Микродермал

      Почему я так просто принял его выбор? Обман. Я до сих пор не смирился, решил выждать время. Кажется, нам обоим были в тягость эти отношения на расстоянии. Ты поспешил, Хо. Рано или поздно расстояние бы сократилось. Я помню твои слова о том, что на данном этапе жизни ты выбираешь медицину. Это нормально. Тебе нужно набираться опыта, практиковаться. Мне тоже, разве что в другой сфере. Работа. Прибыв в штаты, первым делом Джисон отправился на студию. Чанбина он не застал, а вот Юнги был тут как тут, да и к тому же в ужасном расположении духа. Начальство названивало Джисону днём и ночью, но тот разбил свой телефон. Новый он так и не купил. В глубине души Джисон был уверен, что ему всё сойдёт с рук. Он давно катается как сыр в масле. У Юнги было иное мнение на этот счёт, которое оттягивалось чанбиновым до недавнего времени. — Твой контракт расторгнут, — мрачно произнёс он, отчего у Джисона расширились глаза, — давно пора было это сделать, а не питать надежды по чужую душу, что так безответственна и лжива. У Джисона опустились руки, что сказать, он не знал, но и молчать было нельзя. Где он ещё найдёт такую работу? Удариться в журналистику? Увольте! — Со выплатил всю неустойку, так что компании ты не должен. Карьера рэпера тебе не светит, по крайней мере здесь. Юнги завершил свой монолог и хотел было удалиться в кабинет, как вдруг Джисон преградил ему путь. — Постойте! — обезумев от ужаса, воскликнул он, — должен же быть иной выход? Не рэпер, так гострайтер, да хоть охранник! Прошу вас, не оставляйте меня сейчас без работы. Юнги задумался. Тело Джисона тряслось от накатившей волны ожидания ответа. Дыхание стало учащённым. Он неотрывно смотрел на Юнги. Каждая секунда казалась вечностью. Если сейчас его уволят, то идти ему, кроме как обратно в отцовский дом, некуда. Штаты он не потянет, в Сеуле придётся отстраивать всё заново (работа, съёмное жильё), стеснять друзей он не станет. К отцу. Только к отцу. — Ты не созванивался с Со? — наконец-то произнёс Юнги. Тот отрицательно помотал головой. — Нет, я разбил свой телефон. Юнги хитро улыбнулся. — Значит, ты не в курсе, что Со уволился. — С твоей репутацией, Мин, я не оставлю ни одну молодую душу, включая Джисона, под твоим крылом. Я отговорю его от затеи стать твоим рэпером. — Что? Чанбин уволился? Искреннее удивление заставило Юнги ещё больше мерзко улыбаться. — Да, кое-какие проблемы со здоровьем. Как ты понял, его продюсерское кресло свободно. Выбор за тобой. — Дайте мне время, я должен связаться с Чанбином... — Нет! Решай сейчас, Хан. Кандидатов полно, но я предлагаю этот пост тебе, потому что не первый день с тобой работаю. Ты будешь продюсировать музыку? Напор Юнги был настолько велик, что Джисон растерялся и чуть было не упал, попятившись назад. Джисон дал неуверенное согласие, после чего Юнги сделал его новым продюсером.

☆☆☆☆☆

— Держи, — Эллон поставил перед Джисоном два коктейля, — может хотя бы здесь отвлечёшься от суетных мыслей. На годовщину компании Юнги снял клуб, куда пригласил всех действующих сотрудников. Во время вечеринки Джисон неотрывно что-то печатал в телефоне. Эллон аккуратно поинтересовался: — Тексты? Слышал, ты прилично задолжал их нашим рэперам. Это странно, ведь ты всегда что-то пишешь. Джисон сохранил заметку и наконец обратил внимание на друга. — Это... личное, — замялся он, — я на грани увольнения, если не выполню норму, — Джисон сделал глоток напитка, — сейчас меня это мало заботит, Эллон. — Расскажешь? Серьёзно, Джисон, последнее время к тебе не подобраться. Вместе нести непосильный груз чуть легче. Лето без Хо. Только сообщения размером с повесть о том, как прошёл мой день. Неизвестно — доходят ли они до тебя. Второй месяц осени. Скоро твой день рождения. Я готовлю для тебя подарок: прощальный или примирительный решишь сам. Если дашь понять, что между нами точно всё кончено, я отступлю. Правда. Быть терзаемыми нехваткой близкого человека уже невмоготу, уж лучше друг друга не мучить. Скажу честно, я начинаю отвыкать от тебя, но бороться... бороться ещё могу. — Знаешь, я думал, что за четыре месяца раны затянутся, — ответил Джисон, — в каком-то смысле стало немного легче. Раньше я отчётливо ощущал присутствие Хо рядом, но время... чёртово время такая штука... — он потёр лицо рукой, — я просто искренне надеюсь, что Хо и впрямь счастлив, пусть с этим Сынмином, пусть вдали от дома. Я понимаю, почему он разорвал со мной связь. Я благодарен ему. Порой я не знаю, что от себя ожидать. Мой любимый кот нашёл своё призвание, но я... я препятствовал его мечте. Между мной и медициной он всегда выбирал первый вариант, поэтому не был счастлив. Как бы я повёл себя, узнав, что Хо собрался в армию? Подобно абьюзеру отбил бы желание туда соваться. Эгоистичный монстр, — Джисон сделал глубокий вдох, — Эл, я часто списываюсь с Хваном, чтобы узнать, как дела у Хо. Жив ли он? Здоров? Угораздило же его стать военным фельдшером. Благо Хван говорит, что Хо как у Христа за пазухой и, вроде как, продвинулся по карьерной лестнице. Жаль, что приходится таким образом поддерживать связь. Эллон сжал его плечо. — Последнее время ты не выглядишь подавленным, скорее озадаченным. Не говорит ли это о том, что ты практически отпустил Минхо? — Нет, — резко ответил Джисон, — я собираюсь поддерживать с ним связь, когда он сам этого захочет, пусть наши отношения и не станут прежними, дружбу предавать нельзя. Я не стану держать его на коротком поводке, не стану делать его частью себя, как это было раньше. Пойми, Хо мой самый близкий человек, с которым мы много пережили. Просто так отказываться от него, я считаю неправильным. — Сорри, не хотел давить на больное, — Эллон залпом выпил коктейль и попытался сменить тему, — что-нибудь слышно о мистере Со? Несколько месяцев назад Джисону удалось связаться с Ёнджуном. Тот сообщил, что Чанбин долечивается в сеульском медицинском центре. Перелом сросся, но учитель ещё на костылях. — Тишина. Я неоднократно пытался связаться с ним. — Понятно, — с досадой произнёс Эллон, — вчера я говорил о сходке ноунеймов в рэп-индустрии, помнишь? Парни будут рады, если ты поделишься опытом. Джисон горько усмехнулся. — Опытом... Эллон ударил его по плечу. — Бро, ты чего! Нельзя обесценивать свои заслуги. Я слышал, как ты читаешь. Камон, тебе нужно отвлечься от рутины. — Быть может, ты прав...

☆☆☆☆☆

Эллон отвлекал Джисона тусовками и новыми знакомствами, за что тот был очень благодарен. С новыми должностными обязанностями Джисон не справлялся. — Сорок четыре заявки! — вскипел Юнги. — Сроки вышли, горе-продюсер. Где тексты? Мне начать срывать афиши и объявления со столбов? А что? Хоть какое-то чтиво! Куда лучше, чем твоё «нихуя». Старший был зол на Джисона, на себя. Понадеялся на талантливого парня, который не оправдал надежд кампании. Джисон, истощённый злосчастными сроками сдачи материала, выглядел опустошённо. Резкие перепады настроения начальства стали последней каплей. — Срывай, — безразлично выпалил он, — не забудь про листовки... для полной картины. Джисон спрятал руки в карманы брюк и повернул голову в сторону выхода. Юнги дёрнулся с рабочего места, приблизился к Джисону и пригрозил пальцем. — Ты подвёл не только меня, но и парней, чьим альбомам не суждено выйти в ближайшее время, — сквозь сжатую челюсть произнёс он. — Я извинился перед ними! — Джисон повысил голос в ответ. — Толку с меня нет в данный период времени. Мои мысли заняты другими текстами. Я ухожу с лейбла. Юнги выдавил нервный смешок. — Нагадил и сваливает. Джисон тихо выругался, направляясь к рабочему столу старшего. Он вытащил из кармана флешку и бросил её в сторону ноутбука. Юнги вскинул бровь. — Все сорок четыре. За ночь. Но с твоими афишами со столбов не сравнятся. То были последние слова молодого продюсера. Он навсегда покинул лейбл и вернулся к отцу в Малайзию.

☆☆☆☆☆

Его встретил пожилой мужчина, в котором Джисон едва узнал отца. Прошло не так много времени, когда же ты успел превратиться в старика? Для родителей время идёт по-другому. В глазах господина Хана читалась лента прожитых лет. — Будем знакомиться? — тихо спросил сын. — Думаю, не поздно. Господин Хан нелепо раскинул руки в стороны. Нежеланного и брошенного мальчишки больше не было. Перед отцом стоял взрослый парень, что возмужал и превратился из забитого подростка в зрелую личность, доказавшую, что за него не стоит переживать, он самодостаточен и в меру дерзок для достижения своих целей. От осознания того, что много воды утекло, господин Хан заплакал. — Если бы я не сломал твою судьбу в столь юном возрасте... — начал было отец, но Джисон прервал его, крепко обняв старика. Впервые. — Ты на неё не претендовал, она всегда принадлежала мне, — промычал он в шею, — пап... больше не отказывайся от меня, я простил... прости меня тоже, — объятия крепчали, а эмоции не имели права сдерживаться. В груди защемило. Глядя на отца, перед глазами Джисона шёл обратный отсчёт. Смог бы я жить с таким же чувством вины как у Чанбина? Отец делал ошибки, не мало. Но никто не идеален. За ошибками следует жизненный опыт, осознание, раскаяние. Мой... кается. Хоть где-то он подаёт правильный пример, за которым я последую. Я тоже каюсь. Такой тандем неидеального отца и сына. — Я ранил тебя, Джисони... — Но и я в долгу не остался, па... Это был сложный шаг навстречу друг другу. Не эмоциональные, закрытые, не проявляющие любовь и ласку мужчины сейчас стояли друг напротив друга, обнимались и говорили много тёплых слов. Не каждому это под силу. — М-да, если бы лет десять назад мне сказали, что я буду нужен лишь отцу, — Джисон нехотя освободился из рук господина Хана и взглянул ему в глаза, — я бы вырвал язык говорящему. Хорошо что сейчас мои мозги встали на место.

☆☆☆☆☆

На удивление Джисона его комната осталась нетронута. На полках стояло много детских книг, которые когда-то читала ему мама. Он стянул одну из них. — Эту книгу мама написала перед твоим рождением, эдакий подарок, — прокомментировал господин Хан, смотря через джисоново плечо, — она была великолепной сказочницей. Детская библиотека Джисона наполовину состояла из книг собственного сочинения. Непонятное чувство стало преследовать его после того, как, спустя семнадцать лет, он узнал, что его мама была детским писателем. Что-то похожее на ответственность. Блокнот в качестве подарка, книги, предрасположенность к писательскому мастерству, — всё это тяжёлым грузом легло на джисоновы плечи, било по совести, мол, он предал то, что дано ему с рождения. Он едва смог заснуть. Навязчивые мысли не давали покоя. Он то и дело теребил микродермал, что практически прирос к руке (пирсер постарался). Прокол давал надежду на вновь ожившую любовь. Точно! Джисон резко вскочил. — Быть может, я себя накручиваю, но... Если бы всё было так ужасно, Минхо первым делом избавился от микродермала. Я получил лишь кольцо, микро остался под сердцем. Всё выглядело притянутым за уши. Джисон будто убеждал сам себя в правоте, заставлял верить себе на слово. Искал адекватные и неадекватные подтексты для восстановления отношений, радовался бредовым выводам. В один из дней младший брат, завидев Джисона в хорошем расположении духа, принял его за сумасшедшего. Тот воодушевлённо не отрывался от компьютера, печатал, печатал, насилуя клавиатуру быстрыми движениями пальцев. Погрузившись в работу, он и не заметил, как догорал октябрь. За всё то время, что он находился у отца, телефон не разрывался от звонков Хвана.

☆☆☆☆☆

С трудом отложив ноутбук, Джисон заставил себя лечь спать, но внезапный телефонный звонок выбил его из колеи. Пара фраз и Хан Джисон срывается по первому зову.

☆☆☆☆☆

Я обещал ему хранить эту страшную тайну, но нести непосильный крест не смог. Ликс и Бинни справляются лучше меня, играют в молчанку, словно профессионалы. Щекастый мне никто, он меня раздражает до чёртиков, но мне его по-человечески жаль. Мне жаль господина Ли, жаль Хо, поэтому я так поступаю, поэтому встаю на тропу настоящего предательства. Кто меня осудит, ведь я собственноручно изничтожил последние частицы здравого смысла за эти два года. Хёнджин назначил Джисону встречу в квартире господина Ли. Она пустовала. Отец Хо переехал в Пусан, прихватив (по просьбе сына) Дори. Место, где зародилась любовь, стало точкой невозврата, отчего Джисону стало невыносимо больно. Проверка на прочность? — По телефону ты сказал, что Хо в больнице, — не успев войти, закричал Джисон с порога, — говори в какой и быстро собирайся! — сквозь сжатую челюсть процедил он. Его трясло от злости, волнения и нерасторопности Хвана. Будучи в самолёте, Джисон вообразил себе такого, после чего человек мог запросто слететь с катушек. — Успокойся, щекастый. — Хёнджин внимательно всматривался в джисоново лицо, прокручивая в голове ответную речь. — Сейчас тебя к нему не пустят. Хо... — голос дрогнул от напряжения, — ... в тяжёлом состоянии. Реакция Джисона была незамедлительной. Он схватил Хёнджина за ворот рубашки и впечатал в стену. Таким яростным и агрессивным Джисона не видел никто. Как бы морально Хёнджин не настраивал себя на разговор, все старания пошли под откос при виде злобного оскала щекастого. Хёнджин растерялся. — Он ранен? — строго спросил Джисон. Тот кивнул. Джисон постоянно держал в голове новый статус Минхо — военный фельдшер. Хватка ослабла. Хёнджин, обомлевший от чужой силы гнева, поправил воротник, не сводя с Джисона оробелый взгляд. Тот присел на край дивана и схватился за голову, нервно проговаривая непонятный текст. — Выслушай, — глухо сказал Хёнджин, приближаясь к Джисону. Он не стал садиться рядом, опустился близ чужих ног и уставился в стену. Непосильная ноша в виде чужой тайны мучила его достаточно долго. Жить с этим стало в тягость. Хёнджин был убеждён: всё, что касается Хо, имеет непосредственное отношение к щекастому. — Я расскажу то, о чём ты должен быть в курсе, но все мельчайшие подробности тебе поведает Хо... он сможет, он дождётся тебя, — последние фразы Хёнджин обронил тихо, Джисон не разобрал их. — Хван, скажи сразу, он при смерти? — от досады по щекам Джисона покатились слёзы, он держался, и, опустив голову, принялся теребить микродермал, отвлекая себя от дурных мыслей. Нет, нет, нет, нет, нет! Хёнджин откинулся назад и прижался к дивану, беззвучно заплакав. Он пообещал самому себе, что не станет врать, но язык сказать правду не позволял. — Неизвестно, — вобрав побольше воздуха выпалил он. — Когда ты уехал в штаты на стажировку, Хо очень сильно нуждался в деньгах. Ты ведь знаешь, что ни у меня, ни у Бинни он материальной помощи не попросит. Мы предлагали, правда. Много раз. Господину Ли не хватало на домик в Пусане. Хо занялся этим вопросом. Квартиру продать не получилось, так как здесь есть доля его матери. Пришлось сдавать. Денег всё равно не хватало. Хо подписал контракт и стал служить военным фельдшером. Джисон знал, что Минхо связан с армией, но последующая информация лишь глубже ранила его душу. Хёнджин приоткрыл завесу, рассказал про службу, за которую Хо очень хорошо заплатили (и Хо тоже сполна «заплатил» за неё). Он не знал подробностей как таковых, но упомянул, что практически всё то время, когда парни находились в разлуке, Минхо был в Северной Корее. — Он решил проблему с финансами, осчастливил отца, внёс предоплату за ваше съёмное жильё за несколько месяцев вперёд. Ему оставалось лишь дождаться тебя и дату окончания службы. Хо распланировал всё до мелочей, но план пошёл крахом, когда... чёрт, я не могу, — Хёнджин помотал головой, отказываясь продолжать рассказ, — тебя вообще здесь не должно быть, Джисон. Всё из-за моего предательства. Старший схватился за волосы, уже не выдерживая борьбу с собой. Не думал, что нервы так быстро сдадут.