Итальянец и Медведь

«Тебя надо вывести из игры» Слова дона для многих могли прозвучать как приговор. Для Витторио они прозвучали как приказ, котором он не был готов следовать. Он не мог оставить дона, когда вокруг происходило не пойми что. Он готов был оставить свою «официальную» работу и вернуться в человеку, которого по праву считал своим названным отцом. Он был дороже, роднее и ближе. Потерять его казалось чем-то недопустимым. Однако приказ был довольно однозначным и у итальянца просто не было выбора. Или выполнить его или пойти против дона. Этого он не хотел. Своими переживаниями он впервые поделился с Тарвером. Сам не понял, как так вышло — слова, что жгли откуда-то изнутри, так легко и беспрепятственно вырвались наружу. Это быстро странно. Это было ново. Он вообще старался как можно меньше распространяться про свою семью, но после того, как наемник был представлен дону и как тот, то ли в шутку, то ли в серьез, одобрил выбор Витторио, стало чуточку легче. — Я не должен был говорить тебе этого, — данной фразой закончился разговор с Тарвером. И после этого они не виделись. Витто был слишком занят работой и попытками придумать способ выполнить приказ не выполняя его. Пропажу партнера он списал легко-у наемника очередная работа, он просто не успел предупредить. Все довольно просто и логично, но внутри что-то неприятно напряглось. Незаметно, но напряглось, будто в ожидании подвоха. И он свершился. За всю его жизнь на Витторио нападали не раз. Иногда это казалось даже забавным, своеобразной тренировкой. Он не особо задумывался, что тренировка могла стоить ему жизни –это казалось само собой разумеющееся. Итальянец жил под девизом, что кирпич на голову тоже каждый день упасть может, поэтому особо не парился насчет своей безопасности. Парились другие — те, кто его окружал. Зачастую Витто знал о том, что за ним хвост- ребята Свена не так уж хорошо прятали свое наличие и то, только потому, что итальянца они опасались сильнее. Бедняги были словно между молотом и наковальней — не выполнят приказ — из взгреет Свен. Будут слишком хорошо выполнять- их в прикопает Витторио. И все же они старались выполнять свою работу по мере возможности. И следят, и не мешают. Это итальянца устраивало. В этот день их не наблюдалось. На рабочем месте вообще было на удивление пусто — будто был выходной, а начальство предупредить об этом забыли. Тревожный звоночек снова прозвенел где-то в голове, но окопавшись в бумагах и думая параллельно о чем-то своем, банкир не придал этому особого значения. Однако руки рефлекторно потянулись в ящик стола, чтобы проверить, на месте ли верное оружие. Убедившись, что беретта на месте, он с шумом выдохнул и снова зарылся в бумагах. Домой он не собирался, стоило разобраться сразу и совсем, поэтому наступление темноты прошло мимо него. А вот резкое отключение света пропустить мимо себя не удалось. Вздрогнув, он резко выхватил оружие и приготовился к нападению. Однако в дверь скромно постучали и на пороге оказалась лишь секретарша: — Нам сообщили, что произошла какая-то поломка на лини… свет обещали вернуть в течении часа, — девушка переступила с ног на ногу, скромно смотря на начальство. Витторио догадался, что наверняка ее напряг его взволнованный внешний вид, поэтому он довольно оперативно взял себя в руки. — Спасибо, — немного помолчав и прикинуть кое-что в голове, он добавил, — на сегодня можешь быть свободна, — девушка тут же заметно расслабилась и попрощавшись, упархнула. Витто же думал, стоит ли ему тоже уходить или подождать часок, отдохнуть немного. Трудоголизм все же победил, поэтому было решено дождаться света. Разместившись в гостевом кресле, он прикрыл глаза. Дремота мягко забрала его в свои руки, поэтому он не сразу обратил внимание на какой-то шум в коридоре. Сначала он решил, что это секретарша еще не ушла, но бросив взгляд в сторону часов понял, что она должна была это сделать уже как полчаса назад. В голове снова пробил тревожный звоночек и он кинулся к столу. В этот момент дверь резко распахнулась. Витторио не успел толком среагировать, как почувствовал неприятную боль и укол в спину. Он успел схватить беретту, однако к первому уколу он ощутил второй. Перед глазами все повело. Итальянец решил, что просто так без боя не сдастся, поэтому резко развернулся, что было большой ошибкой. Мир решил уйти из-под ног, он понял, что в него попали транквилизатором. Ноги предательски подкосились, но он успел сделать выстрел наугад. Прозвучал чей- то сдавленный мат, вызывая на лице банкира счастливую улыбку. Правда, дальше он уже не отвечал за свое тело. Только почувствовал, как кто-то не дал ему упасть и удариться головой. «Это было ошибкой, оставаться одному» это была последняя мысль, прежде чем сознание окончательно покинуло его. *** Витторио пришел в себя неожиданно. Все тело сковала крупная дрожь. Тело все еще отказывалось подчиняться, но он довольно быстро понял, что его руки связаны за спиной. Глаза ничего не видели, значит их ему тоже завязали. Благо, что ноги были свободны, но пока он не придет в себя окончательно — это бесполезно. Он лежал на чем-то мягком — то ли на ковре, то ли на пледе, однако он довольно отчетливо ощущал окружающий его холод. Осталось лишь понять — это ему так хреново или просто в помещении прохладно? Где-то вдали кто-то ругался. Мозг отказывался идентифицировать голоса, но спор довольно быстро прекратился и Витторио понял, что к нему идут. Он попытался унять собственную дрожь, чтоб никто не заметил, что он уже пришел в себя, но это удавалось с трудом. Чужие шаги закончились прямо перед ним, потом похититель присел, как-то даже слишком мягко проведя рукой по щеке. Дрожь по телу стала еще отчетливее и ее уже не удавалось скрыть. — Спокойно, это я, — голос прозвучал до боли знакомо и захотелось завыть от нахлынувшего отчаяния и тоски. Завязку с глаз сняли и Витторио с плохо сдерживаемым гневом посмотрел на Тарвера. Тот виновато улыбнулся. — Прежде чем ты придешь к неверному выводу, позволь показать тебе кое-что, — Витто молча наблюдал, как наемник снимает с шеи цепочку, на которой висело кольцо с печатью. Итальянец невольно вздрогнул, узнав перстень дона, однако все еще молчал, ожидая объяснений. — Дон приказал инсценировать нападение на твой офис и обставить все так, что ты был ранен и госпитализирован. При необходимости ты будешь и мертвым. На бумаге, — тут же добавил Тарвер, вызывая у итальянца лишь усмешку, — у тебя будет две недели, чтоб отдохнуть, после чего дон пришлет какие-то инструкции, — Витторио все еще молчал, переваривая полученную информацию. — Развяжи меня, — приказал он Тарверу, однако тот слегка коварно улыбнулся. Недолго думая, он устроился на итальянце, заглядывая тому в глаза. — Нет, я не хочу, чтобы ты устроил мне тут показательные выступления и попытался избить, — он чуть склонился, — к тому же тебе идет этот вид. Связанный. Беззащитный, — он мягко провел рукой по щеке Витторио. Тот испытывал крайне двойственные ощущения и не знал, какое из этих чувств сильнее. — Обещаешь быть паинькой, и я тебя развяжу. — Не обещаю, — честно признался итальянец, вызывая у Тарвера лишь усмешку. — Тогда надо тебя наказать, — весело проговорил тот, поднимаясь с Витто и потом легко закидывая того себе на плечо, унося в соседнюю комнату. Как наказывать он еще не решил, однако его и правда радовала своеобразная беззащитность банкира. Как и то, что тот не шибко сильно сопротивлялся, с его-то опытом связанные руки не были бы сильной помехой.