Суд королей

      Тобио и остальная часть его команды приступили к тренировкам после того, как они действительно прошли на чемпионат. Тем более, что они надеялись, сыграть против Некомы и наконец завершить «Битву на свалке». Хината был в постоянном контакте с Кенмой, убеждая того выиграть свой собственный турнир — Тобио был уверен, что Кенма все больше раздражался, хотя на самом деле он никогда не говорил Хинате остановиться.       Казалось, в жизни Тобио произошли небольшие перемены. Практика длилась дольше, и Кагеяма возвращался домой позже. Вместо того, чтобы идти прямо в свою комнату, когда возвращался домой, он обычно останавливался и разговаривал со своим отцом. Мужчина спрашивал его о том, какак прошел день, о волейболе, и, похоже, его действительно интересовали ответы Тобио. Это было изменение, которое Кагеяма счел немного тревожным, но тем не менее он был доволен этим. Его отец регулярно спрашивал еще об одном, и на этот вопрос было не так-то легко ответить. — Как Ойкава-кун? — А, хорошо, — пробормотал Тобио, избегая при этом взгляда отца. Потому что, по правде говоря, он понятия не имел. Несмотря на то, что он сказал Тобио в тот день несколько недель назад, Ойкава ни разу не связывался с Кагеямой с тех пор, как оставил его сидеть в том кинотеатре. Так как он признался, что он был тем другом, который помог его отцу выбрать свой подарок после весеннего турнира. Тобио все еще был шокирован тем, что тот поступил так, еще больше он был удивлен, что Ойкава действительно пришел в финал, чтобы посмотреть, как они играют.       Он этого не понимал.       Это не должно быть сюрпризом. Казалось, он никогда не понимал, что творит Ойкава.       Ему не очень нравилось думать об этом. Он был доволен своим новым распорядком. С практикой и ужином со своей командой, с его развивающимися отношениями с отцом. Но, несмотря на это удовлетворение, однажды во время дневной практики его распорядок дня снова изменился.       Они использовали баскетбольную площадку и измеряли, как высоко они могут прыгнуть. Каждый член команды по очереди прыгал и ударялся о щит, чтобы Ячи могла измерить высоту для брошюр на национальные. Он почувствовал прилив достижений, когда его высота прыжка составил 337 сантиметров, на четыре сантиметра выше, чем у Хинаты, и был самым высоким в команде, когда Такеда взволнованно вбежал в спортзал. Все они собрались вокруг него, и Тобио нахмурился, когда заметил, как тяжело дышит учитель. Он всегда был таким, когда ему делали объявление. Некоторые из них были хорошими (например, тренировочный лагерь), а некоторые не очень хорошими (например, тренировочный матч против Аобы Джосая). Тобио почувствовал напряжение, гадая, какой это будет тип на этот раз. — Спасибо за вашу тяжелую работу, — начал Такеда, — Это внезапно, но у меня есть важные новости. Кагеяма-кун, — Тобио напрягся еще больше, когда Такеда обратил на него все свое внимание, — Вас попросили посетить национальный молодежный интенсивный тренировочный лагерь. Глаза Тобио расширились, а по его телу распространился шок. Он почти не слышал своих товарищей по команде, когда они ахали и задавали множество вопросов учителям.       Национальный молодежный интенсивный тренировочный лагерь?       Ему?       Это… Туда Ушиджиму приглашали каждый год. Где тренировались лучшие в стране. Это было то место, куда никогда не приглашали даже Ойкаву.       От этой мысли у него по спине пробежал холодок.       Он едва заметил тот факт, что Шираторизава также проводил тренировочный лагерь для многообещающих первокурсников — и Цукишима был приглашен.       Тобио не мог сказать, что был удивлен. То, как тот сыграл в финале… он это заслужил. Но Тобио не думал, что он единственный. Он мог бы сделать комментарий Хинате, что собирается стать ещё лучше теперь, когда его пригласили в национальный тренировочный лагерь, но он думал, что Хината заслуживает присоединения к Цукишиме в лагере Шираторизава.       Он действительно не понимал, почему не пригласили рыжего.       Тобио пошел домой той ночью и рассказал отцу эту новость. Его отец, смущенный и вызвавший объяснение, был почти так же взволнован, как и Кагеяма, когда понял, что это означает. Тобио на мгновение перестал дышать, когда руки отца крепко обняли его.       Его отец никогда раньше не обнимал его.       Позднее той ночью Тобио получил сообщение, от которого у него остановилось сердце. Ойкава-сан Получено 22:37: Я слышал, что Слипи-чан и Киндаити-кун были приглашены в тренировочный лагерь Шираторизавы. Получено 22:28: Полагаю, ты тоже. Получено 22:28: Следует ли мне предупредить тренера-монстра Шираторизавы, что вы трое будете постоянно спорить?

Отправлено 22:32:Нет, не надо. Я приглашен в национальный молодежный лагерь.

      Тобио уставился на свой телефон, ожидая ответа.       Он так и не пришел.       Кагеяма выбросил это из головы. Это не имело значения. Его команда, друзья и отец были рады за него. Ему не нужно признание Ойкавы. Он вообще не должен был этого ожидать.       В декабре Тобио отправился в Токио на недельный тренировочный лагерь. Он заблудился, что никого бы не удивило. Он должен поблагодарить Такеду и Сугу за то, что они убедились, что у него есть подробные инструкции. Он смог найти свой путь… в конце концов. Он оглядел комнату, увидев разных парней посреди тренировки. Он не узнал никого из них.       Ушиджима был единственным человеком в своей префектуре, приглашенным в этот лагерь в течение многих лет.       Он надеялся, что там будет кто-нибудь знакомых ему из токийских школ.       Они были разделены на команды, тренеры ходили вокруг и смотрели на разные стили игры и на то, как каждый человек подходит к игрокам, которых они не знают. Тобио невероятно нервничал в первый раз, когда играл, и инстинктивно направил удар к тому месту, где обычно стоял Хината. Мяч упал на пол, никто не смог его ударить.       Тобио покраснел, глядя на мяч. — Эээ, мы впервые играем вместе, — утешительно сказал один из парней. Тобио нахмурился. — Сожалею. Привычка.       Ему нужно было сосредоточиться и встряхнуть эти нервы. Ему нужно было доказать, что он здесь. Если он этого не сделает… он сомневался, что его снова пригласят.       Первый день закончился, и Тобио вошел в кафетерий, уселся за пустой столик. Он был на полпути к еде, когда рядом с ним сел знакомый парень. Это был один из токийских школьников — брокколи номер два. — Итак, вы обыграли Шираторизаву и теперь имеете право на участие в национальном чемпионате, верно? — спросил мальчик. — Ага, — пробормотал Тобио, набив рот. — Мы отыграли полные сеты в предварительном финале и проиграли, — ворчал мальчик, — Я был полностью уверен, что мы тоже выиграем.       Тобио был спасен от ответа, поскольку кто-то подошел к нему сзади. — Эй.       Он обернулся, смущенный, и увидел стоящего позади него высокого парня с темными волосами и в маске. Это был Сакуса, ас номер один в Токио, и он пристально смотрел на Тобио. — Я еще не смотрел кассету… но почему Шираторизава проиграл? Был ли Вакатоши-кун ранен или что-то в этом роде? — Он казался мне в идеальной форме, — голова Тобио склонилась набок. — А? — спросил Сакуса, сузив глаза, когда он изучал Тобио. Кагеяма старался не закатить глаза. Он знал, что Сакуса хорош в волейболе, но он был ничуть не более устрашающим, чем Ойкава или Куроо из Некомы, — Тогда как он проиграл?! Какой трюк вы использовали? Или что? Кто-то его на самом деле набил? — Ага. Мы его набили, — ответил Тобио. Хотя, по правде говоря, Хината чаще принимал в упор сверху… но этому парню не нужно было знать об этом.       Сакуса начал отчаянно расспрашивать Тобио, и Кагеяма только моргнул. Он не знал, как ответить ни на один из этих вопросов — и даже не знал, почему тот хотел знать. Это раздражало, и ему хотелось, чтобы он остановился. — Эй, прости за это! — прервался голос, и Тобио обратил свое внимание на парня, который подошел к ним, — Этот парень самый пессимистичный человек на всей планете. Как только он думает, что кто-то может представлять для него угрозу, он просто должен знать о них все!       У Тобио было ощущение, что Сакуса хмурится под маской. — Я не пессимист. Я реалист. — Сакуса-сан, вы еще не стали серьезными в этом лагере, верно? — спросил Тобио. Он наблюдал за асом во время матчей. Он не выглядел лучше, чем Бокуто или Ушиджима. — Что заставляет тебя думать, что? — Это просто ощущение, — Тобио пристально посмотрел на другого мальчика, — Я имею в виду, что по сравнению с моим представлением о тебе ты пока выглядишь ужасно нормальным.       Он, должно быть, сказал что-то не так, потому что другой парень начал дразнить Сакусу, а ас номер один в стране развернулся и пошел прочь, бросив через плечо комментарий, что собирается принять ванну.       Что ж, ему, наверное, не следовало так говорить.       Ему было трудно понять, что сказать, если его не окружает кто-то другой, давая ему знать социальные сигналы.       Брокколи номер два немного отругал его, но Тобио проигнорировал его. Если это было действительно так плохо, мальчик должен был сказать что-то до того, как Кагеяма закончил. Брокколи номер два привлек его внимание к другому игроку, рассказав, как высоко он прыгнул. Тобио особо нечего было сказать по этому поводу, но он согласился. Парень был хорош. Отлично.       Лучше, чем Хината.       Он надеялся, что приедет на чемпионат.       Если он думал, что кто-то его роста лучше его, это действительно подтолкнет Хинату к совершенствованию.       На следующий день мир Тобио изменился.       Он играл в другую игру с новой группой игроков, когда его команда была поставлена ​​против Мии Ацуму. Мия был связующим второгодкой — хорошим. Тобио обнаружил, что восхищается его пасами так же, как он восхищался Ойкавой. И у него тоже была мощная подача.       Тобио был немного напуган.       Он попытался проигнорировать эту мысль, когда говорил со своими товарищами по команде, спрашивая центрального блокирующего, нормально ли бросок. Тот ответил, что это может быть немного резче, и Тобио кивнул, показывая, что он все понял. Он видел, как Мия улыбается ему через сеть, но… это была не настоящая улыбка. Выглядело…       Тобио вздрогнул.       Это было после игры, когда Тобио столкнулся с невысоким парнем. Он был в той же команде, что и Мия, и его раздражало, что Тобио не отреагировал, когда он прыгнул перед ним. Он понимал почему — было бы неприятно, если бы кто-то тоже не отреагировал на Хинату. Но что ж, он был хорошей ссылкой на то, над чем Хинате нужно было работать. И Тобио сказал ему это.       И тогда Мия решил вмешаться. — Между прочим, Тобио-кун, — Тобио вздрогнул от этого имени, — Из-за того колючего впечатления в первый год, которое ты произвел… на площадке… ты ужасно милая паинька. — А?! — все тело Тобио замерзло, и его кровь закипела. — Хм? Я не могу быть первым, кто сказал тебе что-то подобное. Тебе стоит над этим поработать, Тобио-кун, — мальчик фальшиво улыбнулся и отвернулся.       Тобио хотелось кого-то задушить.       Он был в ярости всю оставшуюся ночь. Он не разговаривал во время обеда или когда принимал ванну. Он рано залез в свой футон, нахмурившись. Он просто… не знал, что означают эти слова и почему они его так раздражали. Он мог честно сказать, что фраза «паинька» никогда не была ему сказанной. Черт, даже Цукишима все еще называл его «королем».       Казалось, что эти два оскорбления не совпадают. Ойкава-сан

Отправлено 20:14: что значит, если кто-то называет тебя хорошенькой паинькой?

Поступило 20:22: А? Поступило 20:23: тебя так кто-то называл? Получил 20:23: кто мог бы это сделал? Получено 20:24: Подожди… ты в национальном тренировочном лагере. Поступило 20:25: Тобио-чан, что ты делаешь в том лагере, чтобы тебя ТАК называли?! ｡ ﾟ (T ヮ T) ﾟ｡

Отправлено 20:26: как что

Отправлено 20:26: я играл

Отправлено 20:27: он связующий

Поступило 20:30: Это я плачу, потому что я так сильно смеюсь. Получено 20:31: Я не знаю, как ты заставил его так тебя называть. Поступила 20:32: Может, стоит у него спросить. Поступило 20:33: А кто вообще этот связующий? Почему тебя так беспокоит то, что он думает?       Тобио вздохнул и бросил телефон рядом с собой. Хороший вопрос. Почему его волновало, что сказал Мия Ацуму? Не было причин. И что заставило его обратиться к Ойкаве за ответами? Он должен был знать, что тот ничем не поможет. Его телефон рядом с ним несколько раз завибрировал, но он даже не взглянул на него. В любом случае, вероятно, Ойкава просто спрашивал о Мии.       Когда дело касалось других связующих, у него действительно были проблемы.       Он вздохнул, закрыл глаза и закинул руку на голову. Он не понял. Он восхищался Ойкавой с тех пор, как впервые его увидел игру. Он хотел быть похожим на него. Он думал, что наконец-то добрался туда. Разве он не делал то, что сказал ему Ойкава? — Ты пасуешь мяч так, как ему нравится? Ты когда-нибудь пробовал это сделать? Если ты не можешь осознать, что ты просто снова станешь одиноким, тираническим королем.       Это был единственный верный совет, который дал ему Ойкава. И он принял это близко к сердцу. Он работал, чтобы дать Хинате тот бросок, который он хотел. Он спросил игроков о своем броске, чтобы они могли приспособиться к каждому своему стилю игры.       Это сделало его хорошим паинькой?       Это то, что имел в виду Мия?       Тобио избегал Мию в течение следующих нескольких дней, но он не смог этого сделать, когда эти двое оказались в одной команде. Тобио был немного расстроен тем, что его поместили в позицию нападающего, когда Мия играл за связующего, но он быстро забыл об этом, когда они начали играть. Он забыл, каково это было, когда мяч прошел мимо блокирующих и увидел шок на их лицах. Ему нравилось быть связующим, он любил быть мастером игры, но… но он должен был признать, что это тоже было весело.       Они выиграли матч, и Тобио рухнул на пол. Он давно не играл на этой позиции, и ему потребовалась минута, чтобы привыкнуть. — Как тебе? — спросил Мия, становясь на колени рядом с Тобио, — Устал? — У меня был взрыв, — признался Тобио, — С твоими бросками легко попасть. — Да, скажи мне то, чего я не знаю. Люди, которые не могут играть со мной, — не что иное, как неудачники, — Тобио недоуменно моргнул. Почему он, казалось, говорил кодом, которого Кагеяма не понимал? — Тобио-кун, разве тебе больше не подходит роль нападающего, а не связующего? — С чего ты так решил? — Ну, когда ты садишься, у тебя на лице такое мучительное выражение. Ты выглядел так, как будто тебе было намного веселее в роли левого игрока. — Ты так думаешь? Но связующий — это то, чего хочу я, — брови Тобио нахмурились. — Ну, да. Верно, — согласился Мия, хотя его брови снова поднялись. Он встал и начал возиться с лентой со знаком на руке. Брови Тобио нахмурились. Он не замечал этого до сих пор. — Эээ, Мия-сан? — спросил Тобио, отводя взгляд от группы, — Что ты имел в виду, когда назвал меня паинькой? — Буквально так, — быстро ответил Мия, — Тот, кто прилежный, честный и послушный.       Прилежный, честный и послушный. — Я не понимаю, — признался Тобио, его правая рука поднялась, чтобы положить руку на соулметку. Он почти чувствовал, как корона горит, — Ойкава-сан сказал мне пасовать так, как хотят игроки — Ойкава-сан? — Мой семпай в средней школе, — ответил Тобио, все еще нахмурив брови, — Он лучший связующий, которого я знаю. — Он или он был?  — он указал на себя. — Знаешь, я чертовски хорош. И я не помню, чтобы этот Ойкава был в лагере.       Тобио моргнул и быстро вытащил свой телефон. Ему потребовалось всего несколько минут, чтобы вытащить видео с Ойкавой Тоору. Он нашел видео с подачей Ойкавы много лет назад и использовал их как справочник, когда работал над своей собственной подачей в прыжке. Он поставил в очередь свое любимое видео и протянул телефон другому мальчику. Губы Мии насмешливо скривились, но его глаза были интересны, пока он проигрывал видео. Его глаза сузились, когда он смотрел, и Тобио увидел, как он нажал кнопку возврата, чтобы посмотреть это еще раз. — Ну, — пробормотал он, — разве это не интересно, — он вернул телефон Тобио, и младший сеттер снова сунул его в карман, — Ты все еще разговариваешь с этим Ойкавой? — Иногда, — рука Тобио пополз к метке. — Эй, Тобио-кун, я слышал, как тренеры говорили о тебе раньше. Они что-то сказали о Короле Площадки, — вздрогнул Тобио, — Ах, задели нервы, — сделал шаг вперед Мия, — Судя по тому, что я видел на этой неделе, ты настолько далеко от Короля, насколько это возможно. Может, тебе нужно найти немного старого Тобио-куна и поместить его в свою обстановку. — Но- — Да, да, этот человек Ойкава сказал тебе, чтобы ты делал броски, которые хотят нападающие, — Мия закатил глаза и махнул рукой, — Но иногда тебе нужно подбадривать игроков, чтобы выиграть игру. Между тем, кем ты был в средней школе, и тем, кем ты являешься сейчас, существует золотая середина. Тебе просто нужно его найти.       Тобио, не мигая, смотрел на Мию, пытаясь понять слова, когда тот сделал еще один шаг вперед. — Еще кое-что, Тобио-кун, — он быстро протянул руку и схватил его за левую руку. Кагеяма попытался вырваться из его хватки, но Мия только приподнял брови. Он перевернул руку Тобио и осторожно начал водить пальцем по полосе со знаком, — Я заметил, что твоя метка и метка Ойкавы находятся в одном месте. И твои глаза загорелись при упоминании этого парня. О, не смотри на меня так. Ты знаешь, что это правда. Итак, я собираюсь предположить кое-что, — он послал Тобио резкую улыбку, — Ойкава — твоя вторая половинка. Вот почему ты думаешь, что он лучший связующий, и поэтому так серьезно относишься к его советам.       Тобио отдернул руку и схватился правой рукой за свои метки. — Я… он не… — Тобио не знал, что сказать. Он знал, что Ойкава не захочет, чтобы кто-нибудь знал. Черт, Тобио не хотел, чтобы кто-нибудь знал. На самом деле, нет. Не тогда, когда они знали, что он был отвергнут. Но… не то чтобы Ойкава и Мия когда-нибудь встретятся. Это отличается от того, когда он сказал Суге и Дайти. Или команде. Потому что он не знал Ойкаву, — Я ему не нравлюсь, — пробормотал Тобио, хмуро глядя в пол, — Он отказал мне. — Он что? — рявкнул Мия, его глаза опасно сузились. Тобио сделал шаг назад, удивленный страстью, исходящей от парня, которого он только что имел в виду и с которым разговаривал всего несколько раз, — Зачем кому-то так делать? — Я ему не нравлюсь, — повторил Тобио. — И почему так? Потому что ты очарователен и хорош в волейболе? — от внезапного комплимента Тобио почувствовал, как румянец приливают к щекам. Мия ухмыльнулся его реакции, и Тобио взглянул на него. Он знал, что это, вероятно, не очень эффективно с его ярко-красным лицом. Он оказался прав, когда ухмылка Мии стала расти, — Ой, а Тобио-кун не умеет принимать комплименты? — Ш-заткнись!       Мия усмехнулся и оглянулся через его плечо. Тренеры проводили всех, кто был рядом. Он наклонился и схватил запястье Тобио, потянув его к группе. Тобио был просто счастлив, что тот остановился, когда они подошли к спинам столпившихся парней, и не попытался попасть в середину. Ему всегда было неуютно в толпе, и он не раз за неделю видел, как Мия намеренно ставил себя в центр событий.       Тренеры поблагодарили всех и пожелали благополучного возвращения домой. Тобио подождал, пока большинство парней не уйдут, изумленный, когда он получил прощание от многих игроков. Некоторые даже спросили его номер телефона перед отъездом. Руки Тобио дрожали, когда он вводил информацию в их телефоны. Все они сказали ему, что напишут ему перед тем, как помахать рукой и выйти за дверь.       А потом он остался с Мийей.       Мия, который в данный момент протягивал Тобио свой телефон. — Так продолжай, — засмеялся Мия, когда он сунул телефон в руки Тобио, — Не могу передать твою информацию другим и игнорировать меня, — Тобио закатил глаза и взял телефон, повторяя шаги для ввода своих данных, а затем начал отдавать телефон старшему.       Он чуть не уронил его, когда он увидел, что делает парень.       Мия снимал свою соулмарку с руки.       И обнаружил две отметки.       Корона.       И святыня.       Ой. — Вау, тебе не пришлось его бросать, — засмеялся Мия, наклоняясь и беря телефон. Он изучил его некоторое время, прежде чем пожал плечами, — Вроде нормально. Какого черта это было… — он замолчал, когда посмотрел на Тобио и увидел, что его глаза были прикованы к отметкам, — О, да. Забыл, что ты не знал. Обычно я накрываю их для волейбола — не хочу иметь дело с людьми, которые смотрят на них, вместо того, чтобы смотреть, как мы играем.       Во рту Тобио пересохло, и ему потребовалась секунда, прежде чем он смог сформировать слова. — Два- — Ага, — сказал Мия, его голос внезапно потерял веселье. Было сурово и холодно, — Два. Есть проблемы с этим? — Нет! Я не… я имею в виду… — Надеюсь, что нет, — сказал Мия, его голос был таким же ледяным, как он скрестил руки на груди, — Ты мне нравишься, Тобио-кун. Я бы не хотел, чтобы это что-то меняло.       Рот Тобио открылся. Мия… Мия не носил соулмарку нигде,кроме волейбола? И он защищал свои марки и… и говорил, что не потерпит людей, которые…       Тобио скрывал свои метки с тех пор, как пошел в среднюю школу.       Он понятия не имел, как долго Ойкава скрывал его. По крайней мере, со средней школы.       Он тяжело сглотнул и неуверенно потянул за свой браслет. Это заняло несколько секунд, потому что Тобио не мог заставить свои пальцы правильно двигаться, и у него были проблемы с удержанием их. Наконец ему удалось опустить его, и он сделал глубокий, прерывистый вдох, прежде чем взглянуть на Мию.       Мия, чьи руки упали по бокам. Мия, который потрясенно смотрел на руку Тобио. — Ты… ты сказал, что они назвали меня королем, — пробормотал Тобио, касаясь правой рукой короны, — Моя… моя команда зовет Ойкаву Великим Королем. Так… — Мия означает святыню, — пробормотал другой мальчик, впервые с тех пор, как Тобио встретил его, неуверенно. Казалось, он не мог оторвать глаз от руки Тобио, и Кагеяма боролся с желанием спрятать ее за спиной или снова натянуть повязку, — Ты… сказал, что Ойкава был твоим… — Да уж. — Он отверг тебя. — …да… — Ты все ещё общаешься с ним. — Иногда. — … Ты собираешься ему это сказать? — Хочешь, чтобы я? — Тобио сглотнул.       Мия наконец поднял глаза и встретилась глазами с Тобио. — Я сказал, что ты очаровательный, Тобио-кун. Я думаю, нам следует узнать друг друга немного лучше, — его брови приподнялись, когда он снова посмотрел на метку, — Всем нам.