то остановится ночью на пустынной дороге, чтоб подсадить странного вида громилу. Тем более, не так уж и далеко его завезли. Просто пугали, обозначая, что контролируют ситуацию. К утру парень добрался до дома. И едва переступив порог квартиры, рухнул на диван. Находился он в полубредовом состоянии. Болезненное сознание еще долго не желало отключаться, распаляя воображение. То ему чудился майор Карпов в языках адского пламени. Указывая на Перепелицу пальцем, начальник СКМ дьявольски хохотал, повторяя: «Только трепыхнись – и ты труп». Потом картинка сменялась, являя Максиму ангельский лик майорской жены. Улыбаясь, она звала его: «Иди же сюда, глупенький, я тебя поцелую и всё пройдет" *** Осень в том году пришла точно по календарю. В первый же день резко упала температура, ветра явно приняли северное направление, а небо затянуло непроглядной пеленой туч. Настроение у Максима было соответствующим. Но, кончено же, не из-за погоды. За все предшествующие дни, он так и не видел никого из своих обидчиков. А сегодня, как назло, вырулили они прямо навстречу несвятой троицей. Собственно, к Карпову у парня и не было претензий. Много раз Перепелица думал, а как бы поступил он сам на месте майора? И пришел к выводу, что сделал бы то же самое. С тем лишь отличием, что не отказал бы себе в удовольствии, проучить несчастного, покусившегося на любимую женщину, лично. Карамазовых он понимал тоже. С одной стороны. А с другой, так и не смог отделаться от неприязни, поселившейся в его, в общем-то, беззлобной душе. И даже не исключал возможности, поквитаться при случае. - Это кто ж тебя так? - уже почти было пройдя мимо, Карпов остановился. При этом лицо его оставалось беспристрастным - ни насмешки, ни участия, ни угрозы. - Упал неудачно - неопределенно передернул плечами Перепелица. В его взгляде, в отличии от майорского, понамешано было всякого. От презрения, до легкой паники. - Осторожнее надо - Стас покачал головой, будто и впрямь судьбой сослуживца встревоженный. На судьбу ему было плевать, а вот реакция понравилась. Парень-то не дурак. Что особенно ценно при столь выдающихся физических данных. Даже мысль мелькнула в криминальную милицию его перетянуть. А то такой ценный кадр штаны в ППС протирает. *** Хмурое и неприветливое утро подарило еще одну встречу. На этот раз приятную. В том случае, конечно же, если не задумываться о возможных последствиях. Привычно начав свой маршрут с рынка, Максим увидел в отдалении Галину. Сначала даже глазам не поверил. Возможно, люди не врут, утверждая, что если постоянно о ком-то думать, то вероятность случайной встречи с этим человеком возрастает. Некоторое время он просто наблюдал за тем, как девушка выбирает продукты. Придирчиво. Со знанием дела. С пристрастием. Этот ежедневный ритуал совершался с единственной целью, чтобы на столе у любимого майора было все самое свежее. Лучшее. А он, возможно даже заметит это, и оценит. Скупо поблагодарит. Взгляд потеплеет, от чего в нем явственней обозначится непроходящее чувство вины. - Здравствуй.. те - несмело поздоровается Перепелица, сгорая со стыда и чувствуя полнейшую свою беспомощность. Девушка обернется, след от удара на ее щеке надежно замазан тональником. Удивленно окинет она взглядом мощную фигуру Максима. Эхом откликнется: - Привет - кажется, признала. Недоумение усилится. Сменится неловкостью. Лицо ППСника испещрено ссадинами. Совпадение или расплата за неосторожность? Вникать не хочется, но он похоже не собирается уходить. Медлит, переминаясь с ноги на ногу. - Я хотел извиниться – неопределенный жест, призванный обозначить объект раскаянья. До кончиков ушей залился пурпурной краской – Не хотел… - Я понимаю – с готовностью кивает она. Тоже раскаивается, но не просить же прощения за то, чего возможно Стас и не делал. Пускает в ход чисто женское оружие – обворожительную улыбку. Испытывает тягостное желание, поскорее закончить разговор – И зла не держу. Сочтя разговор законченным, Галя возвращается к своему занятию. Неспешно делает покупки, и только отойдя от прилавков замечает, что парень не ушел. Ждет, отступив на пару шагов. - Я помогу донести – вроде как и не спрашивает. Просто берет пакеты, и демонстрирует готовность двигаться в нужном направлении. - Да мне не далеко, до машины только - девушка вздыхает. Хотя предложение о помощи, как нельзя более своевременно, делает попытку отказаться. В молчании добираются до стоянки. Ситуация Галю нервирует. Стасу это не понравится. А всё, что Стасу не нравится, она предпочитала не делать. Парень мил, но намеков явно не понимает. Отшить же грубо – язык не поворачивается. Хотя если для его же блага… - А почему тогда… на автобусе? – испытывая чувство собственной ущербности, Макс оглядывает серебристый мерседес майорской жены. Тем не менее, рад возможности продолжить разговор. - Не люблю. Два года за рулём, но всё равно боюсь. Только так, по необходимости – девушка кивает на груз, под которым прогнулся даже весьма крепкий ППСник – Вы, извините, ээээ… - Максим – с готовностью подсказывает Перепелица. - Максим, извините, но мне пора – чтобы смягчить фразу, Галя снова улыбается. Едва выпустив ППСника из поля зрения, она уже снова полностью переключилась на свои заботы. А тот, напротив, еще долго не мог вырваться из замкнутого круга мыслей о ней.