"Венеркин водевиль"

Гет
NC-17
В процессе
15
Пэйринг и персонажи:
Размер:
планируется Миди, написано 18 страниц, 4 части
Описание:
"- ...Не беспокойся, мама. Всё хорошо. Да, в Италии весело..."
Сказала Тсуна по телефону и пропала на несколько лет вместе с каким-то мужчиной.
Посвящение:
Автору заявки. Читателям.
Примечания автора:
Решила попробовать. По заявке. Приятного чтения) P.S.Не болейте.
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
15 Нравится 8 Отзывы 7 В сборник Скачать

"II"

Настройки текста
      В юбке Тсуна чувствовала себя крайне неудобно. Пока она думала, стоит ли доставать из гардероба брюки, настала пора выходить. Золотые стрелки на циферблате ударили без тридцати минут по четырем часам пополудни.       Подумав, девушка положила стеклянную скляночку с красными пилюлями во внутренний карман пиджака, к ним присоединились и вязаные варежки с цифрой двадцать семь, столь любезно предоставленные питомцем наставника - Леоном. Хотя Тсуна была уверена, что они ей вряд ли пригодятся. Массивный перстень Вонголы, как обычно, поблескивал на тонких пальцах, звенел серебряной цепочкой. Кольцо, едва ли не ставшее частью её самой, порой казался туго затянутым ошейником – восхитительно красивым и прочнее цепей самих стражей Виндиче, что, разумеется, весьма угнетало. Хотя, по крайней мере, её успокаивала и искренне радовала мысль, что рядом всегда дорогой друг – Натсу. Словно услышав её мысли, перстень с львиной мордой окутал палец нежным теплом, Тсуне даже показалось, что она услышала довольное урчание, и улыбнулась.       Едва не забыв на столе папку с документами, Тсуна выскользнула из комнаты и, миновав лабиринт коридоров и лестниц, ковыляя по ступенькам, на которых она пару раз чуть не навернулась на каблуках, быстрыми шагами добралась до кованых ворот, где, поблескивая под лучами южного солнца чёрным капотом, её уже ожидал бронированный Ferrari. У выхода, на охранном посту резиденции, стояли несколько крепких мужчин представительной наружности и о чём-то увлеченно беседовали. Услышав, нестройное цоканье за спиной, охрана обернулась и, пятясь, медленно расступилась в стороны, затем учтиво кивнула: - Buonasera, signorina Decimo*! – на суровых лицах вонгольских бойцов мелькнула вежливая полуулыбка, однако даже предписанная им субординация не смогла подавить чисто итальянское дружелюбие и приветливый тон. - B-buonasera!       Переливистый, словно песня, итальянский язык в последний месяц стал её слуху уже привычен, однако пытаться изъясняться на языке Боккаччо и Алигьери с её косным произношением Тсуне казалось кощунством, и потому говорила она неохотно, однако благодаря нескольким годам беспощадного реборновского «гимназирования» понимала и даже, волей-неволей попав под влияние итальянской экспрессии, частенько употребляла дежурные фразы на итальянском, когда общалась на своём родном японском языке.       И даже сейчас она успела заметить, как господа охранники, опустили головы, пытаясь скрыть под полями фетровой шляпы едва сдерживаемую улыбку – их, вероятно, веселили и в некотором смысле несколько умиляли старания юной иностранки с характерным восточным акцентом – и щеки её налились смущенным румянцем, она постаралась отвернуться. - ВРО-О-Й!       Оглушительный хриплый ор, вероятно, уже распугавший местную ползучую и крылатую живность и обрушившийся на неё со спины, словно ушат ледяной воды, заставил Тсуну содрогнуться и едва сдержать испуганный писк. Она обречено прикрыла глаза и поджала губы, совершенно не располагая желанием оборачиваться, чтобы встретиться лицом к лицу с уже дышащей ей в спину концентрацией громогласной агрессии – стало совершенно очевидно, что за персону приставили к ней в качестве сопровождающего Реборн и Девятый. Удивительный выбор.       «Прощайте, мои уши». - Здравствуйте, Скуало-сан! – несмотря на все попытки взбодриться и убедить себя, что с варийским капитаном ей ничего не угрожает, приветствие вышло вялым. Всё живое шарахалось как-раз-таки от него. - Савада! Где тебя черти носят?! – так перед съежившейся девушкой выросла рослая фигура мужчины в чёрной офицерской форме с шевроном чёрного льва на груди и с длинными волосами, по которым мечника частенько узнавали уже издалека, и неровная светлая челка которых отросла и всё время норовила пристать к лицу, - Почему я должен в такую жару куда-то с тобой таскаться, чёрт возьми? От вас, мелкие засранцы, всегда куча проблем! Живо в машину!       Когда он высказал своё мнение по поводу новой миссии, по сути, едва ли не всей резиденции Вонголы, белая грива полоснула воздух, и мужчина, обогнув автомобиль, сел на заднее сиденье, не преминув хлопнуть железной дверью так, что Тсуна испугалась, не отвалится ли она от столь нечуткого обращения.       Через некоторое мгновенье автомобиль мягко тронулся с места, хвостом следуя за другой похожей машиной, в котором, вероятно, ехали сопровождающие их солдаты отряда Дождя Варии. Сам же капитан ныне сидел, непринужденно откинувшись на кожаную обивку, скрестив ноги в тяжёлых кожаных сапогах, и с видом что ни на есть угрюмым прожигал взглядом живописные сицилийские просторы за бронированным стеклом.       Сидящая на другом краю сиденья Тсуна расслабиться не могла. Как ей представлялось, думать о предстоящей встрече всё равно что было кинуть крошечный камень в реку и гадать, утонет он или его унесет течением – смутные представления имеются, да непонятно. Тсуна, прекрасно осознавая свою некомпетентность в подобных вопросах, заранее мысленно просила прощения у Дона Тимотео, потому как была уверена, что в чем-то она в любом случае допустит промах. И очень надеялась, что действиями своими ненароком не оскорбит ничье достоинство – знаменитый южный темперамент мог обрушить на неё свой пыл в любой момент. Особенного пыла стоило ожидать от вооруженных «людей чести», стоило только найти причину.       И, кроме того, заметила она неприятность и вполне насущную. Туфли, которые ей принесли вместе с костюмом для официальных мероприятий, очевидно, оказались несколько малы – девушка уже успела почувствовать, как они ей натерли. Отвратительная обувь, подумала она, стараясь незаметно вытащить ножку из туфли. Её, как она надеялась, бесшумное пыхтение заметил вариец и, нахмурившись, проворчал: - Ты чего ёрзаешь, Савада? Неужели нельзя было сходить в сортир перед выходом? - Что? Да нет, я просто так. - Вот и сиди спокойно, чёрт возьми. - Хорошо.       Наступило неловкое молчание. Слух услаждали только мерное урчание мотора и шумное дыхание водителя, у которого, возможно, только недавно зажил сломанный нос.       С Варией им сталкиваться приходилось нечасто. Несмотря на безоговорочную преданность Девятому Вонголе, независимый отряд убийц своим присутствием на мероприятиях, приёмах и других светских празднествах семью не удостаивал. Из варийской крепости шла лишь кипа сухих отчётов и докладов, оперативно складываемая на стол начальства, а обратно посыльным доставлялись приказы и ориентировки на очередную цель миссии по ликвидации. В последний раз довелось им тесно беседовать года полтора назад, когда Тсуне пришлось срочным рейсом вылетать в Бостон, чтобы вызволить заложников, среди которых, как ни прискорбно признавать, оказались её родные, хотя в целом к войне, которую устроила левая ветвь американской мафии с Вонголой она относилась, откровенно говоря, наплевательски.       Тсуна краем глаза мельком взглянула на опасно поблескивающее лезвие спаты без рукояти, чуть выглядывающее из ножен, аккуратно положенных на сиденье. Затем, вобрав в легкие воздуха, а вместе с тем и некоторой решимости, спросила первое, что пришло в голову, лишь бы прервать давящее молчание: - Скуало-сан, а вы встретились с Ямамото ? - Этот засранец... - мужчина проскрежетал зубами, однако взглядом её не удостоил, - Совсем тренировки забросил, болван. - Ну, сейчас он, кажется, помогает Хранителю Девятого, - Тсуне хотелось сгладить углы, в противном случае капитан при следующей встрече мог из её доброго друга выбить весь дух, а с ним и все зубы, - Сасагава-семпай сказал, что они в Рим отправились по какому-то важному делу. Но думаю, он был бы рад с вами увидеться. - Если этот идиот собирается оставить путь меча, его судьба меня нихрена не интересует.       Сказано это было с нарочитой небрежностью, однако Тсуна догадалась, что тот на деле лукавит – Император мечей определенно не хотел бы, чтобы Такеши забросил фехтование, а вместе с ним и огромный потенциал «прирожденного убийцы», ещё давно примеченный профессиональным чутьём самого бывшего Аркобалено Солнца. Подобная формулировка представлялась крайне пугающей и Тсуна запрещала себе думать о столь безумной перспективе для такого добродушного парня как Ямамото, каких в рядах её товарищей было мало. В конце концов, Ямамото Такеши был простым парнем с соседней улицы, её одноклассником, восходящей звездой бейсбола. Который в свои четырнадцать отстоял своё право на кольцо Хранителя в смертельной битве с профессиональным головорезом. Однако в данной ситуации ей определенно не стоило говорить, что бывший ученик варийского меча всё еще идет твёрдыми шагами к цели попасть в высшую лигу.       За то короткое время, которое осталось у них в пути до Палермо, Скуало ещё немного пропесочил скверный, по его мнению, нрав японца, мельком поинтересовался о состоянии Девятого Вонголы и, словно вздыбивший холку пес, проворчал нечто нелестное в ответ на неловкий, вызванный скорее формальной вежливостью вопрос Тсуны о Варии в целом и его небезызвестном и чрезвычайно грозном боссе. Девушка лишь нервно рассмеялась, представляя каковы масштабы концентрированного безумия на квадратный метр в бушующем замке, раз сам капитан признался и выразил жгучее желание с удовольствием прирезать всех своих коллег и подчиненных.       Вскоре, миновав длинный коридор юго-восточных районов, водитель завернул к окраине квартала Кальса, где остановился у отеля Palazzo Velius*. Выйдя из машины, Тсуна покрепче стиснула папку в руках, чувствуя, как начинает нервничать больше, чем следует, несмотря на то, что успела утомиться от громогласных речей попутчика. Комфорт и прохлада салона сменились неприятным чувством от бьющего по глазам солнца, в спину ударил солёный ветер. Тирренский бриз приятно трепал волосы, обдувал выпревшую шею, однако Тсуне почему-то дышалось с трудом.       Человек Кролло почти сразу же подбежал к подъехавшему кортежу. Варийские солдаты уже потянулись было доставать из карманов свои оружия, однако, остановленные еле заметным кивком со стороны капитана, опустили руки и встали в ожидании. Встречающий, очевидно, в замешательстве, еще раз бросил настороженный взгляд на бойцов в черных одеждах, затем шагами уже более неспешными подошёл к Скуало и, представившись, хотел было предложить сопроводить Вонголу, однако вновь вынужден был застопорено замолкнуть, когда мужчина молча обернулся, словно взглядом своим давая понять, что ожидает кого-то и что обращаться стоило не к нему. Лицо человека Кролло вытянулось, когда, обогнув машину, рядом с господами в форменной одежде поспешно встала растерянная низкорослая иностранка, почти неприметно, однако странно хромающая на одну ногу. Тем не менее, официальный наряд на прибывшей и аура почтительного расстояния вокруг странной девушки отрезвили его сиюминутное недоумение, и встречающий, пробормотав что-то в качестве извинений, учтиво попросил их следовать за ним.       Ресторан располагался на первом этаже отеля. Пока они шли, бледная и нервная Тсуна раскрыла папку и, прошелестев бумагами, что-то начала начитывать себе под нос, периодически шипела на мозоль и сокрушенно вздыхала, чем привлекла внимание идущего впереди неё мужчины. Сама Тсуна этого заметить не соизволила, однако в последующий момент пожалела, что вообще притронулась к чертовым бумагам. Почти перед самой дверью в ресторан Скуало внезапно встал посреди коридора – не прошло и двух секунд, как, оборачиваясь, он почувствовал, что об его правое предплечье врезались сначала какая-то картонка, а затем и чей-то лоб. - Вро-ой! Твою мать, Савада, харэ бубнить! Бесишь! Ты Вонгола, черт возьми, или баран начхал?!       Тсуна чуть было не подскочила на месте, дернулась и отпрянула, судорожно переваривая потрясение, испытанное ею не столь от оглушительной ругани, целенаправленно выпаленной прямо ей в ошарашенное лицо – Тсуне даже почудилось, что волосы на её голове растрепались от потока воздуха и съёжились – столь от чудовищной варийской гримасы, возникшей перед ней, подобно чёрту из табакерки. - И что ты с этой хренью маешься?! – Скуало рывком выхватил из папки уже менее аккуратную стопку, сжал в кулаке, и, почти не вчитавшись, подбросил скомканные бумаги в воздух и нашинковал быстрее, чем Тсуна успела моргнуть, не говоря уже о том, чтобы возразить, - Какой босс на встречу приходит, напихав по карманам шпаргалки? Где твоя уверенность, #$%*?!       С этими словами он впихнул ей в руки оставшийся одиноко лежать на дне лист, размашистым движением руки выкинул папку куда-то к чёртовой матери и едва ли не пинком направил успевшую лишь невнятно провизжать «но-скуа...» Тсуну к двери, которую предусмотрительный сотрудник заведения успел открыть прежде, чем девушка со всей дури врежется в стекло.       Ни метрдотель, ни сопровождающий, ни кто-либо иной не стали заострять внимание своё на внезапно развернувшуюся сцену или хотя бы сделали вид, что ничего-таки неестественного не произошло, может быть из соображений профессиональных, а может из чувства самосохранения – тем паче сил у светловолосого мафиози, несмотря на своеобразный облик и комплекцию, очевидно, хватало, чтобы взбучить не только хрупкую странную девицу, но вполне нескольких взрослых быков.       Так они оказались в просторном зале, уставленном многочисленными столами, однако делегацию Вонголы сопроводили в отдельный, меньший зал, где, по всей видимости, располагали гостей важных. Откуда-то негромко играла музыка, панорама окна открывала чудесный вид на распростертую до вечереющего горизонта лазурь Тирренского моря. В середине помещения, освещенного золотыми канделябрами, стоял один единственный круглый стол, накрытый белоснежной скатертью, украшенный изящной вазой с неизвестными цветами и уставленный средиземноморскими деликатесами. За всем этим великолепием восседал и с аппетитом орудовал приборами человек, знакомый Тсуне по фотографии – одетый в серый костюм загорелый мужчина с лысиной и простреленным ухом. Сорок два года. Глава дома Кролло. Нери Кролло. Из досье она также была в курсе о его старых преступных махинациях и излишне жестоких «конфирмациях»* членов его семьи, которые достоинства ему, ни как к благородному «человеку чести», к числу которых относились Дон Тимотео и его приближенные, ни как просто добродетельному, насколько это возможно для мафиози, человеку не прибавляли. Тсуне почему-то подумалось, что тому очень нравится чувствовать себя в роскоши и глубоко наслаждаться ею, хотя она подходила ему, как гризли – дамский чепец. Тем не менее, человеком выглядел он вполне приветливым.       Рядом с ним сидела другая, неизвестная личность. Им был мужчина, очевидно не намного моложе своего товарища. В отличие от него же, мужчина этот обладал внешностью холёного джентльмена, в манерах которого, возможно, преобладала черта педантичности. Идеально приглаженные гелем русые волосы и аккуратный хвост на затылке, перчатки, настолько белые, что скатерть под ними казалась грязно-серой, и, как Тсуна успела заметить, когда тот поднял бокал с вином, выделяющийся на этой белизне дорогой перстень, инкрустированный черным драгоценным камнем.       Однако, что важнее, присутствие третьих лиц, не считая, разумеется, офицера Варии и парочки парней самого Кролло, заранее обговоренным планом не учитывалось. Тсуна растерялась. По недовольному хмыку, больше похожему на сдавленный рык, за спиной стало ясно, что Скуало разделяет её суждения.       Теоретически она уже на этой почве могла выразить недовольство, развернуться и уйти, однако подобное поведение она посчитала даже для неё крайне трусливым и грубым. Тсуна мельком повернула голову в бок, услышав, как рядом с её туфлей многозначительно опустился тяжёлый сапог, и, расправив плечи, шагнула вперед.       И поняла, что реакцию своим появлением вызвала схожую с той, с которой её встретили на улице, перед входом в отель. Некоторый миг её с головы до ног рассматривали – и Тсуна могла поклясться, что на тонких широких губах на мгновенье отразилась насмешка вперемешку с чем-то, ей непонятным, от чего её невольно передернуло – и что-то быстро и негромко спросили на итальянском у тихо вставшего рядом солдата. Тот кивнул.       Затем на загорелом лице Кролло засияла, что новая монета, широкая улыбка, и мужчина, не утруждая себя, чтобы встать, вскинул руки, словно встречая старого знакомого, и зычный голос приветливо произнес: - Рад нашей встрече! Благодарю, что согласились приехать.       «Что ж, этот человек, Нери Кролло... Не выглядит, будто он настроен недоброжелательно. Наверно, мне стоит расслабиться».       Тсуна сдержанно улыбнулась в ответ.       Скуало за спиной молчал.
Примечания:
* Конфирмация (в католицизме - торжественный ритуал подтверждения Веры, событие в жизни каждого католика.) В мафии - совершить убийство "с помпой и нарочитым публичным эффектом".
*Velius - лат. имя со значением "скрытый"
*Buonasera, signorina Decimo! - букв. Добрый вечер, синьорина Десятая!

Спасибо за прочтение) Можешь оставить коммент, если хочешь
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты