"Две жизни"

Этим вечером майор Карпов задержался на работе допоздна. Лишь получив на телефон условный сигнал - пустое смс-сообщение, он покинул ОВД. Езда по ночному городу немного подняла настроение. Отсутствие пробок, спокойная музыка и ощущение завершенности. Вся эта история с ППСником, Стасу не нравилась. Глупо было наказывать за деяние, лишенное злого умысла. А оставить инцидент без внимания - невозможно. Не мог Карпов позволить себе даже однократного акта понимания и сострадания. Ведь даже один кирпич выдернутый из основания, может разрушить самое монументальное сооружение. У майора был не только блестящий послужной список, но и безупречная репутация. Его боялись и на этом была построена вся система. Стоит один раз дать слабину - затопчут. Вон сколько их, молодых да дерзких! - Все чисто - отчитался оперативник. - Обработали в лучшем виде - подтвердил второй. Толя и Коля - близнецы-братья. Надежда и опора. Осколки старой гвардии. Шесть лет назад, они одними из первых вступили под знамена Карпова Стаса, только что вступившего в должность начальника СКМ. Лихие тогда времена были. Сейчас из той команды никого уже и не осталось. Имеющийся молодняк худо-бедно справлялся благодаря тому, что система была отлажена. И держалась в основном на авторитете начальника. Никому ничего доказывать практически не приходилось. Дураков ломали в рабочем порядке. Вот как сейчас. - Надеюсь не перестарались? - сплюнув горечь, заполонившую рот, обратился к братьям майор. Относительно исполнительности подчиненных, сомнений не возникало. Только эти "двое из ларца, одинаковых с лица", могли и прибить нечаянно. Кулачищи у обоих пудовые. Ну да пэпос тот, тоже не хлюпик. Оглоблей не перешибешь. - Обижаешь, начальник - замычали недовольно, словно дети малые. Удивительная штука - жизнь. Каждому из них, закатать Стаса в асфальт - дело пяти минут. Может меньше даже. А они с рук едят. Но ведь если почувствуют, что Карпов уже не тот - сожрут. - Держите. Премия за август - хмыкнул майор, протягивая подчиненным конверт - Квартальную получите, когда это чудо объявится. Всё. Теперь домой. Скинуть одежду, попробовать отмыться от этой невидимой, липкой грязи. Давным давно он уже не делал подобного своими руками. Не по чину. И в этом была своя, своеобразная мерзость. Раньше помашешь битой или кулаками, поневоле воспылаешь праведным гневом. Послевкусие приходило потом. Но как не крути, дело сделано. Позади сомнения и легкое опасение, что что-то может пойти не так. Всё НЕ хорошо. Всё так, как должно быть.