Мир познает мир

Миру по неведомой причине свойственно периодически ни о чем не думать. Ну, знаете, мозг просто отключается в какой-то момент, без конкретной причины, и сознание как будто замирает. Как будто Мир поставлен на паузу. Если бы он, выйдя из ступора, хоть ненадолго задумывался о том, что с ним в это время происходит, возможно, некоторые события его жизни в принципе бы и не происходили. Например, если бы несколько лет назад, когда тетка Наташа приехала забирать Мирона из поселка городского типа, Мир подумал бы и отказался, его жизнь сложилась бы совсем иначе. Остался бы в семье, с периодически выпивающим отцом он неплохо ладил, даже когда папаша был навеселе, а мачеха, никогда не пытавшаяся заменить пацану мать, не была законченной сволочью и вкусно готовила макароны по-флотски в редкие семейные вечера. Папа, Григорий, работал на литейном заводе в течение последних пятнадцати лет. Он устроился туда еще до того, как его бывшая подружка заявилась на порог старой квартиры с кричащим свертком и буквально впихнула его мужчине, больше в жизни сына так и не появившись. Новая папина девушка, Ангелина, в их поселке городского типа должна была проходить практику на должности учителя младших классов. Она удачно познакомилась с отцом Мирона, который вплоть до конца началки забирал сына со школы, чтобы закинуть в пустую квартиру и бежать на ночную смену. Мир к моменту их знакомству получил двойку по ИЗО за отсутствие необходимых материалов, которые отец забыл купить. Ангелина, или Геля, как потом стали называть ее отец и сын, не могла не сделать Григорию замечание. Не столько из желания позаботиться об ученике, сколько из желания поближе познакомиться с новым мужчиной. Геля не была злой, вредной или суровой, и не стала злой мачехой для Мирона. Они и сблизиться толком не смогли, даже через несколько лет знакомства — да и не пытались. Просто отец был увлечен новой «мамой» больше, чем родным сыном. Трагедии в этом особой не было. Было понятно, что молодой учительнице несколько ни к месту чужой ребенок. Учитывая это обстоятельство, вела она себя с мальчиком замечательно — сдержанно интересовалась внешкольной жизнью, помогала с уроками и не давала сильно напиваться его отцу. А Григорий о детях и не задумывался, пока не получил в руки Мирона, а в лицо — обещание не создавать проблем с опекой. И им с Ангелиной важнее было заботиться друг о друге, а не о Мире. Мир остался бы в старой школе и не имел бы сложностей с переходом в новую, где все требовали у простого сельского мальчика соответствовать городским стандартам, и все так же получал бы неуды по ИЗО — и, конечно же, вряд ли стал интересоваться искусством. Зачем бы ему это там, где потолок — ПТУ и работа на заводе? Наташа, сестра сбежавшей мамы Мирона, к ребенку относилась лучше мачехи: у нее самой детей не было, как и мужа. Когда «родители» окончательно забили на сына, она предложила забрать парня в Москву, чтобы хоть у него была возможность получить образование и кем-то стать. Кем-то хорошим. Перспективным. Если бы Мирон задумался и сказал тогда, что хочет остаться с отцом и Гелей, хто и в родном поселке перспектив ему хватает, а двойки по ИЗО — это нормально для пацана, он бы остался, конечно. Тетка поворчала бы, но отпустила. Ей лишь хотелось, чтобы у Мира был реальный шанс измениться, найти свое место в жизни и достичь чего-то большего, нежели его родители. Сама Наташа после окончания школы уехала учиться в Москву, покорять новые высоты и новых людей, но карьера и личная жизнь почему-то не сложились. Она не могла похвастаться особой амбициозностью, но мозгами ее природа не обделила, и Наташе досталось неплохое местечко бухгалтера в малоизвестном офисе. Племяннику она желала лучшей судьбы: достатка, настоящей семьи и возможности стать лучшей версией себя. И если бы Мир задумался, он мог бы отказаться и навсегда остаться в глухой тишине старых домов и пустынных улочек родного поселка, за спиной отца-знакомого и мачехи-подруги. Не родителей. И даже не друзей. Сам себе товарищ, вечный одиночка и неудачник, не верящий в себя и свои силы. Но он не задумался. Мир вообще часто ни о чем не думает. Может быть, так и надо?