Микродермал

      Феликс проснулся рано: сегодня запланирован поход в ресторан с учителем Со, не стоит опаздывать. Привыкнув, что в такое время на столе его ждал сытный завтрак, приготовленный домработницей, Феликс помчался на кухню. Ничего. Никого. Феликс находился дома один. С мамой он не виделся со вчерашнего дня. Та закатила громкий скандал в администрации, когда официально разводилась с мужем Алексом. Когда домашний бар был опустошён, она помчалась к единственной подруге, которая каким-то чудом ещё не разорвала с ней связь. — Поем в ресторане, — не унывал он. Мысли о предпочтениях учителя Со в еде атаковали его голову. В любом случае он закажет то же самое. Феликса даже не смущает тот факт, что он идёт обедать в незнакомой компании. Вчера Чанбин добавил его в беседу команды и написал, что сборы будут в третьем часу у ресторана близ школы. Младший тут же отправил смайлик.

***

Джисону даже будильник не нужен с таким-то дядей, кулак которого громче мелодии на телефоне. Племянник резко подскочил с кровати. — Дрыхнешь что ли? — ворчал дядя. — Нет-нет! Он застыл у двери. Отворять её нельзя. — Я поехал по делам, буду поздно, — глухо отозвался дядя, — почисть рыбу к моему приходу. Буду поздно... Джисон сделал в воздухе «ес!» и прыгнул обратно в кровать. Утренний сон окончательно сошёл на нет. — Красавчик мой бурундук, ты шумный, — мычал Минхо в подушку. — Дядя свалил! От радости Джисон принялся трясти друга, но тот лишь отмахивался и просил прекратить. — Нет уж, ты тоже просыпайся. Неожиданно для себя Джисон, будучи в приподнятом настроении, укусил Минхо за плечо. — Хан Джисон, — Минхо сел напротив друга, — ещё в задницу меня укуси! — Нечего спать так долго, — защищался Джисон. Его взгляд застыл на лице Минхо. Тот выглядел таким домашним с растрёпанными волосами и помятым лицом. — Красавчик, мне холодно, где там твоя толстовка? Джисон осторожно надевает толстовку на друга, пытаясь не тревожить больную руку. — Да, так теплее, — Минхо напяливает капюшон и прячется под одеяло, — спокойной ночи. — Ну, Хо! — хнычет он, заваливаясь обратно на подушку, — пойдём есть. — Хан Джисон, время — почти девять утра. В джисонову голову полезли плоские шутки про спящую красавицу, которые не получилось озвучить из-за телефонного звонка. — Да, Феликс? — О, ты не спишь, как здорово! Сегодня в три часа обедаем с учителем в ресторане, ты не забыл? Я вот что подумал, до трёх ещё много времени, может прогуляемся? Минхо откидывает одеяло в сторону — этот голос он всегда узнает — выхватывает джисонов телефон и бессовестно сбрасывает звонок младшего. — Эй! — возмущается Джисон. — Проживи хотя бы один день без этой штуки ради меня, ладно? — он полностью отключает мобильник и кладёт его на тумбочку, — ты есть меня звал, да? Он нехотя встаёт и плетётся к двери. — Так неправильно, нужно предупредить Феликса... — Тебе нужно помочь мне насыпать корм для наших детей, а потом и меня накормить, Хан Джисон. Позаботься сначала о гостях. Идём, — он указал на дверь. — Ты же спать хотел, нет? Джисон вздумал застать его врасплох. — Ты сегодня в моём распоряжении, красавчик, поэтому давай без всяких там Феликсов. Ревнивый Ли Минхо — это невероятно милый, незнающий рамок бунтарь. Для того, чтобы расшевелить Минхо, нужен был лишь один Феликс? Довольный Джисон подходит к двери, поворачивает щеколду и высовывает голову, проверяя обстановку. Дяди точно нет. Племянник запирает входную дверь на ключ: в случае, если гость задержится до вечера, они выиграют время, пока дядя будет копошиться с замком. Приятное зрелище: Минхо в красной толстовке за кухонным столом. Джисон улыбается сам себе. Глядя на друга, проблемы сами уходят, не дожидаясь своей очереди. Джисону ещё никогда не хотелось так заботиться о ком-то. — Нужно пожарить мясо, — он шарит по шкафчикам в поисках сковороды, — можно ещё и рис отварить... Всё валится из рук. Минхо добродушно улыбается и идёт на подмогу. — Красавчик, — он прячет рис обратно на полочку, — не суетись. У нас есть рамён, а у чайника — кипяток. Намёк понят? Ты не станешь плохим человеком, если не накормишь меня мясом, — успокоил Минхо. Джисону нравится эта улыбка, взъерошенные волосы, родинка на носу, которую он вчера разглядел, нравится этот заливистый смех и музыка, с которой Минхо у него ассоциируется, но больше всего ему нравится, что младший заставляет чувствовать себя по-другому, будто жизнь и впрямь доставляет радость. Рамён готовится быстро. — У меня к тебе будет большая просьба, красавчик, — Минхо отпивает бульон, — ты подпишешься на неё? — взгляд такой игривый. — Подпишусь, — уверенно отвечает Джисон. — Правда? — он заметно оживляется, — а если я сейчас скажу, что я зомби и хочу свежий мозг? — Значит на планете станет на одного человека меньше, — Джисон пожал плечами. Минхо вздёрнул брови и улыбнулся в ответ. — Давай свою просьбу, — Джисон чувствовал смущение, уж слишком сильно он здесь разоткровенничался, и нырнул взглядом в пустую тарелку. — Я тебе нравлюсь? — воодушевлённо спросил Минхо, поддавшись корпусом вперёд. — Эй! С чего такие выводы? — Просто ты чуть мысленно человека не замочил, чтобы добыть для меня мозги. — Тот было хотел возразить, придумать нелепую отмазку, но Минхо продолжил. — Нет, не отвечай, ха-ха. Мне нравится тебе нравиться. Он самодовольно улыбнулся и почесал нос. — Что с просьбой? — взволнованно напомнил Джисон. Мгновенье назад я был таким уверенным, готовым выполнить любую просьбу необдуманно. Теперь мне почему-то боязно шагнуть в неизвестность. Минхо непредсказуемый. У него дрожали руки от нескрываемого волнения, он не знал, куда их деть. — Я давно не мылся, — Минхо откинулся на спинку стула и кивнул на гипс, — голова сальная, ноги грязные, пот, — он принюхался, — ты должно быть учуял. — Ты не особо воняешь. Джисон вспомнил раздевалку в спортзале. Когда там находился Вонхо, хотелось оторвать собственный нос, с Минхо же подобных мыслей не возникало, от того всегда приятно пахло. — Дело в гигиене, красавчик, — сказал Минхо, — меня не особо заботит, доставляю ли я кому-то неудобство вонючими подмышками. Мыться нужно в любом случае. — Я тебя понял, — Джисон окинул его взглядом, — пойду приготовлю ванну. — Стой! Мне нужна целлофановая плёнка, чтобы гипс обмотать, его мочить нельзя. — Я где-то видел её. У дяди имелась такая. Племянник стащил её с подоконника и отправился наполнять ванну. Когда всё было готово, он позвал друга. Джисону ещё не доводилось посещать ванную комнату совместно с кем-то, в Малайзии он игнорировал походы в сауну с отцом и братом. Сегодняшними талисманами дня явно были «робость и смущение». Джисона трясло, когда он помогал Минхо раздеваться. Он старался не пялится на младшего. — Я не совращаю тебя, красавчик мой бурундук, — Минхо протянул загипсованную руку, чтобы Джисон обмотал её целлофаном, — просто человеческая помощь… Тяжело опираясь на джисоново плечо, Минхо заходит в ванну. — Нормальная температура? — спросил Джисон, помогая другу присесть. — Да-да. Минхо держал загипсованную руку навесу. — Придвинься ближе к душевому шлангу, я помою тебе волосы. Небрежного отношения к чужой голове Джисон не допустит. Он растирает шампунь массирующими движениями подушечек пальцев, чтобы не поцарапать кожу, затем настраивает душ и промывает голову. — Кайф, — протянул Минхо. — Что-то ещё? — Нет, спасибо, красавчик мой бурундук, дальше я сам. Ты здорово мне помог. — Ой, да ладно тебе, вставай. Надо помочь, дома у него не получится самостоятельно поухаживать за собой. Минхо чувствует себя маленьким мальчиком, когда Джисон проходится мочалкой по его телу. Путешествуя в глубинах своих детских воспоминаний, Джисон воссоздаёт образ мамы, вспоминая, как та заботливо купала его. — Спасибо.

***

Хёнджин списался с тату-мастером около месяца назад, но тот ответил лишь недавно. На тот момент он не знал, что его тату-мастер Чан впоследствии окажется работодателем Минхо. Телефонный звонок: — … Хёнджин, мне очень неудобно перед тобой, — виновато произнёс мастер. Запись на тату сорвалась. — Я всё понимаю, — ответил Хёнджин. Бан Чан — востребованный мастер, его тату-салон пользовался популярностью среди любителей рисунков на теле. — Знаешь, как мы поступим? Я позвоню своему коллеге, если он не занят, то начнёт процесс переноса эскиза, а на следующей неделе я его доделаю. Тату от плеча до запястья, повозиться придётся долго. Физическая боль от открытой раны, по мнению Хёнджина, поможет справиться с душевной. — Хорошо, — соглашается он. Чан звонит Чанбину. — Бинни, привет. Сильно занят? — Привет, проверяю сочинения, — уставшим голосом отвечает тот, — потом пойду праздновать победу со своими оболтусами, можешь присоединяться. — Ладно, не буду отвлекать... — Подожди, чего хотел? — Чан не успел ничего сказать, Чанбин догадался. — Кому? В каком месте? Длина? Палитра? — Да вот пареньку одному, хотя бы эскиз перенести и начать отбивку, а я потом доделаю. Чанбин не может отказаться. Ему нравится процесс нанесения тату, он чувствует себя и без того уверенно, прокалывая иглой чужую кожу. У него нет возможности работать на полную ставку в том же чановом салоне, поэтому, как хобби, он бьёт тату на дому. — Длина? — От плеча до запястья. — Пусть к шести подходит. Думаю, за четыре часа я перенесу эскиз и набью до середины, если рисунок односторонний. Это лучший ученик Бан Чана! У Чанбина руки золотые, скорость он расходует правильно. Чан пишет Хёнджину адрес. Адрес до боли знакомый. Сосед Минхо?!

***

— Феликс, а где Джисон? — спросил Чанбин, — он вообще придёт? — Он сбросил мой звонок, — расстроенно ответил он, изучая меню. — Минхо тоже вряд ли обрадует нас своим появлением. Команда веселилась со своим учителем, никто не жаловался на скуку. — Вот бы все учителя были такими как вы, — хныкал Бомгю. — Учитель, я так рад, что с вами познакомился. Спасибо, что взяли меня с собой, — благодарил Феликс. Парни провели в ресторане два часа, после Чанбин оплатил счёт и напоследок обратился ко всем: — Как придёте домой, напишите мне в беседе, чтобы я вас не терял.

***

Хёнджин топтался у двери, не решаясь позвонить в звонок. Очень странное ощущение: стоять близ квартиры, в которой находился сутками напролёт. С каждой минутой он подавлял в себе желание свернуть к родному порогу, постучать в дверь и, если откроет господин Ли, раздавить с ним бутылку соджу. Хёнджин помнит, как Минхо впервые позвал его в гости, и они смотрели аниме. Он тогда подсел на японскую анимацию и всё ручался купить какую-нибудь фигурку из «Ван Пис». Чанбин появляется на лестничной площадке. Хёнджин принимает его за соседа сверху и продолжает подпирать дверь. — Лови, — кричит Чанбин и бросает ему ключ от квартиры, — открывай. Он забыл краску в машине, пришлось спускаться обратно. Хёнджин бросил удивлённый взгляд на Чанбина и захлопал ресницами.