Хроники Пеллекризии

      Все было так, как и решил Курбинзаро. Путешественники плыли вдоль берега; Курбинзаро, ориентируясь по звездам, набрасывал на карте их путь, подробно описывал все отмели, бухты, скалы и островки. Несколько раз он замечал на берегу строения, возведенные явно не дикарями, но не решался подойти поближе и вступить с их обитателями в контакт – что-то подсказывало ему, что будет лучше не открывать своего присутствия.       Однажды Курбинзаро, осматривая берег в подзорную трубу, заметил на берегу скалу, видом напоминающую поднявшего голову ящера. Он обрадовался, ибо помнил эту скалу еще со времен своего первого путешествия.       – Теаномокадо! – сказал он, войдя в каюту квартирмейстера. – Я принял решение направить корабль к берегу. Здесь есть бухта, где мы сможем укрыться от штормов и шквалов, а также от посторонних взглядов. Я высажусь на берег и оставлю корабль на твое попечение.       – Что же ты задумал? – спросил квартирмейстер.       – Я попробую обойти местность и поискать здесь людские поселения. Чтобы не привлекать внимания, я выдам себя за местного.       – Но твоя одежда…       – Она вполне сойдет; не забывай – местные жители подражают нашей моде.       Высадившись на берег, Курбинзаро двинулся в глубь материка. С тех пор, как он побывал здесь в первый раз, лес заметно поредел – походу, его вырубали. Вскоре путешественник увидел дорогу, явно проложенную людьми, и по ней направился вперед.       По мере того, как он шел все дальше и дальше, лес редел все больше, и вскоре совсем сошел на нет. В отдалении Курбинзаро увидел домик, похожий на трактир или таверну. Он ускорил шаг, ибо солнце уже клонилось к закату, и пора было позаботиться о ночлеге.       Домик действительно оказался таверной. Войдя внутрь, Курбинзаро направился к стойке.       – Добрый день, – произнес он на крумпастском наречии. – Могу ли я…       – Нет! – рявкнул трактирщик так, что Курбинзаро опешил. – Ты! Не можишшь! Глаза твои! Гнилые!       – Но…       – Ма-а-алча-ать!! – Размахнувшись, трактирщик ударил Курбинзаро по лицу, затем перепрыгнул через стойку и набросился на него, осыпая ударами.       – Давай! – кричали немногочисленные посетители таверны. – Размажь по стенке! Переломай ему кости!       Схватив путешественника за грудь, трактирщик подтащил его к чулану и швырнул вниз, а затем вошел сам и закрыл дверь.       – Вставай, – сказал он нормальным голосом. – Прости, что мне пришлось тебя избить, Курбинзаро. Просто я узнал тебя раньше, чем ты меня, и понял, что должен вернуть долг.       – Я тоже тебя узнал, Джензинлекто, – произнес путешественник, поднимаясь. – Но о каком долге ты говоришь?       – Я! Тебе! Переломаю все кости! – рявкнул Джензинлекто и несколько раз с силой ударил кулаком по стене. После чего продолжил разговор со старым другом. – Когда-то ты спас мне жизнь. Теперь я понял, что должен вернуть долг. Если бы я не избил тебя, это сделали бы мои посетители – и то в лучшем случае. В худшем – ты бы познакомился с кур-ку-равами жу-кэров Великого и Непобедимого; и я не уверен, что ты не остался бы после этого калекой.       – Неужели все так плохо?       – Плохо? Вижу, ты даже не представляешь, насколько! Ты знаешь, что здесь не знают слова «убить»? Зато у них куча слов, означающих различные способы убийства; одних только названий убийства ударом по голове я насчитал два десятка, и думаю, что это еще не все. Это дикари, настоящие дикари, хоть и сумевшие внешне принять цивилизацию.       – Я так и думал… Но как им удалось подняться так высоко? Да, мы учили их многому; но я почти уверен, что только наших уроков было недостаточно…       – Я расскажу тебе; но сначала закричи так, словно тебе ломают ногу. Иначе мои посетители заподозрят неладное.