Ошибка Леночки

– Здравствуйте. Можно, пожалуйста, ключ от лаборатории? – Доброе утро, Елена Николаевна А где же ваш? Если мне не изменяет память, то он всегда с вами– поинтересовался дежурный, выдавая эксперту ключ. – Предполагаю, что оставила в кабинете следователей, который сейчас ещё закрыт. А ваш напарник, или точнее сказать сменщик, любезно закрыл лабораторию ещё со вчерашнего вечера. – объяснилась та, чуть замыливая реальную причину. – Ох, ясно, бывает. Девушка забрала заветный ключ и открыла двери любимой лаборатории. Как я же всё-таки родная ей, и её душеньке, эта комната. Такая просторная, светлая и ухоженная. Хотя нет… ещё не светлая. Жарова подошла к окну и подняла жалюзи пропуская в помещение яркие лучи утреннего солнца. Так гораздо уютнее, приятнее… И, в конце концов, светлее. Девушка сняла с себя пальто, шарф и аккуратно повесила все это дело на плечики, а после и вешалку. Пусть в глазах эксперта уже не было ни капли сна, что связано с прошлым громким вечером и бодрым, холодным утром, обязательный ритуал ароматной кружечки кофе отменён не был. Надо было чуть согреться после "бодрого, холодного утра", которое стало таким после пробежечки до отделения в распахнутом пальто, своим ходом, без машины. Вечерняя ссора с мужем оборвала их контакт, поэтому Лена даже не разбудила его. За неё это сделает будильник, если Алексей не забыл его поставить. И собственно, из-за этого она не поехала вместе с ним на работу, а даже вышла раньше него. Ведь появиться на рабочем месте пораньше - не грех, а наоборот плюс. На авто мужа эксперт не поехала чисто из принципа, а её машина уже давно была в ремонте. На такси тратить деньги тоже не хотелось, а пройти пару остановок не так уж сложно. Вот только холодный осенний ветер подпортил всю прогулку. "Главное не заболеть"- думала про себя Жарова, попивая горячий напиток из кружки. Ещё пять минут и вот она уже приступает к работе. Тем более с каждой минутой приближается официальное начало рабочего дня и к ней начнут бегать коллеги: кто за экспертизой, кто за очередной бумажкой, кто с уликой. Неразбериха да и только. Поставив грязный стакан в дальний угол, чтоб никто не видел и не подумал что она неряха или ещё кто похуже, Лена достала кипу с разными отчётами, экспертизами и бумагами. "Много же работы мне предстоит"- вздохнула эксперт и принялась за их изучение. На часах стрелки показывали 8:27. Время тянулось необычайно медленно и нудно. Лена всё никак не могла сосредоточиться на бумагах. Её постоянно что-то отвлекало! То ненужные мысли, то ручка, которая так и просит, чтоб ей пощёлкали, то всё тот же грязный стакан, стоящий где-то в углу стола, то ещё что-то. Непорядок! Пытаясь сконцентрироваться девушка мельком глянула на часы: 9:01. Рабочий день начался. Интересно, Леонидов уже пришёл? А впрочем, почему она интересуется? Эксперт вновь поспешила углубиться в работу. Вторая попытка была более успешной чем первая. Сделав пару отчётов и проверив материалы одного дела и экспертизы, Елена Николаевна опять повернулась к часам. "Что за мания времени? Я что кого-то жду? Нет." – подсознательно отвечала она сама себе. 9:56. Неплохо. Оказывается она очень быстро справилась со всем этим, даже неожиданно для себя. То дело, что она только что разобрала, касалось, непосредственно, убойного отдела и следователей. "Надо бы заглянуть к ним"– промелькнуло у Лены и она сразу начала собираться. Взяв нужные бумаги в руки, она вышла за пределы своей лаборатории и направилась в кабинет следователей с гордо поднятой головой. Девушка вошла без стука, как к себе домой: – Всем привет. Она попутно охватила взглядом всех присутствующих: Игоря, Вахтанга и Макса с Псом. Леонидов отсутствовал. – Привет Ленка - не отвлекаясь от своих "важных дел" поприветствовал её Игорь Николаевич. Капитан что-то яро выпиливал ножичком на дощечке. – Привет Лен – одновременно сказали Макс и Вахтанга. Те проводили время не так весело, в отличие от коллеги. Леонов, словно мужская версия Жаровой, усердно работал. Ответственно разбирая каждую полученную информацию, внимательно вчитываясь в каждую строчку, что высвечивалась на мониторе компьютера. В отличие от Вахтанга, который корпел над работой и всякого рода делами, Максимов с Псом расслаблялись на диване. Они редко занимались "добычей" информации простыми способами, такими как: читать дела, рыться в архивах и мирно допрашивать свидетелей с подозреваемыми. Слишком скучно, неинтересно и однообразно. Получить информацию силой? Да. Шантаж? Возможно, почему нет. Угрозы? Можно попробовать. Примерно так они и работали всегда. Жестоко, но эффективно. Очень эффективно. Лена прошла вглубь кабинета, положив папку с делом на край стола Леонова. – А где Леонидов? – чуть разыгрывая удивление его отсутствия, спросила девушка. – А вы разве не вместе? – под данным вопросом Максимов явно имел ввиду не вместе ли пришли на работу супруги – Нет, мы по отдельности. – холодно отвечала Жарова – Да в общем-то и не важно. Так вот, по делу... Как только эксперт, наконец, перешла к тому, зачем собственно пришла, в кабинет ввалился запыхавшийся Лёша. – Всем здравствуйте... – тяжело дыша сказал Алексей пробегая к своему столу, словно не замечая в проходе жены, на которую он лишь кинул призрительный взгляд. Она его появление тоже отмечать не собиралась, отвечая ему такими же неизменно пустыми и в тоже время холодными глазами. На шее Леонидова болтался серый шарф. А расстегнутое пальто уже скатывалось с плеч оперативника, чтобы улететь на вешалку. – Привет Лёшенька, здравствуй мой дорогой. А ты часы потерял? Или может телефон? – уныло, чуть издеваясь, говорил, не обращая особого внимания на коллегу, Макс. Который всё также гладил служебного пса между ушей. – Нет, с чего бы - снимая с горла "серую удавку" отвечал Лёша. Повесив шарф рядом с пальто, он уселся за стол и открыл какую-то папку с бумагами. Желая тем самым сделать вид, что уже активно работает. Но Максимов не закончил: – Тогда что же вы, Алексей, опаздываете на работу, рабочее место? Нехорошо, товарищ майор… Особенно начальнику отдела. Ой как не хорошо. – Слышь, Максимов, а ты неумничай! Сам со своей шавкой сидишь, нихрена не делаешь! – А ты у нас весь в работе, да Игорёк? – Ещё бы! Во, что уже получается! Лучший сыщик повернул доску к Максу. Тот чуть закатил глаза и отвернулся. На доске был старательно выцарапан сатанинский круг со звездой. Остальные сотрудники тоже глянули на этот "шедевр", который так усердно презентовал им гордый Гнездилов. – И что это? - в недоумении спросил Вахтанг, уже чуть посмеиваясь. – Как что?! Сатамаский круг. – И зачем тебе этот Сатамаский круг? – спросил Лёша, словно на автомате, уже теряя интерес к Игорю и вновь возвращаясь к работе. – Присраков и духов вызывать буду. – И зачем? Всё тот же вопрос… – Ну как "зачем", Лёша?! Ну как "зачем"! Чтоб они помогали нам дилеров, умбийц, закладки, оружие в домах искать. И самое главное воров! – Как тестировать будешь? – Да лемко! У меня, по секрету - следователь перешёл на шёпот - кто-то ворует бутерброды, что мне Клавдия Олеговна каждый день с собой складывает. Вот проверю, кто из наших сотрудников занимает воровством. Я добьюсь чтоб его поперли отсюда за кражу! За кражу ценного имущества! – Ну, мы и сами справимся с этом делом, без духов – сказала Лена, чуть улыбаясь и глядя краем глаза на Пса. Который усердно делал вид, что совершенно не при чём и вообще ничего не понимает. – Нет Ленка, духи знают лучше. Да и что вы можете! Из Вас ни-и-и-икто не может ни одного дела раскрыть! - Игорь провел в воздухе пальцем по присутствующим - Ну кроме меня конечно, каптана Дермилова! И духов, что всё знают и всё найдут. – М-м-м, интересно - неожиданно, вновь, встрял Макс - но одно они точно не найдут. – Ха! И что же по-твоему? – Твои мозги Игорёк. Твои мозги… – Это почему это не найдут?! – не много неожиданно спросил тот. Все уже думали, что капитан начнёт бранить коллегу за такую шутку, но он, видимо, её не понял. – Потому что нельзя найти то, чего нет… ,– как в заключении сказал Макс и встал с дивана. – Сука Максимов! Ну я тебя! Я тебя ну! Чтоб ты..! Чтобы ты…! А-а-а! – Фантазия кончилась? Ну ничего, подумай. Можешь у духов своих спросить, раз тараканы в твоей пустой голове уже не справляются. – Ах ты ж сука козёл! Ну сука козёл! – кричал Игорь, махая руками от возмущения. Но так и не найдя, что ответь мужчина стремительно покинул кабинет, всё также досадно посыпая ругательствами оперативника. – Я могу продолжить? – Да Лен, продолжай - кивнул Леонов, не отвлекаясь от работы, но при этом всё внимательно слушая. – Собственно говорить нужно не много. Я по делу Ярового, что умер в своей квартире. В его кровь было введено вещество под названием стрихнин. Один из сильнейших ядов. Вызывает сильнейшие боли и спазмы в мышцах, так же судороги. В результате наш герой, под действием данного вещества, умер от колоссального мышечного пареза и перестал дышать. И данный препарат легко объясняет улыбку на лице убитого, так как он также влияет на мышцы лица. Осталось только выяснить откуда же всё-таки препарат. Догадки у меня есть. – Какие? - вдруг спросил Лёша, чем ввёл в ступор эксперта. Она уже думала, что тот совсем её проигнорирует и не скажет за день ни слова. "Ну ладно, ошиблась. Потакать и извиняться я не буду, мне и не за что"–подумала Жарова в своей голове и продолжила: – Достать его очень сложно, так что круг сужается. Возможно это будет очередной дилер. Например – девушка открыла папку, достала оттуда личное дело некого Трифонова и передала Максимову. Который стоял уже над её плечом и выжидал как раз этого. Мужчина раскрыл дело и углубился в чтение, но эксперт продолжала словно транслируя его глаза: – Григорий Трифонов, 1976 года рождения. Химик, биолог. Не женат, но был. Детей нет. После смерти жены долго пребывал в запое, думая как отомстить. Это у него почти получилось. Но, по непонятным причинам яд плохо взаимодействовал с кровью жертвы и его удалось спасти. Это кстати был Павел Сухов. Вот. Его поймали, нашли, дали 7 лет, вместо положенных 10. Почему-то. Весь положенный срок сидел у нас. И собственно, почему я сказала про него, в первую очередь: Трифонов был знаком с Яровым, и не в положительном ключе. – А что же так посорило наших мальчиков? – в своей манере, как обычно, спрашивал Максимов, передавая дело Леонову. – Та же смерть жены, скажем так. – А что с ней? – уточнял Лёша. – С ней уже ничего, она умерла. Причиной смерти стал новый тестируемый препарат, который ввели ей во время операции без согласия мужа. Господина Трифонова. Она согласилась, но мужа в известность не поставила, чтобы тот не нагонял шуму и лишний раз не беспокоился. Видимо думала, что всё пройдёт хорошо, ведь сама была частью "команды", кто работал с данным веществом. – Самоуверенно... – усмехался Леонов – она умерла из-за препарата? – И из-за него тоже. Операция шла не совсем гладко, попытались ввести препарат в надежде что ей станет лучше и это поможет, но нет. Фактически да, он стал причиной смерти. И возвращаясь к нашим баранам, Яровой это лечащий врач, а Сухов тогда был помощником-студентом. – Мда… Не повезло студеньтику… Есть адрес этого синтезатора ядов? – Максимов, ты как всегда впереди планеты всей. Девушка протянула оперативнику бумажку с адресом, которую тот положил в карман. Мужчина дал знак Псу и уже собирался на выход, но Леонову позвонили. Пара слов по телефону и все всё уже поняли, даже без пересказа Вахтанга. Оперативник сбросит трубку: – У нас… – Убийство что же ещё. Поехали - перебил коллегу Макс. Мужчины начали собираться, а Максимов вместе с Псом уже выходили. Оперативник остановился на полпути: – Так а что же вы, товарищ майор, опоздали то? – Да проспал я! Проспал! – Ох, проспал, какая жалость… Я поспать просто лечь не могу, а кто-то у нас просыпает. Следователь покинул кабинет, а в коридоре его ждала Жарова. Девушка подошла к оперативнику и поправила воротник куртки: – Я тебя прошу, будь аккуратен. Как на месте убийства, так и по адресу. – Леночка, а что за приступы нежности? – Предчувствие нехорошее, поэтому прошу тебя быть аккуратным. Я надеюсь ты меня понял… – Я подумаю – чуть улыбаясь говорил мужчина, сжимая кисть руки эксперта – А ты успокойся. – Хорошо, но я тебя предупредила. Пока, удачи. – Пока – Макс смотрел вслед уходящей миловидной фигурки Лены. Как только девушка скрылась за дверьми лаборатории, Максимов вернулся в реальность, развеивая приходящие мысли. – Лёша! Вахтанг! Етить твою мать, вы там что застряли? Лена вошла к себе в лабораторию, закрыв двери. Ощущение внутри было странное. После звонка Леонову она почувствовала что-то неладное, что что-то должно произойти. ""Ну и что это было?"- спрашивала она сама у себя. – Накручиваешь себя, Елена Николаевна, ты просто профессионально… – неожиданно вслух сказала девушка и села на своё привычное кресло. Перед её носом всё также стояла гора бумаг, пусть уже и меньшего размера. Работа… Мрак да и только. Скука. Мысль о происходящем в коридоре её не отпускала, а ощущение холодной руки мужчины не сходило с её кожи. Почему она думает об этом? Не столько даже над ситуацией, сколько о Максимове. "Надо больше отдыхать. Больше отдыхать. А то так просто невыносимо. Думаю не пойми о ком, не пойми зачем"- успокаивала себя эксперт, открывая очередное дело, с которым предстоит разобраться. Время шло. Забыв об обеденном перерыве Лена углубилась в работу, из которой её, казалось, не вытащит никто и ничего. Завал с бумагами разгребался. Приходящие к ней коллеги были отправлены назад со всеми ответами и бумагами, за которыми те приходили. И вот уже начинает темнеть, рабочий день подходит к концу. За все эти долгие часы, Жарова так и не вышла за пределы любимой лаборатории, тем самым даже не замечая течения времени. Оставалась пара листиков на столе, что требовали к себе внимания, когда эксперт глянула на часы: 17:08. Рабочий день почти закончился, оперативники уехали больше пяти часов назад и так к ней и не заглянули. Странно. Где-то под сердцем у Лены чуть кольнуло. То самое что-то неладное, дало о себе знать. Но даже так никому звонить или выходить "в свет" на "разведку" Жарова не собиралась. Если нужно, сами придут. За это время Алексей ей стал будто безразличен. Инициативы он не проявлял, мириться не хотел, так что о нём девушка уже и перестала кажется думать. О Максиме с Псом она думала наоборот. Что-то неприятно тянуло в районе груди и живота, переходя в волнение и тревогу. Казалось, что что-то должно произойти. А женщинам, особенно умным, как мы знаем, никогда не кажется. Эти чувства, что начали терзать Лену изнутри, потихоньку потянув за собой и другие мысли, в том числе и давние воспоминания. Вновь пытаясь их зарыть поглубже Жарова вернулась к работе и вспомнила про предстоящий отчёт. Последнее вообще дело долгое, так что придется задержаться. "Ну и ладно. С Леонидовым я всё равно видеться не хочу, а ехать домой тем более" - сказала себя девушка перед тем, как задержаться на работе ещё на час. И вот уже время подходит к восьми. Вся работа выполнена, отчёт написан и отправлен на почту руководству. Можно собираться домой. Девушка начала раскладывать бумаги по папкам, делам, стопкам. Приводила рабочее место в порядок. Забытая кружка была вымыта и поставлена на место. Вот она раскидывает по местам последние документы. Собирает бумаги со стола. Вдруг, неожиданно за дверьми слышится лай. Эксперт вздрогнула. Дверь лаборатории начала медленно открываться. Жарова даже не поворачиваясь спросила: – Максимов это ты? Ответа не последовало. Девушка, взяв в руки последние листы, обернулась: – Макс! Перед ней был окровавленный мужчина, коллега, её друг и бывший муж, Максимов. Он еле перебирал ноги. Пулевое ранение в ногу и плечо мешали ему передвигаться и каждое движение отдавалось сильнейшей болью. Лена попыталась его подхватить, рассыпав все бумаги, что находились в её руках. Но мужчина увернулся, прижал девушку к столу и впился жадным поцелуем в её алые губы. Эксперт вздрогнула от неожиданности, но под телом оперативника полностью расслабилась и в полной мере ответила ему тем же. Здоровой рукой Макс прижал к себе девушку стесняя сие контакт. Но к сожалению тот был не долгий. Потеряв сознание, от большой потери крови, он стремительно полетел на пол. Лена упала рядом с ним. Её платье было окровавлено, а помада чуть смазана. Горящие от недавнего поцелуя глаза, наполнялись слезами. – Макс, нет! Пальцы девушки стремительно набрали номер скорой. А она сама вернув свой холодный разум, начала помогать Максу, оказанием какой-никакой первой помощи.