Книги открывающие будущее

На следующую ночь Вэй Усянь спал в обнимку с мечом, совершенно справедливо опасаясь, что старый ворчун по фамилии Лань вместе со своим молодым подмастерьем придут по его душу. Заклинатели тихо рассмеялись над комичностью ситуации. А Лань Цижэнь гневно сверкал глазами и раздувал от гнева ноздри. Однако ночь прошла мирно, а наутро к нему явился Не Хуайсан, вне себя от радости: — Вэй-сюн, ты действительно везунчик! Старик уехал вчера на Совет Кланов в Цинхэ, и теперь у нас несколько дней не будет занятий! — Ого! — воскликнул Цзинь Цзысюань. — Тебе действительно повезло. — Лучше бы его наказали, — прокомментировала мадам Юй. Итак, старого ворчуна больше не было, а уж с его молодым подмастерьем можно справиться на раз-два! — Звучит так, будто ты его убить собираешься, — с каменным лицом прокомментировал Цзысюань. — Не говори ерунды, — обиделся Вэй Ин. Вэй Усянь быстро скатился с кровати и, сияя, натянул обувь: — Да, я в самом деле везунчик! Будто сами Небеса благословляют меня! Цзян Чэн, стоявший в стороне и тщательно натирающий свой меч, охладил его пыл: — Когда он вернётся, тебе не избежать наказания. — Ха! Всё равно избежал! — вздёрнул нос Вэй Ин. — Ничего, на этот раз не отвертишься, — ухмыльнулась мадам Юй. Вэй Усянь ответил: — Зачем живому волноваться о загробной жизни? Я просто вволю наслаждаюсь жизнью, пока могу. А сейчас пойдёмте! Я отказываюсь верить, что в окрестностях Облачных Глубин совсем не водятся фазаны. Все трое зашагали прочь, обвив руками плечи друг друга, но, минуя общую гостиную Облачных Глубин — яши, Вэй Усянь вдруг затормозил и ошеломлённо воскликнул: — Там целых два ворчу… Два Лань Чжаня! После минутной тишины в зале задребезжали стены от громкого хохота. Это был и громогласный ржач Не Минцзюэ, и хихиканье его брата, сдержанный смешок госпожи Цзинь и мадам Юй, заливистый смех Вэй Усяня, Цзян Чэна, Яньли и Цзысюаня. Даже Первый Нефрит тихо пускал смешки в рукав. Только Ванцзи и Цижэнь не смеялись. Один сидел уставившись на Вэй Ина, а второй раздражённо шевелил усами. Из яши вышло несколько человек. Возглавляли процессию два юноши, словно высеченные изо льда и нефрита, в одинаковых белоснежных одеждах и с мечами, украшенными кисточками, что развевались по ветру вместе с их лобными лентами. Единственным различием между юношами были выражения их лиц и окружающая их атмосфера. Вэй Усянь сходу сообразил: тот, что с неумолимым взглядом — Лань Ванцзи, а тот, что смотрел мягко и кротко, должно быть, второй нефрит клана Лань — Цзэу-цзюнь, Лань Сичэнь. — Пффф, — фыркнул Цзян Чэн. — Ничего себе ориентир. И вообще. Почему это Лань Сичэнь второй нефрит если он первый, а?! — Цзян Чэн, — примиряюще поднял руку Вэй Усянь. — Это же не я писал книгу и претензии не ко мне. — А мысли твои, — тыкнул в него обвиняюще Ваньинь. Едва завидев Вэй Усяня, Лань Ванцзи тут же нахмурил брови и одарил того почти враждебным взглядом, а затем вновь уставился вдаль, будто боялся подхватить от Вэй Усяня скверну, если посмотрит хоть мгновением дольше. Лань Сичэнь же, напротив, дружелюбно улыбнулся: — Ааа, Лань Чжань такой холодный! Почему ты не такой же вежливый, как брат? — театрально схватился за сердце Вэй Ин. Лань Ванцзи нахмурился. Обвинение Вэй Ина здорово его задело. — А вы?.. Цзян Чэн отозвался уважительным приветствием: — Цзян Ваньинь из Юньмэна. Вэй Усянь последовал его примеру: — Вэй Усянь из Юньмэна. — Ты мог и не представляться, — фыркнул Цзысюань. — Тебя там уже все знают. Услышав это, Вэй Ин гордо распрямил плечи. Лань Сичэнь поприветствовал их в ответ, а Не Хуайсан едва слышно пискнул: — Брат Сичэнь. Лань Сичэнь повернулся к нему: — Хуайсан, я на днях вернулся из Цинхэ. Твой брат интересовался твоими успехами в учёбе. Так как считаешь, у тебя получится всё сдать в этом году? Не Хуайсан замялся: — В общих чертах, да… Не Минцзюэ фыркнул. Из планки установленной им, его брат еле-еле набрал минимум. Он поник, словно огурец, побитый инеем, и беспомощно посмотрел на Вэй Усяня. Тот же задорно улыбнулся: — Цзэу-цзюнь, а куда вы вдвоём направляетесь? Лань Сичэнь охотно ответил: — Нужно уничтожить несколько речных гулей. У нас не хватало людей, и я вернулся за Ванцзи. — О! Я помню этот день, — улыбнувшись хихикнул Вэй Ин. — Да, я тоже, — иронично протянул Цзян Чэн. — А еще я помню, как ты чуть не утонул. — Чего?! — возмутился Усянь. — Я отлично плаваю и ни за что не утонул бы. Лань Ванцзи холодно произнёс: — Брат, не стоит отвлекаться на праздные разговоры. Дело не терпит задержек, нам пора отправляться в путь. Вэй Усянь спешно заговорил: — Постойте, постойте. Я знаю, как ловить речных гулей. Цзэу-цзюнь, почему бы вам не взять нас с собой? Лань Сичэнь молчаливо улыбнулся в ответ, а Лань Ванцзи заявил: — Это против правил. — Что-то я не помню правила, запрещающего охотится в сопровождении, — кто о чём, а Минцзюэ о охоте. Ещё и моська такая хитрая. Вэй Усянь парировал: — Почему это против правил? Мы постоянно ловим речных гулей в Юньмэне. К тому же, у нас всё равно нет занятий сегодня. Юньмэн славился огромным множеством рек и озёр, которые кишмя кишели речными гулями. Адепты Ордена Юньмэн Цзян действительно были весьма искусны в их ловле, а Цзян Чэн, кроме прочего, ещё и хотел восстановить добрую славу своего Ордена, что слегка пошатнулась за время их пребывания в Облачных Глубинах: — Увы, — вздохнул Цзян Чэн. — Этот Вэй Усянь всё испортил. — Он прав. Цзэу-цзюнь, мы действительно можем оказать вам существенную помощь. — В этом нет необходимости. Адепты Ордена Гусу Лань способны… Не дав Лань Ванцзи закончить фразу, Лань Сичэнь с улыбкой произнёс: — Что ж, быть посему. Мы премного благодарны вам за помощь. Можете идти собираться, а мы подождём вас и отправимся все вместе. Хуайсан, ты с нами? Не Хуайсан был бы не прочь присоединиться, но встреча с Лань Сичэнем, напомнила ему о старшем брате. Досадуя про себя, он всё же не решился пуститься в забавы: — Я, пожалуй, откажусь и лучше займусь повторением пройденного материала. — О! К кои веки решил позаниматься. А что ж оценки такие плохие? — дразнясь, спросил Не Минцзюэ. Он надеялся, что Лань Сичэнь оценит его усердие и замолвит словечко перед Не Минцзюэ. Тем временем, Вэй Усянь и Цзян Чэн отправились собираться в свои комнаты. Лань Ванцзи смотрел им вслед, в замешательстве нахмурившись: — Брат, зачем ты позвал их с собой? Уничтожение речных гулей отнюдь не праздная прогулка и не развлечение. Лань Сичэнь ответил: — Первый ученик Главы Ордена Цзян и его единственный сын широко известны в Юньмэне. Наверняка они умеют не только дурачиться. — Конечно мы умеем не только дурачится! — возмутился Цзян Чэн. — Тренировки матушки очень суровые. У неё спуску не будет. Лань Ванцзи не сказал ни слова, но фраза «Позволю себе не согласиться» читалась у него на лице. Лань Сичэнь продолжил: — К тому же, ты ведь сам хотел, чтобы он пошёл, разве нет? Лань Ванцзи застыл на месте. Лань Сичэнь добавил: — Я позвал их лишь потому, что ты выглядел так, словно ждал, чтобы первый ученик главы Ордена Цзян пошёл с тобой. Перед яши воцарилась звенящая тишина, и, казалось, сам воздух заледенел. Минула продолжительная пауза, прежде чем Лань Ванцзи, наконец, заговорил, с трудом выдавливая слова: — Всё совсем не так. — А-А-А! Лань Чжань! Ты хотел, чтобы я пошёл с тобой?! Ты хотел! Не отнекивайся! — запрыгал от радости Вэй Ин. — Я так рад! Наконец лёд Второго Нефрита треснул! Лань Ванцзи отвернулся с красными ушами, бросив: — Вздор. Но это не помогло. Кажется, Вэй Усянь только больше удостоверился в правдивости своих слов Он хотел оправдываться и дальше, но Вэй Усянь и Цзян Чэн уже возвращались, прихватив свои мечи, и Лань Ванцзи пришлось закрыть рот. Группа заклинателей вскочила на свои мечи и взмыла в небо. Место, где завелись речные гули, называлось Цайи и находилось примерно в двадцати ли от Облачных Глубин. Посёлок Цайи был вдоль и поперёк изрезан водными каналами. Неизвестно, образовался ли он благодаря речным сетям сообщения между небольшими городами, или же густой паутине природных каналов, по многочисленным берегам которой стали ютиться людские жилища с белыми стенами и серыми крышами. Реки были переполнены лодками с находящимися в них людьми, а на суше продавались цветы, фрукты, изделия из бамбука, выпечка, тофу, чай, шёлк и хлопок. Гусу находился в местности Цзяннань, потому говор местных был необычайно мягок и ласкал слух. Даже когда две лодки столкнулись, и несколько сосудов с рисовым вином разбились, брань торговцев между собой всё равно звучала как пение иволги. — Их язык и правда очень красив, — лёгкая озорная улыбка играла на лице Вэй Ина. — Я даже выучил парочку словечек. — Не удивлюсь, если они бранные, — скрестил руки его шиди. — Не все, — замотал головой тот. — Куда больше красивых слов. Юньмэн славился своими озёрами, но таких маленьких, полузатопленных городков там не было, и Вэй Усянь находил это место довольно занимательным. Он купил два сосуда с рисовым вином и передал один Цзян Чэну: Взрослые обречённо выдохнули. Это уже не вызывало у них удивление. — Люди из Гусу так сладко говорят. Разве же это брань? Если бы они увидели, как бранятся люди из Юньмэна, то испугались бы до смерти… Что ты так косишься на меня, Лань Чжань? Я не купил тебе вина, не потому что я скряга, — разве адептам твоего Ордена не запрещён алкоголь? — Вряд ли молодой господин Лань так на тебя посмотрел только потому, что ты не купил ему вина, — насмехаясь, высказался Цзысюань. Они совсем недолго задержались на берегу, затем погрузились в десять или около того узких лодок и погребли туда, где поселились речные гули. Постепенно домиков по берегам становилось всё меньше, а река усмиряла свой бег. Вэй Усянь и Цзян Чэн оба заняли по лодке и устроили между собой соревнование, кто сможет грести быстрее, одновременно слушая рассказ о том, откуда здесь взялись водяные гули. — Кста-ати, Цзян Чэн. Не помнишь, кто победил? — задумчиво спросил Вэй Ин. — Ну ты вспомнил, — развел руками Ваньинь. — Я уже и не помню. — Уверен, это был ты, — ухмыльнулся Вэй Ин. — С чего это? — подозрительно прищурил глаза шиди. Обычно его шисюн не упускал момента похвастаться, а тут. — Ну-у-у. Так я ж отвлекался на беседу с Лань Чжанем, — пояснил Усянь. Река вывела их к большому озеру под названием Билин. Речные гули не появлялись в посёлке Цайи вот уже десятки лет, но за последние несколько месяцев в этом озере и ведущей к нему реке участились случаи утопления людей и лодок с товарами безо всяких на то видимых причин. Заклинатели поморщились, вспомнив причину появления Бездонного Омута. Вэнь Нин втянул голову в плечи, а его сестра повела плечом. Оба чувствовали себя неуютно среди тех, кто недолюбливал, пусть и не без причины, их орден. Сун Лань и Сяо Синчэнь непонимающе переглянулись, заметив их поведение. Пару дней назад Лань Сичэнь установил по периметру несколько сетей. Он ожидал увидеть одного или двух водяных гулей, но вместо этого поймал целую дюжину. Лань Сичэнь очистил трупы и доставил их в ближайший посёлок, чтобы опознать, но оказалось, что некоторые из мертвецов были незнакомы местным и в итоге за ними никто не пришёл. Вчера он вновь установил сети и вновь поймал немало речных гулей. Вэй Усянь сказал: — Вряд ли они утонули в другом месте, а затем приплыли сюда. Речные гули очень тщательно выбирают себе владения. Обычно они остаются там, где погибли, и не покидают своего гнезда. Лань Сичэнь кивнул: — Всё так. Вот почему я подумал, что дело вовсе не такое простое, каким кажется на первый взгляд, и попросил Лань Ванцзи сопроводить меня на случай непредвиденных обстоятельств. Вэй Усянь произнёс: — Цзэу-цзюнь, речные гули довольно смышлёны. Если мы продолжим всё так же неспешно грести, они заметят нас, спрячутся под водой и ни за что не выплывут. И тогда нам придётся искать их целую вечность. А вдруг мы вообще не сможем их найти? — Значит будете искать сколько нужно, — встрял Лань Цижэнь. К его удивлению Вэй Усянь рассмеялся, его смех подхватил наследник Цзян и даже его собственный племянник пустил смешок. Лань Ванцзи ответил: — Мы будем искать столько, сколько потребуется. Это наш долг. Теперь и взрослые уже заулыбались. А старик гордо посмотрел на Ванцзи. Вэй Усянь поинтересовался: — Значит, мы будем ловить их только сетями? Лань Сичэнь произнёс: — Да, верно. Неужели в Ордене Юньмэн Цзян знают другие способы? Остальные заинтересованно посмотрели на юньмэновцев. Неужели у них есть секретная техника? (прим. ав.: Угадайте, кто подумал последнее предложение.) Вэй Усянь лишь улыбнулся в ответ. Конечно, в Ордене Юньмэн Цзян использовали и сети. Но кроме этого, Вэй Усянь превосходно плавал и потому часто нырял под воду и вытаскивал утопленников руками. Однако это было слишком опасно, и, конечно же, он не стал бы вытворять подобного на глазах адептов Ордена Гусу Лань, иначе всё бы дошло до ушей Лань Цижэня, и тогда еще одна нотация ему обеспечена. Некоторые разочаровано выдохнули. А Цзян Яньли облегчённо выдохнула. Честно говоря, она боялась, что её шиди учудит что-то. Он быстро сменил тему разговора: — Вот бы кто-нибудь изобрёл такую штуку, которой можно приманивать тварей со всей округи, что-то вроде наживки для рыбы. Или даже лучше — компас, который сможет указывать место скопления тёмной энергии. — И ведь сделал же, — хохотнул Не Минцзюэ. — Слов на ветер не бросаешь. Цзян Чэн оборвал его: — Лучше смотри внимательно в воду и старайся заметить речных гулей. Ты опять слишком замечтался. Вэй Усянь возразил: — Парение на мечах тоже когда-то было лишь мечтой! — Видишь. А ты сомневался, — протянул Усянь довольно. Однако он послушно вглядывался в воду и внезапно застыл, уставившись на дно лодки, которой управлял Лань Ванцзи. Какая-то мысль промелькнула у него в голове, и Вэй Усянь завопил: — Лань Чжань, посмотри на меня! — Что там уже случилось? — забеспокоились старшие, услышав о поведении Вэй Ина. Спустя столько глав они мало помалу начали понимать его поведение. Лань Ванцзи в это время сосредоточенно бдил за речными гулями. Он поднял голову на окрик и увидел, что Вэй Усянь зачерпнул воду бамбуковым веслом и вот-вот его обрызгает. Лань Ванцзи, легко оттолкнувшись, перепрыгнул на другую лодку, тем самым избежав всплеска воды. Такое ребячество весьма разгневало его, он подумал, что ожидания его оправдались, и Вэй Усянь напросился на охоту, только чтобы опять подурачиться: — Убожество! — Я был неправ, — признание Лань Чжаня было сродни грому среди ясного неба. Вэй Усянь даже первые пару секунд не понял, что произошло, а потом схватился за сердце. — Ла-а-ань Чжа-ань! Предупреждай меня, ибо моё бедное сердце не выдержит! Заклинатели же на это реагировали вполне спокойно, уже привыкшие к такому, в отличии от Сун Ланя и даочжана. Однако Вэй Усянь внезапно пнул лодку, что только что покинул Лань Ванцзи, и, подцепив бортик веслом, перевернул её. Ко дну крепко прицепились три речных гуля с одутловатыми лицами утопленников и мёртвенно-белой кожей! — Молодой господин Вэй очень наблюдателен, — восхитился Сун Лань. — Честно говоря, мы все надеемся, что он станет учителем, — доверительно шепнула им госпожа Цзинь. Адепт, что стоял ближе всех, немедленно разобрался со всеми тремя, а Лань Сичэнь улыбнулся: — Молодой господин Вэй, как вы узнали, что под лодкой были твари? Вэй Усянь постучал по борту лодки: — Всё просто! Дело в осадке лодки. Он был единственным пассажиром, а осадка была даже больше, чем у лодок с двумя людьми, поэтому что-то совершенно точно тянуло лодку вниз. Даже старик Цижэнь вынужден был одобрительно кивнуть. Синчэнь же был рад тому, что у его шицзе появился такой замечательный сын. Так на неё похож. Лань Сичэнь одобрил его действия: — А вы и впрямь опытны в охоте на речных гулей. Весло Вэй Усяня легко заскользило по воде, лодка поплыла быстрее, и вскоре он оказался рядом с Лань Ванцзи. — Лань Чжань, я не специально тебя обрызгал. Речные гули очень смышлёные, и если бы я громко рассказал тебе про них, то они бы услышали и уплыли обратно в глубины… Ну же, хватит держать меня за пустое место. Почему бы тебе не взглянуть на меня, второй молодой господин Лань? Старшие заклинатели дружно закатили глаза. Они давно уже заметили летающие между ними искры. И искренне ждали, когда же до них допрёт. А мадам Юй подсчитывала полезность и выгоду от их брака. На этот раз Лань Ванцзи снизошёл до него и удостоил Вэй Усяня взглядом: — Зачем ты подплыл ко мне? Вэй Усянь ответил со всей искренностью, на которую только был способен: — Я здесь, чтобы извиниться перед тобой. В ту ночь я был неправ. Это моя вина. — Опять будешь извиняться, как в библиотеке? — спросил Цзысюань. Вэй Ин обиженно надулся. Лицо Лань Ванцзи слегка потемнело, скорее всего, потому что он ещё не забыл, как Вэй Усянь «извинился» перед ним в прошлый раз. Вэй Усянь спросил, хотя и заранее знал ответ: — Почему ты такой угрюмый? Не переживай. Сегодня я на самом деле хочу помочь. Цзян Чэн больше не мог выносить этой сцены: — Если ты всерьёз собираешься помочь, то кончай болтать и плыви сюда! — Я просто не мог выносить его позора, — повёл плечами Ваньинь. Яньли тихо хихикнула. Она прекрасно видела, что на самом деле её брат ревновал Вэй Ина. Неожиданно один из адептов крикнул: — Сеть пошевелилась! И действительно, верёвки одной из сетей задёргались. Вэй Усянь просиял: — Здесь, здесь! Густые, словно замасленные, длинные волосы чёрной шёлковой вуалью клубились посреди лодок. То тут, то там из воды появлялись полусгнившие руки и хватались за борта. Лань Ванцзи обнажил Бичэнь и отсёк с десяток кистей, что вцепились в левый борт, оставив лишь ладони с одутловатыми пальцами, крепко вонзившимися в дерево. Только он собрался разобраться с теми, что держались за правую сторону, как красная вспышка вихрем пронеслась перед его глазами, и Вэй Усянь уже убирал свой меч обратно в ножны. Внезапно вода успокоилась, и сеть прекратила дёргаться. Всего несколько мгновений назад меч Вэй Усяня двигался с невообразимой скоростью, но Лань Ванцзи уже смог определить, что оружие было высочайшего качества. Он с уважением спросил: Младшее поколение, с восхищением слушавшее описание охоты, с удивлением переспросило: — Нам что не послышалось? Он действительно обратился в Вэй Ину с уважением?.. — Ага. Но только из-за меча, — кивнул Усянь. — Как называется твой меч? Вэй Усянь ответил: — Какая разница. — Эммм… Вэй Ин? — неловко обратился Сяо Синчэнь к тому. Недавно Усянь попросил обращаться к нему именно так. — У мечей есть душа и говорить о них так — очень непочтительно. В ответ на его слова парень только рассмеялся. — Узнаете… Ха-ха-ха… Дальше. Ох… Ха-ха-ха. Лань Ванцзи уставился на него. Вэй Усянь подумал, что тот не расслышал, и повторил ещё раз: — Какая разница. Лань Ванцзи нахмурился и отрезал: — У этого меча есть душа, и говорить о нём столь фривольно крайне непочтительно. Заклинатели закатили глаза, не скрывая смешков и хмыков. А Цижэнь благосклонно посмотрел на даочжана. Рот Синчэня приоткрылся в тихом: «О.». Вэй Усянь тихонько вздохнул: — Хоть раз в жизни мысли не по правилам, а? Я не говорил о своём мече фривольно и непочтительно, просто так получилось, что его имя — «Какая разница». Вот, смотри. Сказав так, он передал свой меч Лань Ванцзи, чтобы тот посмотрел на иероглифы, выгравированные на ножнах. И действительно, в переплетениях орнамента красовались два иероглифа древнего начертания — «Какая разница». Неосведомлённые навострили уши от любопытства, желая услышать захватывающую историю. Лань Ванцзи на несколько секунд лишился дара речи. Вэй Усянь с искренней заботой пояснил: — Можешь ничего не говорить. Я знаю, что ты хочешь спросить, почему я так назвал свой меч. Все думают, что его имя имеет скрытый смысл и особое значение. Но на самом деле, ничего подобного. Просто так вышло, что когда дядя Цзян преподнёс мне это меч и спросил, как я хочу его назвать, я перебрал больше двух десятков имён, но всё равно не остался доволен ни одним из них. Тогда я подумал, что может быть, дядя Цзян подберёт для него имя, и сказал: «Какая разница!», заранее согласившись с его вариантом. Но кто же знал, что на мече действительно отчеканят эти иероглифы! Дядя Цзян сказал: «Раз такое дело, то почему бы не оставить ему это имя?» Честно говоря, не такое уж оно и плохое, да? — Боже! — закатил глаза Цзян Чэн. — В этом весь Вэй Усянь. У него всё не как у заклинателей. Остальные разочаровано вздохнули, узнав обычную историю. Лань Ванцзи, наконец, смог проговорить сквозь зубы: — Вздор! Вэй Усянь положил меч себе на плечо. — Какой же ты всё-таки зануда! Ты разве не понимаешь, как забавно иметь меч с таким именем? Особенно хорошо получается ставить в тупик всяких чинных-благородных зануд, вроде тебя. Срабатывает каждый раз, ха-ха! — Хах. Ему и правда подходит, — рассмеялся Не Минцзюэ. — Название меча прекрасно подходит тебе с твоим оригинальным характером. В ту же секунду из изумрудных глубин озера быстро поднялась длинная чёрная тень и устремилась к маленькой лодке. Цзян Чэн уже расправился с речными гулями на своей стороне и внимательно смотрел, не пропустили ли они ещё кого. Увидев тень, он немедленно завопил. — Тварь возвращается! — Ох, — забеспокоилась Яньли. — А я надеялась, что обойдётся. — Когда рядом Вэй Усянь, ничего не обходится, — фыркнул её брат.