Микродермал

      Хёнджин ощущал себя на вершине удовольствия, засыпая в крепких объятиях Феликса. Тот невесомо коснулся губами чужого виска и еле слышно поблагодарил за прекрасную ночь. Вдали от Феликса Хёнджина преследовали муки совести и позорное клеймо изменника, но, находясь у Феликса под боком, Хёнджин тотчас забывал о существовании проблем. — Думаю, тебе пора распрощаться с этой причёской, — сказал старший, приподнимаясь на локтях, — твой волос должен отдохнуть. Феликс заулыбался, слез с дивана и перебрался на пол, чтобы Хёнджину было удобно возиться с его косичками. — Что там с щекастым? — спросил он, массируя белокурую макушку, — нормально отреагировал на расставание? — Феликс, займи мне денег на билет. — Куда ты собрался на ночь глядя?! Джисон, если Минхо сейчас в другом городе, это не значит, что нужно рваться к нему. Поедешь утром, денег займу, — недовольно произнёс он. — Я лечу обратно в штаты, — Джисон посмотрел на время, — и практически успеваю на последний рейс. Тот был удивлён джисоновым словам. Перед самолётом старший наказал Феликсу расторгнуть договор с хозяйкой съёмной квартиры. Сеул его не держал, а вот штаты ждали неимоверно. Феликс не стал расспрашивать: куда же делась джисонова решительность относительно Минхо? Джисон абсолютно адекватно отреагировал на посланное Хо видеосообщение. Слушая эту историю, Хёнджин верил, что его друзьям удастся расстаться на доброй ноте. Я, Ликс, Бинни — капля в море отчаянного плана Минхо. Я был не согласен с действиями друга, но всё равно пошёл на поводу. У нас с щекастым взаимная неприязнь (не отрицаю), но «это» для него чересчур. — Я не согласен с Хо, — прокомментировал Хёнджин, — всё это очень жестоко. Феликс не сразу ответил Хёнджину. — У него нет выбора, хён. Ситуация, в которой он оказался, диктует свои условия. Минхо умён, следуя плану, он сохранит целых две жизни: господина Ли и Джисона. Ты можешь со мной поспорить, но если бы мне предстояло лгать и обманывать ради блага любимого человека, я бы без сомнения вложил все силы в актёрскую игру. — У каждого своя правда. Хёнджин расплёл косички младшего и лёг обратно на диван. Был бы он школьником, никаких разногласий во мнениях не возникло бы. Когда-то Хёнджину тоже приходилось врать, чтобы уберечь близких ему людей. Но сейчас всё немного иначе... Минхо и Джисон пытались создать семью. Когда мы с Уёном расписались, все тайны, всё, о чём мы умалчивали когда-то, было озвучено. Мой друг воспринял клятву «не навреди» буквально. И я искренне не понимаю, почему Хо категорически против того, чтобы сказать Джисону правду? Быть может, я просто чего-то о них не знаю.

☆☆☆☆☆

Старший старался покинуть чужой дом до пробуждения Феликса. Уёну он говорил, что работает сверхурочно и берёт много рейсов. Враньё казалось абсурдным. Хёнджин дал себе слово, что расскажет мужу о том, как на самом деле он проводит ночи. — Уже уходишь? В дверном проёме появился сонный Феликс. Он обрадовался, что удалось застать хёна до того, как тот покинет дом. — Я должен поговорить с Уёном. — Собираешься рассказать о нас? — О нас? — Хёнджин грустно усмехнулся, — к сожаленью, Ликс, мой муж должен быть осведомлён о моём романе на стороне. Феликс освободил путь, добавив: — Расскажи обо всём детально. Если Уён не дурак, то больше не задержится в твоей жизни. Хёнджин нервно взъерошил волосы. Неужели Феликс ничего не понимает? Долго ли собирается мучить себя напрасными ожиданиями относительно их совместного будущего, которому не суждено случиться. Уёна и Хёнджина связывают не просто слабые узы брака, их связывает общая беда, которая предопределила их дальнейшую судьбу. Феликса там не было. В целях безопасности. У нас с ним не любовь, как таковая. Мы просто не можем существовать друг без друга. Достаточно пасть одному, как второй падёт следом. Речь не о жертвенности. Нет. Уён жив лишь потому, что меня ещё не прибили неадекватные клиенты, требующие дозу, и не пристрелили головорезы за малейшую оплошность в их грязном бизнесе. В противном случае Уён бы слетел с катушек и терять ему было бы уже нечего. Всего-то надо было переспать с другом, чтобы понять и осознать в полной мере всю реальность происходящего. Предательски паршиво, что всё это время мы лишь играли в семью, а не являлись ею. — Ликс, послушай, — вздохнул Хёнджин, едва сдерживая гримасу отчаяния, — у нас с мужем останется всё по-прежнему, а вот тебе стоит держаться подальше. Мы с Уёном больше не принадлежим самим себе, нашими жизнями теперь распоряжается влиятельный человек... — Я же говорил, что вытащу тебя из этого дерьма, хён. — Какое же ты дитя, Ликс! Твоя вера в бредни поражает. Мне было до ужаса хорошо с тобой, но тебе пора, ты засиделся в Корее. Не воспринимай нашу близость всерьёз. Феликс нахмурился, кивнул и освободил путь к дверному проёму, за которым всё ещё виднелись «следы несправедливости» двух людей, чужие мысли и чувства, чужие слова и роли, навязанные не своим сознанием. Взгляд Феликса говорил об одном: «Вскоре ты пожалеешь о своих словах, пока не время...»

☆☆☆☆☆

О том, что Феликс летит обратно в штаты, Хёнджин узнал от Уёна. Исповеди не случилось. На деле, как оказалось, разглагольствовать о своих похождениях, глядя в лицо мужу, не хватило мужества. ... чёрт, а перед мальчишкой был таким смелым... Торопливый темп Уёна отвлёк Хёнджина от дурных мыслей. — Суслик, те сволочи приказали ехать в отдалённую точку, — произнёс он с непонятной досадой, — на этот раз товар толкнут нам. Влияние босса ослабло, полиция выбилась из-под его крыла, бизнес терпит крах из-за конкуренции, казалось, чуть-чуть дожать этих тварей, и свобода нам обеспечена, но не тут-то было. Босс потащит за собой, если остальные не исправят положение. Тревога блокировала путь к здравым мыслям, Уён несколько раз терял нить разговора, твердил что-то бессвязное, из-за чего Хёнджину казалось, что его муж обкурился. На лице младшего царило наигранное спокойствие. Он обнял Уёна со спины и попросил адрес. — Заберу товар, — живо отозвался Хёнджин, — тем более я не один. Спасибо что выбил мне напарника, люблю отвлекаться на беззаботную болтовню. — Суслик, это опасно, — рука мужа легла поверх хёнджиновой, — мы не знаем, как поведут себя новые дилеры. Младший отстранился и строго добавил: — Учить меня не нужно, не чайник. На встречу с дилерами Хёнджин шёл с абсолютным безразличием. Минхо, Феликс, Бинни — кого мог, тех потерял. Казалось, он бы и рад пасть от бандитских рук, но мешали уёновы усилия. В целях обезопасить мужа, Уён нанял для Хёнджина телохранителя. Тот удачно маскировался под прохожего, а то и вовсе исчезал с радаров. Напарник был хилым и много младше Хёнджина. Так что безопасность являлась лишь видимостью, ничего из себя не представляющей. Всю дорогу дилеры ехали молча, лишь перед тем, как покинуть салон авто, юноша выдал: — Видел, как старшие хёны пытаются загнать дурь подороже, чем было предложено изначально. Прибыль оставляют себе. Последнее время нам платят так мало, а рисковать приходится много. Может провернём этот фокус с повышением цены? У Хёнджина не укладывалось в голове: на кой чёрт им повышать цену на товар, который собираются купить? Какая здесь выгода? — Поторговаться можно, но на снижение цены. Организация сводит концы с концами, так что в наших интересах заплатить меньше, но остаться при товаре. Юноша остановился и глупо улыбнулся. — Зачем мы будем платить? Завысим цену и толкнём дурь. — Мы приехали покупать, а не толкать. — В самом деле? Глупое выражение лица младшего выводило Хёнджина. Напарник напоминал дитя. Было намного лучше, когда я работал в одиночку. В данный момент чувствую себя отцом трёхлетнего ребёнка. — Ты под кайфом? — не выдержал Хёнджин, — когда начнёшь ответственно подходить к поручениям? Тот ничего не ответил, и они оба продолжили молчаливый путь к нужному месту. Клуб был закрыт. Обычно продажа проходила на заднем дворе. Парни ждали продавцов. хх кол-во граммов; хх вес; ххх ххх цена — Хёнджин заранее осведомился. Задний двор пустовал. Тихое шмыганье напарника придавало хоть какую-то оживлённость. Ждать пришлось долго. Хёнджин было хотел звонить верхушкам, но перед ним, в довольно странном для дилера виде, предстали те самые опоздавшие. — Деньги, — выплюнул один из них. Пачка травы приземлилась близ носков обуви Хёнджина. Тот был ошарашен поведением незнакомцев. Выглядят так, будто только что вышли из тюрьмы. Совершенно не владеют дилерским этикетом. Разве можно в открытую толкать дурь? Здесь наверняка камеры. Парни молоды, ожидать от них можно чего угодно, нежели от продавцов постарше, которым чаще всего плевать. Мой напарник сейчас в обморок упадёт от такой картины! Действительно, эти дилеры отличались от тех, к кому ранее наведывались Чон и парнишка. Неужели организация настолько в отчаяние, что готова опуститься до покупки дури и подобного контингента? — Хён, у него нож, — еле слышно прошептал напарник. Хёнджин не бесстрашный, но именно в таких экстремальных ситуациях терять рассудок — последнее дело. Он ловко строит из себя уверенного парня, делает шаг вперёд, прикрывая собой дрожащего от страха напарника, и тянется к карману за нужной суммой. — Бо Рам, возьми товар, — авторитетно сказал Хёнджин, — вот деньги, — обратился он к дилерам, — впредь ведите себя тише, если не хотите попасть впросак. Один из дилеров сплюнул. — Хватит раздавать указания. Он вцепился за хёнджинов шиворот и сильно тряхнул, выхватил деньги. В мыслях Хёнджин твердил, чтобы всё это поскорей закончилось. От быдло-дилера разило чем-то смертным. Хёнджин вырвался и отпрянул к напарнику. — Уходим, — шепнул он Бо Раму. Парни ускорили шаг к выходу, но второй из быдло-дилеров преградил им путь. В его руках сверкнуло лезвие ножа. Хёнджин догадывался, чем может закончится эта встреча. За время работы в организации он ни разу не сталкивался со случаями, когда левые дилеры уходили и с деньгами, и с товаром, только слышал о них. Пусть с меня сдерут шкуру, но если представится возможность «скинуть» купленный товар в обмен на жизни, я сделаю это. Совсем недавно я ехал сюда с мыслью, что буду лежать замертво, и эта мысль меня не пугала, но сейчас, когда жизнь вдруг почему-то стала важна, пусть и такая никчёмная, я почему-то стал ею дорожить. Уёна не зря так трясло во время нашего разговора. Быть может, ему уже доводилось сталкиваться с этими дилерами. Если это так, он бы никогда не предложил мою кандидатуру: нашёл бы других людей, поехал бы сам... Правда? — Настолько нуждаетесь в бабках, что готовы так низко пасть? — Хёнджин резко вырвал траву из рук напарника, — валяйте! Товар прилетел прямо в лицо парня с ножом. Бо Рам словил настоящую панику, увидев Хёнджина, терявшего рассудок. Старший был не напуган, а зол. Часто такие вспышки гнева спасали его от неадекватных наркоманов, но не сегодня. Бо Рам трусливо вжался в стену, когда его старшего напарника схватили и повалили на землю. Он подвергся жестокому избиению, итогом которого стала ножевая рана в области живота. — Сука, ты убил его?! — безумным голосом воскликнул дилер, — нужно было лишь припугнуть! Хёнджин лежал в луже крови, на животе темнело пятно.

☆☆☆☆☆

Бо Рам не помнил, как вернулся обратно в организацию. Встретив одного из главарей, он, будучи в шоке от недавней картины, поведал о смерти одного из лучших продавцов дури. — Что тебя так напугало? — голос главаря был резким, властным, — дилеры всегда мрут как мухи из-за своей неосторожности, разве вас плохо инструктируют? Как вы вообще допустили такую ситуацию? — Проявите хоть каплю сочувствия, господин, — заплакал Бо Рам, — хён погиб, те ублюдки были неадекватными, он не успел среагировать... Главный схватил парнишку за горло. — У меня нет к нему никакого сочувствия, только ненависть, — процедил он, — из всех наших уличных дилеров сдохнуть первым умудрился лучших из них. Советую тебе быстро учиться на чужих ошибках, чтобы выжить. Он отпустил Бо, и тот судорожно раскашлялся. — Алло, Чон? Срочно езжай по последнему адресу. Тебя ждёт сюрприз.